Глава 28

POV НАРГИЗ

Сегодня выписывали Айлу. Самый долгожданный день за все эти месяцы. Я просыпалась каждое утро с мыслью о том, что скоро мы будем дома. Все вместе. Настоящей семьей. И вот этот день настал.

Мы все собрались в больнице — радостные, взволнованные, счастливые. Айла уже была готова к выписке: ее укутали в белоснежный конверт, на голову надели крошечную шапочку. Она лежала в кроватке и смотрела на нас своими огромными темными глазами, в которых уже читался характер. Моя маленькая горянка. Моя гордость.

Хамза приехал раньше всех. Он выглядел взволнованным, но счастливым. Я сразу заметила, что с ним что-то происходит — он то и дело поглядывал на телефон, улыбался каким-то своим мыслям, нервно постукивал пальцами по столу. Я знала этот взгляд. В нем была любовь. Настоящая, всепоглощающая любовь.

Он отвел меня в сторону и рассказал о своих намерениях. Он хочет жениться на Зайнаб. И не просто хочет — он настроен решительно. Он готов бороться за нее. И он уже говорил с Муссой.

— Я знаю, что ее мать будет против, — сказал он, и в его голосе была сталь. — Но я не отступлюсь. Я люблю ее, Наргиз. Я люблю ее так сильно, что готов на все.

Я обняла брата и почувствовала, как внутри меня разливается тепло. Он заслуживает счастья. После всего, что он пережил, он заслуживает любви. И если эта любовь — Зайнаб, я поддержу его. Я всегда буду поддерживать его.

— Иди к ней, — сказала я, улыбаясь. — Сделай ее счастливой.

Мусса подтвердил, что он уже поговорил с сестрой и убедился, что она действительно любит Хамзу. Что она хочет быть с ним. Родителей он предупредил, но мать Зайнаб — Роза — была категорически против.

— Она считает, что Хамза не достоин ее дочери, — сказал Мусса, и в его голосе слышалась досада. — Говорит, что найдет ей «достойного» жениха. Как будто Зайнаб — вещь, которую можно продать дороже.

— Роза всегда была такой, — вздохнула я. — Она считает, что имеет право управлять жизнями всех вокруг. Но Зайнаб уже не ребенок. Она может сама решать, с кем ей быть.

Отец Зайнаб — Умед — отнесся к этому спокойнее. Он уже смирился с тем, что его дочь выросла, что у нее есть свои желания и чувства. Он был не против, но и не поддерживал открыто. Он просто наблюдал, ожидая, чем все закончится.

Я пошла на кухню за соком. В доме было шумно — все готовились к празднованию выписки Айлы. Аня приехала утром и уже успела организовать небольшой фуршет. Она расставляла тарелки, украшала стол цветами и улыбалась. Я была рада видеть ее. Она была той самой подругой, которая всегда была рядом. Даже когда я не хотела, чтобы кто-то был рядом.

Но когда я подошла к кухне, я услышала голоса. Роза и Зайнаб. Они спорили. Я остановилась и прислушалась.

— Дочка, послушай меня, — говорила Роза, и ее голос был ледяным. — Зачем тебе выходить замуж за этого отброса? Он никто. Он даже не может обеспечить тебе достойную жизнь. Мы найдем тебе хорошего, достойного жениха. Из хорошей семьи. Который сможет дать тебе все, что ты заслуживаешь.

— Хватит! — перебила ее Зайнаб, и я никогда не слышала, чтобы она говорила так твердо. — Замолчи, мама! Все устали от твоего высокомерия и эгоизма. Ты считаешь себя выше всех, но ты просто несчастная женщина, которая хочет контролировать все вокруг, потому что боится остаться одна. Я хочу быть счастливой. Но ты не даешь мне этого сделать. Я буду счастлива — она выделила это слово с нажимом — только с Хамзой. И точка. Я все решила. Я стану его женой, хочешь ты этого или нет.

Я услышала, как она резко развернулась и вышла из кухни. Я отступила в сторону, делая вид, что только подошла. Зайнаб прошла мимо меня, и я увидела, как в ее глазах блестят слезы. Но в них была и решимость. Она не отступится. Она будет бороться за свою любовь.

Я вошла на кухню, и Роза стояла там, бледная, сжав губы в тонкую нить. Она смотрела на меня с ненавистью. Как будто я была виновата в том, что ее дочь осмелилась перечить ей.

— Что ты смотришь? — злобно спросила она. — Это ты во всем виновата. Ты и твой брат.

Я не стала спорить. Я просто взяла сок из холодильника и вышла, оставив ее одну в ее гневе.

В коридоре я столкнулась с Муссой. Он вышел из-за угла и, увидев меня, остановился.

— Что ты тут стоишь? — спросил он, улыбаясь. — Ты же за соком ходила.

Я посмотрела на него, и внутри меня разлилась такая любовь, что я забыла обо всем. О Розе, о ее злобных словах, о проблемах. Я видела только его. Того, кто стал моим домом.

— Да, — сказала я, делая шаг к нему. — Я просто хотела тебя заманить.

— А? — удивился он, но я уже притянула его к себе и поцеловала.

Он не заставил себя ждать. Его руки обвили мою талию, он прижал меня к себе и ответил на поцелуй. Страстно, жадно, так, как будто мы не виделись целую вечность. Я чувствовала его тепло, его дыхание, его сердце, которое билось в унисон с моим.

— Ты сводишь меня с ума, — прошептал он, на секунду разрывая поцелуй.

— Ты меня тоже, — ответила я, чувствуя, как внутри меня разливается жар.

Наш поцелуй мог длиться вечность, но я знала, что нас уже заждались. Гости были в доме, все ждали нас, Айла лежала в своей кроватке, и мы не могли исчезнуть надолго.

— Я не хочу отпускать тебя, — сказал он, касаясь губами моей шеи.

— Вечером, — ответила я, задыхаясь от его прикосновений. — Все вечером.

— Ты согласна на... — начал он, но я перебила его.

— Да, — сказала я. — Я думаю, что уже можно.

Он улыбнулся — такой счастливой, мальчишеской улыбкой, которую я редко видела на его лице.

— Я буду ждать, — прошептал он и чмокнул меня в губы.

Я улыбнулась в ответ и, взяв сок, пошла к гостям. Сердце билось так сильно, что я боялась, что все услышат его.

---

В гостиной уже собрались все. Аня, Хамза, Зайнаб, Умед, Роза и еще несколько близких друзей семьи. Айлу уложили в специальную кроватку, и я смотрела на нее, чувствуя, как гордость разливается по моему телу. Она была моей. Моей дочерью. Моей радостью.

— Давайте выпьем за Айлу! — сказала Аня, поднимая бокал. — За нашу маленькую принцессу! Пусть она растет здоровой, счастливой и окруженной любовью!

Все подняли бокалы. Я видела, как Умед улыбается, глядя на свою внучку. Как Зайнаб смотрит на Хамзу, и в ее взгляде — вся ее любовь. Как Мусса сжимает мою руку под столом, и от этого прикосновения по моему телу пробегает дрожь.

Роза молчала. Она сидела с каменным лицом, не поднимая бокал. Я видела, как она сжимает салфетку в руках. Она злилась. Но я не обращала на нее внимания. Сегодня был день счастья. И я не позволю ей испортить его.

Хамза поднялся из-за стола, и все взгляды устремились к нему. Он выглядел взволнованным, но в его глазах горела та уверенность, которая появляется у мужчины, знающего, чего он хочет. Он перевел взгляд на Айлу, которая мирно спала в своей кроватке, и его лицо озарилось нежной улыбкой.

— Я хочу поднять этот бокал за свою маленькую племянницу, — начал он, и его голос звучал мягко, но твердо. — За Айлу. Я желаю ей в первую очередь крепкого здоровья. Чтобы ни одна болезнь, ни одна хворь не коснулась ее. Чтобы она росла сильной и смелой, как ее мать.

Он посмотрел на меня, и я почувствовала, как слезы подступают к глазам. Я сжала руку Муссы, и он ответил на мое прикосновение.

— Я желаю ей чистого, красивого женского счастья, — продолжил Хамза. — Чтобы она никогда не знала горести и печали. Чтобы каждый день ее жизни был наполнен светом, улыбками и любовью. Чтобы она выросла в окружении заботы и тепла, зная, что у нее есть семья, которая всегда будет рядом. Чтобы ее сердце никогда не знало боли, а глаза — слез.

Он замолчал на мгновение, и в комнате повисла та особенная тишина, которая бывает только в самые трогательные моменты. Я видела, как Аня вытирает слезы, как Зайнаб смотрит на Хамзу с такой любовью, что у меня сжалось сердце.

— Но я хочу выпить не только за Айлу, — сказал он, и его голос стал еще тверже. Он перевел взгляд на Зайнаб, и в его глазах загорелся огонь. Тот самый огонь, который зажигается, когда мужчина смотрит на женщину, которую любит больше жизни.

— Я хочу выпить за свою возлюбленную, — сказал он, и его голос дрогнул от волнения. — За ту, которая стала моим светом в темноте. За ту, которая подарила мне надежду, когда я уже перестал верить. За ту, которая согласилась стать моей женой. За Зайнаб.

Зайнаб закрыла лицо руками, и я видела, как ее плечи вздрагивают. Она плакала. От счастья.

Умед поднял свой бокал и кивнул Хамзе. Он одобрял этот союз. Роза что-то прошипела, но я не расслышала. Все подняли бокалы и выпили за любовь.

Айла тихонько засопела в своей кроватке, и я улыбнулась. Она родилась в этом мире, полном любви. И я сделаю все, чтобы она никогда не знала боли.

Я посмотрела на Муссу, и он сжал мою руку.

— Ты счастлива? — спросил он.

— Да, — ответила я. — Я никогда не была так счастлива.

И это была правда.

Конец.