ch.13

POV Лиса

Долгожданные выходные дни были на пороге.

Лиса скинула туфли и прошлась босыми ногами по комнате, ощущая, как каждая мышца наконец расслабляется после недели, полной встреч, фотографов и ужинов. Каблуки оставили в ногах гудящую усталость, плечи ныли, руки казались ватными, а шея скованно тянула к затылку. Она села на край дивана, облокотилась, и впервые за пять дней позволила себе почувствовать, что мир вокруг замедлился.

Свет лампы мягко падал на стол с пустыми бокалами, блокнотом и ручками — мелочи, которые раньше проходили незамеченными, теперь казались странно важными. Шум города за окнами был приглушённым: редкие машины, далёкий гул, мерцающий свет фонарей. В этом спокойствии чувствовалась странная смесь облегчения и лёгкой тревоги.

Она позволила себе растянуть ноги и глубоко вдохнуть, чувствуя, как дыхание постепенно выравнивается. В голове мелькали обрывки событий, голосов, коротких взглядов — всё, что не успела осмыслить на бегу, когда дни сливались в один.

Последние пару дней прошли как будто фоном, но в то же время слишком тяжело.
Они были как филлерные серии какого-то сериала или мультфильма. Ты их смотришь, но выбиваешься из основного сюжета, не понимаешь зачем они были нужны.

Контраст был сильным, если сравнивать с предыдущей неделей. Вместо уже привычной суеты, на смену пришло спокойствие и монотонная работа. Изучение графиков, согласование идей, встречи с главными редакторами журналов. На следующей неделе заседание совета директоров по итогам первого квартала этого года. Снова будет подниматься вопрос, касательно HanSeong Media Group и о разработке пилотного проекта, который должен быть согласован советом, а так же бум в медиа после форума.

LLOUD так сильно запомнился, что фото и вырезки с мероприятия, включая интервью с рекламными роликами завирусились, пробиваясь на все новостные интернет-каналы. Люди выводили хэштеги, восхваляли красоту и острый язык генерального директора холдинга. Не обошлось и без хейтеров или тех кто критиковал их высказывания, говоря что это все лишь для публики, и LLOUD не перестанет поглощать перспективных новичков или даже завсегдатаев рынка, показывая свою глобальную власть в индустрии.

Манобан устала читать комментарии любого рода. Каждый раз когда она открывала телефон, ей тыкали в лицо этими черными кошачьими глазами в темном костюме, на совместных фотографиях под тегом #LLOUDTeam. В один из последних разов шатенка закатила глаза, громко рыкнула и заблокировала телефон, засунув его под подушку.

Изнуряли не столько попытки подавить свои чувства, сколько осознание своей беспомощности во всей этой ситуации.

Дженни была интересна ей. Шатенка периодически ловила себя на мысли о том, что хотела бы узнать ее лучше, провести время вместе, не только в рамках одной комнаты. Ким привлекала ее как женщина во всех аспектах. Лиса не душила в себе эти мысли. Когда они начали появляться, она их не прогоняла, не спорила с ними, а принимала и знакомилась. Манобан прекрасно понимала тот факт, что невозможно контролировать свою симпатию к кому-то, это происходит само.

Все что ты можешь делать после этого – это управлять ее развитием. Уже в твоих силах оставить все как есть, дать ей разрастись или задушить в зародыше.

Шатенка выбрала первое. Оставила все как есть. До того момента, как Дженни сказала, что у этих отношений, какими бы они не были, нет будущего.

Она пыталась выбрать последний вариант после этого, но этот зародыш уже окреп и смог дать отпор. На этом ее попытка закончилась.

В ее верхнем ящике офисного стола все еще лежали билеты на концерт SAW, которые привезла Розе.
Манобан собиралась предложить девушке сходить на них вместе, после того как узнала, что это ее любимая группа, но события сложились иначе в тот день.

"В любой день" – подумала шатенка.

Каждый раз, когда она хотела сделать шаг навстречу к Ким, показать свое расположение и обозначить намерения, та ставила пуленепробиваемую стену, не давая даже начать.

Лису и ранее посещали мысли о том, что это все проигрышная затея, но как только стена появлялась, Дженни своими же руками делала в ней маленькое окно.

Что делать сейчас – Манобан не знала. Брюнетка четко дала понять, что у Лисы нет шансов.

После того как поцеловала ее в машине.

Перед тем как держала ее за руку.

Что вообще происходит в голове у этой девушки?

"Ты хоть сама понимаешь что делаешь?" – мысленно обратилась она к брюнетке, лежа на диване с закрытыми глазами.

Сама Лиса решила не делать ничего.

– Мисс Манобан, я пойду? Я закончила. – сказал вежливый женский голос.

Шатенка поднялась на локте, повернув голову в сторону источника звука.

Там стояла невысокая женщина, в чистой рабочей одежде – домработница Лисы.

– Да конечно, Юна, спасибо большое, – тепло улыбнулась ей девушка. – На выходных можно не приходить, я буду дома.

– Вы уверены, мисс? Я хотела приготовить вам тайской еды, как вы любите. – тихо спросила домработница.

Лиса закрыла глаза, представляя вкус тайского зеленого карри – ее любимого блюда. Она скучала по дому, если его так можно назвать. Шатенка никогда не забывала откуда она родом, гордо носила титул одной из самых влиятельных тайских женщин, при этом не жила в самом Таиланде уже около двенадцати лет.
С тех пор как ее забрали в Штаты учиться, она больше не возвращалась. Иногда была проездом или на пару дней в командировке, но приехать просто "потому что" – никогда.

– Ммм, я обожаю то, как Вы готовите домашнюю еду, Юна, – потянулась шатенка, вставая с дивана. – Но я бы хотела побыть завтра одна.

– Тяжелая неделя? Я видела новости, было какое то мероприятие, не знаю как это по английски, – женщина немного смутилась и опустила взгляд.

– Хм, – Лиса встала напротив домработницы и немного задумалась. – Я думаю, у нас это называется Уэ-тии сэ-уа-на, но можно просто фо-рам.

– Ооо, поняла. – сказала Юна на тайском.

– Я очень устала, приходилось слишком много учить и думать. Голова разрывается. – переключилась на тайский и Манобан.

Ее домработница была тайкой, которая в свое время переехала в Штаты на заработки, но осталась, когда стала работать на Лису.

– Вы очень много работаете, мисс, совсем себя не щадите.  – Юна погладила шатенку по плечу.

Девушка ей тепло улыбнулась и кивнула.

– Если я не буду так много работать, нам с вами нечего будет кушать.

– Не говорите так! – пригрозила ей пальцем женщина. – Зачем плохое говорите?

Лиса сложила руки в вай и извинилась, слегка смеясь.

– Если что-то будет нужно, пожалуйста, позвоните Юне и Юна сразу приедет, хорошо?

– Хорошо. Если мисс что-то потребуется, она сразу позвонит Юне. – кивнула еще раз шатенка.

– Хорошо отдохните и не грустите, до свидания. — сложив руки в вай и поклонившись, попрощалась домработница.

Лиса отразила ее действие с мягкой улыбкой.

— До свидания.

Субботу она провела сидя дома. Классический тюлений выходной.

Лиса проснулась позже обычного — без будильника, без напоминаний, без графика. Свет уже пробивался сквозь плотные шторы, мягко подсвечивая край потолка. Она не открывала глаза сразу. Лежала, чувствуя, как тело постепенно приходит в себя. Ноги больше не гудели так сильно, плечи не тянуло, но усталость всё ещё сидела где-то глубоко, как осадок после слишком насыщенной недели.

Она перевернулась на спину и уставилась в потолок. Поднялась не сразу — дала себе время. Прошла по прохладному полу на кухню, включила кофемашину. Звук перемалываемых зёрен заполнил пространство. Этот бытовой шум казался почти роскошью — никто не требовал внимания, никто не смотрел, не ждал реакции.
Кофе было выпито за большим обеденным столом в полном одиночестве с телефоном в руках.
Она вернулась в спальню и собрала волосы в небрежный пучок. Домашняя футболка, мягкие штаны.

День протекал спокойно.

Она разобрала не срочную почту, просто чтобы разгрузить голову. Просмотрела отчёты по кварталу, не вдаваясь глубоко. Сегодня она могла позволить себе не анализировать каждую цифру.
Ближе к полудню включила музыку — тихую, без слов. Готовила что-то простое, потому что ее навыки ограничивались базовыми блюдами. Шеф из нее был ужасный. Юна ее избаловала. Овощи, немного риса, жареные яйца и соус на глаз.

После обеда она приняла долгий душ. Тёплая вода стекала по плечам, смывая остатки напряжения. Она задержалась под струями дольше обычного, закрыв глаза.

В такие моменты ее голову всегда посещал образ Дженни. Сегодня - не стало исключением. Единственная разница была в том, что сегодня это было проигнорировано.

Днём Лиса устроилась на диване с книгой. Она читала медленно, иногда смотрела в окно. Иногда — в экран телефона. Сообщений было немного. Несколько уведомлений от Розе и социальных сетей.

Шатенка глубоко вздохнула  и посмеялась. Если бы это была не Розе, она бы уже разозлилась и выругалась за такой напор. Но эта блондинка была всегда в нужное время в нужном месте. Лисе казалось, что они были лучшими друзьями в каждой жизни и эта не стала исключением.

Они обсуждали все прошедшие события: отъезд Розе на несколько недель в Лос-Анджелес для записи альбома и съемок клипа, возможное подписание ее крупным лейблом из-за чего придется закрыть кофейню. Манобан искренне расстроилась, пусть и не любила это место для скейтеров и эскапистов.

– Когда ты себе другую машину уже купишь? – спрашивала Лиса, сидя на пассажирском сиденье, справа от Розе, подкрашивая губы и смотрясь в зеркало.

– Не гоже такому богатому заду сидеть в дешевой тачке? – ответила подруга.

Манобан убрала помаду, поправила волосы и повернулась на девушку.

– Да пусть она хоть дороже всех моих будет, – закатила глаза на укол Розе шатенка. – Она неудобная.

– Мои девушки не жалуются, – играла бровями блондинка, смотря в боковое зеркало.

– Машина когда последний раз на химчистке была?

Лиса сморщила нос, вспоминая количество партнерш подруги.

– Никогда. Я коллекционирую. – усмехнулась девушка.

– Венерические заболевания?!

Манобан широко распахнула глаза от удивления и убрала руку с ручки двери, за которую держалась.

– Не кричи, пожалуйста, голова от тебя болит, – подняла руку к своему уху Розе. – Чисто тут.

– Ты сама вызвалась меня подвезти до работы. – ответила шатенка, поправив жилетку на талии.

Блондинка как всегда должна была заехать в понедельник на студию, но если обычно она просыпается к обеду, сегодня она встала рано вместе с подругой. Решив перед студией заехать к юристам, уладить вопрос с документами, она заодно захватила и Манобан. Должен же хоть кто-то за ней поухаживать?

— Я забыла предупредить адвокатскую контору, что приеду раньше. Можешь написать им? Вот, — она вытащила телефон из-под пустой пачки чипсов и протянула его Лисе.

Манобан быстро поднесла телефон к лицу блондинки, чтобы разблокировать его.
Розе на секунду отвлеклась от дороги, смотря в экран.

– Как они записаны? – открывая сообщения подруги, спросила Лиса.

– Адвокаты.

Шатенка медленно подняла на нее взгляд.

– Ты серьезно? – со смешком спросила она.

– Абсолютно. Я не забиваю себе голову названиями контор. Мне просто нужно, чтобы это все сделали быстро и все.

Манобан цыкнула, нашла контакт с именем "Адвокат" и логотипом адвокатской конторы на изображении профиля.

– Они даже аватарку поставили с названием...– продолжала осуждать подруга.

– Да мне пофиг.

Лиса быстро отписалась в диалог от лица Розе, что будет через 30 минут.

Они заезжали на парковку сразу за черным Cadillac Escalade.

– Вот такую хотя бы возьми. – показывала ладонью в окно шатенка.

Розе скривила лицо, высунув язык. Подождав когда черная машина завернет, чтобы припарковаться напротив, Розе ответила:

– Мне такое не нравится, выглядит по семейному.
Лиса отстегнула ремень безопасности и вышла из машины. Подруга вышла вместе с ней, чтобы попрощаться.

– Напиши как все будет известно по датам. Хочу проводить тебя в Калифорнию. – обнимала блондинку Манобан.

– Да, конечно, береги себя.

Розе крепко прижала к себе подругу, немного наваливалась на нее сверху, когда из черной машины вышло двое.

– Спасибо, что подвезла, Джису, – раздался первый голос.

Лиса непроизвольно повернула голову в ту сторону. Розе обернулась вместе с ней, немного ослабляя хватку.

– Забрать не смогу, извини. – ответил второй.

Джису погладила подругу по плечу и потрепала другой рукой по голове.

— Я надеюсь, что смогу завтра уже забрать машину из ремонта, — протягивая руки для объятий, говорила знакомая обладательница первого голоса.

Розе слегка наклонилась к уху Манобан.

– Это же Дженни да? – спросила она ее.

– Ага.

– А вторая?

– Джису, ее подруга. Я рассказывала, что забирала их из аэропорта.

Розе отодвинулась от Лисы и убрала руки в задние карманы джинс. Она осмотрела брюнеток, прежде чем те повернулись в их сторону.

Произошла неловкая пауза, пока все пытались разобраться в какой момент будет корректно отвести взгляд.

Дженни подняла ладонь и слегка помахала девушкам, а Джису просто кивнула.

На другой стороне парковки ситуация была противоположной. Розе подняла два пальца в вверх и улыбнулась, а Лиса уважительно качнула головой.

– Джису, да? Очень красивая, ты этого не упоминала.

Манобан развернулась к блондинке и натянула ей кепку на глаза.

– Даже не думай.

Розе просто заливисто посмеялась, покачиваясь, пока поправляла себе головной убор.

— Уже подумала, — погладив по плечу подругу, она развернулась и села в машину. — Не скучай без меня! Напиши, если нужно тебя забрать!

Это было громко.

Лиса закатила глаза, пока шла в сторону лифта. Зашла внутрь и нажала кнопку двадцать первого этажа.
Когда послышался звук каблуков, который чем ближе был, тем чаще повторялся, рука задержала двери соответствующей кнопкой.

— Спасибо, — забежала внутрь Дженни.

Брюнетка убирала  волосы с лица и едва заметно улыбалась.

Манобан стояла облокотившись спиной на стену лифта. Взгляд устремлен перед собой. На спину Дженни.

На ней было нежно-голубое, теплое и приталенное платье, длинные ботинки выше колен, черная маленькая сумочка. Волосы без особой укладки, но выглядели более волнистыми чем обычно.

Как всегда красивая.

— Не за что, — спокойно ответила шатенка.

Дженни стояла в центре лифта, сразу перед директором.

Ни на одном из этажей лифт не остановился. Подъём прошёл в полной тишине.

На выходе из лифта Лиса лишь сказала:

— Хорошего дня.

Дженни не смотрела на нее, когда заходила в свой кабинет, но ответила тем же.

Манобан прошла дальше, к себе, не проронив больше ни слова.
__________________________________

POV Дженни

Под конец рабочего дня Дженни перебирала бумаги на столе: одни просматривала и раскладывала по папкам, другие откладывала в сторону. Сложив аккуратные стопки и закрыв ноутбук, она вышла из кабинета.

Она сделала три тихих удара по двери кабинета директора.

— Войдите.

Дверь открылась, пропуская брюнетку внутрь.

Лиса сидела за своим столом, что-то быстро записывая в одних документах и одновременно просматривая другие. Она не подняла взгляда на вошедшую — была слишком сосредоточена.

Брови были сведены к переносице, губы поджаты, плечи невольно уходили вперёд. Она пару раз пыталась расправить спину — та неприятно тянула. Каждый раз, отклоняясь назад, она едва слышно выдыхала от боли.

— Завтра у вас собрание с советом директоров. Я принесла последние документы по итогам квартала. — подошла к столу брюнетка с папкой в руках.

— Положи, пожалуйста, здесь. — стукнула обратной стороной ручки по углу стола Лиса.

Ким послушно выполнила просьбу. Она стояла слева от шатенки, заглядывая в бумаги.

Директор подняла взгляд на папку Дженни. Она была большая.
Перевернув пару страниц с расстроенным взглядом, она увидела цветные стикеры.

— С твоими заметками? Когда ты успела? — взгляд поднялся на брюнетку.

Черные глаза были прикованы к небольшому органайзеру для бумаг на столе генерального. Рядом с ним стояла маленькая каменная уточка-мандаринка, которую Дженни привезла ей из Сеула.

Эта птица напоминала ей Лису.

Мандаринка — редкая утка с поразительно красивым оперением. Самец отличается уникальной, легко узнаваемой внешностью. Большую часть его головы покрывает белое перо, и на этом светлом фоне тёмные глаза кажутся особенно глубокими и завораживающими — такими же, как у нее.

Мандаринка в фен-шуе символизирует удачу. О других значениях Ким старалась не думать.

Лиса проследила за взглядом брюнетки, задержала взгляд на подарке и вернулась к документам.

— С пятницы за этим сидела. Закончила где-то час назад. — Дженни зевнула, смущенно прикрывая рот рукой.

— Спасибо большое. Я бы точно с ума сошла, если бы ещё и из этого приходилось вынимать суть, — поблагодарила девушка.

Манобан откинулась на спинку стула и медленно выдохнула, позволяя усталости спуститься по телу.

— А вы над чем сидите?— брюнетка склонилась над столом.

Глаза Лисы невольно скользнули по оголённой коже ног Дженни, всё сильнее выглядывавшей из-под поднятого платья. Она быстро отвела взгляд и снова склонилась над столом.

— Планы на следующий квартал. Я не успела просмотреть предложения журналов на той неделе, хотя должна была согласовать их проекты.

Дженни пробегалась глазами по тексту, подмечая важное.

— Я могу помочь, если нужно, — она перевела взгляд на уставшие карие.

Сердце Ким пропустило удар.

Шатенка смотрела на её губы, будто не замечая, что Дженни больше не разглядывает бумаги.
Карие медленно поднялись выше — к кошачьему прищуру Ким, который изучал смуглое лицо Лисы.

Несколько секунд они просто не отводили взгляда, теряя фокус то на линии рта, то на отражении в радужках.

Дженни подалась вперёд буквально на миллиметр. Это произошло само — она даже не поняла, в какой момент сократила расстояние.

Лиса сглотнула и откинулась в кресле, коснувшись спинки.

— Не нужно, ты уже много сделала. Можешь идти.

Ким рвано выпрямилась, словно что-то удерживало её у стола. Улыбка была уставшей, но искренней. Она правда хотела помочь.

Дженни не соврала, когда сказала, что сидела за этим с пятницы, но умолчала о том, что занималась этим и на выходных.

– Может хотите кофе? – спросила Дженни, обнимая свою руку.

Она не могла просто уйти.

В директоре словно изменилось все и в то же время не изменилось ничего. Шатенка больше не флиртовала, не говорила фраз имеющих как минимум два смысла, не инициировала телесный контакт и больше не упоминала ужин, что обещала ей брюнетка.

– Ты хочешь принести мне кофе? Я могу просто попросить Элис об этом. – тихим и спокойным тоном поинтересовалась Манобан.

Дженни пожала плечами и погладила свое плечо.

– Спасибо, я пока не хочу, – честно ответила Лиса.

Дженни несколько раз кивнула, задержав взгляд на отражении вечернего Нью-Йорка в окне, а затем тихо отошла от стола к выходу.

– Но от чая бы не отказалась,

Как только брюнетка отошла от стола, Лиса склонилась над бумагами, опустив на них взгляд.

Голос Лисы был тёплым, словно она произносила комплимент. Это казалось странным: всё, что она говорила, звучало слишком ласково, слишком по-доброму.

Даже банальное согласие на предложение Дженни выглядело так, будто шатенка наконец-то сказала как хорошо та выглядит, как ей нравится это короткое платье, которое Ким надела, зная, что это может понравится ей.

Брюнетке хотелось внимания.

Но Лиса больше не ходила по черте между ними. Она стояла на своей половине и молча наблюдала издалека.

Дженни повернула голову в сторону шатенки и улыбнулась.

– Какой вы любите? 

– Тайский, но у нас нет его в офисе, так что можно просто жасмин. – все так же изучая документы говорила директор.

– Хорошо.

Ким действительно не смогла найти тайский чай. Если честно, даже если бы ему удалось попасть к ней в руки, она понятия не имела как его правильно готовить и с каким молоком его любит шатенка.
Вдруг у нее непереносимость лактозы или что-то еще.

Она ничего не знала о Манобан.
Совсем.

Поставив кружку с блюдцем на угол стола, она беззвучно вышла из кабинета, услышав тихое "Спасибо".

_________________________________

POV Лиса

Заседание началось ровно в десять.

Лиса вошла в зал последней из постоянных членов совета, ровной походкой, с папкой в руках. Каблуки на этот раз были ниже — уступка себе после недели мероприятий, но спина оставалась безупречно прямой. За длинным столом уже сидели директора направлений, финансовый аналитик, внешний консультант. Во главе стола была и миссис Манобан.
Холодный, собранный взгляд, аккуратно уложенные документы, ни одного лишнего движения.

— Начнём, — произнесла она спокойно, и в комнате сразу стало тише.

Лиса заняла своё место справа от неё. Плечи всё ещё помнили напряжённую неделю, но она не позволила себе даже повести ими.

Первым шёл финансовый отчёт.

Цифры вывели на экран: рост выручки на восемь процентов, увеличение операционной прибыли, но одновременно — рост маркетинговых расходов из-за масштабной кампании в конце квартала. Лиса знала эти показатели наизусть. Она лично утверждала перераспределение бюджета.

— Маркетинговый блок превысил план на три целых две десятых процента, — сухо заметил один из директоров. — Это объяснимо?

Вопрос был адресован ей.

Лиса не спешила отвечать. Взяла ручку, закрыла папку, подняла взгляд.

— Да, — спокойно. — Перерасход был стратегическим. Кампания дала прирост аудитории на двенадцать процентов и обеспечила нам две крупные сделки, которые отразятся уже в следующем квартале. Мы инвестировали в ускорение.

Взгляд матери скользнул по ней. Лиса выдержала его без усилий.

Финансовый аналитик подтвердил прогнозы.
Напряжение в комнате немного спало.
Далее перешли к операционным показателям. Оптимизация процессов дала результат — сокращение сроков поставок, снижение внутренних издержек. Это было её решение: ужесточить контроль на производственной линии.

— Холдинг стал агрессивнее, — заметил консультант. — Это осознанная стратегия?

— Да, — ответила Лиса. — На пассивности мы далеко не продвинемся.

Читтип Манобан слегка кивнула. Почти незаметно.

Самой напряжённой частью стало обсуждение следующего квартала.

На повестке — международное расширение и новое медиа-партнёрство. На экране появился логотип HanSeong Media Group.

В комнате повисла пауза.

— Контракт будет пилотным на шесть месяцев. Переговоры целесообразно провести лично.

— Вы планируете поездку? — вмешался один из директоров.

— Да. На следующей неделе.

Она произнесла это спокойно, будто речь шла о рядовой встрече. Но внутри что-то едва заметно напряглось.

Совет начал обсуждать бюджет на расширение. Кто-то предлагал сократить объём инвестиций, кто-то — отложить проект до второго квартала. Лиса слушала, не перебивая, давая им высказаться. Затем аккуратно вмешалась:

— Если мы отложим сейчас, окно возможностей закроется. Конкуренты уже ведут переговоры. Мы можем войти первыми или наблюдать со стороны. К тому же, если мне не изменяет память, часть из вас уже дала ответ мисс Ким на последнем собрании.

Тишина.

Мать сложила руки на столе.

— Все верно, но на совете эта тема еще не поднималась.  – она осмотрела участников строгим взглядом. – Мы принимаем к сведению позицию генерального директора, Голосуем.

Большинство — «за». Решение утверждено.

Лиса позволила себе едва заметный выдох.

В завершение заседания председатель подвела итоги:

— Квартал завершён с положительной динамикой. Но следующий будет сложнее. Мы выходим на новый уровень ответственности.

Её взгляд остановился на Лисе чуть дольше, чем на остальных. Она смотрела на нее взглядом полным ожиданий и ответственности.

Заседание закрыли. Члены совета начали собирать документы, тихо переговариваясь.

Лиса аккуратно закрыла папку. Плечи снова напомнили о себе, усталость медленно возвращалась в тело.

К концу недели, в четверг, в ее кабинет раздался торопливый стук.

Никто так не стучится к ней.

Девушка ворвалась не дождавшись ответа.
Длинная светлая кофта в горизонтальную полоску, едва закрывающая бедра. Черная короткая юбка.
Лиса до сих пор не могла понять, почему Ким так сильно любит короткие вещи.

– Мисс Манобан, я прошу прощения.., – переводя дыхание, сказала брюнетка.

– Дженни! – вздрогнула от испуга Лиса. Она не была готову ни к громкости, не к скорости речи, ни к образу Ким. – Ты меня напугала.

Манобан сидела в своем телефоне за офисным столом, откинувшись на спинку.

– Они ответили...Сказали что готовы подписать, – тараторила помощница.

Лиса встала со стула с широко открытыми глазами от удивления.

– В каком смысле? Подожди, мы о ком сейчас? – ей очень хотелось услышать то самое имя, но она не смела надеяться.

– HanSeong Media Group, – улыбалась Дженни, держа в руках свой ноутбук.

Она что-то быстро набрала на клавиатуре и подошла к Лисе, показывая письмо.

– Ты шутишь... – прикрыв рот рукой, тихо сказала директор.

Ей не верилось в то, что она читала сейчас на корейском. Казалось, что она разучилась.

– Нет, тут написано...

— Я понимаю, я просто... — Лиса коснулась её ладони пальцами, останавливая Дженни от пролистывания письма. — Мы уже утвердили пилот.

– Я по этому и листаю! – чуть более радостно произнесла брюнетка, схватив тонкие пальцы Лисы. – Они сказали, что изменили свое решение, вот здесь, – Дженни продолжала держать другую ладонь в своей, пока скользила кончиками по тачпаду.

Теплая ладонь сжалась вокруг руки Дженни.

Девушка была в предвкушении сообщения.

Помощница стояла смирно, не двигалась, лишь улыбалась и смотрела на реакцию Лисы.
Манобан читала текст по нескольку раз.

"Мы считаем, что философия бренда LLOUD, его темпы роста и подход к управлению полностью соответствуют нашему видению расширения в премиальном сегменте. После тщательного рассмотрения наша исполнительная команда пришла к выводу, что ограниченный пилотный проект не позволит в полной мере раскрыть потенциал этого сотрудничества.
Вместо этого мы предлагаем заключить прямое партнёрское соглашение на предстоящий квартал с учётом окончательных корректировок контракта во время вашего визита в Сеул."

Директор слегка отодвинулась от ноутбука, который держала брюнетка и сжав ее руку еще крепче, коснулась лбом чужого плеча на пару секунд.

– Дженни... – промурчала Лиса, – Спасибо.

Она отодвинулась от помощницы и аккуратно отпустила ее руку.

Дженни стояла все так же, радостно улыбаясь.

– Нам нужно это отпраздновать, – сказала она.

– Бесспорно, – говорила Манобан, пока возвращалась к своему ноутбуку, – Как только заселимся в гостиницу, сразу пойдем куда-нибудь выпить.

Лиса зажала кнопку интеркома.

– Элис, ты уже оформила билеты на самолет до Сеула на следующей неделе? – спрашивала шатенка, пока смотрела на Дженни.

– Нет еще, как раз занимаюсь. Что-то случилось?

– Да, Ким вышлет тебе имена юристов, которые полетят с нами.

Дженни смотрела на неё с самым тёплым взглядом, который Лиса когда-либо видела.

Ким никогда не выглядела такой счастливой.

– Хорошо, буду ждать. – спокойно произнесла секретарь.

Директор убрала руку с трубки и широко улыбнулась брюнетке.
Она не думала ни о чём в этот момент, кроме того, как была благодарна девушке напротив. Если бы не она и не её труд, связанный с общением с азиатской командой, Манобан пришлось бы потратить неизвестно сколько времени на их расположение.

– Дженни, ты просто чудо.

Брюнетка поджала губы, ее щеки залились заметным румянцем. Она выглядела сейчас не как обычно. Руки обнимали ноутбук, взгляд смущенный, но радостный. Улыбка не сходила с лица. Она была по настоящему рада успеху, которого достигла компания.

Эта работа для неё действительно имела значение, и Ким по-настоящему её любила.

Воспоминания о словах Дженни в тот вечер всплыли в голове, не давая уголкам губ подняться в искренней улыбке. В груди жгло и неприятно саднило.

– Это все она, – тихо сказала брюнетка, кивнув в сторону стола.

Лиса посмотрела на подаренный девушкой сувенир и улыбнулась.

– Точно. Напомни мне взять ее с нами.

– Добавлю его имя в список для Элис, – постучала пальцами по ноутбуку Дженни.

Манобан посмеялась и  села за стол.

Повисла недолгая тишина, которую прервала брюнетка направившись к выходу.

– Дженни...

– Да?

Лиса не знала зачем ее окликнула, это получилось само. Просто старая привычка. Хотелось что-то сказать.

Глаза упали на верхний ящик стола.

– Нет, ничего. Спасибо еще раз. Не забудь завершить все дела перед отъездом.

Дженни осмотрела шатенку еще раз, сделала глубокий вдох и отвела взгляд.

– Хорошо.

Когда брюнетка вышла из кабинета Лиса откинулась на спинку стула и слегка покрутилась на нем.
Глаза закрыты. Руки подняты вверх в попытке потянуться.
Она была рада услышать эти новости, рада увидеть счастливую Дженни, но чем больше Лиса осознавала факт того, как сильно Ким дорожит своим местом, тем грустнее ей становилось.

Телефон завибрировал новым уведомлением о сообщении. Это была Розе.