Глава 4. Состязания в мастерстве

Глава 4. Состязания в мастерстве

Цзян Янь приказал стражам Юйлинь встать на отдых во дворе и, взяв с собой только Шии, отправился на прогулку вместе с Ци Шитином.

В этот день на улице царили толчея и суматоха, мимо то и дело пробегали молодые люди, и несколько из них едва не налетели на Ци Шитина. Цзян Янь вскинул руку и оттащил его назад, чтобы он не столкнулся с теми парнишками.

Ци Шитин, казалось, немного напрягся от этого рывка, он моментально развернулся, чтобы избежать контакта с Цзян Янем, и произнёс:

— Большое спасибо, ванъе.

Один из парнишек заметил, что чуть не налетел на кого-то, поэтому остановился и, поспешно поклонившись, извинился с долей юношеского позёрства:

— Прошу прощения, уважаемый.

— Интересно, а куда так спешит молодой человек? — с ответным поклоном полюбопытствовал Цзян Янь.

— Сегодня в секте Цинъян проходит отбор учеников, и я собираюсь попытать счастья, так что извините, — с этими словами парень поспешно удалился.

— Отбор учеников в секту Цинъян? — улыбнувшись, с нескрываемым интересом переспросил Цзян Янь.

Видя это, Ци Шитин пояснил:

— Ванъе, Юэчжоу расположен недалеко от горы Цинъян, и школа мечников Цинъян устраивает раз в два года состязания в мастерстве, чтобы выбрать молодых людей с задатками в качестве внутренних учеников. И для участия в этих состязаниях не имеет значения происхождение, поэтому многие сломя голову рвутся попасть туда, даже если они не вольются в сообщество цзянху, то хотя бы смогут заявить о себе, чтобы получить возможность изучать боевые искусства, сдать экзамен и заслужить репутацию.

— Один отбор каждые два года! Однако эта секта Цинъян – большая семья, — Цзян Янь рассмеялся: — Идём, присоединимся к веселью.

Эти состязания в боевом мастерстве, проходящие раз в два года, стали чем-то новым в Юэчжоу, и вокруг толпилось множество молодых людей, как участвующих в состязаниях, так зевак, пришедших поглазеть на представление, так что собралась огромная толпа, и было очень оживлённо.

В настоящее время можно было сказать, что секта Цинъян представляла собой относительно нетипичное явление: хорошая репутация, множество учеников, среди которых было немало отпрысков знатных семей, в том числе даже несколько членов императорской семьи.

— Дорогу, дорогу, посторонитесь, — Шии без зазрения совести использовал боевое мастерство, чтобы протолкнуть своего господина вперёд. Цзян Янь, идя за ним, не забыл прихватить Ци Шитина, потянув его к себе.

Ци Шитин опять виртуозно увернулся, отпрянув назад, однако улыбнулся и поблагодарил Цзян Яня:

— Большое спасибо, ванъе.

На площадке для состязаний в жарком поединке сошлись двое молодых людей, одним из которых был Ло Хэн, сын Ло Чжи, главы округа Юэчжоу.

Молодой человек, сражавшийся с ним, явно проигрывал, его руки были слабыми, положение тела неустойчивым, и за несколько ударов он был так избит, что даже не мог держать меч.

— Побеждает Ло Хэн, — на площадке зазвучал гонг, объявляя победителя.

Цель этих состязаний по набору учеников – выявить молодых людей с задатками, поэтому смертельные удары были недопустимы, следовало остановиться в последний момент.

— Шитин, ты вырос в усадьбе Динъюань вана, я уверен, что твои боевые навыки не хуже, чем у остальных, почему ты не пошёл участвовать в этих состязаниях? — все эти молодые люди здесь сейчас находились в расцвете сил, и даже если не ради вступления в секту Цинъян, они всё равно хотели заявить о себе на этих крупных соревнованиях по боевым искусствам.

Ци Шитин тихонько хмыкнул, и казалось, в его голосе звучала лёгкая насмешка:

— В последние годы секта Цинъян хоть и нарастила свою мощь, но это уже не та вчерашняя возвышенная добродетельная школа, сейчас это всего лишь знаменитая секта, выдающая себя за праведную, которая на самом деле гонится за славой и богатством. Как можно заниматься высшей практикой, имея суетные помыслы?

— А ты уже кое-что смыслишь, а! Ты и правда уже совсем взрослый, Шитин, — Цзян Янь легонько потрепал Ци Шитина по голове, испытывая чувство сродни гордости старшего брата.

Ци Шитин на мгновение замер, инстинктивно отпрянул назад, но с трудом сдержался, вскинул голову и тепло улыбнувшись сказал:

— Мне уже семнадцать, естественно, я уже взрослый.

Цзян Янь рассмеялся:

— Верно, ещё пара лет, и сможешь жениться.

Выражение лица Ци Шитина не изменилось, но в его глазах мелькнуло что-то невыразимое.

Теперь на площадке появился юноша в белой одежде. Этот парнишка был моложе Ло Хэна, лет пятнадцати-шестнадцати на вид. Он использовал обоюдоострый меч цзянь, его навыки были хороши, каждое движение попадало в цель. Ло Хэн использовал однолезвийный меч дао, силы-то ему хватало, но вот техника, к сожалению, хромала, да и в скорости он тоже проигрывал, одно мгновение, и острие меча парнишки в белом было направлено ему в горло.

Парень убрал меч, вскинул сложенные перед собой руки и произнёс традиционную учтивую фразу:

— Ты позволил мне победить.

Ло Хэн тоже убрал меч:

— Уважаемый брат хорошо владеет мечом, я признаю своё поражение.

— Побеждает Цзо Цинтан, — на площадке зазвучал гонг, объявляя победителя.

Поскольку на сегодня это был последний поединок, это означало, что лучшим на сегодняшних состязаниях в мастерстве стал этот юный господин, стоящий перед ними.

Люди вокруг площадки перешёптывались, обсуждая:

— Из какой семьи этот молодой человек? Почему никто никогда не слышал о нём?

— Не знаю, но глядя на его мастерство, я думаю, он ученик какого-нибудь прославленного мастера.

На губах Цзян Яня заиграла загадочная улыбка:

— Пойдём, Шитин, зайдём в какой-нибудь известный ресторан неподалёку, поедим все вместе.

— Поблизости есть ресторан Изысканный нефрит, в нём готовят фирменные блюда Юэчжоу, — сказал Ци Шитин.

— Идём.

Они все вместе направились в тот ресторан.

Ци Шитин заказал несколько фирменных блюд местной кухни и крикнул принести им два кувшинчика самого знаменитого юэчжоуского вина Юньху.

— Юный господин Ци, наш ванъе не пьёт вино, — остановил его Шии.

Едва услышав это, Ци Шитин подозвал слугу:

— Поменяйте на чайник хорошего чая, — сказав это, он обернулся к Цзян Яню и добавил: — Юэчжоуское Юньху известно повсюду, попробуйте его при случае в следующий раз.

— Хорошо, в следующий раз попробую, — ответил Цзян Янь.

Цзян Янь вырос в столице и с детства не любил острое, юэчжоуские блюда были для него слишком острыми. Ци Шитин смотрел, как Цзян Янь медленно ест, время от времени запивая еду чаем, и распорядился приготовить для него несколько неострых блюд, а вдобавок попросил ещё принести остуженного чая.

Цзян Янь заметил это и тепло улыбнулся Ци Шитину, а потом вдруг, вспомнив о чём-то, спросил:

— Шитин, скажи, все эти годы Динъюань ван был добр к тебе?

Хотя в последние годы он отозвал всех охранников, которые приглядывали за Шитином, оставались люди, время от времени передававшие ему новости из усадьбы вана.

После смерти жены Динъюань ван взял в дом нескольких наложниц, родивших ему четверых детей. По слухам, остальные дети Динъюань вана пошли характером в отца, и были заносчивыми, наглыми и лицемерными, и только Ци Шитин был кротким и добрым, часто раздавал еду беднякам и совершил немало добрых поступков.

Ци Шитин отложил палочки для еды, его улыбка не изменилась, когда он сказал:

— Отец не был со мной суров.

— Не был суров, — Цзян Янь опустил глаза, скрывая вспышку удивления во взгляде, — Это хорошо.