Глава 41. Насильник
В эту ночь в городе Цюнхуа опять произошли ужасные события.
Школьный учитель на востоке города и половой из трактира на западе города стали жертвой злодея. Оба теперь прикованы к постели. По словам навестивших их соседей, они в плачевном состоянии.
Постепенно в городе распространились слухи, что хозяин дворца Цинь совсем не беспокоиться о людях и озабочен только тем, чтобы целыми днями ласкаться с молодым господином Шэнем. Он недостоин звания великого рыцаря и не оправдал всеобщих высоких ожиданий.
- Ты не злишься? — осторожно спросил Шэнь Цяньлин у Цинь Шаоюя, когда до них дошли эти слухи.
- Пусть мелят, что хотят. Почему я должен злиться? - Цинь Шаоюй улыбнулся и ущипнул его за щёку. - Госпожа переживает за меня?
- Ты слишком много о себе воображаешь, - Шэнь Цяньлин шлёпнул его по руке. - Я хочу выйти и ругать тебя вместе со всеми.
Цинь Шаоюй спросил: - Что ты хочешь поесть на обед?
- Опять ты про еду?! - Шэнь Цяньлин постучал его по голове. - Нормальные люди думают о том, как решить проблему!
- Чтобы решить проблему, нужно просто поймать насильника, - Цинь Шаоюй вывел его на улицу. – Это пустяковое дело, не стоящее упоминания.
Если это пустяковое дело, так иди и реши его, а?! Нет причин позволять всем ругать себя! Шэнь Сяошоу был встревожен: - У тебя есть идея?
Цинь Шаоюй покачал головой: - Нет.
Шэнь Сяошоу глубоко вздохнул: - И при этом все твои мысли о еде?!
Цинь Шаоюй натянуто улыбнулся: - А если вообще не получится поймать насильника, нам что, теперь не есть?
Шэнь Цяньлин:...
Хотя это просто слова, но, по крайней мере, ты мог бы изобразить беспокойство. Беспокойство — это нормальная реакция нормальных людей!
- Пошли, - сказал Цинь Шаоюй. - Насильник — пустяк. Вот если госпожа отощает от голода, это важно.
Шэнь Цяньлин презирал его в глубине души. Ты - ничтожество, которое постоянно использует других в своих целях!
Тебя действительно трудно не возненавидеть!
Они вышли со двора и медленно пошли по улице, держась за руки.
Что касается того, почему им пришлось держаться за руки, официальная причина, озвученная хозяином дворца Цинем, была такая: "Вокруг слишком много негодяев, я боюсь, что тебя похитят".
Из трёх вариантов: постоянно сидеть в четырёх стенах, быть похищенным и превратиться в жену главаря разбойников, и идти рука об руку с Цинь Шаоюем, Шэнь Цяньлин посчитал, что последний вариант принять легче. В конце концов, в древние времена не было компьютеров, телевизоров или PSP, а сидеть дома целый день было равносильно тюремному заключению.
- Кто, по-твоему, этот насильник? — спросил Шэнь Цяньлин на ходу.
- Не знаю, - Цинь Шаоюй покачал головой. - В Цзянху не так много людей с превосходными навыками цингун, а тех, кто способен свободно сновать туда-сюда под строгим контролем местных властей, ещё меньше. Не говоря уж о том, чтобы творить такое.
Шэнь Цяньлин нахмурился: - И при этом ты согласился помочь?
Очевидно, что нет никаких зацепок!
Цинь Шаоюй был удивлён: - Разве не госпожа убедила мужа согласиться?
Шэнь Цяньлин:...
Какое отношение это имеет ко мне? Я брякнул просто так! Кто знал, что ты так легко согласишься! Ты просто король секундного согласия!
- Теперь, когда я согласился, я не смогу уклониться, - Цинь Шаоюй помог ему убрать из волос летающий пух с деревьев. - Давай сначала как следует поедим, а там видно будет.
Шэнь Цяньлин скривился, вот что значит - император не беспокоится, отчего же евнуху неймётся[1].
[1]皇帝不急太监急 huángdì bù jí tàijiàn jí император так не беспокоится, отчего же евнуху неймётся; обр. окружающие беспокоятся больше, чем само заинтересованное лицо.
Тьфу, наоборот, это евнух не беспокоится, а императору неймётся!
Цинь Шаоюй привёл его в трактир, и люди, которые оживлённо трапезничали на втором этаже, тут же затихли, опустили головы и принялись есть как сумасшедшие, а некоторые даже потянулись к еде руками, не успев схватить палочки для еды!
Шэнь Цяньлин:...
- Сядем у окна? - спросил Цинь Шаоюй.
- Лучше в отдельной комнате, — сказал Шэнь Цяньлин.
Половой выглядел смущённым: - Отдельная комната занята, там гости.
- Выгони их и освободи стол, — холодно сказал Цинь Шаоюй.
- Не нужно, не нужно, - Шэнь Цяньлин поспешно остановил его и потащил к месту у окна. - Зачем выгонять гостей? Неважно, где мы будем есть. Заказывай блюда!
Не будь таким хамом, мы же не капризные мелкие князьки!
Половой вздохнул с облегчением. Всё же госпожа мудра и добродетельна, уступчива и сговорчива.
- Что ты хочешь съесть? — спросил Цинь Шаоюй.
Желудок Шэнь Цяньлина заурчал: - Давай для начала миску лапши.
У полового душа ушла в пятки: - Молодой господин Шэнь, мы... не продаем лапшу...
- Рис тоже подойдёт!!! - Шэнь Цяньлин бросился к Цинь Шаоюю и крепко вцепился в его руку прежде, чем тот перевернул стол, а затем находчиво сказал половому: - Просто принеси несколько фирменных блюд, поторопись.
- Хорошо, хорошо, - половой, держа в руках дощечку с меню, проворно бросился вниз.
- Как ты можешь быть таким необузданным ублюдком! - Шэнь Цяньлин серьёзно отчитывал Цинь Шаоюя. – Ты всегда должен помнить, что мы культурные люди!
- Госпожа действительно добросердечна, - похвалил Цинь Шаоюй, его глаза тут же наполнились благотворным влиянием просвещения. Казалось, он совсем не похож на угрюмого бандита, каким был только что!
Так что зеваки, которые тайком поглядывали на их стол, снова не могли не вздохнуть - он же стал как тофу в рассоле! Воистину, на каждый крепкий сук найдётся острый топор[2]!
[2]一物降一物 yī wù xiáng yī wù букв. одна вещь побеждает другую; обр. на каждую силу есть противосила, на каждую меру есть контрмера, на всякую хитрую гайку найдется болт с винтом.
К счастью, молодой господин Шэнь очень праведен, иначе кто знает, как безумствовал бы хозяин дворца Цинь.
Поскольку взгляд хозяина дворца Циня был полон холода, слуга бросился на кухню и стал, не щадя сил, подгонять поваров. Восемь печей заработали одновременно, и большой стол был заполнен буквально за три минуты.
- ...Попроси тёмных стражей поесть вместе с нами, - Шэнь Цяньлин был потрясён. - Тут слишком много.
- Входите, - сказал Цинь Шаоюй в окно.
Семь или восемь мужчин тут же прыгнули внутрь один за другим, у каждого из них выпендрёж пёр из всех щелей, и они сказали в унисон: - Спасибо, госпожа!
Окружающие испуганно вздрогнули, в некоторые даже уронили свои миски!
Шэнь Цяньлин хотел нырнуть в миску с супом - если бы он знал, он бы их не позвал! Какой позор!
- Половой, принеси ещё один кувшин грушевого вина! - кто-то в углу внезапно нарушил тишину и привлёк внимание.
- Конечно, конечно! Господа, кушайте и пейте, кушайте и пейте! – хозяин трактира подошёл, чтобы лично принять заказ, и заодно громко окликнул гостей. Не сидите в оцепенении! Ешьте быстрее! Если вы разозлите хозяина дворца Циня, кто разделит убытки с лао-цзы!
Все пришли в себя, и зал внезапно снова наполнился радостными звуками и чавканьем. Половой вбежал с кувшином вина, но на повороте поскользнулся и рухнул на пол.
- Ах!!! – под удивлённые крики половой уныло растянулся на полу, а горшок с вином взлетел в воздух и... был пойман человеком, который до этого момента сидел в углу.
- Ого, клон тёмной стражи? - Шэнь Цяньлин выпучил глаза - человек, до этого сидевший в углу, почти мгновенно переместился в середину зала.
- Будь осторожнее, - холодно сказал мужчина, держа в руках горшок с вином и возвращаясь на своё место, его движения были очень крутыми!
- Ты видел это? - Шэнь Цяньлин ткнул Цинь Шаоюя пальцем. – Вот что такое великий рыцарь!
- А как насчёт меня? – хозяин дворца Цинь ущипнул его за щёку.
Шэнь Сяошоу сказал очень непочтительно: - Ты выглядишь как хам, бездельник и откровенная шпана.
Цинь Шаоюй:...
- Ешь, - Шэнь Цяньлин подал ему кусочек свежего побега бамбука палочками для еды. – Быстрее закончим еду, быстрее пойдём ловить насильника!
- У тебя есть какие-нибудь идеи? - спросил Цинь Шаоюй.
- ...Нет, - Шэнь Цяньлин на мгновение задумался. - А как насчёт того, чтобы использовать меня в качестве приманки? - он действительно очень самоотвержен.
- Тебя? - Цинь Шаоюй рассмеялся.
- Да, меня, - Шэнь Цяньлин кивнул. - Разве не говорят, что насильники любят красивых и утончённых мужчин?
Лао-цзы очень красивый и утончённый!
- Невзирая на опасность? - Цинь Шаоюй ткнул его в пухлый бок. - А что, если твою... действительно сорвут?
Блядь! Шэнь Цяньлин сердито сказал: - Мать твою, ты не можешь меня защитить?
Это же элементарно, братан!
Улыбка Цинь Шаоюя стала ещё шире: - Ну, я могу тебя защитить.
- Хватит лыбиться! - Шэнь Цяньлин схватил его за щёки и серьёзно сказал: - Взвесь всё как следует, это не шутки.
Потому что есть только одна драгоценная хризантемка!
- Пф-ф, - выражение лица Цинь Шаоюя было весьма скверным.
Шэнь Цяньлин глубоко вздохнул: - Ещё раз засмеёшься, и мы расстанемся! Подлец!
- Тебе не нужно так усердно трудиться, чтобы выманить его, - Цинь Шаоюй скормил ему ложку кукурузы. - Здесь уже есть готовый.
- Готовый? - Шэнь Цяньлин испугался. - Ты имеешь в виду насильника?
Цинь Шаоюй кивнул.
- Где? - Шэнь Цяньлин внезапно занервничал.
- Человек в углу, который только что поймал горшок с вином, - сказал Цинь Шаоюй. - Он может мгновенно переместиться в центр зала. Его навык цингун определённо находится за пределами досягаемости обычных людей.
- А как насчёт твоего навыка цингун? — спросил Шэнь Цяньлин.
Цинь Шаоюй быстро сказал: - Конечно, мой цингун превосходит его.
- Тогда чего же ты ждешь! - серьёзно сказал Шэнь Цяньлин. - Поторопись!
Цинь Шаоюй рассмеялся: - Без всяких доказательств ты хочешь, чтобы я бросился хватать кого-то?
- Значит, за ним нужно проследить? — спросил Шэнь Цяньлин.
- Нам лично нет необходимости следить за ним, предоставим это Сяо У, - сказал Цинь Шаоюй. - У нас сейчас есть дела поважнее.
- Например? - Шэнь Цяньлин тут же заинтересовался.
Цинь Шаоюй серьёзно сказал: - Подойди и поцелуй меня.
Шэнь Цяньлин:...
Бля!
Но прежде чем он успел в гневе перевернуть стол, Цинь Шаоюй уже вскочил со своего места, сел рядом с ним и обнял его за талию, это выглядело действительно интимно!
- Смерти ищешь... гм! - прежде чем Шэнь Цяньлин договорил, в его рот засунули большую фрикадельку.
- Будь послушным, - прошептал ему на ухо Цинь Шаоюй. - Позволь мне ещё раз проверить, является ли он насильником.
- ...Как проверить? — спросил Шэнь Цяньлин.
- Посмотрим, обратит ли он на тебя внимание, - Цинь Шаоюй ткнул его в бок, и Шэнь Сяошоу тут же обмяк всем телом и упал в его объятия очень нежно и очень интимно!
Цинь Шаоюй крепко обнял его и даже наклонился, чтобы сделать вид, что целует — хотя это была всего лишь имитация, она тоже была очень реалистичной!
Обедающие вокруг тут же перевозбудились, это выглядело так захватывающе!
- Ты сволочь! — тихо запротестовал Шэнь Цяньлин.
- Не скандаль, а то всё провалится из-за ерунды, - Цинь Шаоюй встряхнул его. - Поторопись и покорми меня.
- Закатай губу[3]! - Шэнь Сяошоу сердито прожёвывал кусок свиных рёбрышек. Достаточно того, что ты меня обнимаешь, но ещё и кормить тебя – это перебор!
[3]美死你！букв. красив до смерти, его можно понимать как "у тебя слишком большие ожидания от чего-то".
- Или мне придется поцеловать тебя по-настоящему, - по тону Цинь Шаоюя было ясно, что он почувствовал себя задетым.
Шэнь Цяньлин испугался и пришёл в ярость, услышав это. Как раз когда он собирался приклеить фрикадельку к его лицу, тот ткнул его акупунктурные точки!
Б-б-блядь! Евнух!
- Даю тебе время подумать. Покормить меня или позволить мне поцеловать тебя? — медленно проговорил Цинь Шаоюй.
Шэнь Цяньлин мысленно рвал его на части.
- Значит, поцеловать? - Цинь Шаоюй смотрел на его лицо.
Нельзя быть таким бесстыдным! Как ты, древний человек, можешь на публике сосаться взасос? У тебя должно быть самосознание феодального общества! Шэнь Цяньлин выдержал унижение ради важной миссии, и взглядом показал ему, что готов на компромисс.
- Покормишь меня? - молодой рыцарь Цинь выглядел очень разочарованным и протянул руку, чтобы развязать его акупунктурные точки. – Ладно, но госпожа должна помнить, что кормить меня надо так, чтобы это выглядело интимно.