ch.19

POV Дженни

Тишину номера разорвал настойчивый, но тихий звук вибрации.

Дженни открыла глаза первой.

Несколько секунд она просто лежала, пытаясь понять, где находится и почему её тело приятно ноет. Память возвращалась медленно, кусочками — горячее дыхание на коже, шёпот имени и пальцы, сжимающие бёдра.

Она повернула голову.

Шатенка спала рядом — лицом к ней, растрёпанная, без капли той собранности, что была у неё в офисе. Одна рука под подушкой, вторая — теплая и тяжелая на талии Ким.

Дженни задержала дыхание.

Какая же ты красивая.

Она не могла насмотреться. На то, как вздрагивают ресницы во сне — будто Лиса видит что-то приятное. На то, как приоткрыты сухие губы, чуть припухшие после вчерашнего. На то, как падает свет на скулы, делая их ещё острее. На родинку под глазом, которую Дженни вчера целовала так много раз.

Будильник снова завибрировал — Дженни быстро потянулась к телефону на тумбочке, выключая его, чтобы не разбудить.

5:45.

Она специально поставила его так рано. Знала, что утром придётся возвращаться в свой номер. Знала, что на её этаже полно коллег, которые могут проснуться в любой момент.

Но ещё она знала, что хочет провести со своим директором хотя бы немного времени перед этим.

Дженни осторожно повернулась на бок, оказавшись лицом к лицу с Лисой. Совсем близко. Так, что стало видно каждую ресницу, каждый миллиметр этих губ, которые сводили её с ума.

Она протянула руку и кончиками пальцев провела по её щеке — легко, почти невесомо. От скулы к виску, потом к линии челюсти. Кожа была тёплой, мягкой, и Дженни почувствовала, как внутри разливается что-то огромное и пугающее.

Ей совершенно не хотелось её будить, но и молча уходить она не собиралась.

Как же сильно она боялась того, что чувствует. В первый раз ей не хотелось уходить, в первый раз хотелось искренне поцеловать человека рядом — не потому что так надо, а просто так.

Сердце заводилось с полуоборота лишь от одной мысли о том, что она могла бы просыпаться так хоть каждый день.

Лиса вчера рассказывала так много. Дженни и подумать не могла, что её ужасно строгий и сдержанный директор окажется таким разговорчивым.

Они много смеялись. Лиса постоянно шутила. Дженни очень понравилось её чувство юмора. Каждая улыбка, каждый смех Манобан были такими заразительными.

У неё побежали мурашки по шее от воспоминаний.

Шатенка лежала полностью обнажённая, как и сама Дженни. Одеяло прикрывало спину от лопаток и ниже.

— Лиса, — прошептала Ким.

Никакой реакции.

— Лиса, — чуть громче, с улыбкой.

Шатенка нахмурилась во сне и что-то недовольно пробормотала, сильнее прижимаясь к ней. Рука на талии сжалась крепче. Как и сердце Дженни.

— Просыпайтесь, госпожа генеральный директор.

Она провела пальцем по её скуле, по линии челюсти, остановилась на подбородке. Большим пальцем погладила нижнюю губу — и почувствовала, как Лиса чуть приоткрывает рот в ответ на прикосновение.

— Ммм, — выдохнула та, но глаза не открывала.

— Ты притворяешься? — шепотом спросила Дженни.

Вместо ответа Лиса прикусила зубами её палец — легко, играючи, и только потом приоткрыла один глаз. Мутный, сонный, но сразу сфокусировавшийся на ней.

— М? — хрипло выдохнула она.

— Доброе утро...

Лиса моргнула пару раз, прогоняя сон, и вдруг улыбнулась — той самой улыбкой, от которой у Дженни вчера начали подкашиваться ноги. Мягкой и теплой, предназначенной только ей.

— Доброе, — прошептала она и сразу потянулась за поцелуем.

Губы у неё были тёплые, мягкие, чуть сухие со сна. Дженни ответила, чувствуя, как рука Лисы на её талии сжимается крепче, притягивая ближе. Их тела соприкоснулись под одеялом — горячие, расслабленные после сна.

— Сколько времени? — спросила Лиса, отрываясь на секунду, но продолжая гладить чужую спину.

— Почти шесть.

— Ммм, — Лиса снова потянулась к ней, кусая за нижнюю губу, — рано.

— Я знаю. — Дженни упёрлась ладонью в её плечо, не давая приблизиться, хотя безумно хотела обратного. — Но мне скоро идти.

Лиса тяжело выдохнула, замерла и закрыла глаза, напоследок в которых мелькнуло что-то — разочарование, понимание и тень самой уязвимости.

— Не хмурься. — Дженни коснулась пальцем её лба, разглаживая морщинку. — Я специально поставила будильник, чтобы... мы побыли вдвоем.

Манобан открыла глаза и посмотрела на неё долго, изучающе. Её взгляд сейчас был не тот — не собранный. Просто Лиса. Которая боялась, что это могло присниться.

— Ты серьезно? — тихо спросила она, хлопая глазами, чтобы прогнать сон.

Дженни кивнула и заправила прядь каштановых волос шатенке за ухо.

Лиса выдохнула — так заметно, будто всё это время задерживала дыхание.

Ким придвинулась ближе, кладя голову на плечо девушки. Та сразу обняла её, прижимая к себе, зарываясь носом в волосы.

— Пахнешь мной, — прошептала Манобан в макушку.

— Ммм?

— Твои волосы. Пахнут моим шампунем, — пальцы мягко массировали темную голову.

Дженни улыбнулась в её ключицу, оставляя легкий поцелуй.

— Нравится?

— Очень.

Они лежали в тишине. За окном только начинало светать — серый, ещё сонный Сеул просыпался где-то далеко. В номере было тепло, уютно, и Дженни не могла заставить себя оторваться от этой смуглой кожи.

— Как спалось? — спросила Лиса, перебирая её волосы.

— Хорошо. — Дженни провела пальцами по её груди, очерчивая ключицы. — Отлично, на самом деле. А тебе?

— Мне казалось, что я во сне. — Лиса усмехнулась. — Постоянно просыпалась, думала, что мне просто приснилось и на самом деле ты у себя в номере.

Дженни подняла голову, встретилась с ней взглядом.

— Правда?

Лиса несколько раз кивнула, касаясь губами её лба.

Лиса просыпалась, потому что ей казалось, будто я ушла? Или что я так и не пришла к ней?

Дженни смотрела на неё и чувствовала, как внутри разрастается что-то огромное. То, чему она пока боялась давать название.

— Я не хочу уходить, — честно призналась она.

Ей было одновременно страшно признаваться в своих чувствах вслух, но в то же время становилось так невероятно легко, словно с плеч убирали титановые плиты. Бонусом шло это прекрасное выражение лица шатенки.

Лиса провела большим пальцем по её щеке и поцеловала. Медленно, нежно, без жадности. Показывая, что это взаимно.

Манобан словно знала, когда Дженни нужно услышать, а когда лучше просто промолчать, потому что так будет проще. Пока что.

Смуглая рука легла на спину брюнетки, поглаживая поясницу, поднимаясь выше, к лопаткам. Дженни выдохнула носом, тая от объятий.

— Мне правда надо идти, — прошептала Ким, но не отстранилась.

— Угу, — продолжала целовать девушку шатенка.

— Я ещё не все вещи собрала, — говорила Дженни, запрокидывая голову для поцелуев.

Лиса обняла её за талию и мягко перевернула на спину, подминая под себя.
Тёплые ладони гладили бёдра, рот гулял по шее и груди.

— Мне ещё нужно принять душ, — зарываясь пальцами в каштановые волосы и прижимая к себе ближе, потеряв любой контроль, тихо выдохнула Дженни.

— Давай примем его вместе? — поцелуй спускался ниже, приближаясь к розовым соскам, что предательски выдавали желание Ким.

— Лиса... — брюнетка пыталась вразумить Лису.

— Ты так приятно пахнешь, — она провела носом по ложбинке между грудью. — Я не знаю, как остановиться.

Её руки по-хозяйски гуляли по светлому телу под ней. Сжимали талию, бёдра, гладили плоский живот, ключицы. Не заходили на самые чувствительные для Ким зоны, но всегда были рядом.

— Пожалуйста, Лиса, — Дженни обхватила её бёдра ногами, прижимая к себе. — Надо остановиться.

— Мы быстро, — умоляюще смотрела на неё шатенка, устраиваясь поудобнее между ног Ким и слегка толкнулась в неё бёдрами.

С губ Дженни сразу же сорвался стон.
Она на последних остатках своего контроля поднялась на локтях выше, не давая шатенке делать все эти вещи.

— Давай отложим на другое утро этот раз, ладно?

Дженни даже не подумала о сказанном. О том, что она буквально обозначила, что будет с ней видеться и что у них будет секс. Возможно, не один. Скорее всего, не один. Точно не один.

Лиса остановилась, задержав губы на ладони, что гладила её щёку.

Она смотрела на брюнетку с очевидным и понятным только для Дженни вопросом.

Девушка тяжело дышала, сердце стало так сильно биться, что стало страшно. От осознания, от количества нахлынувших чувств и от пристального взгляда карих глаз.
Ей пришлось промолчать некоторое время, пытаясь усмирить свой жар и лёгкую панику.

Лиса просто смотрела, кажется, пребывая в не меньшем удивлении.

Дженни кивнула, не сводя глаз со смуглого лица.

— Ты... хочешь... — начала очень аккуратно Манобан, словно сама не верила в то, что говорит.

— Да, — ещё раз кивнула девушка, начиная заливаться краской. — Я хочу... продолжать...

Лиса не перебивала. Её грудь заметно стала опускаться и подниматься.

— Продолжать... — сглотнула Ким, — видеться с тобой.

Дженни тяжело дышала, немного сгорбившись. Пытаясь сдерживать не свои мысли, а свой контроль.

В комнате повисла долгая пауза. Ни одна из них не шевелилась.

Лиса смотрела на неё и не могла пошевелиться.

Эти слова всё ещё висели в воздухе между ними.

Дженни сказала вчера, что не знает, что ей делать, и сама просила не говорить о доме. Но сейчас, лёжа в одной постели с этой девушкой, она испугалась от мысли о том, что это прекратится, больше, чем от той, что это продолжится.

— Ты про... — Лисе пришлось прочистить горло, голос сел. — Ты про... секс?

Она это спрашивала так аккуратно, так осторожно. Прощупывала и обдумывала каждую букву, не сводя взгляда с чёрных глаз.

Дженни едва заметно покачала головой в разные стороны и пожала плечами.
Настолько невидимое движение, что у шатенки могло сложиться ощущение, будто ей это показалось.

Лиса рвано вдохнула.

— Не про секс? — почти шёпотом.

Дженни молчала. Её пальцы, всё ещё лежавшие на плече Лисы, чуть сжались — нервно, почти незаметно.

— Я не знаю, как это называть... Я не... — она начала проглатывать слова дрожащим голосом, бегая по лицу Манобан взглядом и отклоняясь назад, вынимая ноги из-под бёдер девушки. — Я не умею, не знаю, как это делать...

Она запаниковала.

Испугалась до ужаса.

Чувства накрыли её волной, с которыми она никогда в жизни не сталкивалась. Не знала, что сказать.

Что, если Лиса не хочет? Что, если ей нужен только секс, а всё остальное — это просто потому, что она отличный партнёр, который дарит внимание, не больше? Что, если все её действия были лишь для того, чтобы поставить галочку в своём списке? Что, если это то, как она ведёт себя со всеми партнёрами, а Дженни просто очередная?

Пальцы Ким задрожали, она убрала руки с тела Манобан и попыталась слезть с кровати.

— Эй, эй, — Лиса перехватила её руки, прижимая обратно спиной к подушкам. — Тише, всё хорошо.

Дженни не могла даже смотреть на неё, она попыталась снова вырваться.

По телу шла дрожь, в ушах бил пульс, который по ощущениям разрывал барабанные перепонки. Шею, уши и щёки залило краской — от смущения и в какой-то степени от стыда.

— Дженни, посмотри на меня, — освобождая одну руку, Лиса мягко коснулась лица брюнетки, поворачивая его к себе.

Ким не слушалась, она боролась со своими мыслями.

Слишком много.

Слишком новое.

Затем её резко притянули, схватив под коленями, посадив к себе на бёдра.
Тело прострелило лёгкой, отрезвляющей болью, вызванной их последними ночами.

Затем тепло.

Горячие руки прижали её к себе, давая их телам вжаться друг в друга. Лиса обняла её очень крепко, не давая почувствовать, как её собственная грудь ходит ходуном из-за биения сердца и тяжёлого дыхания. Одна рука держала её за талию, вторая прижимала к себе голову, вплетаясь тонкими пальцами в чёрные волосы.

— Тш-ш, детка, пожалуйста, — спокойно сказала Манобан и оставила быстрый поцелуй на светлом плече. — Всё хорошо.

Снова она назвала её так.

Словом, которое выстроило барьер от всех мыслей в голове брюнетки. Ким резко выдохнула, выпуская страх.

Лиса чувствовала, как Дженни дрожит в её руках. Мелко, почти незаметно, но безошибочно узнаваемо. Сердце колотилось где-то в горле.

— Слышишь меня? — прошептала она в её плечо. — Всё хорошо.

Дженни не отвечала, но и не вырывалась больше. Просто замерла в её руках, уткнувшись носом куда-то в ключицу, тяжело дыша.

Лиса гладила её по спине — медленно, успокаивающе, чувствуя, как дрожь постепенно отступает.

— Ты так громко думаешь, — тихо сказала она, пытаясь разрядить обстановку. — Я слышу отсюда.

— Прости, — выдохнула она в кожу Лисы.

— За что?

— За это. — Дженни повела плечом, будто указывая на всю ситуацию. — За панику. За то, что я...

— Не смей извиняться, — перебила Лиса. — Никогда не извиняйся за то, что чувствуешь. Поняла?

Манобан снова оставила теплый поцелуй на голом плече, продолжая гладить брюнетку по голове.

Дженни быстро закивала.

— Чего ты испугалась? — тихо спросила шатенка, прижимая девушку ближе к себе.

Ни у одной Ким болело тело. Ноги Лисы простреливало каждую секунду, и от неудобной позы, и от веса сверху. Это помогало успокаивать и себя.

— Что ты не... — пыталась подобрать слова Дженни. — Что я просто...

— Спроси меня.

Лиса перебила, не дав закончить глупую мысль Ким. Резко, но со спокойным, заботливым голосом.

Дженни не знала как.

— Спроси меня о том, о чём ты подумала, — повторила Манобан ещё раз.

Брюнетка не могла поверить, что такие люди, как Лиса, существуют. Она не давит на неё абсолютно нигде, если только Дженни не будет согласна или не попросит. Даже сейчас, говоря о чувствах. В то время как Ким вываливает всё, что не может контролировать, Лиса ждёт, пока та спросит её сама. Не будет ли Дженни против выслушать её.

— Что ты чувствуешь ко мне? — наконец-то обняв шатенку в ответ, тихо спросила Ким, зажмуривая глаза.

Лиса засмеялась, очень тихо, практически неслышно. Дженни поняла это только потому, что их тела были крепко прижаты друг к другу.

— Ты мне нравишься.

Она сказала это просто как факт. Никакой драмы. Озвучила очевидное.

— Ужасно сильно, если честно, — голос сел на последнем слове.

После этих слов Дженни сильнее прижалась к ней.
Она не дышала.

Ей не раз приходилось это слышать от её ухажёров, от тех, с кем она провела ночь или просто флиртовала. Но слышать это от Лисы...

Это совершенно другое.

Всё, о чём она думала, всё, что её тревожило, вылетело из головы, как будто этого там никогда и не было.

Лиса не ждала никакого ответа, просто продолжала массировать голову девушки на своих бёдрах, гладить медленно голую спину, посылая по позвоночнику целый поезд мурашек.

— Я... — начала Дженни. — Мне не...

— Я не жду от тебя того же в ответ, — слегка отстранилась Манобан, заглядывая в чёрные испуганные глаза. — Я знаю, что тебе нужно время.

Дженни замотала головой.

— Я бы хотела попробовать.

Лиса не смогла сдержать улыбки. Она сделала глубокий вдох и задержала дыхание.

— Ты сейчас серьёзно? — спросила девушка, не веря своим ушам.

Ким несколько раз кивнула, слегка смущённо закусив нижнюю губу.

— Я не знаю, как это делается правильно, — Дженни собралась с мыслями, выдавив из себя. — Ну... вст—

— Можем попробовать без ярлыков. Просто посмотрим, как пойдёт, — перебила Лиса. — Ты сказала, что не знаешь, что делать... Не будем спешить, если тебе так будет легче, хорошо?

Дженни опустила свою ладонь на тёплую, слегка порозовевшую щёку шатенки и нежно погладила большим пальцем её скулу.

— Без обязательств? — уточнила она.

— Типа того, — пожала плечами Манобан.

Ким опустила взгляд на тело Лисы, что держало её в своих объятиях. Смуглая идеальная кожа, несколько родинок, острые ключицы и плечи. Она провела по ним пальцами.

— Я не хочу, чтобы ты встречалась с другими женщинами или мужчинами.

Лиса засмеялась, в удивлении вскинув брови.

— Мужчины меня не интересуют, как и другие женщины, — улыбаясь, ответила шатенка.

Дженни продолжала касаться тёплой кожи кончиками пальцев и подняла свой чёрный кошачий взгляд на директора.

— Я не буду встречаться ни с кем, — серьёзнее ответила Лиса, поглаживая бёдра брюнетки.

— Я тоже, — стыдливо сказала Ким. — Только ты.

Шатенка выставила свою руку перед ними, поднимая мизинец.

— Договорились.

Дженни обняла своим пальцем её мизинец и поцеловала, а затем выдохнула и уткнулась носом в чужую шею.

— Мне надо идти, — прошептала в кожу брюнетка.

— Угу, — просто промычала шатенка, продолжая гладить спину.

Они просидели так ещё несколько секунд, затем Дженни слезла с бёдер шатенки, сорвав с её губ болезненный стон.

— Боже, я думала, у меня отнимутся ноги, — падая на бок и массируя свои бёдра, говорила Лиса.

Дженни ходила по комнате, собирая свои вещи, и улыбалась. Майка лежала на полу у тумбочки, штаны и нижнее бельё — чуть дальше, у двери. Кофта — в гостиной или в гардеробе.

Она надевала вещи на ходу. Завязала пучок на голове, смотря в зеркало в ванной, когда умывалась.

— Не выгляжу подозрительно? — повернулась она к шатенке, что стояла в халате, облокотившись на дверной косяк.

— Выглядишь словно у тебя был отличный секс, — улыбалась шатенка.

Дженни усмехнулась, проходя мимо и быстро дёрнула за пояс халата, развязывая его по пути, заставляя Лису дёрнуться, чтобы поймать падающую ткань.

— Ну и самомнение, — смеялась она, обуваясь в прихожей.

Манобан подошла к двери, когда брюнетка стояла полностью готовая выходить.

— Машины приедут в 8:00, забрать нас всех в аэропорт. Не опаздывай, — наклонилась ближе Лиса.

— Хорошо, увидимся внизу, — оставила быстрый поцелуй на смуглой щеке Дженни. — Пока.

Когда Ким развернулась, чтобы открыть дверь, Лиса схватила её за талию, поворачивая к себе, и поцеловала в губы.

Не быстро. Не по-деловому. А так, будто хотела, чтобы Дженни запомнила этот вкус.

— Пока.

Щеки Дженни порозовели, и она вышла из чужого номера, спускаясь к себе.

Коридор на этаже Дженни был пуст. Она прошла к своему номеру быстро, стараясь не шуметь, но всё равно вздрогнула, когда из соседней двери вышел Соён.

— О, Дженни, доброе утро! — улыбнулся он. — Ты так рано встаёшь?

— Доброе, — Дженни улыбнулась в ответ, надеясь, что голос звучит ровно. — Ходила за кофе.

— А-а-а, — закивал он. — Я только проснулся. Хотел вчера тебя проведать, но тебя, видимо, не было. Ходил с ребятами выпить пива — облегчить головную боль.

Ким слегка напряглась.

— У моей подруги здесь живут родители, я была с ними, — соврала она.

— Понял, понял, — зевнул мужчина. — Ладно, увидимся в лобби.

Он помахал ей рукой и постучался в номер к Сэму.

Дженни скользнула в свой номер, прислонилась спиной к закрытой двери и выдохнула.

Чемодан был раскрыт на кровати, вещи лежали наполовину разобранные. Дженни принялась собираться быстро, но тщательно — нельзя было ничего забыть.

Благо, она собрала часть вещей вчера, пока ждала Лису со встречи, и сейчас было уже легче.

Надо не забыть про душ.

В лобби отеля собралась почти вся команда. Лиса уже была там: темно-серая толстовка, темные джинсы, прямые волосы и немного макияжа. Рядом стоял собранный чемодан. Она держала в руках телефон и что-то печатала.

Никто бы не подумал, что всего несколько часов назад она лежала в кровати растрёпанная и целовала свою помощницу в шею.

Дженни вошла в лобби с чемоданом на колёсиках. Их взгляды встретились ровно на секунду — Лиса чуть заметно улыбнулась уголками губ и сразу отвела глаза.

— Доброе утро, Дженни, — поприветствовали её коллеги вместе с директором.

— Доброе утро, — слегка поклонилась и она.

Они постояли ещё пять минут, дожидаясь последнего сотрудника из юридического отдела.

— Все здесь? — осмотрела Дженни команду.

— Да, — вразнобой ответили коллеги.

— Машина подъехала, — отрывая взгляд от телефона, сказала Манобан, кивая в сторону выхода. — Давайте садиться.

В машине до аэропорта они сидели по разные стороны салона. Лиса — впереди, рядом с мужчиной из финансового отдела, Дженни — сзади, с Сэмом. Обычная рассадка. Ничего лишнего.

Ким сидела в наушниках, прислонившись к окну, провожая взглядом город.

В аэропорту началась обычная суета: регистрация, сдача багажа, прохождение контроля. Лиса решала рабочие вопросы по телефону, Дженни помогала команде с документами. Всё чётко, профессионально.

Дженни ловила себя на том, что её взгляд то и дело возвращается к фигуре в сером худи в нескольких метрах впереди. Лиса говорила по телефону, жестикулируя свободной рукой, и выглядела так... обычно. В ней начинала проступать энергия, с которой она сталкивалась, когда Манобан работала. Всё понемногу возвращалось в своё русло.

Только когда они зашли в бизнес-зал ожидания, Лиса на секунду задержалась у кофепоинта, где Дженни делала себе айс-американо.

Она остановилась вплотную сзади. Настолько близко, что Дженни чувствовала тепло её тела. Но со стороны это выглядело просто как очередь у кофемашины. Ничего лишнего.

— Сделай шаг назад, ты слишком близко, — чуть слышно сказала Дженни, нажимая на кнопку приготовления.

Лиса сделала полшага в сторону, увеличивая дистанцию до приличной, но всё ещё стояла достаточно близко, чтобы говорить тихо.

— Возьми мне тоже, — тихо сказала Лиса. — Зелёный чай, если есть, то с жасмином.

Ким кивнула, все еще не поворачиваясь.

— Хорошо, мисс Манобан.

Лиса слегка наклонилась.

— Спасибо, — очень мягко сказала она и ушла.

Дженни выдохнула, только когда её спина скрылась за креслами. Пальцы слегка дрожали, когда она ставила стакан с американо на стойку и принималась за чай.

Лиса сидела в углу, разбирая какие-то бумаги. Деловой и неприступный вид. Соён сидел через два кресла и что-то читал в телефоне, обсуждая это с Сэмом.

Дженни поставила стакан с чаем на столик перед Лисой.

— Ваш чай, мисс Манобан.

Лиса подняла взгляд. На секунду — всего на секунду — в её глазах мелькнуло что-то тёплое, личное. А потом исчезло, сменившись привычной деловитостью.

— Спасибо, Дженни.

Их пальцы на мгновение соприкоснулись, когда Лиса принимала стакан.

Она отошла к соседнему столику, села спиной к Лисе, чтобы никто не видел её лица, и сделала глоток американо.

Лёд приятно холодил, но внутри было горячо.

Как мы будем это делать в Нью-Йорке?

Дженни пошла наперекор своему главному принципу: не иметь никаких личных отношений с руководством. А теперь...

Почему-то было не так страшно, как она думала.

В бизнес-зале объявили посадку на их рейс. Утренний, полусонный гул голосов сдвинулся к выходу. Люди поднимались, закрывали ноутбуки, собирали документы. Всё выглядело привычно, обыденно.

Дженни поправила ремень сумки на плече и встала вместе со всеми.

У выхода на посадку они оказались рядом только тогда, когда очередь замедлилась.

— Мой паспорт у тебя? — спросила шатенка.

— Нет, я отдала вам его после регистрации, — обеспокоенно ответила Дженни.

Шатенка похлопала себя по штанам и кофте.

— А, всё, спасибо, он в худи, — шутливо дёрнула бровью и улыбнулась.

Она просто хотела её задержать и переброситься парой фраз.

Дженни закатила глаза и ущипнула её за руку.

Рассадка в самолёте была аналогична предыдущей. Директор и помощница рядом, остальные на других креслах, чуть позади.

Ким зашла в салон сразу перед Манобан и положила сумку наверх.
Лиса на секунду замерла, будто собиралась что-то сказать, но вместо этого просто коснулась её поясницы. Лёгкое, почти незаметное касание.

Дженни села у окна, затем рядом опустилась и Лиса. Их плечи едва соприкоснулись.

Стюардесса прошла мимо, проверяя ремни. За иллюминатором серое утро Сеула постепенно заливалось светом.

Самолёт оторвался от земли. Лёгкая вибрация, нарастающий гул, и город начал уменьшаться под ними.

Когда сигнал ремней погас, Лиса опустила подлокотник между ними.
Её ладонь легла рядом, почти касаясь.

Дженни смотрела прямо перед собой секунд десять. Потом медленно опустила руку вниз.

Их мизинцы соприкоснулись.

Никто не видел — их прикрывал плед, который стюардесса выдала сразу после взлёта.

Лиса не двигалась.

Только через пару секунд её мизинец осторожно переплёлся с мизинцем Дженни.

Сердце снова стало слишком громким. Дженни смотрела в иллюминатор, но ничего не видела — только отражение двух силуэтов, сидящих слишком близко.

— Я хочу немного поработать, — повернулась брюнетка к директору.

Лиса кивнула и встала, чтобы достать сумку Дженни и передать ей. Из своей она так же достала ноутбук.

Они работали. Два часа пролетели за документами, отчётами и планами на следующую неделю. Дженни сосредоточенно что-то изучала, Лиса что-то печатала.

Всё проходило спокойно.

Кроме тех моментов, когда их руки случайно касались, когда они обращались друг к другу, решая вопросы. Кроме тех секунд, когда взгляды задерживались на долю дольше положенного. Кроме того, как Лиса поправляла волосы и Дженни ловила себя на том, что смотрит на её пальцы.

Вскоре принесли завтрак.

Они ели молча, иногда обмениваясь короткими фразами — о еде, о фильмах, об учёбе в университете и о хобби. Обычные разговоры, хоть и немного личные.

— Вы всегда были отличницей? — спросила Дженни, отпивая апельсиновый сок.

Лиса усмехнулась.

— Всегда. У меня не было выбора.

— В смысле?

— Моя фамилия. — Лиса пожала плечами. — Я с детства знала, что если получу четвёрку, это будет скандал.

Дженни смотрела на неё с новым интересом.

— То есть вас даже не спрашивали, хотите ли вы этого?

— Спрашивали. — Лиса улыбнулась. — Но ответ всегда был ожидаем. Я хотела. Сама. Просто... иногда хотелось иметь право на ошибку, знаешь.

Она прикрыла рот рукой, пережёвывая кусочек рыбы с овощами.

— И что, ни разу не ошибались? — выгнула бровь Дженни.

— Ошибалась, конечно. Но не в учёбе, — улыбнулась шатенка.

Ким задумалась. Вытерла салфеткой уголки губ.

— А я на первом курсе чуть не вылетела, — сказала она вдруг.

Лиса вскинула брови, слегка наклонив голову.

— Серьёзно?

— Абсолютно. — Дженни усмехнулась, вспоминая. — Я приехала в Нью-Йорк, и меня просто... накрыло. Свобода, новые люди, вечеринки. Я думала, что университет — это про тусоваться.
На экономику ходила через раз, про статистику вообще забыла. К концу первого курса у меня было столько долгов, что декан вызвал меня и сказал: «Мисс Ким, или вы закрываете всё летом, или ищете другой вуз».

Лиса слушала с открытым ртом.

— И ты закрыла?

— Пришлось. Я просидела в библиотеке всё лето. Мои друзья звали на пляж, а я читала учебники и ненавидела себя.

— Должно быть, это ужасно, — издевалась над ней шатенка, смеясь.

— Ужасно, конечно! Я жила на вечеринках, а тут такое...

Лиса молча смотрела на неё, продолжая есть.

— А ещё я однажды перепутала аудиторию и просидела всю пару на философии, думая, что это маркетинг, — выдала Дженни.

— И как?

— Отлично. Я даже конспект писала. Только когда преподаватель начал спрашивать про Канта, я поняла, что что-то не так.

Манобан постоянно и заразительно смеялась.

— Такое вообще-то не рассказывают своему начальству, — тихо сказала она. — Что чуть не вылетела с первого курса.

Дженни посмотрела на неё испуганными глазами. Лиса лишь отвернулась, сдерживая смех.

Они болтали очень долго.
До тех пор, пока свет за окном не сменился на более тёмный, хоть и ненадолго. Часовые пояса менялись. Когда они прилетят в Нью-Йорк, там будет полдень, может, чуть позже.

В какой-то момент глаза Дженни начали слипаться.

— Тебе и правда тяжело даются перелёты, — сказала Лиса, держа девушку за руку под пледом, пока та слушала музыку.

— Я не знаю, как с этим бороться, — ответила брюнетка, поправляя волосы, завязывая пучок на затылке.

Она натянула горло чёрной кофты чуть выше, зарываясь в него лицом, и спустилась чуть ниже в кресле, принимая более удобное положение.

— Поспи, — тихо сказала Лиса, поглаживая костяшки на светлой руке.

— Разбуди меня пораньше, чтобы я успела проснуться и умыться.

Она сама не заметила, как переключилась на «ты».

— Хорошо, — снова открыв ноутбук, ответила Манобан.

Они сидели так, держась за руки, пока Дженни не провалилась в сон.

Лиса смотрела на неё несколько минут, прежде чем вернуться к работе. Пальцы Дженни расслабленно лежали в её ладони, дыхание стало ровным и глубоким.

Где-то через час Соён прошёл мимо и бросил взгляд на их кресла.

— Мисс Манобан, вы не спите?

— Работаю, — коротко ответила Лиса, даже не поднимая глаз.

— Дженни спит?

— Да. Пусть отдохнёт. День был длинный.

Соён понимающе кивнул и прошёл дальше. Лиса выдохнула — он ничего не заметил. Она аккуратно сжала пальцы девушки под пледом.

До посадки оставалось примерно полтора часа.

— Дженни, — тихо позвала Лиса, легонько сжимая её пальцы. — Просыпайся.

Никакой реакции.

— Дженни, — чуть громче, с улыбкой. — Ты просила разбудить.

Брюнетка нахмурилась во сне, что-то недовольно пробормотала и попыталась выдернуть руку, чтобы перевернуться на другой бок.

— Не-а, — шатенка не дала. — Просыпайся.

Дженни приоткрыла один глаз. Мутный, недовольный, но постепенно фокусирующийся на Лисе.

— Сколько времени?

— Через полтора часа сядем.

Дженни села в кресле, потянулась, поморщившись от затекшей спины.

— Не спала все это время? — кивнув на ноутбук на чужих коленях, спросила она.

— Работала, — тихо выдохнула Манобан.

Дженни зевнула и встала. Поправила одежду и направилась в туалетную комнату. Лиса проводила её взглядом и снова уткнулась в ноутбук.

Когда Дженни вернулась через пятнадцать минут, она выглядела совсем иначе — свежая, с собранными в низкий хвост волосами, с каплей блеска на губах.

Она уселась обратно, чувствуя тонкие пальцы на ее бедрах, провожающие ее в кресло.

Черный взгляд предупреждающе осмотрел руки директора.
Лиса сжала губы и легко улыбнулась.

Самолёт зарулил на стоянку, пассажиры зашевелились, защёлкали ремнями, зашумели сумками. Команда постепенно просыпалась, приводила себя в порядок.

— Мисс Ким, — раздалось сзади. Соён уже стоял в проходе. — Помочь с багажом?

— Спасибо, я сама, — улыбнулась Дженни, поднимаясь.

Когда девушки спускались к зоне выдачи багажа, Лиса приблизилась к Ким.

— Ты ему нравишься, — шепнула она ей на ухо.

— Мне все равно. Я ему уже все сказала, — так же тихо ответила Дженни.

— То есть он тебе уже признавался? — чуть строже спросила Лиса.

— Да, но я ему отказала. Сказал, что проблем больше не доставит.

Они двигались дальше, чуть толкаясь в очереди.

В зоне выдачи багажа всё закрутилось как обычно: чемоданы, проверка бирок, перекличка. Лиса стояла чуть в стороне, отвечая на сообщения в телефоне, Дженни собирала команду, пересчитывала людей, проверила сообщение от Элис.

— Две машины ждут на выходе, 723 и 724, выбирайте любую, — читая текст уведомления, озвучила его Ким.

Через полчаса чемоданы были погружены, команда рассажена по машинам.

Рядом с двумя чёрными Rolls-Royce стоял знакомый — золотой Rolls-Royce Phantom. Личный автомобиль Манобан.

Он стоял чуть поодаль от основного потока машин — слишком заметный, чтобы смешиваться с толпой, и слишком дорогой, чтобы стоять вплотную к другим авто. Утренний нью-йоркский воздух был прохладным, прозрачным после ночного дождя. Асфальт блестел.

Водитель Лисы уже открыл заднюю дверь.

— Сначала Дженни, — спокойно сказала Манобан, даже не посмотрев на неё.

Как будто это само собой разумеется.

Дженни на секунду замерла. Ей вдруг стало неловко.

Она села внутрь. Салон пах кожей и чем-то древесным, тёплым. Через пару секунд рядом опустилась Лиса. Дверь мягко закрылась, отрезая их от шума аэропорта.

— Это не странно, что я еду с вами? — спросила Ким.

— Нет, я всегда ездила с Элис так, всё в порядке, — ответила Манобан, комфортно размещаясь на кресле.

Шторка водителя была закрыта, как и в прошлый раз.
Лиса взяла её за руку и поцеловала тыльную сторону ладони, затем запястье, где билась едва ощутимо тонкая венка, затем в щеку.
И только после этого — в губы.

Дженни резко отстранилась, смотря на тёмную шторку, за которой сидел водитель.

Шатенка посмотрела на неё вопросительным взглядом. Тонкие пальцы легли на чужое бедро.

Дженни сделала несколько вдохов и столько же выдохов. Увлажнила сухие губы и прильнула к девушке рядом.

Поцелуй был медленный, тихий и желанный.

Они ехали на адрес Ким, переодически разговаривая то о работе, то о друг друге.

Когда машина остановилась, Дженни посмотрела на шатенку рядом.

Сердце стало биться чаще. Ким слегка дрогнула от столь резкого чувства.

Какого черта?

Карие глаза смотрели на неё с нежностью и заботой. Тонкие пальцы обхватили светлую ладонь.
Лиса не прощалась, просто разглядывала её лицо и улыбалась тёплой улыбкой.

Если бы Дженни стояла, у неё бы подкосились ноги.
Она не могла заставить себя выйти из машины.

— В понедельник собрание, нужно будет предоставить отчёт по командировке, — говорила шатенка.

Ким не слышала её совсем. Просто смотрела на то, как двигаются губы.

— ... я сделала, что смогла, сама скинула теб—

Дженни поцеловала её, не дав договорить. Крепко обхватила лицо ладонями, притянула к себе ближе.
Страх того, чтобы быть с ней, сменился страхом быть без неё.

Лиса замерла лишь на долю секунды — от неожиданности, от того, как резко Дженни прервала её.

Потом ответила.

Её ладони скользнули по запястьям Ким, выше — к предплечьям, удерживая, но не останавливая. Поцелуй получился глубоким, тёплым, чуть отчаянным.

Дженни целовала так, будто пыталась доказать что-то не Лисе, а себе. Пальцы крепко держали её лицо, большой палец касался скулы. Сердце билось где-то в горле.

Лиса мягко выдохнула ей в губы и осторожно отстранилась на несколько сантиметров, не убирая рук.

— Я напишу, как буду дома, хорошо? — словно читая мысли брюнетки, сказала тихо Лиса.

Дженни смотрела на неё ещё секунду.

— Хорошо, — тихо ответила она. — Я пойду.

Манобан кивнула несколько раз и оставила быстрый прощальный поцелуй.

— Пока, детка, — прошептала она в маленькие губы.

— Пока, — кивнула в ответ Дженни, сдерживая улыбку.

Дженни медленно вышла из машины, держа чемодан за собой.

Она поднялась по лестнице в свою квартиру и, едва переступив порог, закрыла за собой дверь. Спиной прижалась к холодной поверхности, словно пытаясь осесть и прийти в себя после накрывшей её волны эмоций.

Чемодан оставался у её ног, но внимание Дженни было полностью занято собственными руками. Они медленно поднялись к лицу, пальцы касались губ.

Дженни проводила кончиками по нижней губе, осторожно и задумчиво.

На лице была глупая улыбка, которую совсем не получалось сдержать.

Завибрировал телефон — новое уведомление.

Джису.