Глава 36. Чжайсин [Срывающий звёзды]

Глава 36. Чжайсин [Срывающий звёзды]

*摘星 [zhāi xīng] чжай син – собирать (срывать) звёзды = что-то находящееся на возвышении или высокое само по себе, например, высокая гора или здание (небоскрёб).

На обратном склоне горы, далеко на задворках секты Цинъян, группа людей плотным кольцом окружила мужчину примерно двадцати семи – двадцати восьми лет. Он был распластан на огромном валуне так, что не мог пошевелиться, и лишь свирепо смотрел на приближающихся людей.

— Ого, выглядишь готовым бесстрашно пойти на смерть, — Су Цзыюань подошёл ближе и, сжав кулак, прикрыл кончик носа, — Ну-ну, молодые люди должны быть сдержаннее.

Мужчина не ответил. Похоже, его уже сильно избили, но он не произнёс ни слова и, стиснув зубы, продолжал упорствовать.

Су Цзыюань подошёл ещё ближе:

— Вступил в игру в одиночку. Этот Достопочтенный восхищён твоей храбростью.

Он всего лишь распустил слух о том, что старикан Хо ещё жив и как раз сейчас ищет убежища на горе Цинъян, и этот человек решил, что плохо справился с работой, вот и попался в его сети.

Мужчина скрипнул зубами и после долгого молчания выпалил:

— Кто вы такие? Где Хо Юнь?

— Хо Юнь? — Су Цзыюань усмехнулся, — Боюсь, что в этот момент он уже пьёт «отвар забвения».

*孟婆汤 [mèng pó tāng] – «отвар Мэн-по», «суп забвения» – отвар, который люди пьют после смерти, чтобы забыть о прошлой жизни. Мэн-по – богиня забвения в китайской мифологии.

— А что касается этого Достопочтенного... — Су Цзыюань опустил взгляд, но это не скрыло леденящего выражения на его лице, — Ты посмел использовать имя этого Достопочтенного, чтобы совершить убийство, но всё ещё спрашиваешь у этого Достопочтенного, кто он такой?

При этих словах спокойствие мужчины разлетелось вдребезги, сменившись нескрываемым ужасом, даже его голос задрожал, когда он произнёс:

— Чжайсин.

Люди подобны звёздам на небе, я желаю достать до звёзд рукой и собрать все пропащие души на свете.

Для Срывающих звёзды (*для людей из Чжайсин) человеческие жизни – как звёзды на небе, которые можно сорвать одним мановением руки.

— Теперь, когда ты знаешь кто мы, скажи этому Достопочтенному, чей приказ ты выполнял? — Су Цзыюань стоял прямо, заложив руки за спину, он поднял руку и помассировал лоб, — Сегодня я немного выпил и теперь слегка пьян, так что надеюсь, уважаемый поторопится.

Мужчина дрожал от страха, но всё равно продолжал молчать.

Су Цзыюань закрыл глаза и вздохнул:

— Такое самопожертвование – поистине большая редкость, — договорив, он мгновенно открыл глаза и вытянул руку в сторону Хань Шэна.

Хань Шэн понял и передал ему кинжал, украшенный сверкающими драгоценными камнями. Этот кинжал сиял золотом и выглядел крайне броско, как будто предназначался для того, чтобы хвастаться им.

Су Цзыюань неторопливо раскрыл кинжал, обнажив холодный блеск клинка, и покрутил кинжал в руке:

— Эта безделушка сделана совсем недавно, и я пока что не знаю, хороша ли она в деле.

И прежде, чем закончил говорить, молниеносно всадил кинжал в запястье мужчины. Клинок пронзил кожу и мышцы, рассёк сухожилия и воткнулся в кость, вызвав истошный крик боли.

Выбранный Су Цзыюанем запястный меридиан был рассечён одним ударом. Резкая боль распространилась по всему телу мужчины, заставляя его испытывать невыносимые страдания.

— Шумно, — Су Цзыюань вытащил кинжал и приказал: — Хань Шэн, нажми на его немую точку.

После того как его немая точка была заблокирована, мужчина мог лишь сдавленно стонать, бросая на Су Цзыюаня умоляющие взгляды.

Но дождался только злой улыбки Су Цзыюаня:

— А вот теперь ты готов заговорить, да только этот Достопочтенный уже не очень-то и хочет тебя слушать.

Сказав это, он нанёс ещё один удар, и правая рука мужчины также превратилась в кровавое месиво, но он мог только стонать, задыхаясь от боли.

— Готов заговорить? — вкрадчиво поинтересовался Су Цзыюань таким мягким голосом, как будто это не он сейчас ударил его кинжалом.

Мужчина был измучен почти до потери сознания и смог лишь моргнуть.

Попав в руки Чжайсин, он не надеялся, что сможет остаться в живых, он просто хотел умереть и не хотел терпеть такие мучения.

Хань Шэн шагнул вперёд и, разблокировав немую точку, услышал, как мужчина едва слышно произнёс два слова, пусть не слишком чётко, но всё же достаточно различимо, чтобы понять их:

— Павильон Циша. (*Семи убийств)

— Так бы сразу и сказал, — Су Цзыюань удовлетворённо сложил кинжал и, держа его за рукоятку, брезгливо сунул в руки Хань Шэну, как будто испытывал отвращение к этой запачканной кровью вещи, — Возьми его голову и отправь главе их павильона, — отдав распоряжение, Су Цзыюань достал из-за пазухи роскошный ароматный платок и тщательно вытер пальцы.

Мужчина закрыл глаза, словно полностью утратил желание жить.

— Да, кстати, — Су Цзыюань вдруг о чём-то вспомнил, повернулся к Хань Шэну и улыбнулся: — Не забудь упаковать покрасивее.

Раз уж они старые знакомые, подарок должен выглядеть как подобает.

*七杀 [qīshā] Циша – 1). в истории – «семь [видов] убийств» в Древнем Китае: предумышленное, во время грабежа, по внезапно возникшему умыслу, в драке, непредумышленное, по неосторожности из-за рискованного поведения (например, во время опасной игры) и по неосторожности из-за небрежности или халатности; 2). в астрономии – название шестой звезды Южного Ковша; 3). в мифологии – злой дух, дух преступности (зла) = преступная (злобная) душа, преступный характер; преступность, зло.