Глава 32. Засада

Глава 32. Засада

На следующее утро Цзян Янь проснулся рано, вышел из повозки и пошёл к реке, чтобы умыться. Прохладная вода моментально смыла с него остатки сна.

У него всегда был беспокойный сон, но эта ночь выдалась на редкость спокойной, без тревожных сновидений.

Но стоило только Цзян Яню проснуться, как он опять увидел этого «цветастого павлина», снова подошедшего к нему.

— Мм, дикие ягоды такие сладкие.

Цзян Янь промчался мимо Су Цзыюаня, тихо бросив на ходу:

— Дикие ягоды могут быть ядовитыми.

Су Цзыюань же снова нахально последовал за ним:

— Спасибо за заботу, Цзян сюн, со мной всё в порядке. Смотри, я съел и ничего, так что можешь не беспокоиться.

Цзян Янь проигнорировал его и сел в повозку:

— Шии, поехали.

Вся группа направилась в сторону горы Цинъян. Прошло почти полдня, когда внезапно всё вокруг заволокло плотным туманом, который полностью скрыл дорогу впереди, и всем пришлось остановиться.

— Хань Шэн, иди разведай дорогу, — откинувшись назад, лениво распорядился Су Цзыюань.

— Да, — Хань Шэн спрыгнул с повозки и начал осматриваться по сторонам.

Вдруг тишину нарушил едва слышный шорох. Лицо Су Цзыюаня моментально приняло сосредоточенное выражение. Он встал и, высунувшись наружу, резко потянул поводья, направив свою повозку вперёд, чтобы загородить ею повозку Цзян Яня.

И в тот же миг повозку Су Цзыюаня пронзили десятки стрел.

Су Цзыюань мгновенно перебрался в повозку Цзян Яня.

Цзян Янь едва успел повернуть голову, как Су Цзыюань стремительно прижал к его губам свою ладонь, и в горло Цзян Яню проскользнула пилюля. Цзян Янь попытался его оттолкнуть, но Су Цзыюань так сильно сжал ладонь, что его пальцы прикоснулись к горлу Цзян Яня, и пилюля провалилась ему в желудок.

— Ты... , — Цзян Янь был в ярости.

Отпустив его, Су Цзыюань тактично улыбнулся:

— Испарения ядовиты, а это противоядие. Не выходи из повозки, Хань Шэн разберётся с людьми снаружи.

Цзян Янь незаметно перевёл дух. Он на самом деле ощутил недавно тяжесть в теле, но теперь, после приёма лекарства, почувствовал себя значительно лучше.

Цзян Янь поднял голову и встретился взглядом с Су Цзыюанем, на лице которого сияла искренняя улыбка.

Кто же всё-таки этот человек?

Су Цзыюань бросил бутылочку с пилюлями Шии:

— Держи. Раздай тем мелким недотёпам снаружи и сам, смотри, не окочурься там раньше времени.

Шии поймал бутылочку, но даже не шелохнулся, пока не услышал распоряжение Цзян Яня: «Иди», и только после этого сдвинулся с места.

Хотя боевое мастерство учеников секты Цинъян было не слишком высоко, зато Хань Шэн с Шии в совершенстве владели смертоносными приёмами и быстро расправились с теми, кто устроил эту засаду.

Двое мужчин переглянулись и побежали докладывать каждый своему господину.

— Господин, выживших нет, — отчитался Хань Шэн.

В это время ученики секты Цинъян уже собрались все вместе:

— Цзян гунцзы, здесь неспокойно, давайте поскорее доберёмся до секты Цинъян, там мы будем под надёжной защитой.

Цзян Янь кивнул:

— Хорошо.

— Цзян сюн, моя повозка... , — глядя на свою утыканную стрелами повозку, растерянно протянул Су Цзыюань.

Су Цзыюань добился-таки своего и с довольным видом уселся напротив Цзян Яня.

Он принёс из своей повозки всю еду и вино, так что на маленьком столике перед ними почти не осталось свободного места.

— Цзян сюн, а откуда ты? — Су Цзыюань попытался завести с Цзян Янем разговор, — А после того, как навестишь своего друга на горе Цинъян, куда поедешь? Вернёшься домой?

Цзян Янь отдыхал, прикрыв глаза, и ничего не ответил.

— Цзян сюн, твой кувшин, похоже, уже пустой. Хочешь попробовать моё вино «Зелень листьев бамбука»? — Су Цзыюань потряс в руке кувшинчик с вином.

*竹叶青 [zhúyèqīng] Чжуецин – «Зелень листьев бамбука» – сорт выдержанного вина, травяная настойка на основе гаоляновой водки.

Цзян Янь скрипнул зубами и открыл глаза:

— Если ты продолжишь шуметь, то выйдешь из повозки и пойдёшь пешком.

Увидев, что Цзян Янь начинает злиться, Су Цзыюань пристыженно захлопнул рот. Зная характер Цзян Яня, он понимал, что, если он продолжит его донимать, то Цзян Янь уже по-настоящему разозлится на него. Су Цзыюань притих и начал молча глазеть по сторонам: посмотрел налево, посмотрел направо, и через какое-то время ему стало очень скучно. Он облокотился на столик, подпёр щёку рукой, склонил голову набок и уставился в пол, рассеянно постукивая указательным пальцем по лбу.

Цзян Янь перевёл взгляд в сторону и заметил движение Су Цзыюаня, его немного сонные глаза изумлённо расширились, а брови нахмурились.