Глава 25. Год спустя

Глава 25. Год спустя

Время текло незаметно, и вот уже прошёл целый год.

— Что там с сектой Цинъян в последнее время? — спросил Цзян Янь, отпив вина из чарки.

— После уничтожения усадьбы Динъюань они переметнулись к наследному принцу и теперь, похоже, готовы служить ему, — ответил Шии.

Рука Цзян Яня на мгновение дрогнула, когда он услышал название «усадьба Динъюань», но он очень быстро это скрыл.

— Продолжай за ними следить.

— Да, — ответил Шии.

Заменив своему господину кувшин с вином, Шии без слов удалился.

Раньше Пятый господин был неспособен много выпить. Прежде он совсем не пил, чтобы сохранять трезвость, а также из опасения спровоцировать приступ, вызванный ядом гу. Однако в последнее время он пристрастился к алкоголю, так что в доме всегда был кувшин вина про запас, и всего за один год его способность пить значительно возросла.

С тех пор как была уничтожена усадьба Динъюань, его господин, казалось, потерял душу и стал всё меньше и меньше заботиться о своём здоровье, яд гу всё чаще давал о себе знать, приступы случались один за другим, и его здоровье значительно ухудшилось.

А этот юный господин Ци... Такая печальная судьба...

С тех пор как матушка господина и Динъюань ванфэй* покинули этот мир, юный господин Ци был единственным, о ком заботился его господин.

Как было бы хорошо, если бы он мог остаться с его господином навсегда, тогда, по крайней мере, у его господина осталось бы хоть какое-то желание бороться за жизнь.

*王妃 [wángfēi] ванфэй – жена вана = княгиня, принцесса.

***

В тёмном и сыром подземелье тюрьмы стражей Юйлинь командующий императорской гвардией Ин Хуайсю сел за стол, отложив в сторону свой длинный меч. Перед столом был подвешен окровавленный человек.

— Господин Жэнь всё ещё продолжает молчать?

Этим человеком был Жэнь Нинъюань, помощник министра военного министерства, и в данный момент он находился почти что при смерти. Он поднял взгляд и спросил:

— Какое преступление я совершил?

— Сговор с Цзинъюй хоу с целью бунта, разве это не тяжкое преступление, караемое смертной казнью и истреблением всего рода до девятого колена? — Ин Хуайсю улыбнулся, глядя на Жэнь Нинъюаня, — Если господин Жэнь готов поставить свою подпись, я гарантирую, что ты сможешь вернуться домой целым и невредимым и получишь повышение по службе.

— Тьфу! — Жэнь Нинъюань яростно сплюнул кровь, — Прихвостень!

Ин Хуайсю поднял ногу и со всей силы ударил Жэнь Нинъюаня в живот, а затем, сжав рукой его челюсть, процедил:

— Господин Жэнь, открой глаза и внимательно присмотрись, теперь ты узник, а я, прихвостень, – тот, кто держит в руках твою жизнь.

— Ничтожество, дорвавшееся до власти! — стиснув зубы, в гневе отчеканил Жэнь Нинъюань.

— Хорошенько проучите господина Женя, только не убейте, он ещё может пригодиться, — Ин Хуайсю смотрел, как страж Юйлинь поднёс кусок раскалённого железа и прижал его к телу Жэнь Нинъюаня. Подземелье огласилось душераздирающими криками.

***

Рано утром следующего дня Шии постучал в дверь комнаты Цзян Яня:

— Господин, Цзинъюй хоу прислал ответ на Ваше сообщение.

Цзян Янь собрался, сел в экипаж и направился в особняк хоу. Экипаж остановился перед воротами особняка Цзинъюй хоу, Цзян Янь поднял занавеску и с безразличным выражением лица вышел наружу.

Неподалёку к нему цепко приклеился чей-то взгляд, который затем опустился на нефритовую подвеску на его поясе с небрежно вырезанными на ней луанем и фениксом.

Ветер разметал растрёпанные волосы, открыв потрясающе красивое лицо и унеся вдаль фразу:

— Давно не виделись, Цзян Янь.

Цзян Янь пробыл в особняке хоу больше часа, затем вышел и направился во дворец. После устранения угрозы со стороны усадьбы Динъюань Его Величество пребывал в прекрасном настроении, часто устраивал приёмы и также часто звал во дворец Цзян Яня.

На сегодняшнем званом ужине принцы и сановники сидели в полном составе. Рядом с императором сидела очаровательная женщина, которая соблазнительно кормила Его Величество виноградом, отчего на лице Его Величества сияла довольная улыбка.

Этой женщине только на днях пожаловали титул императорской жены третьего ранга, и она же была одной из тех танцовщиц из Мяоцзяна, которых когда-то подарил императору Ло Чжи. Теперь же она, стремительно возвысившись, стала новой фавориткой императора.

Цзян Янь всегда сидел далеко и каждый раз, показавшись ненадолго, находил какой-нибудь предлог, чтобы уйти. Впрочем, император вовсе не был этим расстроен и никогда не останавливал его.

Пиршество как раз только началось, звучала музыка, за столом царили гармония и веселье.

Все эти чиновники улыбались налево и направо, стремясь получить выгоду, где только могли, а также рассчитывая улучить момент, чтобы выслужиться перед наследным принцем.

Цзян Яню уже давно опротивело на это смотреть, и он в одиночестве пил, сидя в дальнем углу стола, как вдруг неожиданно увидел неподалёку подростка, которого служанка нечаянно облила горячим чаем, очевидно, ошпарив, но подросток стиснул зубы и не издал ни звука.

Этот подросток – седьмой сын императора, Цзян Юнь, рождённый служанкой. Та служанка изо всех сил старалась взобраться на императорское ложе, думая, что сможет обрести положение, родив сына, и не предполагала, что будет удавлена сразу после рождения ребёнка. И этот седьмой принц тоже совершенно не пользовался благосклонностью, почти каждому дозволялось безнаказанно издеваться над ним.

Похоже, это тоже был не первый случай, когда служанка «нечаянно» опрокинула на него чай. Она прибралась, а потом просто развернулась и ушла.

Подросток растерянно посмотрел на свою промокшую одежду и что-то шёпотом сказал сидевшему рядом с ним старшему брату. Увидев,что брат нетерпеливо отмахнулся от него, подросток всё равно очень вежливо поклонился брату и медленно отступил.