Глава 5. Я хочу накраситься
В семье Шэнь очень строгие семейные устои. Хотя четыре молодых господина сильно отличаются между собой характерами, все они скромны, вежливы и почтительны. Обычно, не говоря уже о том, чтобы приводить проституток домой, они крайне редко ходят в бордели, даже чтобы выпить! Поэтому все были потрясены поступком Шэнь Цяньцяня. Даже тётушки на кухне, которые мыли рис, с энтузиазмом сплетничали об этом!
Как мы все знаем, что сплетни обязательно всё преувеличивают, утрируют и сгущают краски. Поэтому, когда после обеда вернулся Цинь Шаоюй, шумиха вокруг этого инцидента уже разыгралась, как неистовая лошадь, мчащаяся по дороге любопытства! Особенное мастерство в постели и использование синьцзянского любовного зелья – это ещё более-менее; другая оригинальная версия состояла в том, что женщина была тысячелетней лисой-оборотнем, которая любила, танцевать со вторым молодым господином в дворе, волоча за собой все свои девять хвостов и издавая взрывы смеха, похожего на звон серебряных колокольчиков, что просто ужасает; конечно, сюжет вроде "второй молодой господин на самом деле знал, что женщина была оборотнем, но всё равно мужественно совокуплялся с нею, предпочитая отказаться от своей мужской силы в обмен на то, чтобы тысячи мужчин в мире жили спокойно" был настолько нелеп, что не получил широкого распространения.
Услышав новую версию "Второй молодой господин уже отрастил клыки" из уст Баодоу, Шэнь Цяньлин присел на корточки во дворе и смеялся так, что его живот свело судорогой. Местные сплетники намного лучше, чем репортеры развлекательных программ в его прошлой жизни, просто поразительная преданность своему делу!
- Что случилось? Почему ты так радостно смеёшься? - Цинь Шаоюй толкнул дверь.
Шэнь Цяньлин быстро восстановил серьёзный вид и отвернулся. Выражение его лица изменилось очень быстро, он не опозорил статус "король экрана"!
- Госпожа, вы сердитесь? — спросил Цинь Шаоюй.
Когда Шэнь Цянлин слышал "госпожа" или "жена", у него начиналась головная боль:
- Я просил называть меня по имени.
- Даже если я ну буду не будут называть тебя госпожой, в будущем ты всё равно выйдешь за меня замуж и войдёшь в мой дворец Погони за Тенью, — напомнил Цинь Шаоюй.
- Я уже забыл тебя. Нам лучше расстаться прямо сейчас, - Шэнь Цяньлин немного подумал и добавил: - Ты хороший человек. Ты обязательно найдешь себе удачную пару!
- А как же ребёнок? - глаза Цинь Шаоюя наполнились горем.
- Ты действительно уверен, что у меня в животе есть ребёнок? - Шэнь Цяньлин нахмурился и сказал: - Я пощупал его сегодня, похоже, там просто лишний жир.
А может быть, настоящий Шэнь Цянлин лгал тебе с самого начала?
Цинь Шаоюй чуть не рассмеялся, но в конце концов сдержался и серьёзно сказал:
- Конечно, я уверен. Ты должен верить в способности своего мужа в этом отношении.
Да пошёл ты со своими способностями! Шэнь Цяньлин сердито пнул его: братец, у тебя хватает наглости гнать, отпустив поводья.
- Сегодня вечером будут цветные фонари, пойдём посмотрим? — спросил Цинь Шаоюй.
- Нет, — Шэнь Цяньлин сел за стол и стал пить чай.
- Пойдём, будет весело, - Цинь Шаоюй крепко сжал его руку и сказал, сочась любовью: - Ты и я, это так здорово, можно разок поцеловаться в толпе.
Блядь, блядь, блядь! Пошёл ты со своими поцелуями! Шэнь Цяньлин подавился глотком воды. Как я могу делать такие вещи в толпе? Я не эксгибиционист. Но даже если нет толпы, я не собираюсь это делать, потому что я с тобой не знаком!
- Госпожа, помедленнее, у вас все лицо забрызгалось, - Цинь Шаоюй приблизился, чтобы помочь ему вытереться, и Шэнь Цяньлин испуганно подпрыгнул:
- Баодоу!!!
- Молодой господин, чем могу служить? – слуга вбежал в дверь.
- Проводи гостя! - Шэнь Цяньлин быстро отступил на безопасное расстояние, чтобы избежать его прикосновений.
На лице Цинь Шаоюя тут же появилось выражение, как будто он глубоко ранен.
Но Шэнь Цяньлин ничего не заметил, потому что он уже вбежал во внутреннюю комнату!
- Хозяин дворца... - Баодоу выглядел совершенно невинно.
- Всё в порядке, я вернусь позже, - Цинь Шаоюй тепло улыбнулся, но его глаза были полны горя. – Когда Сяо Лин в таком состоянии, моё сердце обливается кровью.
Актёрское мастерство достигло апогея.
В результате впечатление Баодоу о нём сразу же значительно улучшилось, и он даже нашёл возможность похвалить его вскользь перед Шэнь Цяньлином!
- Он тебя подкупил? - Шэнь Цяньлин пришёл в ярость. - Где твоя моральная сила?
Баодоу пробормотал:
- Я делаю это ради блага молодого господина.
- Если это действительно для моего же блага, давай найдём способ заставить его перестать ко мне приставать, - Шэнь Цяньлин сидел на кровати, скрестив ноги. - Где находится дворец Погони за Тенью? Далеко ли он отсюда?
- Он находится на стыке центральной части Сычуани и северо-запада, не слишком близко и не слишком далеко, - сказал Баодоу. - Если ехать на полной скорости день и ночь, не останавливаясь, то доедешь примерно через десять дней или через полмесяца.
Кажется, всё же далековато... Шэнь Цяньлин коснулся подбородка. Он всё ещё не был уверен, про ребёнка – это правда или ложь. Если есть хоть ничтожная доля, что это правда – будет неудобно снова искать его.
- Молодой господин, о чём вы думаете? — с любопытством спросил Баодоу.
- Есть ли способ заставить его не жить здесь? - Шэнь Цяньлин добавил: - Но нельзя, чтобы он жил слишком далеко!
- Не жить здесь? - Баодоу тут же посмотрел на него с осуждением, на его лице было написано: "Ты хочешь выгнать хозяина дворца Циня, это уж слишком!"
- Говори! - Шэнь Цяньлин яростно ущипнул его пухлое лицо.
- По правде говоря, хозяин дворца Цинь уже говорил раньше, что хочет купить дом, - лицо Баодоу исказилось.
- Купить дом? —Шэнь Цяньлин загорелся в душе. – Или уже купил?
- Нет, — покачал головой Баодоу. - Когда старший молодой господин узнал об этом, он сказал, что дом семьи Шэнь достаточно большой, и членам семьи нет нужды жить в разных местах, поэтому никаких дальнейших действий не последовало.
Шэнь Цяньлин тут же разозлился: как его старший брат мог так поступить!
- Но дом, который выбрал хозяин дворца Цинь, всё ещё не продан, - Баодоу внимательно смотрел на выражение его лица. - Говорят, что владелица дома — незамужняя девушка, которая так влюбилась в хозяина дворца Циня, что согласна продать этот дом только ему.
Блядь? Глаза Шэнь Цяньлина расширились. На самом деле это - вариант! Цветок гнилого персика[1] для этого мужчины – это высшей степени удачно!
[1]烂桃花 поклонники, ухажёры (которые не устраивают).
- Эта девушка красивая? — спросил Шэнь Цяньлин.
- Я не знаю, я никогда её не видел, — сказал Баодоу. - Но определённо не такая красивая, как молодой господин, в этом можно быть совершенно уверенным.
Шэнь Цяньлин поперхнулся. Он просто хотел оценить вероятность того, что Цинь Шаоюя может соблазнить кто-то другой, и тогда тот отстанет от него. Кто хочет соревноваться с девушкой в красоте!
- Есть ли у меня личные деньги? — подумав немного, Шэнь Цяньлин снова спросил.
Молодой господин из знатной семьи должен иметь хотя бы немного свободных денег. Если же у него их много, он может купить дом на имя Цинь Шаоюя и легко от него избавиться!
- Должно что-то быть, — сказал Баодоу, — но не так уж много. Большая часть ежемесячных денег молодого господина уходит на сладости, так что много не остаётся.
Шэнь Цяньлин получил тяжёлый удар, когда услышал это. Даже если этот грёбаный дом вполне доступен по цене, его нельзя купить за сладости! Сестрица, у меня тут десять мешков конфет. Ты готова продать мне дом? Такие слова сразу выдают тяжёлую умственную отсталость!
- Объясни, почему я ему нравлюсь? - Шэнь Цяньлин схватился за щёку и вздохнул. В индустрии развлечений лао-цзы никогда не сталкивался ни с чем, выходящим за рамки приличий!
- Хозяин дворца Цинь действительно говорил это, — сказал Баодоу. - Он сказал, что хотя молодой господин и красив, но у него нет женских замашек. Именно это больше всего и привлекает в нём.
- Правда? - Шэнь Цяньлин резко выпрямился.
- Возможно, я не помню слово в слово, но смысл должен быть верным, - сказал Баодоу. - Это то, что сказал хозяин дворца Цинь старшему молодому господину, когда приходил свататься. Не только я, но и многие другие слышали это.
В таком случае, это легко уладить, а?.. Сердце Шэнь Цяньлина мгновенно расцвело всеми цветами радуги, он взял Баодоу за руку и серьёзно сказал:
- Иди, принеси мне румяна и тушь.
- Румяна и тушь? - Баодоу опешил. – Молодой господин, зачем вам это?
Шэнь Цяньлин лучезарно улыбнулся:
- Я хочу накраситься.
Баодоу:...
Поэтому, когда Цинь Шаоюй и Шэнь Цяньфэн вечером вместе вернулись в дом и толкнули дверь в комнату, они оба опешили.
Шэнь Цяньлин был одет в роскошное ярко-красное платье и сосредоточенно рисовал брови и глаза перед зеркалом.
Баодоу стоял в стороне и держал коробочку с румянами, весь светясь от воодушевления!
- Лин Эр, ты это... зачем? — изумлённо спросил Шэнь Цяньфэн.
- Здесь больше нечем заняться, разве что порисовать для развлечения, - Шэнь Цяньлин прикусил нижнюю губу, его личико было чрезвычайно соблазнительным!
Тот, кого называют "королём экрана", способен добиться плавного перехода между различиями полов!
Глаза Шэнь Цяньфэна наполнились тревогой. Макияж действительно превосходный, но к чему он? Неужели на этот раз брат действительно повредил себе голову? О, нет! Чёрт! Плохо дело!
- Как тебе мои ногти? - Шэнь Цяньлин протянул правую руку, полностью выкрашенную киноварью, и даже сам был ошеломлён этим жестом лицемерной девицы!
Шэнь Цяньфэн нахмурился.
- Красиво? – кокетливо спросил Шэнь Цяньлин, и сделал изящный жест орхидеи[2].
[2]兰花指 lánhuāzhǐ жест руки, когда большой и средний пальцы касаются друг друга, а остальные пальцы подняты вверх.
Цинь Шаоюй кивнул и восхищённо похвалил:
- Очень красиво.
Уголок рта Шэнь Цяньфэна дёрнулся. Разве можно так хвастаться?
До пошёл ты со своим красиво! У тебя есть хоть капля эстетического чувства? Шэнь Цяньлин взревел в своём сердце, разве ты не должен был показать отвращение на своём лице? Разве этот образ соответствует твоей святой любви?
- Госпожа, вы выглядите прекрасно, несмотря ни на что, - Цинь Шаоюй ущипнул его за подбородок. - С сегодняшнего дня ваш муж будет обучать вас боевым искусствам.
Подождите, разве две вещи связаны? Шэнь Цяньлин отказался:
- Я не хочу практиковаться в боевых искусствах, я хочу научиться вышивать.
Шэнь Цяньфэн:...
- Утром – боевые искусства, вышивка - после обеда, - Цинь Шаоюй погладил его по голове. - Решено.
В твоей семейке решено! Глаза Шэнь Цяньлин покраснели, и он бросился в объятия Шэнь Цяньфэна:
- Старший брат, он издевается надо мной.
Хочешь девушку, так и получай девушку. Для "короля экрана" это вообще не проблема.
- Шаоюй делает это для твоего же блага, — утешал его Шэнь Цяньфэн. - Если ты не хочешь, чтобы он тебя учил, то я сам тебя научу.
- Зачем это? — спросил Шэнь Цяньлин с кислым лицом.
Шэнь Цяньфэн вздохнул:
- Затем, что ты сильно изменился с тех пор, как упал и ударился головой.
Конечно, это чушь собачья. Я не знаком с настоящим Шэнь Цяньлином! Поддельный нетерпеливо спросил:
- Какое отношение это имеет к боевым искусствам?
- Учитель Шаоюя, возможно, сможет помочь тебе исцелиться, но он живёт далеко, на острове Южно-Китайского моря, поэтому сначала придётся позаботиться о своём теле, иначе ты не сможешь выдержать это путешествие, — сказал Шэнь Цяньфэн. – Завтра утром старший брат научит тебя простому комплексу кулачных приёмов — это способ укрепить твоё здоровье.
- Однако, раньше вы говорили, что я был несравненным мастером боевых искусств, - сказал Шэнь Цяньлин с надеждой. - Есть ли способ быстро восстановиться?
Кто выберет ослиную упряжку, если есть самолёт? Кроме того, тренировки в боевых искусствах очень утомительны.
Баодоу посмотрел на него с сочувствием.
- Нет, - сказал Шэнь Цяньфэн, не меняясь в лице. - Теперь твоя внутренняя сила запечатана в сердечном меридиане. Будет опасно силой открывать его. Мы должны начать снова с основных приёмов.
Как и ожидалось, старший сын семьи Шэн хорошо врёт. Гораздо профессиональнее других, совершенно невозмутимо!
На лице Шэнь Цяньлина отразились четыре кроваво-красных слова: "Я не хочу тренироваться"!
- Не волнуйся, — Цинь Шаоюй погладил его по голове. - Утром потренируешься в боевых искусствах, а после обеда я свободен и составлю тебе компанию, чтобы вышивать и рисовать брови.
У Шэнь Цяньлина загудела голова, он схватил его воротник и втолкнул во внутреннюю комнату:
- Вам не разрешается входить!
Старший молодой господин Шэнь и Баодоу переглянулись. Что это за спектакль?
- Ты это нарочно?! –Шэнь Цянлин закрыл дверь и гневно спросил, понизив голос.
- Я хочу, чтобы ты занимался боевыми искусствами, чтобы укрепить своё здоровье, почему бы и не нарочно? - Цинь Шаоюй посмотрел на него с улыбкой.
- Я... ты... я... - Шэнь Цяньлин несколько раз стиснул зубы, но так и не сказал: "Что мне делать с этой штукой в моем животе?" Как человек с огурцом, он действительно не хочет сталкиваться с этой реальностью! Но выкидыш был бы ещё страшнее! Этот рухнувший мир такой странный, в нём возможно всё!
- Пфф, — Цинь Шаоюй не смог сдержать смех.
- Не хрен ржать! — Шэнь Цяньлин гневно уставился на него.
- Не волнуйся, — успокоил его Цинь Шаоюй. - Этот комплекс приёмов делает акцент на использовании мягкости для преодоления силы, а движения очень медленные. Можно практиковать его в течение первых нескольких месяцев.
- Ты ублюдок! - Шэнь Цяньлин стиснул зубы. - Ты просто не хочешь мне помочь, да?
- Мы всё делаем ради твоего же блага, - глаза Цинь Шаоюя были полны любви.
Шэнь Цяньлин с негодованием оттолкнул его и вышел, поняв, что на него нельзя положиться.
Когда я стану несравненным мастером, первое, что я сделаю, это кастрирую тебя!
Ночью дул лёгкий ветерок, моросил дождь и витал аромат цветов.
- Хозяин дворца, - человек в чёрном снова пробрался во двор.
- Как ранение мастера Е? — спросил Цинь Шаоюй.
- С ним почти всё в порядке, хозяин дворца, не волнуйтесь, - ответил мужчина. - Просто в последнее время демоническая секта становится всё более и более наглой. Если хозяин дворца не примет мер, я боюсь, что возможность будет упущена.
- Дайте мне ещё несколько дней, - Цинь Шаоюй, казалось, задумался. – Эта потеря памяти у Шэнь Цяньлина кажется очень интересной.
- Интересной? — мужчина был озадачен.
- Я убедил Цяньфэна обучить его боевым искусствам, - Цинь Шаоюй приподнял уголок рта. - Правда это или нет, мы узнаем завтра утром.
На следующий день перед рассветом старший брат поднял Шэнь Цяньлина с постели.
- Старший брат! - молодой мастер Шэнь, одетый в трусы и рубаху, посмотрел на него со слезами на глазах,. - Я ещё не проснулся.
- Тебе придётся встать, даже если ты ещё не проснулся! - Шэнь Цяньфэн был очень строг.
Не становись вдруг таким свирепым! Шэнь Цяньлин умылся с подавленным сердцем, а затем переоделся в чёрную одежду, специально приготовленную Баодоу. Он действительно выглядел как мастер!
Но это только с виду. Будучи субтильным прекрасным юношей, который не в состоянии встать на ноги после подъёма корпуса из положения лёжа, Шэнь Цяньлин чувствовал, что вот-вот упадёт в обморок от одного взгляда на эти акробатические сооружения для тренировок.
По сравнению с этим он бы предпочел заняться вышивкой!
Цинь Шаоюй также ждал его на тренировочной площадке боевых искусств и сказал, посмеиваясь:
- Госпожа выглядит хорошо в любой одежде.
- Заткнись! — Шэнь Цяньлин уставился на него, ублюдок, которого не волнует безопасность твоей жены и ребёнка!
- Сначала разомнём мышцы, — Шэнь Цяньфэн приподнял его ногу.
- А!!!! - жалобно вскрикнул Шэнь Цяньлин. Не пытайся сразу поднять так высоко, это чертовски больно!
Цинь Шаоюй прислонился к дереву и улыбнулся.
Да пошёл ты со своими улыбочками! Шэнь Цяньлин бросил на него гневный взгляд. Будешь тут ржать - я сделаю комплекс радиогимнастики, чтобы напугать тебя до смерти!