Глава 40. Незамеченный
Из-за многолетних практик боевых искусств руки Цинь Шаоюя были покрыты мозолями. Прикосновение к животу вызывало приятное показывание, от которого сжимались яйца!
В итоге Шэнь Цяньлин закрыл глаза и уснул в экстазе.
Цинь Шаоюй улыбнулся, покачал головой, потянул руку, чтобы накрыть его одеялом, но Шэнь Сяошоу схватил его руку и крепко прижал её обратно к своему животу!
Потому что это было действительно здорово! Останавливаться на полпути – это ненаучно!
...
У хозяина дворца Циня чуть не свело живот от попыток сдержать смех.
Под профессиональным массажем Цинь Шаоюя Шэнь Цяньлин спал очень сладко и не просыпался до ужина! А помещик Ли так долго ждал, что потерял всякое терпение. Когда он наконец увидел этих двоих, он забыл всё своё красноречие и быстро пошёл им навстречу со слезами на глазах.
Подумав о женщине, которая сгорела заживо на заднем дворе, Шэнь Цяньлин не смог удержаться и смерил его гневным взглядом.
- Э-э, - помещик Ли был озадачен. Может быть, молодой господин не был удовлетворён "сном"?
- Мы здесь, чтобы поесть, - поскольку помещик Ли стоял посреди дороги, преграждая путь, Цинь Шаоюй не сдержался и подал голос.
- ...Да, да, да, - помещик Ли быстро посторонился и повёл их обоих в столовую.
Внутри было оживлённо, за большим столом сидело множество людей, и все кидали на них знойные взгляды.
Шэнь Цяньлин мгновенно потерял аппетит. Пошли вы все нахуй, лао-цзы не обезьяна!
Цинь Шаоюй тоже нахмурился, он явно был недоволен.
Помещик Ли вздрогнул: - ...Вы... оба...?
- Хозяин дворца Цинь, пожалуйста, садитесь, - Ли Ботянь лично подвинул ему стул.
- Нет уж, - Цинь Шаоюй вытащил Шэнь Цяньлина наружу. - Через час попроси тех людей прийти ко мне в кабинет.
- ...Слушаюсь, - на лице Ли Ботяня было смущение.
В комнате повисла неловкая тишина, все смотрели друг на друга, пока эти двое не исчезли в конце коридора.
- Недобрые слухи не врут... – один из родственников до сих пор трясся от холодного взгляда Цинь Шаоюя.
- Верно, - другой родственник поцокал языком. – Можно помереть со страху.
Тут же все бесперебойно загомонили - хотя их обдали холодом, всё равно стоило посмотреть. Этим можно хвастаться по крайней мере полтора года! Только помещик Ли в гневе топнул ногой:
- Я же просил вас не приходить, но вы всё равно припёрлись! Если он будет недоволен, кто сможет добиться справедливости для Боцзиня!
- Отец слишком много беспокоится, - Ли Ботянь помог ему сесть обратно на стул. - Раз хозяин дворца Цинь согласился, я не думаю, что он из тех, кто не держит своего слова.
Помещик Ли грустно вздохнул и слабо отмахнулся. - Вы ешьте, а я пойду к Боцзиню.
- Я провожу папу, - сказал Ли Ботянь.
- Я провожу, - молодой человек встал из-за стола. - Второй брат устал за последние дни, ему нужно хорошо поесть и отдохнуть.
Это был третий сын семьи Ли. Как и Ли Боцзинь, он сын главной жены, и в этом году ему только исполнилось семнадцать.
- Будет лучше, если Бохао пойдёт со мной, - сказал помещик Ли. – Ботянь, поужинай вместе со всеми.
Ли Ботянь кивнул и не стал настаивать.
Цинь Шаоюй отвёл Шэнь Цяньлина в самый известный трактир города. После трапезы они пошли посмотреть на речные фонари[1] и даже послушали несколько песен, прежде чем неторопливо вернуться обратно.
[1]河灯 hédēng pum. речные фонари (бумажные, пускаемые по воде 15-го числа седьмой луны, чтобы «светить блуждающим духам»).
Шэнь Цяньлин с воодушевлением нёс в руке горсть фигурок из теста.
- Ты доволен? — спросил Цинь Шаоюй.
- Всё не так уж плохо, - сказал Шэнь Цяньлин. – Просто тяжело на душе.
- Мир такой большой, заботиться обо всём невозможно, - Цинь Шаоюй погладил его по голове. -Просто живи спокойно своей жизнью.
- Как я могу заботиться о других, - Шэнь Цяньлин криво усмехнулся, - если мой собственный яд ещё не излечен.
Цинь Шаоюй свистнул, и Так Сюэбай тут же примчался издалека.
- Я помогу тебе избавиться от твоего яда, - Цинь Шаоюй крепко обнял его и вскочил на спину коня. - Так что не бойся.
Шэнь Цяньлин кивнул и крепко вцепился в его рукав.
Так Сюэбай заржал, развернулся и поскакал к особняку Ли.
Согласно прошлым распоряжениям Цинь Шаоюя, помещик Ли устроил так, чтобы мужчины, пострадавшие от насильника, ждали в кабинете. Поскольку раньше стража у городских ворот рассказывала, что развратник выбирает только красивых мужчин, Шэнь Цяньлин подумал, что в доме должны быть красивые юноши. В результате, войдя в дом, прежде чем он успел рассмотреть тех, кто там находился, он был немедленно ошеломлен коренастым здоровяком, который всхлипывал в углу.
Ёбтвоюмать! Как такого можно было выбрать? Вкус немного тяжеловат!!!
Цинь Шаоюй тоже был явно потрясён этим детиной: - Ты тоже жертва?
- Да, - лицо здоровяка покраснело, и он посмотрел на Цинь Шаоюя со слезами на глазах.
Шэнь Цяньлин:...
На самом деле... это... неважно, а?..
Нельзя судить человека по внешности. Здоровяк тоже имеет право плакать. Более того, он жертва, поэтому мы должны смотреть на него с сочувствием и любовью!
Хм... Гораздо лучше думать так.
Но у Цинь Шаоюя явно было не так много любви, и он холодно сказал:
- Если ты посмеешь ещё раз кокетливо подмигнуть, я выколю тебе глаза!
Ы-ы-ы! Здоровяк нехотя опустил голову.
Взгляд Шэнь Цяньлина был полон сочувствия.
- Расскажи мне, что случилось в тот день, - Цинь Шаоюй сел на стул.
- В ту ночь разразилась гроза, - здоровяк тут же начал рассказывать. - Я ворочался в постели, и вдруг с неба ударил гром, и я напугался до потери сознания.
Шэнь Цяньлин не знал, какое выражение использовать, чтобы смотреть на него. Хотя он был мощного телосложения, он хныкал совершенно по девчачьи. Это было просто трагично!
- Потерял сознание? - Цинь Шаоюй нахмурился.
- Да, потерял сознание, - сказал здоровяк со слезами на глазах: - А когда я проснулся на следующее утро, я был, был, был... ы-ы-ы!
- Ладно, ладно, иди отсюда поскорее, - Цинь Шаоюй потерял терпение.
Мужчина вернулся в угол маленькими шажками и продолжал смотреть на хозяина дворца Циня застенчивыми и любящими глазами.
Шэнь Цяньлин:...
- Ты, выйди и расскажи мне, что произошло, - Цинь Шаоюй наугад указал на другого человека, одетого в грубую льняную одежду, аккуратного и утончённого, похожего на сюцая[2].
[2]秀才 xiùcái 1) сюцай, студент (неофициальное разговорное название 生员 шэнъюаня ― первой из трёх учёных степеней в системе государственных экзаменов кэцзюй при дин. Мин и Цин); 2) учёный (начитанный) человек, интеллигент.
Он был явно гораздо более адекватным, чем тот здоровяк. Когда он упомянул об унижении в тот день, его лицо не только покраснело, но в его глазах появился намёк на горе и гнев.
Шэнь Цяньлин позвал слугу и попросил отвести всех остальных ждать по соседству. Как бы то ни было, о таких вещах нехорошо говорить при всех.
- Хозяин дворца Цинь, меня зовут Сай Цзинхуа, - здоровяк никак не мог угомониться. Подойдя к двери, он повернулся, чтобы представиться.
Цинь Шаоюй вскинул ладонь и порывом ветра вышвырнул его прочь.
Шэнь Цяньлин:...
- В тот день я вернулся домой очень рано, - сказал сюцай. - После ужина я почувствовал лёгкое головокружение, поэтому сразу лёг спать и проснулся только на следующее утро.
- А ночью не просыпался? — спросил Цинь Шаоюй.
Сюцай покачал головой: - В доме не было запаха одурманивающих средств, и я вообще ничего не заметил.
После этого они опросили ещё нескольких человек, и их истории в основном совпали с историями этих двоих. Все они ложились спать, теряли сознание, и только проснувшись на следующее утро, обнаруживали себя в растрёпанной одежде и с травмированным задом, но в доме не было ничего необычного, и соседи не видели, чтобы кто-то входил и выходил.
- Мастер цингун? — спросил Шэнь Цяньлин у Цинь Шаоюя, когда все разошлись.
- Возможно, или он знаток ядов, - ответил Цинь Шаоюй. - Я никогда раньше не слышал о дурмане, который не обладает ни цветом, ни запахом.
- Какой смысл в дурмане? - Шэнь Цяньлин был озадачен. Может, насильник некрофил?
...
Бля! Аж мурашки по спине!
- Тебе это интересно? – со смехом спросил Цинь Шаоюй.
Шэнь Цяньлин на мгновение остолбенел, прежде чем понял, что он, кажется, ляпнул что-то из серии 18+!
- Ну так как? - Цинь Шаоюй ущипнул его за подбородок.
- Какое это имеет отношение к тебе? - у Шэнь Сяошоу сжались яйца, и он попытался прикрыть смущение гневом. - Заткнись!
- Правда не хочешь попробовать? - Цинь Шаоюй изобразил на лице выражение "О, какая жалость".
- Пошёл нахуй со своим попробовать! - Шэнь Сяошоу очень высокомерен.
- Хозяин дворца, - кто-то снаружи постучал в дверь.
- Эй, это же Левый страж? - Шэнь Цяньлин узнал голос.
- Входи, - сказал Цинь Шаоюй.
- Хозяин дворца, молодой господин Шэнь, - Хуа Тан толкнула дверь и вошла. - Человек, которого мы спасли на горе Хуаншан, проснулся и заявил, что он телохранитель из столичной охранной фирмы[3] Вэйюань.
[3]镖局 biāojú стар. фирма, предоставляющая телохранителей (охрану для сопровождения путешественников или товаров).
Когда все отправились в особняк помещика Ли, она не последовала за ними, а осталась одна в долине Цюнхуа, чтобы спасти раненого.
- Когда он оправится от ран, дай ему немного серебра, и пусть уходит, - сказал Цинь Шаоюй.
На лице Хуа Тан появилось смущение: - Он сказал, что всегда восхищался хозяином дворца, и раз появилась возможность встретиться, он хотел бы присоединиться к дворцу Погони за Тенью.
- Ты хочешь, чтобы он остался? — спросил Цинь Шаоюй.
Хуа Тан слегка покраснела, но отрицать не стала.
- Что ж, организуй это, - Цинь Шаоюй был весьма сговорчив.
- Большое спасибо, хозяин дворца, - Хуа Тан повернулась и ушла. Шэнь Цяньлин с недоумением сказал: - Как ты узнал, что Левый страж хочет оставить этого человека?
- Судя по её характеру, если бы она не хотела, она сразу отказала бы ему. Совершенно невозможно, чтобы она пришла ко мне просить за него ночью, - ответил Цинь Шаоюй. - Раз пришла, значит, она не хочет ему отказывать.
... Старый лис! Сердце Шэнь Цяньлина наполнилось презрением.
- Знаешь, почему Хуа Тан хочет, чтобы он остался? — спросил Цинь Шаоюй.
- Откуда мне это знать? - Шэнь Цяньлин смутился. - Он хорош в боевых искусствах?
Цинь Шаоюй презрительно ответил: - Если бы он был хорош в боевых искусствах, его не избили бы так сильно.
Шэнь Цяньлин:...
Ладно, и то верно.
- Тогда почему ты так думаешь? — спросил Шэнь Цяньлин.
Губы Цинь Шаоюя изогнулись в ухмылке: - Я взглянул на него разок в тот день, он весьма недурён собой.
На лице Шэнь Цяньлина тут же отразилась страсть к сплетням: молодой рыцарь, продолжай!
- Даже если девушка жестока, всегда найдётся мужчина, который ей понравится, — сказал Цинь Шаоюй.
- Как ты можешь говорить, что Левый страж жестока! — осуждающе сказал Шэнь Сяошоу. Хотя она действительно довольно жестока, но не говори об этом так прямо! Она взрослая девушка, и, честно говоря, она просто прелестна[4]!
[4]如花似玉 rú huā sì yù подобный цветку и яшме; обр. прекрасная, прелестная, изумительная, очаровательная (о внешности девушки).
Не успел он договорить, как вбежал управляющий: - Хозяин дворца Цинь, мне жаль, простите меня...
- Что случилось? - Цинь Шаоюй поднял брови.
- Только что девушка в жёлтом вышла из дома. Несколько слуг, не поняв, с кем имеют дело[5], стали пялиться на неё, и она столкнула их в пруд, - сказал управляющий с кислой миной. – Братья подумали, что она бесчинствует, поэтому стали ругаться и кричать, на шум прибежали охранники, и она тут же оглушила их всех. Потом мы узнали, что это Левый страж дворца Погони за Тенью.
[5]有眼不识泰山 yǒuyǎn bùshí tàishān иметь глаза и не разглядеть горы Тайшань; обр. не узнать (кого-то или что-то) знаменитое, не оказать должного уважения; не понять, с кем имеешь дело.
Шэнь Цяньлин:...
- Хозяин дворца так великодушен, мы действительно не хотели никого обидеть! – управляющий непрерывно кланялся. - Умоляю хозяина дворца приказать Левому стражу прекратить избиение.
Шэнь Цяньлин коснулся своего носа.
Ладно, она действительно жестокая девушка!