Глава 23. Все вместе заберём его
Цинь Шаоюй взлетел вверх, одной рукой крепко держа Шэнь Цяньлина, а другой - выхватив меч, сверкнувший холодным серебристым светом.
В дом ворвался десяток мужчин в масках, вооружённых длинными блестящими мечами. Девочка побледнела от страха, увидев это. Она вскочила и хотела подбежать к Шэнь Цяньлину, но Цинь Шаоюй пнул её, и она отлетела прямо в тех мужчин.
- Эй! — встревожился Шэнь Цяньлин.
- Старая ведьма, у тебя хватает наглости говорить, что тебе двенадцать лет, — холодно сказал Цинь Шаоюй.
Шэнь Цяньлин обомлел, услышав это, и повернул голову, чтобы посмотреть на неё.
- Хозяин дворца Цинь действительно не умеет обращаться с женщинами, - маленькая девочка хихикнула и стянула с себя маску, обнажив морщинистое лицо.
Реальная версия Тяньшань Тунлао[1]? Шэнь Цяньлин почувствовал мурашки по спине и молча содрогнулся.
[1]Тяньшань Тунлао (天山童姥; Tiānshān Tónglǎo) — персонаж из романа уся Цзинь Юна "Полубоги и полудьяволы". Буквально означает "Дитя-старуха Небесной горы". Ей было уже 96 лет, когда разворачиваются события романа. На протяжении многих лет она использовала "Талисман жизни и смерти", чтобы отравить многих мастеров боевых искусств и заставить их подчиниться ей.
- Где Фэн Цзюе? — презрительно сказал Цинь Шаоюй. – Неужели ты думаешь, что ваша горстка сброда сможет отобрать у меня человека?
Отобрать человека? Шэнь Цяньлин снова обомлел. Не...не... неужто они явились, чтобы похитить его?
Пиздец, прям поток собачьей крови[2]!
[2]狗血 – букв.: "собачья кровь", используется в выражениях, чтобы показать глупость, неестественность, надуманность или избыточную мелодраматичность сюжета, типа нашего выражения - "сопли с сахаром".
- Как ты можешь говорить, что мы хотим его отобрать? – старуха поцокала языком. - Когда глава нашей секты услышал, что молодой господин Шэнь получил травму, он страшно разволновался. Ему кусок в горло не лез, он даже похудел.
- Правда? - Цинь Шаоюй с недовольством взглянул на Шэнь Цяньлина.
Шэнь Сяошоу смутился – опять я получил пулю даже лёжа!
- Ты хочешь пойти с ними в демоническую секту? — спросил Цинь Шаоюй.
Вот же хрень, этого никак нельзя допустить! Шэнь Цяньлин энергично покачал головой.
- Слушайся меня, — Цинь Шаоюй обнял его за талию одной рукой, слегка приподняв уголок рта.
- Бежать? — прошептал ему на ухо Шэнь Цяньлин.
- Сначала вломим им, а потом сбежим! — усмехнулся Цинь Шаоюй.
- ...Я не умею драться, — Шэнь Цяньлин почувствовал себя виноватым.
- Я смогу тебя защитить, — произнёс Цинь Шаоюй классическую фразу из айдол-драмы.
- Прям таки супружеская любовь, - снаружи раздался ещё один голос, а затем как из воздуха возник мужчина. Он был одет в белоснежный халат и выглядел круто и благородно, а лацканы его халата были исписаны какой-то дикой каллиграфией. Что ж, очень стильно, да...
- Пфф, — Шэнь Цяньлин не смог сдержать смех.
- Чему ты смеёшься? — спросил Цинь Шаоюй.
Шэнь Цяньлин энергично покачал головой и откровенно рассмеялся.
Человек в белом вдруг изменился в лице: - Молодой господин Шэнь считает меня смешным?
- Что ты, как можно? Это совсем не смешно, - Шэнь Цяньлин захохотал так, что у него выступили слезы.
Человек в белом:...
- У тебя такое шикарное имя, - Шэнь Цяньлин наконец перестал смеяться и почувствовал, что должен загладить свою вину, поэтому искренне похвалил его. - Неудивительно, что ты написал его на своей одежде.
Человек в белом холодно фыркнул, услышав это, и крупная надпись "Я — Бай Ляньхуа[3]" на лацканах его халата ярко засияла.
[3]白莲花 báiliánhuā 1) белый лотос; цветы белого лотоса (обр. о доброй, непорочной, невинной девушке). ср. рус. "белый и пушистый", "невинная овечка".
- Можно ещё немножко посмеяться? — спросил Шэнь Цяньлин, уткнувшись в плечо Цинь Шаоюя. К счастью, снаружи распогодилось, и выглянуло солнце, иначе надпись на одежде намокла бы и перепачкалась брызгами.
Лицо Бай Ляньхуа потемнело.
- Конечно, - Цинь Шаоюй ухмыльнулся уголком рта. – Госпожа может смеяться, сколько ей угодно, а драку предоставьте мужу.
Не успел он договорить, как человек в белом напал на него. Шэнь Цяньлин почувствовал, как его талию сжали ещё крепче, и Цинь Шаоюй оттянул его к двери.
Звон мечей не умолкал. Цинь Шаоюй левой рукой уверенно заслонял Шэнь Цяньлина, при этом так наседая на человека в белом, что тот был вынужден отступать шаг за шагом, практически не имея возможности нанести ответный удар.
Тёмные стражи дворца Солнца и Луны, которых отправили охранять Шэнь Цяньлина, услышав шум, также прибежали и вступили в бой с людьми в масках.
- Почему ты всё ещё стоишь? - Бай Ляньхуа, прикрывая смущение гневом, повернулся и яростно заорал на женщину.
- Конечно, чтобы посмотреть, как ты превращаешься в посмещище, — захихикала женщина, её голос был резким и пронзительным, как будто исходил из адской бездны.
- Закрой уши, — прошептал Цинь Шаоюй Шэнь Цяньлину.
Имя женщины было Чан Нян[4]. В мире боевых искусств она была известна своей жестокостью и коварством. Никто не знал, каков её настоящий возраст. Она бесследно исчезла несколько лет назад, но по какой-то причине внезапно объявилась в демонической секте, став правой рукой Фэна Цзюе.
[4]蝉娘 – что-то вроде "матушка Цикада".
Шэнь Цяньлин крепко зажал уши, как и было велено, но всё равно чувствовал себя невыносимо и сильно хмурился.
Цинь Шаоюй мечом отбросил человека в маске, оказавшегося перед ним, а затем подхватил Шэнь Цянлина на руки и бросился вниз с горы.
Их неотступно преследовали. У Шэнь Цяньлина сердце колотилось от страха, и он изо всех сил вжался в него.
- Не бойся, — сказал ему на ухо Цинь Шаоюй, — я не позволю демонической секте забрать тебя.
- А если впереди будет засада? — спросил Шэнь Цяньлин. Противник явно был хорошо подготовлен, и вполне очевидно, что задействованы не только эти несколько человек.
- Конечно, будет, — улыбнулся Цинь Шаоюй. - Но не засада демонической секты.
Вдруг вдалеке раздалось ржание. Шэнь Цяньлин повернул голову и увидел скачущего к ним Так Сюэбая. Его копыта выбивали бесчисленные брызги воды, которые сверкали семицветным ореолом под лучами солнца.
Цинь Шаоюй с ним на руках вскочил на коня – просто выдающиеся способности!
- Хозяин дворца! - Хуа Тан тоже подъехала верхом, за ней появились и все остальные. На ней было розовое платье с очень глубоким декольте, что создавало ошеломляющий визуальный эффект! Цветущие ветки во всей красе[5], и аромат бьёт в нос[6]!
[5]花枝招展 huāzhī zhāozhǎn цветущие ветки во всей красе (обр. а) о нарядной женщине; б) нарядный).
[6]香气扑鼻 xiāngqì pūbí аромат бьёт в нос, чувствуется приятный запах.
Шэнь Цяньлин:...
Сестрица, ты так нарядилась для серьёзной драки?
- Ты хочешь спуститься с горы и отдохнуть или всё-таки поглазеть на веселье? — спросил Цинь Шаоюй.
Шэнь Цяньлин ответил через долю секунды: - Поглазеть.
Цинь Шаоюй ухмыльнулся уголком рта и обнял его покрепче.
Такая необыкновенная супружеская любовь!
Демоническая секта бросилась за ними в погоню, но явно не ожидала попасть в засаду дворца Погони за Тенью.
Чан Нян презрительно усмехнулась:
- Хозяин дворца Погони за Тенью действительно славится своей сообразительностью.
- Что ж тут поделать, — Цинь Шаоюй приподнял уголок рта, - если кое-кто постоянно жаждет завладеть моей госпожой.
У "короля экрана" Шэня со страха сжались яйца. Неужели даже глава демонической секты был влюблен в прежнего Шэнь Цяньлина?
Сердцеед такого рода - это действительно "большая гора среди низших"[7].
[7] 亚历山大 yàlìshāndà – имя "Александр", дословно: "Большая гора среди низших".
- Мерзкая карлица, — вдруг выпалила молчавшая до этого Хуа Тан.
- Это ты о ком? – Чан Нян пришла в ярость.
- О том, кто росточком с карлика, - Хуа Тан выпятила грудь. "Вау!" – мысленно воскликнул Шэнь Цяньлин.
Эффект действительно потрясающий!
- На что ты смотришь? - Цинь Шаоюй постучал его по голове.
Шэнь Цяньлин:...
Даже взгляд украдкой заметил – молодой рыцарь, у тебя такой острое зрение!
- Развратница! — злобно пробурчала Чан Нян.
- Что, завидуешь? Ты-то вообще никому нахрен не сдалась! – бойко выдала Хуа Тан. - Ты же удалилась от мирских дел, так какая муха тебя укусила, что ты вдруг побежала в демоническую секту? Неужто тайно влюбилась в Фэна Цзюе?
- Смерти ищешь! - Чань Нан подпрыгнула одним рывком и тут же распространила вокруг себя ядовитый туман.
Цинь Шаоюй зажал Шэнь Цяньлину рот и нос, Так Сюэбай заржал, развернулся и бросился вниз с горы.
- Ты не хочешь помочь? — обернулся к нему Шэнь Цяньлин.
- Просто предоставим это им, - Цинь Шаоюй крепко обнял его. - У Хуа Тан есть много способов справиться с Чан Нян.
- Но есть ещё Бай Ляньхуа! — напомнил Шэнь Цяньлин.
- Ты так хорошо запомнил его имя, — недовольно сказал Цинь Шаоюй.
Шэнь Цяньлин:...
Такое имя трудно не запомнить!
- Не волнуйся, я уже принял меры, — Цинь Шаоюй взмахнул плетью и подстегнул коня, оставив звуки боя далеко позади.
У входа в городские ворота большая группа людей была занята установкой театральных подмостков для подготовки к дню рождения местного шэньши[8], который должен был состояться через несколько дней. Внезапно они увидели огромного белого коня, несущегося на них галопом, и ошеломлённо замерли.
[8]乡绅 xiāngshēn деревенские шэньши; деревенский аристократ (чиновник в отставке).
- Стой!!! - увидев перед собой целую толпу, Шэнь Цяньлин смертельно перепугался.
Только не ДТП!!!
Цинь Шаоюй натянул поводья одной рукой, Так Сюэбай взвился на дыбы и успешно остановился в трёх метрах от толпы.
- Чуть не сдох от страха, - сердце Шэнь Цяньлина бешено колотилось.
Цинь Шаоюй рассмеялся и нежно потрепал его по шее.
Глаза людей наполнились слезами. Не у всех есть возможность увидеть такую сцену!
Поэтому все с энтузиазмом зааплодировали.
Так Сюэбай с гордо поднятой головой величественно вошёл в город под благоговейными взглядами толпы, чувствуя себя весьма довольным.
Шэнь Цяньлин испытывал целую смесь эмоций.
Что это за ужасный мир, где даже кони способны актёрствовать!
Как только они оба вошли в гостиницу, к ним подбежал Яо Цянь:
- Я слышал от тёмной стражи, что хозяин дворца попал в засаду?
- Мелкий инцидент, и только, — Цинь Шаоюй спешился и снял с коня Шэнь Цяньлина.
- Демоническая секта? — снова спросил Яо Цянь.
- Кроме Фэна Цзюе, нет других таких дураков, чтобы пытаться украсть моего человека, — Цинь Шаоюй повёл Шэнь Цяньлина внутрь.
- Хозяин дворца, - Яо Цянь нахмурился и сказал: - То, что я говорил раньше...
- Заткнись, — холодно прервал его Цинь Шаоюй.
- Апчхи! — чихнул Шэнь Цяньлин.
- Вели слугам принести сюда две бочки для купания, — приказал Цинь Шаоюй Яо Цяню.
На лице Правого стража тут же отразилось недовольство, и бросил гневный взгляд на Шэнь Цяньлина.
Бладь, хули ты пялишься на меня как на Да Цзи[9]? Шэнь Цяньлин был шокирован и зол. Я вообще ни слова не сказал!
[9]妲己 dá jǐ Да Цзи (любимая наложница последнего правителя династии Шан). В легендах и художественных произведениях она изображается как злобный хули-цзин, который убивает настоящую Да Цзи и выдаёт себя за неё. Она считается классическим примером того, как красивая роковая женщина может привести к падению династии.
Чихание противозаконно?
- Чего ты там застыл? - Цинь Шаоюй обернулся и холодно посмотрел на Яо Цяня.
Правый страж топнул ногой и сердито развернулся.
Прям капризный ребёнок!
Шэнь Цяньлин смотрел ему вслед со смешанными чувствами.
На самом деле лао-цзы вообще не собирается замуж за вашего хозяина дворца, а?!
И в душе задолбался получать пулю даже лёжа!
Бочки для купания быстро доставили в спальню. Шэнь Цяньлин погрузился в горячую воду и вздохнул с облегчением.
- Ты сегодня промок под дождём. Поешь и ляг пораньше, - Цинь Шаоюй засунул ему в рот пилюлю. - Проглоти, это поможет от простуды.
- Почему демоническая секта хотела схватить меня? — спросил его Шэнь Цяньлин, прислонившись к краю бочки.
- А сам что думаешь? - Цинь Шаоюй постучал его по голове.
Шэнь Цяньлин предположил:
- Может, я знал этого Фэна до того, как потерял память... э-э, как его... Фэн...?
- Фэн Цзюе, — Цинь Шаоюй ухмыльнулся уголком рта. - Больше, чем просто знал.
- Мы были близкими друзьями? — удивился Шэнь Цяньлин.
Цинь Шаоюй смотрел на него так, словно ждал хорошего представления.
- ... Неужто было что-то ещё? - Шэнь Цяньлин пришёл в смятение. – Такое - не повод для шуток!
- Откуда ты знаешь, что это шутка? - Цинь Шаоюй присел перед ним на корточки и ущипнул его за щёку. - Может быть, вы с ним в самом деле влюблённая пара, а я воспользовался ситуацией и украл чужую любовь.
Шэнь Цяньлин смутился: - Он хорош в боевых искусствах?
- Наравне со мной, — сказал Цинь Шаоюй.
- Это невозможно, — Шэнь Цяньлин вздохнул с облегчением и поудобнее прислонился к стенке бочки.
- Почему? - Цинь Шаоюй поднял брови.
- Если бы я был его возлюбленным, он не послал бы сегодня лишь небольшую кучку своих подчинённых, - Шэнь Цяньлин выжал полотенце, – прекрасно зная, что если они не справятся с задачей, то это только усилит твою бдительность. Лишь идиот бы так поступил.
Цинь Шаоюй рассмеялся: - Хорошо мыслишь.
- Это элементарный здравый смысл, а?! - Шэнь Цяньлин треснул его по руке: - Прекрати!
- Отмокай подольше, чтобы снова не простудиться, — Цинь Шаоюй добавил немного горячей воды.
- С Левым стражем ничего не случится? - Шэнь Цяньлин всё-таки очень беспокоился о Хуа Тан.
- Конечно, нет,- Цинь Шаоюй помог ему снять ленту для волос. - Несколько каких-то уродцев[10] не могут повредить ей.
[10]歪瓜裂枣 wāi guā liè zǎo досл. кривые арбузы и треснутые финики, обр. о непривлекательных людях или вещах; ни кожи, ни рожи.
- Значит, навыки боевых искусств у них на самом деле не очень высоки? — удивился Шэнь Цяньлин. - Тогда почему ты сбежал? Причём очень быстро!
Цинь Шаоюй постучал его по голове:
- Потому что у тебя нет ни капли внутренней силы. Я боялся, что её смех повредит тебе.
Шэнь Цяньлин:...
Ну... ладно, на самом деле этот человек... вполне порядочный.