Глава 39. Секрет вечной жизни

Глава 39. Секрет вечной жизни

— Так значит легендарный «Секрет вечной жизни» действительно здесь, — в глазах Су Цзыюаня вспыхнул мрачный свет, затем он продолжил: — Говорят, что практикующий секретную технику обретения бессмертия может достичь просветления, вознестись в чертоги бессмертных и жить вечно?

— Это всего лишь легенда, — Цзян Янь с невозмутимым видом внимательно изучил слова на стене, — Этот отрывок – явно не полное описание техники, и к тому же намеренно искажён. И хотя с его помощью можно быстро увеличить внутреннюю силу, это абсолютно не выполнимый метод.

— Тогда это не техника обретения бессмертия, а техника сведения в могилу, — заключил Су Цзыюань и язвительно добавил: — Занятно, что секта Цинъян увековечила здесь эту чепуху, да ещё позволяет своим ученикам практиковать её.

Увидев, что Цзян Янь всё ещё сосредоточенно разглядывает надпись, он рассмеялся и спросил:

— А-Янь, ты так внимательно её изучаешь. Неужели ты тоже хочешь стать бессмертным?

— Что такого хорошего в жизни? — поинтересовался Цзян Янь, — Жизнь достаточно длинна, главное не тратить её зря. А если жить вечно, то время будет тянуться бесконечно, и страдания тоже будут бесконечны, разве это не будет нестерпимой пыткой?

— Что ещё за «Что такого хорошего в жизни»? — Су Цзыюань усмехнулся: — Жизнь до боли коротка! Если не успеешь насладиться жизнью, разве это не будет невосполнимой потерей?!

Цзян Янь собирался что-то сказать, как вдруг его тело пронзила резкая боль, от которой он вздрогнул и едва устоял на ногах.

Су Цзыюань тотчас протянул ему руку, чтобы поддержать:

— А-Янь, что случилось?

Цзян Янь почувствовал, что боль становится всё сильнее, и резко оттолкнул Су Цзыюаня, но сам при этом врезался в каменную стену и медленно сполз по ней на землю. Задыхаясь, он потянулся к шкатулке, которую дал ему Сун Ичу, открыл её и трясущимися руками начал шарить внутри.

Су Цзыюань забрал у него шкатулку:

— Какая бутылочка?

Цзян Янь крепко стиснул зубы и, обливаясь холодным потом, с трудом выдавил одно слово:

— Чёрная.

Су Цзыюань открыл чёрную фарфоровую бутылочку, вытряхнул пилюлю и поднёс её к губам Цзян Яня.

Цзян Янь проглотил пилюлю, затем прислонился к каменной стене и закрыл глаза, его всё ещё била слабая дрожь.

Су Цзыюань смотрел на Цзян Яня со сложным выражением лица. Это был первый раз, когда он увидел, как старая болезнь Цзян Яня проявилась вновь.

Цзян Янь затих, бессильно откинувшись назад, и только Су Цзыюань подумал, что лекарство подействовало, как Цзян Янь резко дёрнулся, и его начала бить сильная дрожь.

Похоже, исходное лекарство Сун Ичу больше не помогало.

Цзян Янь почувствовал невыносимую боль во всём теле, каждый цунь его сухожилий и мышц, каждый нерв, казалось, был разгрызен и разодран в клочья. Он больше не мог держаться и завалился набок.

— Цзян Янь! — Су Цзыюань рванулся вперёд, чтобы помочь ему подняться и, обхватив его за плечи, прислонил к себе.

Цзян Янь в этот момент был почти без сознания и не мог сопротивляться. Его сотрясала непрерывная дрожь, тело было уже мокрым от пота и горело как в огне, вены на лбу, пульсируя, лопались от напряжения, а руки были крепко сжаты в кулаки.

Су Цзыюань прощупал пульс Цзян Яня и сильно нахмурился.

Похоже, это был не обычный яд, а гу. Более того, этот гу был уже старым и так прочно въелся в его тело, как будто был там с самого его детства.

Кто мог отравить маленького ребёнка ядом гу? Су Цзыюань был немного сбит с толку. Этот Цзян Янь! Ну в самом деле! Сколько ни снимай с него слоёв, вокруг него всегда останется ещё один.

Су Цзыюань поднял руку, направил ладонь на его спину и влил в него свою внутреннюю силу, но эффекта не обнаружил. Он тихо вздохнул, достал из-за пазухи кинжал и быстро резанул по своему запястью.

Выражение его лица было таким безучастным, как будто он резал не свою кожу и плоть.

Как только выступила кровь, Су Цзыюань приложил свою руку к губам Цзян Яня, но тот стиснул зубы, отказываясь открывать рот.

Су Цзыюань схватил Цзян Яня за подбородок, с силой разжал ему рот и напоил его своей кровью:

— Ты смеёшься, что ли? Моя кровь бесценна!

Тысячи ядов в его крови должны были смешаться с ядом гу и подавить его на время.

После вливания крови Цзян Янь постепенно успокоился. Су Цзыюань убрал руку и увидел, как кровь на губах Цзян Яня медленно стекает из уголка его рта.

Су Цзыюань улыбнулся и кончиком пальца осторожно вытер стекающую кровь, но, видимо, ощутив, что это слишком расточительно, растёр ярко-красную кровь по губам Цзян Яня, мягко проведя по ним кончиком пальца туда-сюда.

Ярко-красные губы на бледном утончённом лице затмили его нежную чистоту, добавив толику обольстительного очарования.

— Так намного красивее, — Су Цзыюань с огромным удовольствием смотрел на свой шедевр.

Он встал, наклонился и поднял Цзян Янь на руки.

Цзян Янь не выглядел слишком худым, но, когда Су Цзыюань поднял его на руки, тот, казалось, не весил и нескольких лян.

Су Цзыюань с отвращением глянул на лежащего на земле Лу Чэна и, не оглядываясь, направился к выходу.

— Господин.

Хань Шэн, ожидавший на краю обрыва, увидел Су Цзыюаня, который нёс Цзян Яня на руках, да ещё был перепачкан в крови, и забыл все слова.

Его господин всегда любил чистоту и крайне редко прикасался к другим людям, а сейчас он вдруг несёт на руках взрослого мужчину!

Глазам больно смотреть!

— Спустись вниз, вытащи того полумёртвого и положи его снаружи, и чтобы никто ничего не заметил, — приказал Су Цзыюань и, держа Цзян Яня на руках, медленно пошёл прочь.

Хань Шэн тяжело вздохнул и, смирившись с судьбой, отправился к подножию утёса выполнять тяжёлую работу.

Су Цзыюань, держа Цзян Яня на руках, спрыгнул с крыши во двор и, избежав встречи с Шии, занёс Цзян Яня в комнату, бережно положил на кровать и укрыл одеялом, затем проверил его пульс и, убедившись, что пульс Цзян Яня ровный и сильный, убрал его руку под одеяло и медленно отступил.