ch. 17

– Тогда... – начала она, проглотив страх. – Можно я останусь?

Дженни закивала головой, приближаясь к чужим губам, оставляя на них медленный и долгий поцелуй.

Её ладони скользнули с затылка на щеки шатенки, мягко поглаживая скулы и убирая выбившиеся локоны за ухо.

Она наклонила голову и провела языком, ощущая легкую горечь алкоголя.

Дженни не спешила: её рот медленно обхватил верхнюю губу девушки, оставляя сладкий, исследующий поцелуй, а затем перешел на нижнюю.

Лиса отозвалась мгновенно. Её губы разомкнулись, позволяя Дженни коснуться языком, и она нежно провела по нему своим, отвечая на каждое движение.
Поцелуй стал глубже, их дыхание смешалось, а ладони Лисы сильнее сжали чужие бедра, оставляя красные отметины.

Пальцы Дженни скользнули с подбородка по шее, ненадолго задержавшись на ключицах, затем легким давлением обвили горло шатенки и снова опустились ниже.

Они наткнулись на маленькие, почти бесполезные пуговицы на топе Лисы и осторожно расстегнули их, поддевая кончики пальцев под ткань и слегка оттягивая её в сторону.

Лиса сделала первый шаг от двери, осторожно переставляя ноги, удерживая Дженни на руках. Каждый её жест был уверенным, но мягким, словно она держала в руках что-то хрупкое, готовое разбиться в любой момент.

Медленно, шаг за шагом, они двигались через комнату. Дженни чувствовала тепло Лисы по всему телу, каждое прикосновение усиливало желание.

Поцелуй становился глубже, язык Дженни исследовал рот Лисы.

— Тише... я боюсь уронить тебя, — улыбнулась Лиса, чувствуя, как Дженни прижимается всем телом.

Брюнетка едва заметно закусила свою губу, осыпая челюсть Манобан поцелуями, оставляя влажную дорожку до мочки уха.
Ее рука полностью забралась под белую ткань топа, стаскивая правую лямку с плеча. Она остановилась всего на мгновение, втягивая сладкий запах полной грудью.
Пальцы грубо сжали каштановые волосы на затылке, прижимая шатенку ближе.

Этот запах пыл настолько пьянящим, что Дженни не могла остановить себя от того, чтобы вдыхать его снова и снова.

Особенно ее манила пульсирующая вена на чужой шее. Она поцеловала ее, проводя по ней языком и касаясь зубами.

– Дженни... – низкий голос вибрировал на влажных губах брюнетки рядом с горлом.

Лиса развернулась спиной, села на кровать, располагая на своих коленях брюнетку.

Дженни остранилась от раскрасневшейся кожи Манобан. Руки хаотично опустились к краям джинс, вынимая из под них заправленный топ.

Тонкие пальцы Лисы помогали ей, расстегивая пуговицу.

Обе смотрели вниз, на действия своих ладоней, что периодически хватались друг за друга.

– Подними руки, – быстро выдохнула Дженни.

Лиса подчинилась не раздумывая.

Брюнетка схватилась за края белого топа, стаскивая его через голову и бросая на пол. Ладонь легла на обнаженный живот Манобан, проводя кончиками пальцев по его рельефу.

Рот Дженни выпустил едва слышный стон наслаждения.

Она видела такую шатенку только в своих снах. Ощущать ее так, под своей кожей, казалось больной фантазией. Пальцы дрогнули. Ким собиралась убрать руку, чтобы не потерять рассудок, как крепкий хват Лисы на ее запястье заставил ладонь Дженни вжаться в чужой живот, вдавливая в него пальцы.

– Вот так... – тихо сказала Манобан.

Она подняла карие глаза на светлое лицо брюнетки, которая зажмурила их, не веря в происходящее.

Рука Лисы крепко удерживала Дженни, направляя её движения по плоскому животу. Она облокотилась на свободную руку, открывая девушке больше пространства.

Повела горячую ладонь себе под ребра, накрывая чужие пальцы своими, заставляя их крепко сжать ее плоть, показывая, что она может с ней делать.

Оставив Дженни на своей талии, Лиса переместилась на оголившуюся кожу светлых бедер, что не скрывала ткань халата.

Она отодвинула белый материал в сторону, давая себе лучший обзор на то, как брюнетка сжимает ее бедра.

Ее рука гладила горячую кожу ног, поднимаясь выше к поясу. Ловким движением она освободила брюнетку от тянущего чувства на талии.

Дженни была совершенно нагая. Никакого нижнего белья.

– Ты спишь без одежды? – тихо спросила Лиса, прикрывая глаза от ощущения тепла под своими пальцами.

Она стянула халат с плеч Ким.

Перед её глазами, как желанная добыча, блеснули тонкие ключицы.
Дженни убрала руку с живота Лисы и, не разрывая взгляда, помогла себе избавиться от оставшейся одежды.

Свет от ярких огней ночного города, льющийся снаружи из окон, ярко освещал ее нежную, гладкую кожу, грудь, покрытую мурашками из-за прикосновений шатенки и тонкую талию, подзывая впиться в нее пальцами.

– Я не спала, – прижимаясь ближе к Манобан, сказала она.

Ее руки вернулись к шее шатенки, зарываясь в ее волосы и прижимая ближе к груди.

Дженни вздрогнула всем телом, как только Лиса коснулась языком ее розовых сосков, сопровождая это влажными звуками поцелуев.

В каждом прикосновении Лисы сейчас не были ни капли нежности. Левая рука вернулась с мягкого матраса на тело Дженни, крепко прижимая к себе, а язык тем временем настойчиво лизал сосок на груди, добавляя к этому редкие покусывания.

– Лиса...

Прерывистый голос Дженни, зовущий ее по имени, смешанный с учащенным дыханием, заставил Лису, которая приподняла взгляд, чтобы посмотреть на нее, довольно усмехнуться.

Ким сейчас сидела с приоткрытым ртом и розовыми щеками. Пальцы крепко сжимали каштановые пряди, чтобы заземлить себя.

— Что ты делала? – спросила Манобан в теплую кожу на груди брюнетки оставляя поцелуи, поднимаясь вверх к шее.

Обе руки легли на талию Дженни, вжимая в нее тонкие пальцы. Лиса одновременно хотела обнять брюнетку и так же сильно хотела сорвать с ее губ болезненный стон.

— Думала... — выдохнула она, запрокидывая голову в сторону и открывая Лисе больше пространства. — Думала, какого чёрта ты позволяешь этой девушке к себе прикасаться.

Дженни оттянула шатенку от своей шеи, заглядывая в ее глаза и опуская ладонь на челюсть Манобан, проводя большим пальцем по ее горлу.

– Хотела быть ей, да? – улыбнулась Лиса, замечая как в черных глазах снова зарождается огонь злости.

Пальцы Дженни угрожающе сжались вокруг горла шатенки, в то время как другие снимали светлый бюстгальтер с тела Манобан.

Это завело Лису еще больше.

Она резко встала, грубо положив брюнетку на спину и нависнув над ней.

Дженни не успела снять ее нижнее белье, оставив его висеть на лямках расстегнутым. Лиса скинула его, бросив в сторону и вжалась губами в приоткрытый рот Ким, срывая протестующий стон.

Руки Дженни давили на плечи Манобан, отодвигая от себя. Зубы впились в пухлые губы, срывая стон. Бедра предательски качнулись вверх, нуждаясь в тесном контакте, которого шатенка ее лишила.
Лиса убрала ее руки, задрав над головой, крепко прижимая к кровати.

— Дженни, — выдохнула в ее ухо Манобан. — Я хочу только тебя...

Дженни вырвала одну руку из крепкого хвата и ухватилась за черный кожаный ремень на джинсах Лисы, притягивая ее бедра ближе.
Их тела с силой соприкоснулись, вызывая дрожь удара.

Ким сделала это снова.

И снова.

Слова Лисы эхом отдавались в голове Дженни. Она больше не направляла шатенку — Лиса сама толкалась в её бедра, выбивая воздух из груди Дженни.

Она могла только выгибаться навстречу грубой ткани.

Лиса скользнула губами по шее Дженни, оставляя лёгкие, едва заметные розоватые следы. Она прижалась к ее телу еще плотнее, ощущая как брюнетка движется ей навстречу.

Каждое движение отдавалось в груди и животе Дженни, заставляя её тихо выдыхать, дрожать и рефлекторно сжимать Лису ногами.

Ладонь брюнетки резко забралась под плотную ткань джинс, касаясь кончиками пальцев нижнего белья.

Лиса отодвинулась назад, хватая девушку за запястье и отбрасывая руку в сторону с силой.
Второй рукой она раздвинула ее ноги, прижимая свое колено к горячему центру.

— Ах! — запрокинула голову он долгожданного контакта брюнетка.

Мокрое желание разливалось по синей ткани, дыхание становилось всё более прерывистым. Она опустила другую руку на грудь Дженни, слегка надавливая, чтобы удержать её на месте.

Лиса не убрала колено. Наоборот — усилила давление, не позволяя Дженни двигаться так, как ей хотелось. Пальцы крепко сжали её запястье, удерживая над подушкой.

— Лежи смирно. — тихо, но жёстко произнесла она.

Шатенка скользнула рукой по её бедру, медленно, нарочито неторопливо, давая почувствовать разницу между спешкой и контролем.

— Смотри на меня, — тихо приказала она.

Дженни не могла поднять взгляд, продолжая давить затылком в кровать и глотая воздух от собственных движений по бедру Манобан.

Лиса чуть сильнее надавила коленом, чувствуя, как Дженни вздрагивает от этого.

— Я сказала — смотри на меня, — повторила она тише, но в голосе появилось больше твёрдости.

Медленно, почти лениво, она провела пальцами по ногам выше, затем снова вниз, намеренно сбивая ритм, не позволяя привыкнуть к прикосновениям.

Она чувствовала, как под её рукой дрожит бедро Дженни, как напряжение проходит волной по всему телу.

Ким шумно втянула воздух, ресницы дрогнули. В её взгляде смешались упрямство и растекающееся по телу желание. Она перестала сопротивляться и посмотрела в карие глаза.

В этом взгляде было всё: злость, желание и уязвимость.

Лиса почувствовала перемену. Её ладони уверенно легли на бёдра Дженни, удерживая, не позволяя ускользнуть. Она убрала колено, но не отстранилась, лишь скользнула взглядом ниже, обращая чужое внимание на происходящее.

— Смотри, что ты сделала, — произнесла она хрипло.

Ее глаза смотрели на большое влажное пятно на своей ноге.

Она схватила ее бедра, приподнимая их чуть выше и ударилась в них своими. С каждым разом стараясь прижиматься сильнее и дольше.

Дженни не разрывала зрительного контакта, наблюдая за тем как Лиса толкается в нее.

— Хорошая девочка, — тихо сказала шатенка, замечая, как та задерживает воздух.

Ким поднялась на локтях, хватаясь за шею Манобан, и через силу отодвинула свои бедра, чтобы другой рукой вцепиться в край джинс и запустить свою руку под чужое нижнее белье.

Лиса не успела перехватить ее действия.

Теплые пальцы коснулись горячей влаги между ног шатенки.

— Боже, — прошептала Дженни. — Откуда в тебе столько терпения?

Манобан была настолько мокрая, что Ким не могла себе даже представить.

Её руке было трудно пробиться сквозь плотно натянутую ткань, которая ещё сильнее впивалась в тело из-за расставленных ног шатенки.

Лиса взяла Дженни за запястье, желая вынуть ладонь и вернуть себе контроль.

— Дженни хочет извиниться... — тихо, почти мурлыча, прошептала брюнетка, склоняясь к смуглой шее. — Лиса позволит ей это сделать?

В Манобан было куда меньше контроля чем в Дженни.

Она облокотилась назад, смотря на то, как Ким проталкивается дальше, с низким стоном, от того как пальцы прошлись от центра ко входу.

— Назови меня по имени еще раз, — взмолилась шатенка, громко выдыхая воздух.

Дженни вынула руку, провела кончиками пальцев по подбородку Лисы и направила их себе в рот по самые костяшки, сопровождая липкими звуками.

— Ты и так достаточно мокрая, — сказала она, вынимая влажные пальцы, проводя по ним языком напоследок.

Лиса изменилась с их первого раза.
Она была чуть более насыщенная, с ярко выраженным сладким послевкусием.

Это движение языком стало последней каплей в огромном чане терпения Манобан.

Она обвила брюнетку за талию одной рукой, а второй притянула к себе за шею, жадно впиваясь в её губы. Поцелуй вышел глубоким, требовательным — язык уверенно скользнул внутрь, не встретив сопротивления.

Дженни ответила не менее резко: зубы сомкнулись вокруг её губ, вырывая из Лисы приглушённый, низкий стон, и увеличивая количество влаги в штанах.

Лиса опустила руку на светлую грудь Дженни, крепко, но нежно ее сжимая, задевая большим пальцем сосок.

Дженни не сдержала стон.

Манобан на мгновение растерялась, вспоминая, насколько Дженни чувствительна — и как сильно на неё действуют даже самые лёгкие прикосновения

Она не раздумывая взяла второй сосок в рот, слегка покусывая и зализывая после.

Стоны стали звучать чаще. Каждый из них был в ухо шатенке, посылая новую волну возбуждения к ее центру.

Лиса едва могла соображать от того, что происходило между ее ног.
Она так сильно хотела Дженни.
Хотела обладать ею, направлять ее, хотела чувствовать ее влажный язык на своей плоти.

Каждый раз пытаясь злиться на нее, она представляла как громко та стонет вжимая лицо в подушку и растекаясь влагой по собственным бедрам.

Этот образ преследовал ее каждую ночь.

Даже сегодня, когда она дерзила ей, вела себя как будто у нее есть право, и когда она ушла из ее номера оставив вопрос в подвешенном состоянии, Лиса злилась.

Злилась и хотела эту девушку.

Когда они были в клубе, и Соён вдруг начал вести себя странно, а затем закинул руку на её светлые плечи, Лисе пришлось напомнить себе: нельзя каждый раз, заметив тревогу в глазах Дженни, забывать о собственных границах и бросаться к ней без оглядки.

Она говорила это себе, когда рука легла на тонкую талию, говорила это себе, когда видела грустный взгляд черных глаз на балконе второго этажа, и когда видела ее уходящую из клуба.

Нинг, хотела вернуть то что было между ними однажды, предлагая поехать к ней или в любое другое место. Она почти поцеловала ее если бы не Дженни.

Лиса соврала бы, если бы сказала, что сопротивлялась. Нет — она не сопротивлялась, но никогда не отвечала.
Всё, что делала Нинг, не имело для неё значения.
Все мысли были только о Дженни Ким.

Она уехала из клуба через 15 минут после нее, оставив бывшую с ее друзьями.

Лиса шла пешком долго, уговаривая себя, что это ужасная идея — приходить к Дженни сейчас, когда та всё ещё зла на неё не меньше, чем раньше.

Но в результате она стояла у двери, забыв про положение и злость. Она хотела рискнуть в последний раз.

Если бы Дженни оттолкнула её, после столь явных взаимных чувств всему пришлось бы положить конец.

Но Дженни не оттолкнула. Она просто попросила закрыть дверь — ту самую, которую раньше не стоило открывать.

Если для Ким такой выбор даётся так тяжело, Лиса решила больше не давать ей его.

— Перевернись на живот, — приказала она, отстраняясь от груди и подхватывая Дженни под бедра.

Брюнетка была слишком потеряна в приятных ощущениях, что сопровождались ее протяжными стонами.

Лиса перевернула ее сама, резко раздвинув ноги и подтягивая за талию вверх, заставляя коснуться влажным центром холодного металла на джинсах.

— Убери ремень, — попросила Ким, упираясь лицом в постель.

Манобан ее не слушала. Она провела ладонью по округлым формам, сжимая их и направляясь к центру.

Затем проведя языком по двум пальцам, она собрала ими влагу, что уже блестела на внутренней стороне бедер, скатываясь медленно вниз.

Дженни снова громко простонала.

— Лежи смирно, — говорила Лиса, дразня девушку, двигаясь пальцами вокруг входа.

Лиса хотела войти в нее так сильно, что желание пульсировало в висках, не давая сосредоточиться.
Она чувствовала как Дженни сжималась, когда кончики ее пальцев слегка проникали внутрь, как она дергала бедрами назад, желая большего.

— Имей хоть каплю терпения, — сжав бедра Ким и толкаясь несколько раз своими, строго говорила Лиса.

— Я больше не могу... — тихо взмолилась брюнетка. — Я так сильно хочу тебя.

Лиса не сдержала стон от этих слов, сильнее сжала зад Дженни, толкаясь в него еще несколько раз.

Именно от таких касаний красно-синие пятна сходили тогда с ее бедер всю неделю. Манобан хватала так сильно, что боль стреляла в центр вместе с наслаждением.

— Дженни, я правда хочу помочь тебе, — продолжая свои действия, твердо говорила Лиса. Она отодвинулась от Дженни, грубо прижимая ладонь между своих ног, давая себе секунду на трезвость. — Но... покажи мне сначала, как ты заботилась о себе сама.

Дженни посмотрела на Лису испуганным взглядом.

— Нет, не проси меня об этом, — развернулась на спину брюнетка, широко раздвинув ноги. — Зачем тебе это?

Лиса продолжала держать свою ладонь на паху, изредка двигая пальцами от перевозбуждения.

Дженни лежала перед ней как самое желанное блюдо.

— Я хочу видеть это, — она убрала руку и вернула ее Дженни, проводя кончиками пальцев вверх и вниз по влажному месту. — Еще я хочу услышать как ты зовешь меня по имени.

Она ввела в нее средний палец на одну фалангу, срывая с нее стон.

— Ты же звала меня по имени когда думала обо мне?

Дженни крепко сжала губы, пытаясь сдержать рвущиеся наружу стоны, вызванные действиями тонких пальцев Манобан на ее клиторе.

Лиса еще пару раз провела по складкам и медленно убрала руку.

Пальцы Дженни послушно, следуя приказу шатенки, начали медленно двигаться. Это не первый раз когда она мастурбировала перед кем-то.
Но дикий взгляд Лисы заставлял себя чувствовать более желанной, чем когда-либо прежде.

— Ты такая мокрая, — тише произнесла шатенка, обращая внимание на то, как быстро заблестели от влаги чужие пальцы.

Вид того как Дженни касается себя перед ней, заставил Лису не сдержаться и опуститься к светлой груди, хватая пальцами розовый сосок, слегка надавливая и сжимая его, чтобы усилить наслаждение.

Лиса ни с кем не занималась сексом с той самой ночи. Жар разливался по ее телу новой волной. Ей хотелось овладеть брюнеткой прямо сейчас, выплеснуть все то накопившееся желание. Но одновременно другая ее часть жаждала наблюдать, как Дженни теряет контроль, как напряжение постепенно переполняет её, заставляя глаза темнеть и дыхание сбиваться, пока она не будет вынуждена умолять о помощи.

— Ммм... — простонала Ким.

— Хорошо, теперь вставь пальцы внутрь, — снова приказала Лиса, продолжая сжимать грудь то грубо, то нежно.

На лице Дженни выступал легкий румянец, вызванный наслаждением.

— Ах...

Дженни снова послушно выполнила приказ. Она медленно ввела средний и безымянный палец и начала ритмично ими двигать, следуя указаниям.

— Боже, — прошептала Лиса, слыша влажные звуки.

— Л... Лиса, — хрипло позвала брюнетка.

Сейчас она чувствовала такое сильное возбуждение по всему телу, что ей отчаянно хотелось, чтобы пальцы Манобан были внутри нее, помогая справиться с нарастающим напряжением.

Лишь один звук собственного имени из уст Дженни, был способен вызвать табун мурашек по шее шатенки.

— Ммм? Лиса, что? — отозвалась она.

— Я не могу... — выдохнула Ким.

— Так сильно хочется? — спросила Лиса.

— Ммм.. — лишь простонала в ответ Дженни, запрокидывая назад голову.

Она кивала, не переставая произносить имя шатенки, и ускорила движения пальцами внутри себя, подводя себя ближе к разрядке.

— Ты такая красивая...

В этот момент Лиса услышала как хлюпающий звук стал более частым и она опустила взгляд на чужие бедра.

— Я не разрешала тебе двигаться быстрее. Почему ты это делаешь? — схватила она Дженни за запястье, останавливая.

Ким издала сладкий стон, чувствуя как кончики пальцев шатенки задели ее, переходя на руку и посмотрела на нее умоляющим взглядом, словно пытаясь сказать, как сильно ей необходима разрядка и как сильно Лиса нужна ей прямо сейчас, там внутри.

Это выражение лица в сочетании со сладкими стонами и непристойными звуками заставили Лису прикрыть лицо рукой от нахлынувших чувств. Она не могла устоять перед этим взглядом милого котенка. Не могла устоять перед тем как Дженни зовет ее по имени.

Черт.

— Что же ты хочешь чтобы я сделала? — она оставила долгий горячий поцелуй на нижней челюсти Ким.

— Я хочу тебя... — прошептала Дженни, хватаясь за чужую шею.

— Это не ответ на мой вопрос, — продолжала целовать Манобан.

Она прекрасно знала что и как хочет брюнетка. Ей просто хотелось это услышать.

— Хочу чтобы ты вошла в меня, — наконец выдохнула Дженни.

Ответ сорвавшийся с маленьких губ, вызвал довольную улыбку на лице шатенки. Она была удовлетворена услышанным.
Затем она убрала свои пальцы с груди Дженни и схватила руку, что продолжала доставлять себе удовольствие в останавливающем жесте. Лиса поднесла ладонь Ким к своему лицу и облизала чужие пальцы, полностью покрытые прозрачной жидкостью.

— Ммм... — промычала Манобан, слегка посасывая их.

Прикосновение горячего языка к ее ладони заставили Дженни тут же покраснеть. Всего лишь ласка, но взгляд, которым Лиса на нее смотрела в этот момент, заставил ее сердце пропустить удар, сильнее чем когда-либо раньше.

«Успокойся»

— Закончилось, — поцеловав теплую ладонь, сказала Лиса.

Отпустив руку, она развела ее ноги еще шире. Затем опустилась вниз и, не давая Дженни опомниться, прильнула губами к влажному лону.

Как только горячий язык Лисы коснулся чувствительного центра, Дженни тихо всхлипнула, не отрывая взгляда от действий шатенки.

Вскоре карие глаза поднялись и встретились с угольно-черными.

— Мхмм... — сладко простонала Дженни, запрокидывая голову от наслаждения , как только Лиса начала ласкать и дразнить языком ее клитор.

Рука Дженни непроизвольно потянулась и вцепилась в каштановые волосы.

Каждое движение Лисы заставляло ее стонать, и она подалась бедрами вперед, навстречу языку шатенки, не в силах себя контролировать.

— Боже... Ах! — не переставала стонать Дженни, продолжая прижиматься к горячему языку в поисках большего контакта.

Чем громче она стонала и издавала сладкие звуки, тем настойчивее Лиса продолжала ласкать ее языком. Она посасывала и дразнила чувствительный бугорок наращивая темп и давление. Тем временем одна рука поднялась к теплой светлой груди, сжимая ее, перебирая пальцами сосок. Второй рукой Лиса хотела себе помочь, проникая в брюнетку, но та сразу же сжала ноги. Пришлось оставить ее на бедре, прижимая его к кровати.

Дженни давила на голову шатенки все сильнее, хватаясь другой рукой за изголовье кровати.
Дышать становилось все тяжелее.

— Я... больше не могу... — простонала Ким.

Брюнетка не знала сколько еще она может выдержать. Каждое движение Лисы заставляло ее тело вздрагивать. Чем сильнее та дразнила ее языком, тем сильнее Дженни прижималась бедрами к ее лицу.

— Ах... Л... Лиса.. — стонала еще громче брюнетка имя Манобан, охваченная наслаждением.

В тот момент когда язык Лисы проник внутрь нее, рука державшая волосы, стала слабеть. Каждое движение сводило ее с ума.

— Я... не могу... — выдохнула еще раз Дженни.

Сладкие стоны и прерывистое дыхание раздавались в такт движениям языка шатенки, проникающего во вход Дженни.

— Я... я сейчас кончу... — и напряжение в ее руке, сжимавшей волосы усилилось.

Лиса поняла, что Дженни вот-вот достигнет пика, по ее участившимся стонам и тому как тряслись бедра. Она ускорила движение языком до нужной скорости, пока стройное тело брюнетки не выгнулось дугой от наслаждения, а затем не замерло, содрогаясь в остатках оргазма, выпуская прозрачную влагу по подбородку Манобан.
Затем она коснулась горячего центра кончиками пальцев, заставив тело Ким снова вздрогнуть и выгнуться от нахлынувших ощущений. Тонкие пальцы шатенки продолжали ласкать чувствительное место, пока она сама поднималась выше и, полная нежности, прильнула к уставшим, тяжело дышащим губам Дженни в поцелуе.

Губы Ким приоткрылись, позволяя Лисе снова проникнуть языком в её рот. Шатенка ласкала и посасывала губы Дженни снова и снова, словно не желая давать ей передышки.

Пока её рот находился в плену нежных, но настойчивых поцелуев шатенки, черные глаза девушки, затуманенные желанием, встретились с карими глазами. Взгляд Лисы сейчас был полон нежности.

В груди снова что-то сжалось.

Тихие стоны смешивались с громкими звуками поцелуев, разносясь по всей комнате, свидетельствуя о нарастающем возбуждении обеих.

Рука Лисы, которая до этого ласкала чувствительный центр, медленно ввела в неё тонкий палец.

— Ах! — выдохнула Дженни, как только почувствовала Манобан внутри себя.

Она двигался медленно, но ритмично, заставляя брюнетку впиваться ногтями в руку Лисы, не в силах сдержать себя.

— Я так сильно по тебе скучала... — прошептала шатенка хриплым голосом, спускаясь губами к светлой шее и вдыхая ее аромат.

— Лиса... — позвала Дженни сладким голосом.

Ее лицо горело от румянцем.

Увидев эту картину, Лиса довольно улыбнулась и ускорила ритм движений, добавляя еще один палец внутрь Ким. Одновременно она опустила голову и прильнула губами к её груди, посасывая и покусывая её, отчего сладкие стоны Дженни становились всё громче.

— Ты так крепко сжимаешь меня... — прошептала Лиса, начиная двигать пальцами чаще и резче.

Размеренный ритм сменился на быстрый и сильный, а комнату наполнили влажные звуки.
Дженни не переставала сладко стонать. С каждым толчком пальцев она чувствовала такое острое наслаждение, что снова и снова подавалась бёдрами навстречу.

— Назови моё имя ещё раз, — попросила Лиса.

— Ах... Лиса... — простонала Дженни.

Шатенка довольно улыбнулась, услышав своё имя, и снова склонилась к груди Ким, оставляя на коже красные отметины.

Сладкие стоны и учащённое дыхание лишь подогревали страсть Лисы. Она ускорила ритм толчков.

Манобан время от времени поднимала взгляд на стройное тело брюнетки, продолжая своевольно двигать пальцами в такт своему желанию. Сейчас внутри Дженни было одновременно влажно и горячо, и Лиса, не в силах сдержаться, добавила третий палец к двум, снова ускоряя ритм толчков.

— Ах! — Ким вздрогнула всем телом, когда шатенка начала вводить пальцы глубже и быстрее.

Она крепко сжала губы, чувствуя одновременно лёгкую боль и острое наслаждение. Три пальца Лисы, особенно учитывая длину, заставили ее чувствовать себя наполненной, но это лишь усиливало удовольствие.

— Быстрее... ещё... — выдохнула Дженни, приказывая.

Сейчас, в том ритме, который задавала Манобан, она чувствовала, что снова приближается к пику.

Лиса постепенно ускорила ритм толчков пальцами внутри Ким, и более громкие влажные звуки наполнили комнату.

— Ммм... — тихо простонала шатенка, когда снова почувствовала, как тугие стенки Дженни сжимают её пальцы.

Это было так сильно, что она не могла больше дразнить девушку.

— Так сильно соскучилась? Очень туго...

Хриплый голос, дразнящий её, заставил лицо Дженни, в которую сейчас так сильно толкались пальцами, вспыхнуть. Ким не знала, что бессознательно так сильно сжимает тонкие пальцы Лисы. Но единственное, что она точно осознавала сейчас — это то, что ей было невероятно приятно. И это ощущение было таким сильным, что, казалось, лишало её рассудка.

— Лиса... я... — выдохнула младшая в ответ.

Звук собственного имени заставил Манобан улыбнуться с нежностью. Она прижалась своим острым носом к раскрасневшейся щеке и поцеловала её в губы, издающие сладкие стоны. В то же время она увеличила силу толчков, делая их более грубыми чем прежде.

Сейчас Лиса ничего не могла с собой поделать. Желание обладать этой женщиной было настолько сильным, что она потеряла всякий контроль.
Девушка хотела чувствовать Дженни как можно больше. Хотела прикасаться к каждому её уголку, ощущать ее всю.

Брюнетка стонала не переставая, когда тонкие пальцы Лисы снова и снова касались её. Маленькая рука крепко сжимала каштановые волосы. Дженни запрокинула голову и зажмурилась от нахлынувшего удовольствия.

Сейчас её рассудок начинал мутнеть. Уши, которые ещё недавно могли слышать, почти перестали воспринимать звуки. Глаза, которые совсем недавно ясно видели красивое смуглое лицо, теперь видели лишь размытый образ. Всё исчезало, стиралось прикосновениями, которые дарила ей Лиса.

— Дженни, будь со мной, — пытаясь вернуть фокус брюнетки, говорила девушка сверху.

Никаких слов не последовало, лишь протяжные непрерывные стоны.

«Я сейчас сойду с ума», — думала Дженни. Она не могла представить, что есть в мире кто-то еще, столь идеально подходящий Ким в сексе. В сексе, который приносил ей столько удовольствия, сколько она хотела. В сексе настолько страстном, что не хотелось останавливаться.

И этот секс был с ее генеральным директором.

— Лиса... Я сейчас кончу... — выдохнула девушка.

Лиса почувствовала, что внутри Дженни стало ещё более влажно, чем раньше. Она снова ускорила ритм, пока тело брюнетки не выгнулось дугой от невыносимого наслаждения, а затем не замерло, содрогаясь в оргазме выпуская прозрачную влагу, в то время как пальцы Лисы всё ещё были внутри.

— Вся рука мокрая, — прошептала она, прежде чем поцеловать маленькое плечо Дженни, которая обессиленно прильнула к ней в объятиях.

— Это все из-за тебя... — хрипло ответила Ким, легонько шлёпая Лису по предплечью.

Затем она разомкнула объятия и встретилась взглядом с кареглазой.

Они смотрели друг на друга некоторое время, пока шатенка не подвигала пальцами.

Это движение заставило Ким невольно издать тихий сладкий стон, и она схватила Лису за руку.

— Аккуратно, — предупреждающе сказала брюнетка.

Манобан кивнула и медленно вышла из девушки, заставляя ту зажмурится от высокой чувствительности.

— Хочешь пить? — провела шатенка влажной рукой по горячему бедру Дженни, смотря на ее высоко поднимающуюся, от тяжелых вздохов, обнаженную грудь.

Грудь брюнетки была покрыта россыпью алых отметин. Трудно было сказать, останутся ли они к утру — возможно, пара всё же проявится ярче. Но сейчас этот вид странно тешил самолюбие Лисы.

— Очень, — выдохнула девушка, кладя свою ладонь поверх мокрых пальцев Манобан.

Она провела по ним, нежно поглаживая от костяшки к костяшке.

— Какую ты пьешь? — скидывая ноги с кровати, спросила Лиса.

— Сейчас? Любую... — Дженни прижала ладонь в своему лбу, пытаясь перевести дух.

Манобан быстро скрылась за углом. Было слышно как вода из графина наполняет стакан. Затем она вернулась обратно, аккуратно поднося стекло к лицу брюнетки.

Дрожащие пальцы приняли воду, подняв стакан к пересохшим губам и Дженни сделала пару больших глотков, пропуская несколько струек воды по подбородку.

Лиса пальцем стерла мокрую прохладу с горячей шеи девушки, когда полупустой стакан вернули ей в руки поддерживая за дно, заставляя выпить.

Она подчинилась выпивая его. Затем отправилась обратно в другую комнату, поставить посуду на место.

Дженни приподнялась на локтях, собираясь встать с кровати. Ноги предательски дрогнули, в голове закружилось. Ей пришлось на несколько секунд задержаться, перевести дыхание и только потом осторожно подняться, направляясь вслед за шатенкой.

Девушка поставила стакан и налила себе новую порцию воды, опираясь одной рукой о стол.

Джинсы все так же растегнуты, металлическая бляшка свисает чуть ниже, торс полностью обнажен, а на щеках легкий румянец из-за проделанной работы.

Тонкие руки Дженни проскользнули по смуглой коже, прижимаясь к чужой спине, и сцепляя ладони спереди.

— Ты чего встала? — Лиса взяла одну руку Ким и поднося ее к губам поцеловала костяшки. — Я сейчас приду, отдохни немного.

Горячий воздух обжег нагую спину шатенки, посылая табун мурашек вверх по позвоночнику.

Следующее, что она почувствовала это долгий чувственный поцелуй около правой лопатки. Затем еще один.

И еще.

Губы Дженни продолжали оставлять влажные следы, осыпая плечи нежными прикосновениями.

Лиса сделала глубокий заземляющий вздох, выпуская на выдохе тихий стон удовлетворения.

— Я очень скучала по тебе, Дженни, — в очередной раз за ночь призналась Манобан.

Рука Ким медленно спускалась по плоскому, рельефному животу, загоняя кончики пальцев под плотную ткань джинс, но не под белье.

Шатенка была до безобразия мокрой.

Дженни не понимала как ей удается сохранять рассудок в таком состоянии. Она даже не могла вспомнить ни одного раза, чтобы она видела себя настолько влажной, какой сейчас была Манобан.

— Это точно... — выдохнула Дженни ей в шею.

Она несколько раз нажала на выпирающий маленький бугорок, проводя пальцами по нему вниз и вверх, медленно, вспоминая как нравится девушке.

Лиса лишь облокотилась на стол, вжимая пальцы в столешницу. Она была возбуждена до предела.
Выход за водой был вынужденной мерой, она не хотела кончить от очередного стона брюнетки. Любое предельно точное движение пальцами Ким между ее ног, и она сломается.

— Дженни... — выдохнула Манобан, крепче хватаясь за столешницу, когда Ким прижалась к ней сильнее, прижимаясь бедрами сзади и вдавливая в деревянную мебель. — Дай мне немного успокоиться.

Дженни вынула руку и медленно развернула девушку Лицом к себе. Она встала на носочки и медленно, заземляюще поцеловала ее в губы. Руки обвили шею, прижимая ближе к себе, поглаживая каштановые волосы, которые ее же ладони привели в полный беспорядок.

Смуглые руки шатенки опустились на тонкую талию Ким, нежно поглаживая ребра, а после перешли на спину, мягко прижимая к себе.

Они целовались медленно и успокаивающе, как просила Манобан.

Дженни не давила на нее со своим желанием вернуть ей долг и извинения за свое поведние. Она аккуратно проводила языком по припухшим от долгих поцелуев губам, на которых еще оставался ее вкус, посылая новую волну возбуждения к низу живота. Но сейчас центр ее внимания не там, а на девушке перед ней, что медленно выдыхает через нос.

Руки Дженни спустились с шеи, проводя кончиками пальцев по линии челюсти, к аккуратной груди, накрывая ее своими ладонями.
Она мягко сжала их, проверяя реакцию шатенки на прикосновения.

Лиса кивнула сквозь поцелуй, облокачиваясь своими руками назад, на стол, давая Дженни полный контроль.

Губы брюнетки спускались по смуглой шее, ключицам, остановились у ореола коснувшись его языком и втянули сосок с влажным звуком.

Дыхание Манобан было спокойным и тяжелым ровно на столько, на сколько это позволяло ее нынешнее состояние.

Зубы Дженни сомкнулись с силой на чужой плоти, срывая шипение с чужих губ. Ким помнила, что Лиса не такая чувствительная и что ей нравится, когда к ней прикасаются сильнее, чем кажется приемлемым.

Язык зализал оставленный след, двигаясь к другой груди, делая с ней тоже самое.

Она спускалась ниже, оставляя после себя влажную дорожку.
Остановившись у живота, Дженни встала на колени, убирая свои волосы с лица.
Лиса ей помогла, одной рукой перекидывая черные локоны в стороны и придерживая их ладонью.

— Ты так вкусно пахнешь... — прошептала Дженни, прижимаясь к тёплой коже плоского живота шатенки. — Я не могу думать, когда чувствую твой запах.

Она оставила несколько теплых поцелуев, вдохнув несколько раз чужую кожу.

— Не думай, делай свое дело, — провела Лиса ладонью по подбородку Ким, приподнимая ее голову вверх и касаясь большим пальцем нижней губы.

Дженни стягивала с нее джинсы не отводя взгляда с карих глаза. Ее руки поднимались по стройным ногам шатенки вверх, располагаясь на ее бедрах.

Тонкий большой палец оттянул нижнюю губу Ким, проталкивая себя ей в рот.

Брюнетка обхватила его губами, не раздумывая, оставляя свои чёрные глаза широко раскрытыми.

Язык скользил по мягкой подушечке, пока сам палец давил на него.

Дженни выпустила стон.
Провокация.

Она знала что Лису заводит такой вид сверху.

Ким стояла перед ней на коленях, посасывая ее пальцы, пока Манобан была без штанов и ждала когда брюнетка наиграется с ее руками и перейдет к самому важному.

— Дженни Ким... я сейчас сойду с ума из-за твоего рта.

Брюнетка прикрыла глаза, искушающе улыбнулась и втянула всю длину пальца, двигая своей головой и обнимая Лису за бедра.

Она продолжала стонать, наблюдая как табун мурашек покрывает ноги шатенки.

— Ммм... — сорвался низкий гортанный стон из горла Манобан, когда Дженни высунула язык и показательно провела им по всей длинне пальца, а после припала губами к пульсирующему центру Лисы сквозь ткань белья.

Шатенка переместила одну руку с лица брюнетки на ее затылок и прижала к себе.

Дженни целовала Лису сквозь белье, обдавая горячим дыханием.

Из горла Манобан выходили низкие и тихие стоны.

Руки стащили светлую ткань до лодыжек, давя на ноги изнутри, заставляя из раздвинуться.
Лиса послушно выполнила просьбу.

— Мне трудно кончить стоя, — сказала она, перебирая черные пряди.

Дженни касалась носом внутренней стороны бедра, покрывая каждый сантиметр кожи укусами. На месте укусов оставался красно-синий след, но тут же следовал поцелуй, притупляющий боль.

— Может Нинг и было сложно заставить тебя кончить, — изменилась в лице Ким, кладя свои руки на колени и наклоняя голову набок словно дикая кошка. — Но не мне...

В этот момент она впилась в горячий центр Лисы, вцепившись в ее бедра и закрыв глаза. Язык собирал влагу, которую ткань белья не смогла впитать до конца. Она провела подбородком от входа к клитору, собирая на нем все следы возбуждения, и откинулась назад, демонстрируя это Манобан.

Все место под ее нижней губой влажно блестело в свете ночных огней. На подбородке Дженни переливалось возбуждение Лисы. Манобан довольно ухмыльнулась и, надавив на затылок Дженни, вернула ее горячий рот обратно. Ким отлично справлялась со своей задачей: язык скользил по нежным складкам, от входа к центру, то дразня, то сильно посасывая — именно так, как любила Лиса.

— О, Госпади... — выдохнула Манобан, когда ее ноги резко подкосились от сильного возбуждения и слишком быстрого подходящего оргазма.

Она облокотилась одной рукой о стол, а второй крепче прижимала голову брюнетки. Свою она закинула назад от удовольствия, давая вырваться низким стонам.

— Ах! — ноги шатенки подкосились, когда Дженни подключила к работе не только язык, но и пальцы, резко войдя в Лису.

Второй рукой она стащила вещи с идеальных длинных ног и закинула одну их них себе на плечо, чтобы Манобан было легче.

— Так вообще не легче! — чуть громче сказала шатенка на выдохе.

Смена позы дала больший простор для действий Дженни, наращивая возбуждение девушки с невероятной скоростью.

Тонкие пальцы брюнетки толкались в нее в синхроне с движениями языка на ее клиторе. Каждый новый всхлип Лисы заставлял стонать и Дженни. Ее сводило с ума то, что такая девушка как Манобан, после того как несколько раз заставила ее кончить, сейчас хнычет и дергает бедрами в ее руках.

— Дженни.. Мхм... сильнее, — начиная наваливаться на плечо девушка, стонала шатенка.

Ее бедра то дергались вперед, навстречу языку, то вниз навстречу пальцам, что сильно сбивало Дженни.

Ей пришлось крепко сжать мягкое бедро на своем плече и слегка придавить ее к столу, упираясь рукой в ее живот.

Дженни выполнила команду, как хорошая девочка, сделав толчки более резкими и грубыми. Она хотела спросить достаточно ли, но ответом послужили громкие низкие стоны и тряска в чужих ногах.

Пальцы крепче сжали черные волосы, еще сильнее прижимая лицо брюнетки к себе, практически лишая ее кислорода.

— Дженни, я сейчас кончу...

Лиса попыталась что-то сказать, но на последнем слоге оргазм настиг ее, сорвав с губ долгий, низкий стон. Дженни продолжала ритмично толкаться внутри, даря разрядке возможность длиться как можно дольше, а язык застыл на клиторе в умелом давлении, не двигаясь, но заставляя тело содрогаться снова и снова.

Лиса громко дышала, выпуская тихие стоны. Ноги дрожали. Она могла упасть, если бы Дженни не поменяла их позу раньше. Сейчас она завалилась на плечо Ким, давая своих ногам собрать хоть каплю силы.

Дженни двигалась внутри все медленнее и медленнее, пока тело шатенки не перестало дрожать. На этом моменте она вынула руку и вытерла свой подбородок о покрасневшее бедро, собирая остатки прозрачной влаги с уголков губ языком. Остальная часть, что Дженни не успела слизать, очень медленно стекала по ноге шатенки.

Она оставила несколько мягких поцелуев на внутренней стороне бедра и аккуратно опустила ногу Лисы со своего плеча, убеждаясь, что та твердо стоит на ногах.

Ким попыталась встать. Колени ужасно болели: она все это время простояла на голом паркете. С утра на них точно будут синяки.

Зажмурив глаза от боли, она встала и крепко обняла шатенку за талию, переживая, что ей нелегко стоять.

— Ты в порядке? — целуя в шею, спросила Дженни.

Лиса уронила свою голову на плечо брюнетки, упираясь в него лбом и тяжело дыша.

— Да, — целуя в светлую ключицу с легкой улыбкой ответила она.

Дженни провела ладонью по обнаженной спине Манобан — медленно, нежно, вырисовывая большие круги и перебирая пальцами позвонки.

Они простояли так около минуты, не меняя положения. Припухшие от поцелуев губы Дженни коснулись чужого виска, оставляя на нем едва ощутимый след.

— Идем в кровать? — спросила ласково Ким, целуя в челюсть.

Любое новое движение лишь разжигало желание заново. Ни одна из них не могла понять, как у них хватило сил остановиться в первый раз. Им хотелось касаться, дразнить, сжимать — обладать и подчиняться, просто чувствуя чужое тепло на своей коже.

— Очень больно? — гладила чужие бедра Лиса.

— Хм? — Дженни отодвинулась, заглядывая в карие глаза.

Ладонь убирала выбившиеся пряди каштановых волос ей за ухо, нежно проводя большим пальцем по родинке на левой щеке под глазом.

— Колени,— прижала Лиса девушку ближе к себе. — Очень болят?

Дженни улыбнулась и покачала головой в разные стороны.

Ее забавляла эта корыстная забота шатенки.

— Хочешь меня сзади?

Пальцы Манобан сжались вокруг мягких ног от данного вопроса.

Это правда то, ради чего она уточнила.

Ей очень хотелось, чтобы Дженни постояла на коленях еще немного. Пусть это будет на кровати, но даже мягкий матрас может нестерпимо саднить.

— Да, сможешь чуть-чуть потерпеть? — большие оленьи глаза смотрели в черные кошачьи, в которых читался интерес.

— Смогу, — не солгала Ким. Ей, скорее всего, правда будет больно — первое время. Но потом все будет хорошо.

Лиса подхватила брюнетку, заставляя ноги сцепиться на ее талии и вернула их в спальню, укладывая Дженни на спину.

Они не ложились спать еще очень долго.

Менялись ролями каждый раз, когда одной из них нужна была пауза. Иногда просто лежали и целовались — когда сил уже не оставалось совсем.

Лиса столько раз просила Дженни назвать ее по имени, что и не сосчитать. Ким всегда подчинялась. Ей нравилось видеть, как звук собственного имени, произнесенного губами брюнетки, действует на разум Манобан.

Нежные, мягкие поцелуи сменялись жаркими. Иногда — слишком быстро, иногда они могли позволить себе наслаждаться друг другом достаточно долго, ровно до той минуты, пока не подступит новая волна желания.

Они не знают в какой момент получилось заснуть.
К этому времени за окном уже рассветало.

Дженни лежала на плече Лисы, вырисовывая круги на плоском животе Манобан, когда вдруг почувствовала: тело, которое её так крепко обнимало, и губы, что то и дело целовали её в макушку, — ослабли.

Она подняла взгляд. Лиса уснула. Её лицо было расслабленным, уже сухие губы слегка приоткрылись.

Манобан выглядела невероятно красиво и маняще. С её щёк до сих пор не сошёл румянец после их последнего раза, в котором она из кожи вон лезла, лишь бы обессиленная Дженни больше не говорила, что у неё не получится кончить.

Ким приподнялась на локте, посмотрела на спящую девушку, аккуратно поцеловала её в щёку и легла обратно, почувствовав слабый поцелуй на своей макушке. Было это сквозь сон или шатенка всё же не спала — уже неважно.

Сейчас они были рядом.

Дженни не оттолкнула.

Лиса осталась.