Том 1

Глава первая. Деревня под холмами
На окраине небольшой деревни стояла ветхая хижина. В ней не было окон — лишь узкие щели между рассохшимися досками, через которые внутрь просачивался холодный воздух. Крыша давно прохудилась, и если лежать на полу и смотреть вверх, казалось, будто между досками видно небо.
Ли Хуан сидел в самом дальнем углу комнаты. Он держался прямо, несмотря на слабость в теле, и выглядел здесь странно — слишком опрятный для этого места. Изумрудные одежды были чистыми, аккуратно застёгнутыми, словно он находился не в полуразвалившейся хижине, а в павильоне знатного рода. Его тёмные волосы были собраны золотой шпилькой с мелкими камнями, которые тускло поблёскивали в полумраке.
Ли Хуан смотрел в одну точку, не моргая. Мысли путались. Грудь сдавливало знакомым, тупым ощущением — будто внутри что‑то медленно стягивалось узлом. Он сделал неглубокий вдох, стараясь не закашляться.
«Слишком долго...» — мелькнуло в голове.
Скрип двери прозвучал резко, почти болезненно. Ли Хуан вздрогнул, но тут же взял себя в руки и поднял взгляд.
В хижину вошёл высокий мужчина. Красно‑чёрные одежды сидели на нём безупречно, подчёркивая прямую осанку и силу в каждом движении. На поясе слева висел меч; чёрная кисточка на рукояти слегка качнулась, когда он переступил порог. Волосы мужчины были собраны лентой в высокий хвост, а взгляд — спокойный, внимательный, слишком ясный для человека, который скрывается в такой глуши.
— О... Ян Хуа, — произнёс Ли Хуан негромко и снова прикрыл глаза. — Это ты.
— А ты ожидал кого‑то другого? — Ян Хуа слегка приподнял бровь. — Банду разбойников с подарками?
Ли Хуан едва заметно улыбнулся:
— Если бы они принесли чай, я бы их простил.
Ян Хуа тихо хмыкнул, проходя внутрь. Пол заскрипел под его шагами, но он двигался осторожно, словно не хотел тревожить не только дом, но и самого Ли Хуана.
— Как долго нам ещё здесь оставаться? — спросил Ли Хуан после короткой паузы.
— Ещё немного.
— «Немного» — это сколько? День? Неделя? Год?
— Если бы я знал точный срок, мы бы уже уехали.
Ли Хуан открыл глаза и посмотрел на него внимательнее:
— Почему именно эта деревня?
Ян Хуа устало выдохнул. Этот разговор происходил не впервые.
— Потому что за твою голову назначена награда, — сказал он ровно. — Вторая супруга твоего отца не намерена отступать.
— Разве ей мало того, что она уже сделала со мной? — Ли Хуан усмехнулся без радости. — Может, ей просто нравится процесс?
— Возможно. Но я не собираюсь проверять её мотивацию экспериментальным путём.
Тишина повисла между ними — плотная, но не тяжёлая. В этой тишине было понимание, выстроенное не словами, а временем.
Солнце уже клонилось к закату, когда дверь хижины распахнулась вновь. Внутрь вбежал пожилой мужчина. Он тяжело дышал, его лицо было искажено страхом.
— Господа... господа бессмертные... — голос дрожал. — Прошу вас... мой сын...
Ян Хуа сразу напрягся:
— Что случилось?
Старик заговорил сбивчиво, путая слова, но суть была ясна: ребёнок внезапно заболел, перестал есть, целый день не просыпался.
Ян Хуа перевёл взгляд на Ли Хуана. Тот уже поднялся — медленно, с усилием, но без колебаний.
— Показывайте дорогу, — сказал он спокойно.
По пути Ли Хуан чувствовал странный запах — сладковатый, навязчивый. Он старался дышать поверхностно, но запах всё равно цеплялся за горло.
«Неправильно», — подумал он.
Дом старика был скромным, но ухоженным. У входа росли яркие цветы — слишком яркие для этого места. Ли Хуан задержал на них взгляд дольше, чем следовало.
— Прошу вас, поспешите, — старик почти умолял.
В спальне было тихо. Мальчик лежал на кровати, бледный, неподвижный. Его дыхание было ровным, но слишком слабым.
Ян Хуа шагнул вперёд.
— Не прикасайся, — резко сказал Ли Хуан.
Ян Хуа остановился сразу. Не спросил почему. Просто отступил.
Ли Хуан подошёл сам. Колени слегка подрагивали, но он не позволил себе показать слабость. Когда его пальцы коснулись запястья мальчика, холод прошёл по коже.
«Ещё немного...» — сердце сжалось.
Он измерил пульс, закрыл глаза, прислушиваясь не к ци — к телу.
— Как долго он в таком состоянии? — спросил он.
— Со вчерашнего вечера...
Ли Хуан выпрямился:
— Он будет жить.
Старик рухнул на колени, рыдая. Ли Хуан почти не слышал его — он уже смотрел на цветы у входа.
— Уберите их, — сказал он. — Это ядовитые растения. Ваш сын пострадал из‑за них.
Он протянул мешочек с травами:
— Заварить. Дать настояться. Принимать дважды в день.
Когда они вышли, небо уже потемнело.
— Ты почувствовал это сразу, — сказал Ян Хуа тихо.
— Да.
— И как ты это называешь? Дар или проклятие?
— Усталость, — Ли Хуан слегка повёл плечом. — И желание выпить тот чай, который так и не принесли разбойники.
Ян Хуа усмехнулся:
— Если хочешь, я попробую их найти.
— Только не предлагай им сразиться за право подать мне чашку.
Они пошли дальше — рядом, молча. Как люди, которые не нуждаются в словах, чтобы понимать друг друга.