Глава 42. Ещё один пропал
Подумав о мужчинах, которых погубил насильник, Шэнь Цяньлин глубоко вздохнул, оторвал жирную куриную ножку и положил её в рот Цинь Шаоюя — быстро жуй!
Хозяин дворца Цинь нежно улыбнулся: - Госпожа, ешьте сами, не беспокойтесь о своём муже.
Шэнь Цяньлин:...
Мать твою, да кто о тебе беспокоиться!
Очевидно, что это ты своими угрозами принудил лао-цзы!
Бесстыжая тварь!
Тёмные стражи дворца Погони за Тенью сидели за столом рядом с ними с невозмутимыми лицами, но на самом деле в душе они исступлённо сетовали! Эти двое постоянно проявляют свою супружескую любовь даже во время еды, какое уж тут самосовершенствование!
В середине трапезы Цинь Шаоюй решительно обнял Шэнь Цяньлина за талию и посадил его прямо к себе на колени.
Шэнь Сяошоу тут же наполнился негодованием – кто будет меня лапать, тот станет евнухом!
- Толстая задница, - Цинь Шаоюй был очень прямолинеен.
Блядь! Шэнь Цяньлин пришёл в ярость. Сам ты толстая задница!
- Ешь, - Цинь Шаоюй скормил ему ложку зелёного горошка.
- Он смотрит на меня или нет? — спросил Шэнь Цяньлин во время еды.
- Мне нужно понаблюдать ещё некоторое время, - Цинь Шаоюй сказал это как само собой разумеющееся и, воспользовавшись ситуацией, доел оставшиеся пол-ложки зелёного горошка.
- Чёрт, он смотрит или нет? – разгорячился Шэнь Цяньлин, но оглянуться всё же не решился.
- Да, - увидев, что он вот-вот взорвётся, Цинь Шаоюй кивнул и сказал: - Он тайно наблюдает за тобой, так что лучше поцелуй меня.
Блядь! Шэнь Цяньлин пожалел, что нельзя окунуть его рожей в суп. Лао-цзы говорит с тобой о деле, задницу свою поцелуй!
- Или назови меня мужем, - напомнил ему Цинь Шаоюй. – Только понежнее.
- Закатай губу! - Шэнь Цяньлин съездил ему по физиономии.
Цинь Шаоюй воспользовался ситуацией, схватил его за руку и поцеловал в губы. Это выглядело очень интимно!
По спине Шэнь Цяньлина побежали мурашки, и он почувствовал, что его волосы на голове вот-вот встанут дыбом!
Эта сцена в глазах окружающих естественным образом превратилась в прекрасную картину любви хозяина дворца Циня и молодого господина Шэня, которые не забывают целоваться даже во время еды! Они просто образцовая пара, достойный пример для всех пар с семейными конфликтами, и даже заслуживают того, чтобы написать про них в учебнике!
- Ну что там? - они вдвоём доели миску приготовленных на пару яиц, и Шэнь Цяньлин почувствовал себя таким несчастным, как будто подцепил геморрой!
- Он всё ещё смотрит на тебя, - сказал Цинь Шаоюй. - И его взгляд становятся всё более и более жадным. Может быть, он придёт к тебе сегодня вечером!
Шэнь Цяньлин:...
Мать твою, неужели этот насильник настолько глуп?
- Я смогу тебя защитить, - хозяин дворца Цинь был очень ласков.
Шэнь Цяньлин решительно повернул голову, чтобы посмотреть.
Угол был пуст, там не было никаких следов того человека.
Пи-и-из... дец!..
- Только что ушёл, - объяснил Цинь Шаоюй.
...Шэнь Цяньлин глубоко вздохнул: - Ты... не двигайся.
- Ну, я не двигаюсь, - Цинь Шаоюй спросил: - Госпожа хочет поцеловать меня?
Сейчас лао-цзы поцелует всю твою семейку! Шэнь Цяньлин с размаху врезал ему по лицу, совершенно безжалостно!
Цинь Шаоюй изобразил страдальческую гримаску: - Госпожа такая свирепая.
Шэнь Сяошоу отвесил ему пендаля
Взгляд хозяина дворца Циня всё ещё сочился безграничной любовью!
Глазеющая публика не могла вынести этой сцены, все шёпотом осуждали молодого господина Шэня. Как он мог так поступать! Нехорошо быть таким избалованным и высокомерным. Если ты дашь хотя бы один повод для развода из семи[1], хозяин дворца Цинь может развестись с тобой! Если такой хороший муж покинет тебя, ты горько пожалеешь об этом!
[1]七出 qīchū семь законных поводов для развода с женой (бездетность, прелюбодеяние, непослушание в отношении родителей мужа, болтливость, воровство, ревность, дурная болезнь).
- Пошли домой! - Шэнь Цяньлин развернулся и стал спускаться вниз.
Цинь Шаоюй, естественно, последовал за ним, не обращая внимания на отпечаток обуви на подоле своей одежды.
- Ты сердишься? — спросил хозяин дворца Цинь за его спиной.
Шэнь Цяньлин сердито посмотрел на него.
- Тот парень действительно странный. Когда он ушел, Сяо У тайно последовал за ним, — сказал Цинь Шаоюй.
- Когда он ушёл? — серьёзно спросил Шэнь Цяньлин.
Цинь Шаоюй посмотрел на небо.
Я так и знал! Шэнь Цяньлину ужасно хотелось схватить кусок кирпича и засадить ему по морде!
Тебе нравится пользоваться мной! Кормить меня! Щипать за бока! И говорить, что у меня толстая задница!
- В любом случае, люди любят смотреть на это, так что плохого в том, чтобы сыграть спектакль, — сказал Цинь Шаоюй.
Если люди любят на это смотреть, так ты сразу же готов сыграть для них! Кто из нас актёр – ты или я?! Согласно твоей логике, они будут счастливее, если ты сыграешь гомика, хоть ты даже не разделся и не побегал перед ними голышом, а?! Шэнь Сяошоу проигнорировал его и быстро пошёл вперёд.
- Хозяин дворца, - кое-кто издалека подъехал к ним верхом, две круглые груди вызывающе колыхались, грозя вот-вот вывалиться наружу!
Шэнь Цяньлин коснулся своего носа и спокойно отвернулся.
Не нужно смотреть на то, что не соответствует правилам приличия!
Хотя на самом деле очень хочется на это посмотреть!
- Ты по делу? - Цинь Шаоюй, очевидно, привык её знойным нарядам, поэтому был совершенно невозмутим.
- Тот телохранитель уже поправился. Я забрала его из долины Цюнхуа, - Хуа Тан спешилась. - Теперь он в особняке Ли, ждёт возвращения хозяина дворца.
- Как его зовут? — спросил Цинь Шаоюй.
- Чжу Цинлань, — сказала Хуа Тан.
- Первый раз слышу, - сказал Цинь Шаоюй. - Я думаю, он мелкая сошка, можешь устроить его как хочешь.
- Хозяин дворца, - Хуа Тан выглядела смущённой. – Подчинённая хочет попросить хозяина дворца, чтобы он сам устроил его.
- Почему? - Цинь Шаоюй поднял брови и посмотрел на неё с натянутой улыбкой.
Хуа Тан прикусила нижнюю губу: - Я беспокоюсь о Сяо У...
- Ты беспокоишься, что Сяо У начнёт создавать ему проблемы? - Цинь Шаоюй криво усмехнулся.
- Конечно, нет, - Хуа Тан встревожилась. - Подчинённая просто беспокоится, что он будет недоволен.
- А если я его устрою, Сяо У обрадуется? – сказал Цинь Шаоюй. - Даже если он не сообразит в этот раз, через какое-то время он обязательно сообразит. Чем больше времени пройдёт, тем яснее это будет в его сердце. Что нам тогда делать? - Хуа Тан опустила голову и ничего не сказала.
Шэнь Цяньлин встревожился: почему ты хамишь девушке, грубиян?!
И что это за ситуация?
Почему лао-цзы ничего не может понять?
Неужели это из-за снижения уровня IQ?
Блядь!
- Я не буду вмешиваться в твои личные дела, - сказал Цинь Шаоюй. - Но некоторые вещи нужно ясно обдумать, нельзя постоянно уклоняться от решения.
- Большое спасибо, хозяин дворца, - тихо ответила Хуа Тан.
- Иди обратно, Сяо У выполняет задание, и я не знаю, когда он вернётся, - сказал Цинь Шаоюй. - Подумай и приходи ко мне. Если ты окончательно определишься, я помогу тебе.
Хуа Тан кивнула, развернулась, вскочила на коня и ускакала.
- Расскажи мне, что происходит! - Шэнь Цяньлин уже долго сгорал от любопытства.
- Хочешь знать? — спросил Цинь Шаоюй.
Конечно, хочу! Шэнь Цяньлин отчаянно закивал головой.
- Но мы всё ещё в ссоре, - напомнил Цинь Шаоюй.
Шэнь Цяньлин:...
У тебя такая хорошая память!
- Если только ты не скажешь, что больше не злишься, - сказал Цинь Шаоюй.
- Я больше не злюсь, - у Шэнь Сяошоу вообще нет моральных принципов, когда дело касается любопытства!
Цинь Шаоюй рассмеялся.
- Скорее скажи мне! - Шэнь Цяньлин пнул его.
- Сяо У всегда любил Хуа Тан. Братья не говорят об этом, но все они это знают, - сказал Цинь Шаоюй. – Жаль только, что это безответная любовь[2]. Я не знаю, кто такой Чжу Цинлань, но Хуа Тан никогда не приходила ко мне просить за кого-то.
[2]落花有意 luòhuā yǒuyì склонившийся к ручью цветок полон желания, но воды ручья бесчувственны; не разделять (чьей-л.) любви; безответная любовь.
Шэнь Цяньлин нахмурился: - Ты уверен, что у Левого стража нет чувств к Сяо У? Тогда почему она заботится о его чувствах?
Если бы это было не так, она бы не пыталась найти способ, чтобы заставить Чжао У думать, что того человека принял Цинь Шаоюй, а не она.
- Сяо У всегда был очень добр к Хуа Тан, поэтому вполне понятно, что Хуа Тан не хочет причинять ему боль, - Цинь Шаоюй взял его за руку. - Пойдём, вернёмся и посмотрим, что за тип этот Чжу Цинлань.
Шэнь Цяньлин уверенно сказал: - Он, должно быть, очень красив!
Хотя внутренние качества тоже важны, очевидно, что красота будет иметь преимущество!
Цинь Шаоюй посмотрел на него: - По сравнению со мной?
- Как можно сравнивать с тобой! - Шэнь Цяньлин презрительно посмотрел него. – Любой бродячий бобыль-хулиган[3] у входа в деревню красивее тебя!
[3]Он говорит: 李二狗 Ли Эргоу: прозвище типичного "гуаньгуня", бобыля-хулигана, который скитался по всему Китаю.
- Почему бы тебе не рассмотреть меня поближе? - Цинь Шаоюй ущипнул его за подбородок и многозначительно улыбнулся.
Не смотри на лао-цзы так, как будто сейчас же начнёшь целовать взасос! Разница в силе с врагом была огромной, и Шэнь Цяньлин тут же отбросил свои моральные принципы и стал безумно расхваливать:
- Молодой рыцарь, ты действительно привлекательный и элегантный, свободный и непринуждённый, талантливый и блестящий, ослепляешь даже собачьи глаза из титанового сплава[4]!
[4]瞎了你们的钛合金狗眼 дословный перевод — "ослепить собачьи глаза из титанового сплава". Титановый сплав — это высокопрочный, устойчивый к коррозии конструкционный металл. "Собачьи глаза" на самом деле относятся к человеческим глазам. Это дразнящее выражение. Было бы преувеличением сказать, что даже глаза из титанового сплава можно ослепить. Это означает, что это что-то очень удивительное или отвратительное. Однако, может быть немного оскорбительно использовать это предложение по отношению к другим.
Цинь Шаоюй выглядел озадаченным: - Что означает вторая половина фразы?
Ха-ха-ха-ха-ха!
Шэнь Цяньлин тут же почувствовал чувство превосходства!
Ну, я знаю, что ты туземец, который никогда не видел титановый сплав!
- На чем ты смеёшься? - Цинь Шаоюй нахмурился.
Шэнь Цяньлин прочистил горло, посмотрел на него и быстро сказал: - Амёба!
Это так приятно!
Затем Цинь Шаоюй больно ущипнул его.
- А-а-а-а! - Шэнь Цяньлин присел на обочину дороги со слезами на глазах, держась за голову: -Ты в своём уме?!
Ёбтвоюмать! Ты накидываешься на меня потому, что не понял моих слов?
Я даже не могу кайфануть!
- Нет, - Цинь Шаоюй явно напрашивался на побои. - В следующий раз, когда ты скажешь что-то, чего я не пойму, берегись, а то дождёшься наказания от своего мужа.
...Шэнь Цяньлин наполнился горечью и негодованием.
Ты феодальный варвар!
Я презираю тебя от имени всего цивилизованного общества!
Когда они вернулись домой, было уже темно. Как только они вошли в дверь, они увидели спешно выбегающего им навстречу помещика Ли.
- Что случилось? - Шэнь Цяньлин переполошился.
- Хозяин дворца Цинь, Бохао, Бохао пропал... – помещик Ли был бледным, и выглядел так, будто вот-вот упадёт в обморок.
- Пропал? - Цинь Шаоюй нахмурился.
- Да, - Ли Ботянь, стоявший рядом, тоже с тревогой сказал: - Третий брат занимался днём в кабинете, а затем пошёл навестить старшего брата и исчез.
- Вы направили людей на поиски? — спросил Цинь Шаоюй.
- Мы всё обыскали, но все говорят, что не видели его. Даже привратник сказал, что не видел, как третий брат выходил, - сказал Ли Ботянь. - Особняк Ли почти перевернули вверх дном, но третьего брата нигде нет.
- Хозяин дворца Цинь, ты должен спасти его, - помещик Ли совершенно упал духом и опустился перед Цинь Шаоюем на колени. В семье Ли было только два наследника – Ли Боцзинь и Ли Бохао. Теперь один из них пострадал от насильника. Если и второй попал в беду, с каким лицом он предстанет перед предками семьи Ли?
- Не паникуй, - Цинь Шаоюй помог ему подняться. - Я отправлю тёмных стражей на его поиски. Если третий молодой господин не покинул город, мы его обязательно найдём.
- Ладно, ладно, - помещик Ли постоянно кивал, словно утопающий, хватающийся за последнюю соломинку.
- Хозяин дворца, - в гостевой комнате на заднем дворе Хуа Тан обсуждала дела с Фань Янем. Когда они увидели, что входит Цинь Шаоюй, они встали.
- Ли Бохао исчез, вы что-нибудь заметили? — спросил Цинь Шаоюй.
- Нет, - Фань Янь покачал головой. - Я спрашивал, никто из братьев ничего не заметил. По всей логике вещей, это как минимум странно.
Тёмные стражи дворца Погони за Тенью славятся своей любовью везде рыскать и повсюду совать свой нос. Невозможно себе представить, что взрослого человека могли совершенно незаметно похитить прямо у них из-под носа.
- Может быть, тут есть подземный ход? - Хуа Тан нахмурилась.
- Я спрашивал господина Ли. В особняке Ли есть только один старый подземный ход. Он долгое время не ремонтировался. Там везде паутина, и непохоже, чтобы его открывали, - сказал Фань Янь. - Вместо того, чтобы подозревать, что его увели в подземный ход, лучше подумать на предателя. Третий сын семьи Ли физически слаб. Не исключено, что его оглушил и унёс кто-то, кто хорошо знаком с местностью и особняком Ли.
- Отправь больше людей на поиски, - сказал Цинь Шаоюй. - Также позаботься о том, чтобы братья были более внимательны сегодня вечером и не допустили, чтобы снова что-то случилось.