ch.15

Лиса ускорила шаг, сделав его похожим больше на бег.

Бабл-ти в руках выплескивался через трубочку, оставляя едва заметные коричневые пятна на белой рубашке.
Правой рукой она придерживала клетчатую синюю кепку.
Телефон убран в задний карман джинс.

Мозг Манобан, кажется, переродился, потому что в нем было настолько пусто, что это казалось странным.
Она не думала ни о чем. Совершенно. Просто шагала в сторону отеля с вырывающимся из груди сердцем. Чем ближе было здание, тем быстрее становился ее темп.

Лиса перебегала пешеходный переход, допивая на ходу свой напиток и бросая его в урну.

Мимо.

Девушка вернулась к стакану, закатив глаза и громко вздохнув. Закинув ее чуть более злобно еще раз, она развернулась и продолжила свой путь к стеклянным дверям Signiel Seoul.

У входа стояли дворецкие и темноволосая девушка.

Дженни.

На ней был голубой свитер с белым рисунком, короткая черная юбка, в которой Лиса уже видела ее в офисе и кожаные ботинки до колена.
В ее руках была черная маленькая сумочка, которую Манобан узнал даже с такого расстояния. Это был Dior.

Лисе очень нравился вкус Ким в одежде.
Нравилось как она пробовала новое, но всегда оставалась при своем. Нравилось как выбор цветов всегда отражал ее настроение, и нравилась необъяснимая любовь Дженни к мини.

Эти ноги нельзя прятать.

Дженни заметила бегущую шатенку, сделала несколько шагов на встречу и улыбнулась.

Лиса могла поклясться, что эти черные глаза сговорились с мягкими губами и наняли купидона-киллера. Потому что как иначе можно объяснить то, что ее чуть не развернуло от удара в сердце, а душа не покинула тело, как только уголки губ и глаз на лице брюнетки потянулись вверх?

– У вас вся рубашка в пятнах! – продолжала идти навстречу Ким.

Она смеялась, приподняв от удивления брови, и прикрывала рот рукой, чтобы не смущать шатенку.

Манобан опустила голову на белую ткань, не прекращая движение, но перешла с бега на шаг.
Воротник, грудь и рукава выглядели так, словно девушка прямиком с празднования Сонгкрана, но вместо воды в игрушечных пистолетах у всех был чай.

– Где вы были? – не сдерживая смеха говорила Дженни.

Они встретились, в момент того, когда шатенка пыталась спрятать появившийся коричневый цвет на одежде, закатав рукава.

Ким коснулась ее воротника, пытаясь понять природу пятен. Провела пальцами по плотной ткани, перебирая ее, и слегка наклонилась вперед, чтобы почувствовать запах.

Лиса задержала вздох, до боли необходимого после бега, кислорода.

– Пахнет как чай, – посмотрела в напуганные карие глаза Дженни, делая шаг назад и убирая руки с чужой одежды. – Но это не жасмин.

Манобан разрешила себе дышать заново. Сделав пару глубоких вздохов, облокотившись ладонями себе на колени, она выпрямилась, убирая руки себе за спину, чтобы не показывать испорченные манжеты рубашки.

– Это чай, но не жасмин, – смущенно улыбнулась порозовевшими щеками Лиса. – Я пила бабл-ти.

– Почему не тайский? – обняв свою руку спросила Ким.

Манобан на секунду замолчала, рассматривая девушку перед собой. Такой невинный взгляд, она выглядела словно ангел во плоти. Ни за что нельзя представить какой она бывает жесткой и властной в одни моменты, и какой провокационной и искушающей в другие.

По шее шатенки пробежал секундный холодок.

– Не нашла, – ответила она. – Не искала, если честно. Мне не нравится как его делают здесь.

Лиса убрала ладони в задние карманы джинс и слегка покачалась на пятках, бегая взглядом по телу брюнетки.

– Я думала ты спишь, – смотря на серую брусчатку под ногами, говорила Манобан.

Дженни тоже опустила взгляд, крепче обнимая себя за плечи.

– У меня не получилось уснуть, – тихо ответила она.

Повисла неловкая пауза, расстояние между ними можно было потрогать. Оно было теплым и мягким, как свежий зефир.

– Я была слишком голодная, думала отпустит, – прервала тишину брюнетка и подняла взгляд на смуглое лицо. – Но я не могла перестать думать...

Карие глаза встретились с черными напротив, высматривая не завершенную мысль, которую Дженни, судя по всему решила не заканчивать.

– Чего бы ты хотела? – рвано спросила шатенка.

Дженни сделала небольшой шаг вперед, руки потянулись к белой ткани. Она поправила воротник, слегка растягивая края по сторонам, открывая себе доступ к смуглой коже на груди шатенки.

– Рамён, – подняла свой кошачий взгляд девушка на губы Лисы. – Я знаю хорошее место.

– Мы можем заказать доставку в номер, если хочешь, – сделала шаг навстречу Лиса.

Дженни убрала руки, вернув их себе за спину и отступила назад.

– Я бы хотела сдержать свое слово.

Челюсть директора сжалась, тело напряглось, улыбка медленно сходила с лица, а в груди начинало тревожно саднить.

– Я обещала вам ужин, – заметила смену настроения девушки Дженни. – И хочу чтобы все было правильно.

– Что ты имеешь в виду? – спросила на выдохе Лиса.

Дженни смотрела в оленьи глаза директора, перемещая взгляд между ними и пухлыми губами. Она проглотила застрявший ком в горле после секундного молчания.

– Не торопись, ладно? – снова опустила взгляд на брусчатку девушка.

Лиса не верила своим глазам и ушам в этот момент.

Ким стояла перед ней, с едва заметным румянцем на щеках, взгляд сменился с вызывающего на растерянный. Она не ушла от ответа, как делала это обычно, не оттолкнула ее, как раньше, и не просила остановиться, как в последний раз.

Дженни попросила ее подождать.

Манобан медленно кивнула несколько раз, не сводя карих глаз с девушки перед ней. Дыхание перехватывало. Ей хотелось взять ее за руку.

– Хорошо. – смогла выдавить из себя Лиса. – Тогда идем? Далеко твое место?

Дженни подняла голову и осмотрела директора, улыбаясь.

– В этой рубашке? – еще раз коснулась белой ткани Ким у самого края джинс девушки.

– Оу, точно, – перевела взгляд Лиса на руки помощницы. – Ты подождешь, пока я переоденусь?

– Да, подожду. Буду стоять прямо здесь.

Лиса свела брови к переносице.

– Не поднимешься со мной? – спросила она.

Дженни сжала губы, увлажняя их языком, скрестила свои руки на груди и улыбнулась.

– Нет, не поднимусь...

Шатенка сглотнула, уставившись на влажный блеск на чужих губах.

Глубокий вдох и долгий выдох. На секунду она задумалась, не являлся ли этот диалог ее больной фантазией?

– Тогда, я вернусь быстро, – чуть ниже сказала Лиса.

Снова пауза.

Они смотрели друг на друга, скользя взглядом от губ к глазам и обратно. Грудная клетка директора заметно поднималась и опускалась. Дыхание оставалось частым и глубоким, всё ещё сбитым после смелых, хаотичных прикосновений брюнетки.

Она сделала шаг на встречу и теплая ладонь Дженни остановилась чуть выше груди, задевая пальцами обнаженную кожу у воротника.

Недолгий порыв ветра охладил мокрые следы на одежде, давая мурашкам подняться по шее Лисы.

– Я думаю стоит поторопиться.

Кошачий взгляд снова сменился на дразнящий и манящий. Ладонь слегка надавила, призывая сделать шаг назад.

Манобан молча кивнула и быстрым шагом направилась в сторону своего номера.
Она старалась не оборачиваться и не бежать.

В голове был вакуум. Сложно понять где именно и что конкретно у нее билось и пульсировало.

Когда она оказалась у лифта, руки нажимали кнопку вызова до тех пор пока его двери не открылись. Зайдя внутрь, Лиса не спускала глаз с цифрового табло.

"Еще бы на луне номер разместили". – думала она, дергая коленом и прижимаясь к прохладной стене.

Залетая в номер, она не разуваясь добежала до чемодана, забыв, что уже разобрала его, развесив вещи в гардеробной комнате, рядом со спальней.
Выпустив злой рык, Лиса все же сбросила обувь у гостинной.

"Нужно полностью переодеться или только рубашку?"
Она смотрела на себя в зеркало, тяжело дыша.

Мысли разрывались между тем, чтобы понравиться Дженни и чтобы не заставлять ее ждать.

Не тратя времени на пуговицы, она резко стянула рубашку через голову и бросила её на пол. Ткань глухо ударилась о паркет. В ванной кран открылся слишком резко — холодная вода обожгла пальцы. Она наскоро намочила полотенце и быстро провела им по липкой коже, стирая следы сладкого чая.
С вешалки сорвала другую белую рубашку, почти не глядя. Накинула её на плечи и начала застегивать пуговицы неровными движениями. Пальцы путались и сбивались.

По дороге к выходу она просунула ноги в кроссовки, брошенные в гостиной, даже не развязывая шнурки. Наклонившись, рывком затянула их, одновременно пытаясь застегнуть последнюю пуговицу. Всё происходило слишком быстро. Дыхание сбивалось, а мысли обгоняли друг друга.

Двери лифта закрылись. Спина снова прижата к прохладному металлу. Этажи мелькали один за другим. С каждой новой цифрой на панели сердце билось ровнее.

Створки открылись на первом этаже, Лиса прошла через холл, почти не замечая ни стойки ресепшена, ни мягкого гула разговоров сотрудников. Автоматические стеклянные двери разъехались перед ней, запуская прохладный поток ветра.

Снаружи шум города ощущался тише, чем она помнила: приглушенный рокот машин, шорох шин по асфальту. Перед входом в отель выстроились аккуратные ряды декоративных кустов и напольной подсветки.

Дженни стояла чуть поодаль, ближе к краю тротуара. Темнота практически ночного города делала ее волосы еще чернее. Она держала телефон в руке, но не смотрела в экран, взгляд был направлен куда-то вперёд, сосредоточенный и в то же время рассеянный.

Ким заметила её не сразу. И в этот короткий промежуток у Манобан было время остановиться на секунду, просто посмотреть. Как Дженни слегка переминается с ноги на ногу. Как ветер едва касается её короткой юбки. Как она выглядит одновременно собранной и удивительно взволнованной.

Именно в этот момент к ней подошёл мужчина. Высокий, в светлой рубашке, с уверенной походкой. Он что-то сказал. Лиса не расслышала слов, только увидела, как Дженни вежливо кивнула. Мужчина улыбнулся шире, чуть наклонился вперёд, будто стараясь удержать её внимание.

В голове на секунду появилось лицо Кая с бара, который так своевольно касался брюнетки. Жар начал подниматься от груди вверх по шее, заставляя сжать челюсть.

Первые шаги к брюнетке были медленными. Манобан словно оценивала расстояние, обстановку, и поняла: никто не заметит, пока она не решит. Каждый её шаг сокращал пространство между ней и Дженни.

Когда она оказалась рядом, Лиса наклонилась чуть ближе, почти случайно, и мягко положила руку на талию Дженни. Прикосновение было лёгким, но мгновенно обозначило границы. Мужчина замер, почувствовав невидимую линию, которую не следовало пересекать.

Лиса чуть склонила голову к брюнетке, сохраняя улыбку, игривую, но властную одновременно.

— Всё хорошо? — мягким шепотом спросила она.

Джeнни едва заметно подалась к ней, пальцы Лисы на талии остались на месте. Мужчина слегка шагнул назад, а Лиса спокойно перевела взгляд на улицу, создавая иллюзию невинности, хотя внутри напряжение было натянуто как струна.

– О, прошу прощения, я не знал, – говорил мужчина на корейском, улыбаясь.

– Все в порядке, спасибо за комплимент, – ответила ему брюнетка на том же языке.

Он спокойно поклонился на прощание и продолжил свой путь прямо по дороге мимо отеля.

Как только он скрылся из их поля зрения, Дженни убрала чужую теплую руку со своей талии, оборачиваясь.

– Это что сейчас было? – посмеялась она, поправляя голубую кофту.

– Я подумала, что он тебе докучает.
Шатенка не была уверена соврала она сейчас или нет.

Ким не выглядела загнанной в угол и у Лисы не сложилось ощущения, что ей было некомфортно.

– Да ну? – Дженни начала делать шаги спиной вперед, выгнув вопросительно бровь.

Лиса стояла неподвижно. Брюнетка приглашала ее взглядом следовать за ней.

Ветер поднимал ее короткую юбку чуть выше, привлекая взгляд Манобан и вызывая дикое желание коснуться ее бедер.

– Мы идем? – заметив направление карих глаз, Дженни подвинула свою сумку вперед, прикрывая кожу под темной тканью.

– Да. – низко ответила шатенка, ведомая девушкой.

Они шли по улице к маленькой местной закусочной, шаг за шагом, плечо к плечу, но без особой привязки. Ветер играл с волосами и одеждой, а свет уличных фонарей мягко ложился на лица, делая их черты чуть теплее и живее.

Иногда их руки случайно касались друг друга.

Когда Дженни поправляла сумку, Лиса шла чуть ближе, их пальцы на мгновение столкнулись. Шатенка смело и мягко провела большим по мизинцу Ким.

Когда они обходили узкий тротуар или толкались плечами с прохожими, эти случайные прикосновения казались естественными, не требующими объяснений.

Глаза были внимательны друг к другу, иногда взгляд пересекался и задерживался чуть дольше, чем обычно. Эти мгновения создавали тихий диалог поверх слов.

Закусочная появилась за поворотом, маленькая, с яркой вывеской и запахом свежего хлеба, и жареного мяса.
Они замедлили шаг, позволяя себе слегка отдышаться после прогулки. Лиса наклонилась к Дженни, чтобы услышать, какой столик свободен, и их руки вновь коснулись друг друга, когда брюнетка показывала направление.

Внутри было тепло и оживленно: звон посуды, тихий смех, аромат приправ и мясного бульона. Они выбрали столик у окна, с которого было видно улицу.
Пальцы иногда случайно соприкасались, задерживаясь между друг другом, но всё это было почти незаметно для окружающих.

– Почему это место? Я думала будет ресторан. – спросила Лиса, голос ровный, но с лёгкой ноткой недоумения.

Дженни посмеялась открывая меню.

– Вы когда в последний раз ели где-то кроме ресторанов? – отвечала, не поднимая глаз она.

– Дома, – облокотилась на стол директор. – Моя домработница готовит лучше чем в ресторанах.

– Домработница? – брови Дженни взлетели на лоб. – Боже.

– Что не так? – посмеялась с реакции брюнетки Лиса. – Это не считается?

– Вы такая избалованная, мисс Манобан. – переворачивая меню, улыбалась девушка.

– Перестань обращаться ко мне так, мы здесь только вдвоем.

Дженни подняла на шатенку черный кошачий взгляд, устремив его на приоткрытый рот директора.

Лиса заметила как тяжело та втянула носом воздух и проглотила слюну.

– Не нравится? — спросила тихо брюнетка.

– Я хочу чтобы ты называла меня по имени. – серьезно ответила Манобан.

Ким улыбнулась, но ничего не ответила, просто опустила взгляд на меню, поднимая ладонь вверх для вызова официанта.

Что происходит с Дженни Ким?

Лиса не знает как себя вести.

Как будто брюнетка ей разрешает все и в то же время не разрешает ничего. Она то обращается к ней на "ты", то на "вы". Притягивает и отталкивает, дает их пальцам переплестись, пока они идут через пешеходный переход и убирает руку шатенки, когда та кладет ее на талию.

– Мне пожалуйста это, а девушке... – начала называть свой заказ на корейском Дженни.

— Я буду тоже самое, – не отрывая взгляда и не переставая изучать лицо Ким, также на корейском перебила Манобан.

Брюнетка резко сместила свой фокус с официантки на девушку напротив. Она выглядела впечатленной.

Лиса мило улыбалась официантке, когда та повторяла заказ, смущенно моргая и отводя взгляд от больших карих глаз.

– Я не думала, что твой корейский настолько хорош, – призналась Дженни, продолжая рассматривать довольное лицо Манобан.

– Он стал хуже, – облокотилась на спинку стула директор. – Я давно не практиковалась.

– Скажи что-нибудь еще.

Брюнетка облокотилась на стол, приближая свое лицо к Лисе.
Грудь легка на сложенные руки. Взгляд вызывающий и требовательный. Она не спрашивала может ли шатенка это сделать, она ей приказывала.

– Что ты хочешь услышать? – закинув руку на спинку стула, девушка изучала поведение Дженни, усмехаясь про себя на резкую смену настроения.

– Что тебе нравится?

На секунду брови шатенки соединились на переносице, и улыбка с нотками недоумения и шока появилась на ее лице.

– Что ты делаешь? – переключилась на корейский Лиса.

– Хочу узнать тебя, – поддержала Дженни. – Я знаю только, как ты предпочитаешь вести дела, каким сексом любишь заниматься и какой чай для тебя самый лучший.

Лиса не могла вздохнуть. Она открыла рот чтобы ответить, но слова застряли еще на моменте формирования мысли.

– Мне перевести? – склонила голову Ким и сделала невинный взгляд.

Это предложение было сказано на английском.

Лиса наклонилась к ней, опасно вторгаясь в чужое пространство. Тело полностью отражало движения брюнетки.

Рука Дженни поднялась и задержалась у лица Манобан. Она направила ее чуть выше, забирая синюю кепку с темных волос. Положила ее рядом и стала поправлять растрепанные от головного убора темно-каштановые волосы.

– Мне нравится коллекционировать машины, – теплая ладонь коснулась смуглой щеки. – Нравится проводить время дома. Я редко куда-то выбираюсь. – Продолжала Лиса на корейском.

Пальцы Дженни прошлись по лбу, скулам и подбородку, собирая последние волоски, что упали на лицо Манобан.

– Что еще?

– Нравится когда ты приходишь ко мне в кабинет, вместо того чтобы просто позвонить через интерком.

Ким усмехнулась, убрала руку, вернув ее в исходное положение.

– И такие слова знаешь? – посмотрела в большие карие глаза Дженни.

Лиса не отвечала, она наклонила голову в сторону, где ладони брюнетки ласкали ее лицо.

– Разговоры между мной и тобой только наше дело, я не хочу, чтобы кто-то мог вмешаться, потому что он знает правильную кнопку.

– Мы не говорим о чем-то секретном, – продолжала использовать корейский шатенка.

– Мне всеравно. Я не люблю делиться, – девушка перевела взгляд на официантку ,что украдкой смотрела на Лису. – Ни чем.

Манобан проследила за черными глазами и хищно улыбнулась.

– Я тебя не понимаю, Дженни Ким. Ты говорила, что не спишь с одним человеком дважды. – вернула глаза на брюнетку Лиса.

Дженни усмехнулась.

– Разве это похоже на секс? – обвела взглядом расстояние между ними брюнетка.

– Вполне сойдет за прелюдию.

Ким приподняла бровь, но не убрала улыбку.

– Прелюдия предполагает продолжение, – черные глаза заставляли пульс звучать так громко, что любой в заведении мог его услышать.

Но телефон брюнетки завибрировал и она сместила свое внимание на него.
Лиса не видела, что было на экране. Девушка заблокировала его и положила камерой вверх.
Настроение Дженни изменилось, она откинулась на спинку стула, скрестив руки на груди.

– Все хорошо? – спокойно спросила Манобан.

– Да, – она поджала губы. – Просто уведомление с рабочей почты.

Это звучало как ложь.

– Ты не отключила уведомления на время командировки?

– Я не могу просто отключить их, – подняла слегка загруженный взгляд на шатенку помощница. – Это моя работа, – короткая пауза. – Быть вашей помощницей.

Да какого хрена?

Официантка поставила блюда на стол, нарушив их появившуюся тишину. Дженни первой отвела глаза, взяла палочки.

– Приятного аппетита, – пожелала им сотрудница закусочной с искренней улыбкой.

– Спасибо, – Лиса ответила ей, продолжая смотреть на Ким.

Та не отводила взгляда от тарелки.

Официантка ушла и Лиса взяла ладонь Дженни в свою руку. Брюнетка подняла на нее испуганный взгляд, оглядываясь по сторонам.

– Дженни, мы здесь только вдвоем, – большой палец гладил костяшки на светлой коже Ким. – Все хорошо.

Девушка рвано дышала, зрачки бегали по столу, в поисках ответов на любые вопросы, которые она сама себе задавала.

Шатенка разжала свою ладонь, поворачивая внутренней стороной вверх, давая Дженни выбор.

Прошло какое-то время, прежде чем пальцы Ким решились заскользить по теплой коже директора. Они коснулись мягких подушечек, на самых кончиках. Поднимались выше, до самого запястья, и вернулись в центр ладони.

Лиса ничего не говорила. Она легко касалась руки брюнетки, поглаживая ее.

Они ели в тишине, держась за руки, пока Дженни не прервала ее.

– Ты не думала чем бы занималась, если бы не холдинг?

Лиса отодвинула пустую тарелку, положила вторую руку поверх ладони Ким, что все еще держала ее.

– Когда я была маленькой, я хотела стать стюардессой, – улыбнулась она.

Брюнетка все еще ела. Ее глаза широко раскрылись, она прикрыла рот второй рукой.

– Правда?

Манобан облокотилась на стол, поймала одними губами трубочку в стакане из под лимонада, который ей принесли пару минут назад и сделала несколько глотков.

– Правда, – посмеялась она, – Они мне всегда казались такими красивыми, к тому же я думала, что каждая из них была в любой точке мира.

— Я бы ни за что не смогла представить тебя стюардессой, — улыбнулась Дженни.

— Почему? Я была бы отличной стюардессой!

Лиса продолжала широко улыбаться, удивленно дергая бровями.

— Ты слишком дерзкая для этого, — брюнетка жевала кусочек мяса, все так же прикрывая рот рукой. — Выкинула бы пассажира прямо на лету, если бы он начал хамить.

— Неправда! Я очень терпеливая, если того требуют обстоятельства, и очень послушная.

Манобан убрала одну руку чтобы съесть дольку апельсина из стакана и подвинуть его на край стола.

Дженни крепче сжала пальцы. Она слегка подвинула ладонь, позволяя их пальцам сплестись.

— Ладно, в этом я соглашусь, — вытирая рот салфеткой, сказала брюнетка. — Не знаю откуда в тебе столько терпения.

Лиса просто улыбалась, наблюдая как Дженни собирает влагу с уголков губ.

— Еще вот здесь, — показала на себе Манобан.

Палец показывал на участок кожи под нижней губой.
Брюнетка еще раз провела мягкой бумагой, отражая действия девушки напротив.

— Нет, слева, — направляла ее Лиса.

— Все? — убрала руку от рта Дженни.

Манобан не думая взяла новую салфетку и вытерла остатки влаги, которые Ким не смогла убрать.

— Я терпеливая, только когда чувствую, что это не зря.

Брюнетка спокойно сидела, смотря в карие глаза, в которых отражался свет фонарей с улицы и лампы на их столике.

— Спасибо. — тихо сказала Дженни.

Лиса все так же мягко улыбалась. Она отложила салфетку и снова накрыла ладонью руку Ким.

Они просидели в закусочной еще двадцать минут перед тем как рассчитаться и выйти в сторону отеля.

На часах по Сеулу было 00:32, по Нью-Йорку 14:32.
Лиса перевела телефон в режим «Не беспокоить» из-за кучи уведомлений. Разница в часовых поясах не дала бы ей уснуть из-за постоянных уведомлений.
Телефон Дженни сел.

До отеля оставалось 10 минут. На улицах практически не души. Изредка проезжали машины или люди выгуливающие животных после позднего окончания рабочего дня.

Лиса рассказывала, что в детстве у нее было 5 кошек и одна собака. Ей разрешили назвать всех, но в то время ей очень нравилось всё, что ассоциируется с ее именем, поэтому имя каждого из них начиналось на букву Л.

— Ты любишь кошек больше чем собак? — уточнила брюнетка.

— Хмм, — задумалась Манобан. — Думаю, да, я больше кошатница, чем собачница.

Они стояли на светофоре, что совершенно бессмысленно, учитывая пустую дорогу.
Торопиться не хотелось.

— Глупый вопрос с моей стороны, — Дженни улыбалась. — По тебе же видно.

— Правда? Почему?

Лиса развела руками в стороны. Ее голос был более звонкий чем обычно. Она выглядела расслабленной.

Дженни повернулась к ней, потянулась поправить белую рубашку, что практически свалилась с одного плеча из-за активной жестикуляции Манобан.

— Ты заботишься о других больше чем о себе. — тихий выдох.

— Как это связано? — склонила голову на бок Лиса.

Дженни удивленно усмехнулась.

— Ты не слышала? Говорят, что те кто любят кошек - любят дарить любовь и заботу, а те кто любят собак - наоборот, любят получать.

Брови шатенки сошлись на переносице в который раз за вечер.

— Серьезно? — посмотрела в непонимающие карие глаза Дженни. — Кошки своевольные и дают внимание только тогда, когда захотят, а собаки живут своим хозяином и всегда хотят быть рядом.

Брови Манобан поднялись вверх в понимании.

— Интересная теория, я правда не слышала.

— Ты меня удивляешь, — закатила глаза Дженни, отпуская чужой воротник.

Ладонь Лисы ее остановила. Пальцы нежно обхватили запястье и опустили руку вниз, держа ее в своей.

— Я стараюсь, — Манобан говорила это тихо, опустив взгляд на губы брюнетки.

Загорелся зеленый.

Прошло 10 секунд.

Они не двигались. Рука шатенки держала ладонь девушки. Глаза изучали лица друг друга.

Дженни сделала шаг вперед.

Из-за переулка выбежала собака, громко лая.
Брюнетка резко шагнула в сторону, выхватила руку из чужой и отвернулась.

Хозяин бежал за своим бедствием, выкрикивая его имя. Они пронеслись мимо девушек, не обращая на них никакого внимания.

— Зеленый почти закончился, — вступила на пешеходный переход Дженни.

Лиса тяжело вздохнула и пошла чуть позади, проклиная и собаку и этого парня.

Дженни Ким собиралась поцеловать ее посередине улицы.

Она не знает, что происходит, но ей стоит в этом разобраться.

___________________________________

POV Дженни

Она почти поцеловала ее на безлюдной улице.

Лиса весь вечер была такая чуткая и спокойная, что любая мысль о том, чтобы перестать идти на поводу у своих чувств и вспомнить свои установки, задвигалась в самый дальний и самый высокий ящик, до которого только шатенка и могла дотянуться.

Даже то сообщение от Джису, чтобы она была осторожнее, которое выбило весь ее игривый настрой, не смогло взрастить в ее груди зарождающуюся панику, потому что голос и мягкая ладонь Лисы не дала этому случится.

Она была такая растерянная, милая, смешная, энергичная и привлекательная, словно они не летели четырнадцать часов на самолете и не имели еще такую же разницу с домом.

Дженни пришла к девушке, потому что она больше не могла усидеть на месте. Джису не отвечала, и никто не мог успокоить ее.

Она смогла поспать около получаса, прежде чем ей приснилась крепко обнимающая и целующая ее сзади в шею шатенка.

.
.
.

— Уже проснулась? — обжигал кожу бархатный голос за ухом.

Дженни стояла в темном купальнике на борту частной яхты, облакотившись на ограждения из блестящего металла.

Солнцезащитные очки спасали от слепящего солнцечного света.

Она проснулась около тридцати минут назад, сходила в ванную, чтобы привести себя в порядок и решила немного позагорать, пока Лиса спала в кровати с легким безобразием на своей голове.

— Доброе утро, — Дженни обняла руки шатенки на своей талии и повернула голову к смуглому лицу чтобы оставить теплый поцелуй. — Да, недавно, встала. Не думала что ты так рано проснешься.

Лиса положила подбородок на обнаженное плечо девушки, заваливая голову на бок и наслаждаясь утренним поцелуем на своем виске.

— Я бы не вставала если бы ты была в кровати, — ее губы коснулись горячей от утреннего солнца кожи брюнетки. — Пойдем обратно?

Ким повернулась лицом к шатенке, обняла ее за шею, поправила непослушные каштановые волосы и оставила легкий поцелуй на пухлых губах.

— Я хочу полежать под солнцем, — погладила смуглую щеку Дженни. — Потерпишь еще чуть-чуть?

Лиса выпятила нижнюю губу, закрыла глаза и нахмурилась.

— Нини, я не хочу терпеть, я хочу сейчас, — она улыбнулась когда почувствоала долгий поцелуй на своей надутой губе.

Руки Манобан спустились вниз по спине брюнетки, расположившись на бедраха, прижимая ту ближе.

— Ты слишком избалованная. Не делай такое лицо, — Дженни пригрозила ей указательным пальцем, прижав его к губам шатенки.

Лиса поцеловала палец свозь улыбку. Пальцы нащупали завязки плавок и принялись распутывать узлы.

— Лили! — едва успела поймать спадающую ткань Дженни.

Ее ладони крепко сжали чужую шею и она толкнула Манобан в стороны каюты.

Руки шатенки подхатили Ким, придерживая за бедра.
Лиса улыбалась сквозь поцелуй, который начала Дженни в этот момент. Она несла девушку в комнату на ее яхте, где-то в Сиамском заливе.

Брюнетка не могла удержаться перед Лисой.

Чтобы это не была за ситуация, ее силы воли хватало лишь до того момента, пока Манобан не касалась ее везде, где ей только вздумается.

И вот они уже лежали на кровати. По их телам скатывались капли пота или от жары, или от их долгого и изнурительного утреннего секса.

Лиса целовала плоский живот Дженни, оставляя влажную дорожку от груди до горячего центра, срывая сладкий стон с ее именем на губах брюнетки.

Ким держала ноги шатенки, не давая им сводиться, пока она с ней не закончит, мучая невесомыми для слабочувствительной Лисы прикосновениями.

— Сильнее... — умоляла ее Манобан, хватаясь за чужую руку.

Бедра шатенки двигались ей на встречу все чаще с каждым новым толчком.

Лиса кончала быстрее чем Дженни.

Ким казалось, что смуглое тело пробивала дрожь только от одного ее взгляда.

Они проводили время в постели до тех пор пока Манобан не воплотит все свои желания или пока Дженни не начнет умолять ее остановиться, потому что она слишком чувствительная и прикосновения начинают приносить больше дискомфорта чем наслаждения, а тело обессилело не давая ей выкладываться.

.
.
.

Ким открыла глаза сразу на том моменте, когда Лиса переворачивала ее на живот.

В голове смешались воспоминания об их ночи и этом сне. Желание скапливалось внизу живота, заставляя ее сжимать ноги.

— Какого черта, — выругалась себе под нос брюнетка, запуская руку под нижнее белье.

Она была до ужаса мокрой.

— Ммм, — вырвался низкий стон из ее горла, когда она вошла в себя.

Дженни не собиралась больше мучать себя. Она не выбрасывала образ Лисы из головы, сделав все быстро.

Желание начинало появляться сразу же после разрядки.
Ким закрыла свое лицо рукой. Ей было стыдно перед самой собой за то, что она чувствовала себя такой ненасытной, когда ее мысли посещала эта харизватичная девушка.

Сейчас, когда двери лифта закрывались на первом этаже, оставляя их стоять вдвоем, Дженни думала о том, какой отличный вечер она провела рядом с Лисой.

Ей хотелось продолжения.

К черту все.

Сегодня она поедет к ней.

Дженни развернулась, хватая Манобан за рубашку и поднимаясь на носочки, как в этот момент чья-то рука остановила двери от закрытия.

Ким отпрыгнула от Лисы как от огня, заливаясь краской.

— Лиса! А я думала мне показалось, — зашла красивая незнакомка внутрь.

Лицо казалось невероятно знакомым. Если бы не сложившиеся обстоятельства, брюнетка бы даже попытала свою удачу с ней.

Но сейчас ее не интересовала ни она, ни кто-либо еще кроме ее директора.

Директора.

Дженни Ким, ты чуть не поцеловала своего генерального директора в лифте и не поднялась к нему в номер, просто потому что не смогла удержать себя в штанах.

Красный цвет заливал уши, жар расходился от груди вверх, сердце пульсировало везде, где только она могла его почувствовать.

Стыд вперемешку с желанием заняли все свободное место на полке чувств Дженни.

Лиса смотрела на нее не столько удивленными, сколько напуганными глазами.

— Привет, Нинг. Давно приехала? — ее голос звучал тревожно, хоть она и пыталась это скрыть.

Нинг, как назвала ее Лиса, выглядела словно модель. Азиатка, с такими же темными волосами как у Дженни, дерзкий взгляд, светлая кожа, глаза темные, изучающие и сконцентрированные на Манобан.

Пока Дженни вжималась в стену, оценивая ситуацию, в ее голове появилось воспоминание о ночи в день форума. Она была на втором этаже, разыскивая Лису, когда увидела ее, внимательно слушающую собеседника.

Это была она.

— Конечно, — поправила смятый воротник на рубашке Манобан вторая брюнетка. — Я же писала тебе.

Ее руки скользили по белой ткани слишком своевольно, словно делали это не в первый раз.

«Такая же подруга как и твой друг»

Это она.

Дженни вернулась в собранное состояние за мгновение. Взгляд прикован к Манобан.

— Я была занята, не видела сообщений.

— Поужинаем завтра? — пальцы забрались под воротник, касаясь смуглой кожи шатенки. На лице была дразнящая улыбка.

Ким даже не заметила как сжала поручень в лифте до белезны на костяшках.

Лиса не убирала ее руку, стояла все такая же расстерянная и напряженная. Кончики ее ушей были красными, а грудная клетка быстро поднималась и опускалась.

Дженни хотела выйти прямо сейчас.

— Вам на какой? — перебила вошедшую девушку брюнетка.

Голос звучал раздраженно, но вежливо.

Нинг повернула голову в сторону цифр на табло, а после снова к Лисе.

— На каком из них ты остановилась?

На панели не было выбрано ни одного этажа. Они не успели.

Дженни старалась не сводить взгляда с кнопок.

— Последний, — ответила спокойно Манобан, переводя взгляд на Дженни у табло.

Черные глаза больше не выглядели игривыми или напуганными. Они выглядели раздраженными.
Дженни смотрела на директора, пока нажимала на номер сначала своего, а затем и ее этажа.

— Вот кто забронировал его, — продолжала улыбаться Нинг. — Мне пришлось остановится на предпоследнем.

Она отошла от Лисы, встав между ними, чуть впереди.

— Но мне слишком нравится президентский люкс, не против если я попрошу портье отнести мои вещи к тебе? — не оборачиваясь спросила девушка.

Брови Ким от удивления задрались так высоко, что казалось, соединились с линией роста волос. Глаза широко открыты, взгляд опущен.

На челюсти Дженни стали ходить желваки. Она сжимала перила так сильно, что еще немного и она бы превратила металл в порошок, как супергерой.

Лифту лучше ехать быстрее пока из-за вулканически горячего пара из ушей Ким здесь никто не лишился кислорода.

— Нинг, мы же обсуждали, — начала шатенка не сводя взгляд с чужой спины.

Брюнетка спереди тихо посмеялась и обернулась через плечо.

— Да-да, — вздох. — Я просто соскучилась, не подумай ничего лишнего.

Ее улыбка была искренней.

Дженни чувствовала себя здесь не просто третьей лишней, а лифтером или просто частью интерьера. Дополнительной кнопкой на панели.

— Как тебе моя последняя съемка от Versace?

— Я ее еще не видела, занята другими делами. — уже чуть спокойнее ответила шатенка и принялась застегивать пару свободных пуговиц под воротником рубашки. — Для какого журнала?

— Heart One, кажется, — она убрала волосы со спины и сделала шаг назад к Лисе. — Помоги, расстегнуть замок...

Ее руки остановились на ожерелье. Пальцы безуспешно перебирали сцепление, перед глазами Манобан.

Лиса молча помогла с просьбой Нинг, справившись на секунду.

Дженни закатила глаза, когда отворачивала голову от этих двоих и несдержанно выдохнула.
Раздражение просочилось само собой, доходя до контрольной точки. Копиться ему сейчас уже больше негде. Каждая новая порция будет выходить наружу.

— На этой неделе буду сниматься для тебя, — подъезжая к этажу говорила Нинг. — Точнее, я надеюсь, что к тому моменту - это будет для тебя.

Черные глаза поднялись на незнакомку. На лице читался вопрос. Он был задан в голове Ким с самой, что ни на есть неприкрытой агрессией.

Лифт прибыл на этаж.

Дженни уже собиралась рвануть к дверям, как в этот момент Нинг развернулась и поцеловала Лису в щеку.

— Буду ждать твоего сообщения, доброй ночи.

Она быстро провела большим пальцем по смуглой щеке Манобан, стирая след от своей помады.

Ким чуть не разорвало в этот момент. Лицо превратилось в камень, как и ее тело. Она встретила взгляд карих, которые тянулись к ней с немой просьбой.

Дженни не будет сейчас слушать или выполнять какую-либо ее просьбу. Ей было плевать, что Манобан ни разу не ответила ни на одно прикосновение, приглашение или флирт от этой брюнетки.

Она ни разу ей не отказала.

Так же как делала Ким.

— Доброй ночи, Нинг. — не обращая на нее внимание, простилась Лиса.

Брюнетка не смогла дождаться пока двери раскроются достаточно, чтобы выход был комфортным, и протиснулась в едва появившуюся щель.

Она шла не оборачиваясь и не прощаясь ни с кем. Ей не хотелось обмениваться любезностями. К тому же не было никакой уверенности в том, что вместо этого из ее рта не выйдет что-то другое.

Открыла дверь, захлопнув ее громче чем хотелось. Сняла одежду и не смывая макияжа, не переодеваясь в домашнее, упала на кровать накрыв лицо одеялом.