21

Глава 21. Шаги, которые слышат
Ли Хуан понял, что не все ему  здесь рады, ещё до того, как кто‑либо сказал хоть слово.
Это было в воздухе. Не враждебность — нет. Скорее... настороженность, как у людей, привыкших, что любой посторонний — потенциальная проблема, особенно если он лежит без сознания уже вторую неделю и требует к себе больше лекарей, чем некоторые старейшины.
Он сидел, прислонившись к подушкам. Окно было приоткрыто, и холодный воздух осторожно касался кожи, будто проверяя, не рассыплется ли он от сквозняка.
— Нет, — мысленно сообщил Ли Хуан ветру. — Я уже почти собран. Не трогай.
В коридоре раздались шаги.
Лёгкие. Слишком выверенные. Такие шаги не делают те, кто просто идёт по делам — так ходят, когда смотрят.
Он не повернул голову. Не потому что не мог — а потому что не хотел. Иногда лучше дать людям возможность самим решить, что они увидели.

Шёпот.
— Это он?
— Да. Тот самый.
— И из‑за него старшие лекари ночами не спят?
— Говорят, он друг...
Тишина стала гуще.
— А, — мысленно протянул Ли Хуан. — Тогда всё понятно. Я не подозрительный. Я неудобный.
Он сделал вид, что сосредоточен на чашке с отваром, хотя на самом деле слушал, как адепты в коридоре расходятся чуть быстрее, чем пришли.
— Не бойтесь, — с лёгкой досадой подумал он. — Я кусаюсь только при хорошем самочувствии.
Дверь скрипнула.
Вошёл лекарь. Пожилой, с лицом человека, который видел слишком много болезней, чтобы удивляться ещё одной. Он окинул Ли Хуана внимательным взглядом — не оценивающим, а измеряющим.
— Вы сегодня дольше бодрствуете, — сказал он спокойно.
— Значит, я прогрессирую, — отозвался Ли Хуан тихо. Голос всё ещё был слабым, но уже не рвался. — Или просто упрям.
Лекарь хмыкнул.
— В вашем случае это почти одно и то же.
После осмотра комната снова опустела.
И тогда Ли Хуан решил, что пора.

Он посмотрел на дверь. Потом — на свои ноги.
Ноги выглядели... прилично. Ничего не обещали, но и не пугали.
— Мы просто встанем, — сообщил он им мысленно. — Не бежим. Не героичничаем. Просто проверим, существует ли пол под нами.
Мир, разумеется, имел своё мнение.
Когда он опустил ноги на каменный пол, холод пробрался сразу, резко, словно напоминая: ты здесь, а не во сне. Колени дрогнули.
Ли Хуан замер.
Дышал.
Считал.
Один.
Два.
Три.
— Видите? — мысленно заметил он. — Я жив. Даже стою. Почти.
Он сделал шаг.
Пол не ушёл из‑под ног — уже успех.
Коридор встретил его запахом дерева и камня. Здесь было прохладнее, чем в комнате. Стены украшали свитки с каллиграфией — строгой, без вычурности, но такой чёткой, что каждое слово будто имело вес. Буквы казались высеченными не чернилами, а временем.
Адепты, проходившие мимо, останавливались.
Незаметно.
Ненадолго.
Но достаточно.
Кто‑то кланялся. Кто‑то делал вид, что не смотрит. Кто‑то смотрел прямо — с интересом, без злобы.
Ли Хуан отвечал всем одинаково: спокойным присутствием.
— Если уж вы меня обсуждаете, — подумал он с лёгким сарказмом, — то хотя бы получите достойный объект наблюдения.
Он дошёл до конца коридора и остановился у колонны. Силы закончились резко, без предупреждения.
— Всё, — признал он. — Прогулка окончена.
Он прислонился к камню, закрыв глаза.

И именно в этот момент почувствовал это снова.
Не боль.
Не слабость.
Тонкую, почти незаметную ниточку, тянущуюся где‑то глубоко внутри — туда, где когда‑то было озеро. Она пульсировала, как забытый шрам, напоминая о себе тихим, настойчивым зовом.
— Вот ты где, — подумал Ли Хуан без улыбки. — Значит, мы ещё поговорим.
Шаги приблизились.
Знакомые.
— Ты вообще не умеешь лежать спокойно? — раздался голос Ян Хуа.
Ли Хуан открыл глаза и посмотрел на него снизу вверх.
— Умею, — тихо ответил он. — Просто решил проверить, стоит ли орден своих слухов.
Ян Хуа фыркнул.
— И как?
— Красиво, — честно сказал Ли Хуан. — Строго. Немного пугающе.
Пауза.
— Мне подходит.
И, прежде чем Ян Хуа успел ответить, Ли Хуан добавил мысленно:
— Главное — я всё ещё здесь. А значит, история не закончила.
Ян Хуа подошёл ближе, не спеша, но с той особой внимательностью, которую можно было заметить, только зная его хорошо. Он не стал помогать — просто встал рядом, плечом к плечу, как будто сам коридор и колонна требовали их присутствия.
— Ты уверен, что готов? — спросил он наконец, глядя не на Ли Хуана, а куда‑то вдаль, туда, где коридор сворачивал к тренировочным дворам.
— Готов — не то слово, — ответил Ли Хуан, не отрывая ладони от камня.