Глава 27. Подарок

- Хочешь вернуться? — спросил его Цинь Шаоюй.

Шэнь Цяньлин решительно кивнул. Даже если вы хотите подраться, не делайте этого в чужом доме. Здесь празднуют юбилей пожилого человека.

- Наставник, господин Ван, мы с Лин Эром откланяемся, - Цинь Шаоюй был очень вежлив.

Сяншен несколько раз кивнул со слезами на глазах. Хоть это было и нелегко, но тот наконец-то правильно назвал его фамилию!

- Раз уж пришли, вам следует дождаться окончания праздничного банкета, прежде чем уйти, - Сяо Чжань попытался остановить его.

Услышав это, сяншен ужасно расстроился, и ему захотелось сказать, что совершенно неважно, будут они на банкете или нет! Даже дурак бы понял, что это крайне опасная ситуация! Умоляю вас, уходите поскорее, а то я подавлюсь слезами... Не следовало приглашать сюда людей Цзянху. Конечно, это весьма престижно, но они же тут всё начисто разнесут!

- Мы, мы... мы уже уходим.

Дядя, пожалуйста, не плачь! Шэнь Цяньлин был потрясён выражением лица господина Вана и почувствовал, что ужасно виноват перед ним, поэтому он потащил Цинь Шаоюя прочь.

- Ты действительно не хочешь поговорить со мной о старой дружбе? - Сяо Чжань протянул руку, чтобы остановить его.

С кем тут у тебя старая дружба? Шэнь Цяньлин бросил на него сердитый взгляд: - Уйди с дороги!

Кто позволил тебе так на меня пялиться!

- Действительно бесчувственно и непорядочно, - Сяо Чжань покачал головой. - Когда ты был в Долине Отринутых эмоций, ты со мной не так обращался.

Блядь!!!

В голове Шэнь Цяньлина вспыхнуло озарение - он, наконец, вспомнил, кто стоит перед ним!

Сяо Чжань, Сяо Чжань, да это же второй господин Долины Отринутых эмоций, секты с северо-запада, который "приходил свататься, но глава Шэнь с гневом дал ему от ворот поворот", как рассказывал Баодоу!

Твою мать, это действительно ещё один грёбанный романтический долг...

- Не нужно нести всякую безответственную чушь в расчёте на то, что Лин Эр потерял память, - Цинь Шаоюй холодно посмотрел на него. - Мы с ним уже помолвлены, а тебе следует просто отказаться от своих притязаний.

Все слуги были страшно взволнованы, потому что сцена столкновения влюбленных соперников была очень захватывающей!

- Ради него я не остановился даже перед тем, чтобы бросить свою первую жену[1]. А теперь ты хочешь, чтобы я отказался? - лицо Сяо Чжаня потемнело.

[1]Он говорит именно слово 休掉 xiūdiào бросить, прекратить отношения.

Ну просто пиздец какой-то! Ты используешь такой аргумент, чтобы давить на меня? Шэнь Цяньлин вытаращил глаза. Твой развод означает лишь то, что ты был недоволен браком поневоле[2]. Какое отношение это имеет ко мне? Я просил тебя развестись? Но опять же, в таких делах никогда нельзя быть уверенным... Похоже, тот прежний Шэнь Цяньлин был отнюдь не слабак, чтобы этак простенько не лезть в чужие отношения.

[2]包办婚姻 bāobàn hūnyīn брак по договорённости; бракосочетание по воле родителей; брак поневоле.

Поэтому ему пришлось приложить все усилия, чтобы придать своему лицу доброжелательность:

- Я действительно потерял память. Почему бы тебе не попробовать полюбить кого-нибудь другого? Горы высоки, моря широки. Встретить нужного человека не так уж и сложно.

Эта поэтическая фраза может легко растрогать сердца людей.

Цинь Шаоюй сдержал смех и злорадно посмотрел на Сяо Чжаня.

- Ты меня прогоняешь, - Сяо Чжань холодно посмотрел на него. - А что, если я буду настаивать на том, чтобы забрать тебя?

Шэнь Цяньлин был потрясён и рассержен:

- Старший брат, как твои слова увязать со здравым смыслом?

- Если хочешь отнять его у меня, можешь попробовать, - тон Цинь Шаоюя был спокоен, но в его глазах читалась убийственная решимость.

Шэнь Цяньлин послушно замолчал и спрятался за его спиной — если уж выбирать между ними, этот явно лучше!

- Что они делают? - учитель Ли, который всё это время молчал, вдруг спросил дребезжащим голосом.

- Отвечаю дядюшке, хозяин дворца Цинь и второй господин Сяо вспоминают прошлое, - громко сказал ему господин Ван прямо в ухо.

- О, вспоминают прошлое, - учитель Ли встал, подошёл и внимательно посмотрел на Шэнь Цяньлина:

- Шаоюй?..

Шэнь Цяньлин:...

- Как у тебя дела с книгой, которую дал тебе твой наставник? - учитель Ли взял его за руку.

- Выкрутись как-нибудь, - тихо сказал Цинь Шаоюй.

Шэнь Цяньлину ничего не оставалось, как неловко сказать: - Я уже выучил её.

- О-о, - учитель Ли закивал головой, - прочти мне отрывок, чтобы наставник тебя проверил.

Шэнь Цяньлин тут же перевёл взгляд на Цинь Шаоюя — скорее помоги!

- Чего ты на меня смотришь? - Цинь Шаоюй повёл себя как предатель. - Я никогда не учил то, что он мне давал.

Молодой рыцарь, тебе нужно было немного больше уважать наставника, а?! В критический момент ты оказался совершенно бесполезен!

У Шэнь Цяньлина не было иного выбора, кроме как уповать на собственные силы. Он мило улыбнулся и сказал:

- Сегодня здесь слишком много людей. Давайте в другой раз.

Лицо Сяо Чжаня стало ещё более мрачным. С начала и до конца Шэнь Цяньлин не собирался попросить его о помощи.

- Опять увиливаешь, - учитель Ли принял свирепый вид и замахнулся на него рукой.

Шэнь Цяньлину стало так плохо, что не передать словами, но, к счастью, господин Ван подоспел вовремя, уладил ситуацию и помог старику вернуться в кресло.

- Иди сюда! - учитель Ли всё ещё махал Шэнь Цяньлину рукой.

Шэнь Цяньлин стоял, не двигаясь.

- Иди сюда скорее! – брови старикашки поползли вверх. - У наставника есть сокровище, которое он хочет тебе подарить!

Ты даже ходить толком не можешь, как ты сможешь принести с собой хоть что-то ценное?

На лице Шэнь Цяньлина отразилось сомнение.

- Подойти и посмотри, - сказал Цинь Шаоюй ему на ухо.

Шэнь Цяньлин тут же бросил на него гневный взгляд - не стоит так радоваться только потому, что ты услышал про сокровище, а?! Великий рыцарь должен сохранять твёрдые моральные устои или нет? Даже Баодоу знает, как важна моральная сила!

- Будь послушным, - голос Цинь Шаоюй был очень нежным.

У Шэнь Цяньлина по всему телу пробежали мурашки, и он неохотно подошёл.

- Иди домой и хорошенько выучи. Смотри, не отлынивай, а не то я отлуплю тебя палкой! – нудел наставник Ли, торжественно вручая ему небольшую потрёпанную книжку с загнувшимися краями. Между страницами шуршал мелкий таракан, и уже наполовину высунулся наружу.

- Ах!!! - Шэнь Цяньлин вскрикнул и чуть не выронил книжку из трясущихся рук.

Все бросились смотреть, думая, что там какое-то необыкновенное сокровище.

- Спасибо, наставник, - Цинь Шаоюй, не вполне понимая, что происходит, взял книжку и спрятал себе за пазуху.

Шэнь Цяньлин посмотрел на него со сложным выражением лица.

Если ты сегодня вечером не вымоешься десять раз, даже не думай ложиться в постель к лао-цзы.

- Я отдам её тебе, когда мы вернёмся, - Цинь Шаоюй решил, что тот просто не хочет, чтобы он брал его книжку.

Да кому нужна твоя потрёпанная книжонка? Шэнь Цяньлин в глубине души презрительно скривился.

- Скорее иди домой и учи! Упрямый и глупый, только и думаешь о веселье! - учитель Ли стал громко браниться.

- ...Хорошо, - Шэнь Цяньлин был крайне подавлен. Лао-цзы с детства до взрослого возраста был прекрасным учеником, сочетающий в себе высокие моральные качества и эрудицию! Упрямый и глупый - тот, кто за моей спиной!

- Ученик просит разрешения откланяться, - Цинь Шаоюй слегка поклонился и вытащил Шэнь Цяньлина за дверь, оставив учителя Ли в недоумении: - Почему этот человек называет себя учеником? Разве я учил его?

Сяншен Ван вытер пот – наконец-то ушли, а?!

- Стой! - Сяо Чжань бросился за ними и тоже выскочил наружу.

- Если хочешь драться, только не здесь, - Цинь Шаоюй подхватил Шэнь Цяньлина за талию и вскочил на коня. – Не будем портить настроение моему учителю.

- Ты бросаешь мне вызов? - Сяо Чжань натянуто улыбнулся. - Если я выиграю, ты отдашь мне его?

Пошёл ты нахуй! Лао-цзы не товар! Шэнь Цяньлин серьёзно посмотрел на Цинь Шаоюя:

- Только посмей согласиться, и лао-цзы тебя придушит!

- Госпожа и впрямь неразумна, - Цинь Шаоюй ущипнул его за щёку. – Муж ничего такого не говорил.

- Шэнь Цяньлин! - Сяо Чжань был шокирован от вида их близости.

- Я действительно не могу вспомнить, кто ты! - Шэнь Сяошоу был очень расстроен. – Не лучше ли нам попрощаться прямо сейчас?

- Если я одолею его, я заберу тебя с собой! — гневно сказал Сяо Чжань.

С хуя ли?! Шэнь Цяньлин испугался: - Если ты одолеешь его, так его и бери с собой, а?!

Цинь Шаоюй ущипнул его за бок: - И ты согласен на такое?!

- Ты посмел снова его тронуть! - взревел Сяо Чжань.

Шэнь Цяньлин почувствовал, что вот-вот хлопнется в обморок. Если вы путешествуете во времени, всё должно быть тщательно продумано, нельзя действовать так безалаберно, чтобы вылезло столько багов! Отравление, старые отношения, разноцветные бусины — такой гнилой сюжет без чёткой системы миссий, очевидно, должен быть воссоздан заново!

- Ты называешь это прикосновением к нему? - Цинь Шаоюй натянуто улыбнулся. - А как насчёт такого?

Шэнь Цяньлин сразу же насторожился: - Эй, что ты опять собрался... хм...

Блядь! Не опять, так снова!

Принудительные поцелуи на публике чересчур мелодраматичны, а?!

Цинь Шаоюй схватил его за подбородок, страстно углубив поцелуй и превращая его в поцелуй взасос.

Толпа, наблюдавшая за происходящим издалека, была в восторге, это было действительно невыносимо!

Щёки Шэнь Цяньлина покраснели, казалось, он полностью разделяет эту страсть.

Однако, на самом деле он просто немного задыхался потому, что изгибаться, сидя в седле, было очень неудобно.

Ярость Сяо Чжаня достигла высшей точки. От взмаха его кнута налетел разрушительный ветер.

Цинь Шаоюй ухмыльнулся уголками рта и мягко отпустил Шэнь Цяньлина.

- Ты ублюдок, - у Шэнь Сяошоу немного свело шею, и он почувствовал головокружение, поэтому эти слова прозвучали очень слабо.

Так Сюэбай настороженно заржал и резко отпрыгнул в сторону, едва избежав удара кнута.

- Он давно уже мой, - Цинь Шаоюй крепко обнял Шэнь Цяньлина за талию. - Тебе лучше поскорее отказаться от него.

Глаза Сяо Чжаня налились кровью, очевидно, из-за слишком интимного поведения этих двоих.

- Лин Эр хочет вернуться в гостиницу, чтобы отдохнуть, так что, к сожалению, вынужден вас покинуть, - Цинь Шаоюй развернулся и подстегнул коня. Так Сюэбай тут же бешено помчался прочь. Сяо Чжань, скрежеща зубами, тоже взмахнул плетью и погнался за ними.

Люди, которые были свидетелями всей этой сцены, говорили, что, за несколько десятилетий они не встречали более занудного и неразумного человека, чем Сяо Чжань.

Кто бы мог подумать, что он действительно попытается разлучить хозяина дворца Циня и молодого господина Шэня.

Это просто невыносимо!

Итак, в тот день к первоначальным городским сплетням о романе между Цинь Шаоюем и Шэнь Цяньлином присоединилась злая, подлая и жестокая третья сторона! Конечно, поскольку Сяо Чжань по-прежнему имел высокий статус в мире боевых искусств, никто не осмеливался говорить о нём слишком явно, поэтому его скрыли под видом пышногрудой и длинноногой ведьмы-соблазнительницы, в открытой и непристойной одежде. Имя тоже замаскировали, назвав её Сяо Мяу! Мяу! Мяу![3]

[3]做萧 Сяо – иероглиф тот же, что у него, а за ним – иероглиф, изображающий мяуканье кошки.

Едва услышав, понимаешь, что это история неудовлетворённой страсти!

У входа в гостиницу компания из дворца Погони за Тенью во главе с Хуа Тан как раз собиралась прогуляться, когда внезапно заметила издалека своего хозяина, скачущего на коне им навстречу. Все тут же выстроились, чтобы поприветствовать его.

- Пригласите гостя в приёмную! - Цинь Шаоюй с Шэнь Цяньлином на руках одним рывком соскочил с коня и приземлился прямо на втором этаже.

Пурпурная мантия, развевающаяся на ветру, так красива!

Сяо Чжань ринулся вдогонку, но Хуа Тан преградила ему путь.

- Уйди с дороги! - лицо Сяо Чжаня потемнело.

- Второй господин действительно не умеет бережно относиться к женщине, - сегодняшний наряд Хуа Тан по-прежнему очень горяч, сразу же наводит на возбуждающие мысли.

- Я никогда не прикасаюсь к женщинам, - холодно сказал Сяо Чжань, чувствуя себя чрезвычайно сильным.

- Ты это сказал, и все это слышали, - Хуа Тан упёрла руки в бока и выпятила грудь. - Я стою перед тобой и преграждаю тебе путь, и если ты ударишь меня, ты станешь ублюдком, который не держит слово![4]

[4]Скорей всего, тут опять игра слов (переводчик вытирает пот со лба...). Слово, которое употребил Сяо Чжань: 动手 dòngshǒu 1) трогать, касаться, но также 2) дать волю рукам, распускать руки, подраться. Хуа Тан выглядит агрессивно сексуально, и Сяо Чжань, видимо, пытается довести до неё, что зря она старается - женщины его не интересуют (может, потому он и бросил свою первую жену?), но это не значит, что он не мог бы ей врезать. Но Хуа Тан вывернула его слова наизнанку, представив всё так, будто он дал слово именно не драться с женщиной. Сама-то она говорит слово 打 dǎ, dá бить, ударять; колотить; драться: "если ты ударишь меня" - именно "ударишь", а не "дотронешься до меня".

... Сяо Чжаню очень хотелось откусить себе язык.

- Почему бы для начала не попить чаю в приёмной? - Хуа Тан отступила в сторону, освобождая ему путь. - После того, как хозяин дворца устроит молодого господина Шэня, он, естественно, подробно всё обсудит со вторым господином.

Сяо Чжань холодно фыркнул, но не возражал.

Хуа Тан ухмыльнулась и сказала:

- Эй, кто-нибудь, проводите второго господина выпить чашку чая!