Глава 31. Никакой искренности!

- Хотите всех подчинённых отправить в погоню за ним? - шёпотом спросила Хуа Тан.

- Достаточно одного Фань Яня, - сказал Цинь Шаоюй. - Ты последние дни слишком уставала, отдохни немного.

- Это верно, - мастер Фань также кивнул в знак согласия. - В будущем тебе следует научиться быть помягче. Ты взрослая девушка, нельзя же целыми днями сражаться и убивать.

Хуа Тан:...

Фань Янь трындел без остановки:

- Бери пример с госпожи, такой живой, милой и беззаботной!

- На помощь! - вдалеке за плачущим Шэнь Цяньлином гонялся по всему двору гигантский волкодав. Ну действительно – так мило и беззаботно!

Все подчинённые заняли выжидательную позицию и даже не дали хозяевам крестьянского двора отогнать псину. Потому что возможность стать героем и спасти красавицу должна быть предоставлена ​​хозяину дворца!

Цинь Шаоюй не знал, смеяться ему или плакать, поэтому он подлетел и спас его.

- Я напугался до смерти, - Шэнь Цяньлин никак не мог прийти в себя.

- Всё в порядке, ничего не случилось. Но зачем ты дразнил этого пса? - Цинь Шаоюй подал ему чашку чая.

- Я его не дразнил! – подавленно сказал Шэнь Цяньлин. - Я просто стоял у двери кухни и ел куриную ножку, и вдруг он откуда-то взялся...

- Куриную ножку? - лицо Цинь Шаоюя потемнело, когда он услышал это. - Почему ты снова побежал перехватить что попало? Чему я тебя учил раньше?

Шэнь Цяньлин:...

Еда с кухни тоже считается "чем попало"?

- Знаешь ли ты, сколько людей жаждут по пути завладеть тобой? - Цинь Шаоюй схватил его за щёки. - Если ты снова будешь вести себя так, увидишь, как я с тобой поступлю.

- Ерунду какую-то говоришь, - Шэнь Цяньлин смущённо спросил: - Почему кто-то должен меня жаждать?

Статус семьи Шэнь в Цзянху непоколебим, а Цинь Шаоюй — одна из лучших восходящих звезд этого года. При таком блестящем покровителе, кто будет настолько самоуверен, чтобы связываться с ним?

- Ты действительно... – видя его ничего не понимающий взгляд, Цинь Шаоюй не знал, сердиться ему или смеяться.

- Ладно, ладно, не будем больше об этом говорить. Я отведу тебя посмотреть на большую рыбу, - Шэнь Цяньлин потащил его на задний двор. – Просто огромную!

Цинь Шаоюй:...

Фань Янь воскликнул издалека: - Госпожа действительно полна энергии.

Чжао У с каменным лицом молча оттащил Хуа Тан подальше от него.

- Не показывай свое презрение так явно, а?! - будучи здоровяком, Фань Янь почувствовал себя сильно уязвлённым.

- Мастер зала Фань шутит, как мы можем презирать тебя? - Чжао У был очень спокоен. - Просто я думаю, что если бы хозяин дворца тебя услышал, он бы тебе обязательно навалял, поэтому нужно поскорее расчистить место, дабы не пострадали невинные люди.

Сердце мастера Фаня разбилось на куски.

После жарки, варки и все прочей готовки начался оживлённый пир на крестьянском дворе. Шэнь Цяньлин набегался за день и сильно проголодался. Когда он увидел приготовленную на пару свинину, его глаза мгновенно позеленели!

Но трапеза никак не могла начаться, так как хозяин дворца Цинь хотел произнести речь.

Не смей быть таким бюрократом! Желудок Шэнь Цяньлина заурчал, а сердце наполнилось негодованием! Молодой красивый мужчина стал вести себя как воплощение начальника уезда!

- Лин Эр, почти всех присутствующих чашей вина, - голос Цинь Шаоюя был очень нежным.

Нахуй твоё почтение! Шэнь Цяньлин показал ему мысленно средний палец, затем встал и взял маленький белый фарфоровый бокал с вином, показывая всем манеры выходца из знатной семьи.

- Видишь? - за соседним столиком Фань Янь ткнул рукой Хуа Тан. - Не пей из большой чаши. Тебе нужно научиться быть более утончённой.

Хуа Тан лучезарно улыбнулась, ямочки на щеках сделали её подобной цветку, а затем пнула ногой ножку его стула, отчего ножка разломилась пополам. Фань Янь вскрикнул и инстинктивно схватился за стол.

В этот критический момент, когда блюда на столе должны были погибнуть, все остальные девять человек, сидевшие с ним за столом, схватили каждый по две миски с едой и мгновенно отлетели на три чи[1] от стола. Скорость была настолько велика, что в мгновение ока мастер Фань упал на землю, держась руками за пустой стол.

[1]尺 chǐ, chě чи, китайский фут (мера длины, равная 1/3 метра).

Все вздохнули с облегчением: к счастью, еда не пострадала.

У Фань Яня на глазах стояли слезы. У них нашлось время спасти еду, но не нашлось времени помочь лао-цзы!

Здесь вообще нет никакого братства!

Шэнь Цяньлин с большим интересом наблюдал за происходящим, попутно открывая рот, чтобы есть речные креветки, которые ему подавал Цинь Шаоюй. Это была прекрасная сцена гармонии между ними[2], которая просто ослепляла глаза зрителей.

[2]举案齐眉 jǔ àn qí méi поднять поднос к бровям (обр. в знач. любить и почитать друг друга, жить в мире и согласии (о супругах)).

Итак, все подчинённые вздыхали в своих сердцах, с госпожой всё действительно стало по-другому, раньше хозяин дворца был чёрствый и холодный.

Трудно поверить, что он вдруг стал таким обожающим, и просто души не чает в госпоже!

После роскошного крестьянского семейного пира живот Шэнь Цяньлина округлился. Первоначально он планировал выйти, чтобы переварить пищу, но Цинь Шаоюй силой затащил его на второй этаж здания: - Тебе нельзя выходить!

- Почему? - Шэнь Сяошоу возразил: - Сделай сто шагов после еды, и сможешь прожить девяносто девять лет!

- Откуда берутся все эти странные шутки! - Цинь Шаоюй подтолкнул его, чтобы он сел на стул. - Мне нужно кое-что обсудить с Хуа Тан, тебе нельзя выходить!

Шэнь Цяньлин был в замешательстве: - А разве есть связь между тем и этим?

- Конечно, - сказал Цинь Шаоюй. - Я не могу пойти с тобой, поэтому всё, что тебе остаётся – сидеть в комнате.

Услышав это, Шэнь Цяньлин расстроился. Ну и ладно. Он не знал боевых искусств, поэтому не мог быть слишком своенравным и доставлять ему неприятности.

- Будь послушным, - Цинь Шаоюй погладил его по голове. - Я скоро вернусь и составлю тебе компанию.

- Иди, иди, - Шэнь Цяньлин махнул рукой и безжалостно выгнал его! Затем он присел на корточки и принялся рыться в своих вещах, пытаясь найти что-нибудь, чтобы убить время, но неожиданно оттуда выпала небольшая книжка — та самая, которую учитель Ли подарил ему в тот день на торжественном обеде в честь юбилея пожилого члена семьи местного сяншена.

О, я думал, он выбросил её... Шэнь Цяньлин уселся с книгой за стол и с большим интересом открыл первую страницу.

"В начале времён небо и земля пребывали в хаосе. Не было ни добра, ни зла, не было ничего, ни чувств, ни желаний, ни радости, ни печали".

Шэнь Сяошоу решительно зевнул и сунул книгу обратно в узел с платьем.

Совершенно ничего не понятно!

- Верните мне мой компьютер и PSP! - от скуки Шэнь Цяньлин с грустным лицом лёг грудью на подоконник и выглянул в окно – "королю экрана" совершенно нечем заняться!

Не успел он закончить фразу, из-под карниза тут же появился человек в чёрном, вися вниз головой. – Что хочет молодой господин?

- Ах! - Шэнь Цяньлин здорово перепугался.

Тёмный страж смотрел на него совершенно невинным взглядом.

Шэнь Цяньлин молча закрыл окно.

Этот рухнувший мир...

Когда через полчаса Цинь Шаоюй вернулся в их комнату, он толкнул дверь и увидел Шэнь Цяньлина, лежащего на кровати и отчаянно пинающего воздух.

Хозяин дворца Цинь испугался: - Что ты делаешь?

Шэнь Цяньлин тяжело дышал, это, конечно, была физическая подготовка! До твоего прихода уважаемый я сделал бесчисленное количество отжиманий и приседаний!

Сегодня ночью я обязательно хорошо высплюсь!

Через короткое время Шэнь Цяньлин вымылся и забрался в кровать, радостно собираясь поспать.

- Ложишься спать так рано? - Цинь Шаоюй прилёг рядом с ним.

Что за чушь, что ещё можно делать после купания, как не спать? Шэнь Цяньлин обнял одеяло и отвернулся к стене, предоставив ему свою попу.

- Ты промучился в постели, пока я был внизу? — спросил Цинь Шаоюй.

Что значит промучился? Шэнь Цяньлин молча заявил протест. Не все умеют летать туда-сюда, как ты. Обычные люди могут заниматься спортом только таким примитивным способом!

- А что, если я потом найду для тебя несколько книг? - Цинь Шаоюй погладил его по голове. - Чтобы тебе не было скучно.

Было бы лучше, если бы он об этом вообще не упоминал. Как только зашла речь о книгах, Шэнь Цяньлин тут же обернулся и пожаловался: - Книга, которую дал мне учитель Ли, такая скучная!

- Действительно? - сказал Цинь Шаоюй. - Я думаю, это довольно интересно.

- Что же интересного? - Шэнь Цяньлин пришёл в недоумение.

- По крайней мере, мы можем узнать, что Сюэлюли и Билюхоу — это древние духовные камни, - Цинь Шаоюй лёг лицом к нему.

- Ты сказал - Сюэлюли? - Шэнь Цяньлин был поражён.

- Ты разве не заметил? - Цинь Шаоюй ущипнул его за шею.

Шэнь Цяньлин честно признался: - Я прочитал только первую страницу.

Цинь Шаоюй рассмеялся:

- В основном там предание о древних духовных камнях. Помимо Сюэлюли и Билюхоу, есть также Чиень Дан[3], Хуанцзинь Янь[4], Ланцзин Юй[5] и другие. Всего их девять.

[3]赤炎石 что-то вроде "красный пламенный камень".

[4]黄金眼 "золотой глаз".

[5]蓝晶玉 что-то вроде "голубой сияющий нефрит".

- Их так много? - услышав это, Шэнь Цяньлин заинтересовался, поднял одеяло, спрыгнул с кровати и ринулся бегом: - Пойду почитаю.

- Почитаешь завтра утром! - Цинь Шаоюй засунул его обратно в постель. - Ты только что помылся, а книжка грязная, по ней тараканы ползали. Зачем ты снова её трогаешь?

Настоящий мужик не страдает маниакальной чистоплотностью! Шэнь Цяньлин стал ужасно нервничать: а что, если он сможет вернуться назад, собрав все девять? Быстро отпусти меня!

- Ещё раз дёрнешься, и я тебя свяжу! - пригрозил Цинь Шаоюй.

Шэнь Цяньлин:...

- Спи, - Цинь Шаоюй махнул рукой и погасил светильник.

Шэнь Сяошоу был очень подавлен. Не надо так разжигать любопытство, это безответственно, а?! Это так раздражает!

Через полчаса Шэнь Цяньлин стал вздыхать.

Час спустя Шэнь Цяньлин продолжал непрерывно ворочаться с боку на бок.

Через полтора часа Шэнь Цяньлин начал гундеть себе под нос какую-то мелодию, чрезвычайно фальшиво, и даже поднял руки, дирижируя сам себе!

Цинь Шаоюй глубоко вздохнул в темноте, встал с постели и зажёг свечу.

Ура, революция победила! Шэнь Цяньлин босиком побежал к шкафу.

Затем на полдороге его перехватил Цинь Шаоюй, отнёс обратно в кровать и надавал по заднице.

- Сейчас же прекрати! - Шэнь Цяньлин кипел от ярости под тяжестью позора и отчаянно сопротивлялся.

К сожалению, боевую мощь нельзя получить, просто захотев. По сравнению с боевой мощью Цинь Шаоюя, боевая мощь Шэнь Сяошоу близка к отрицательной бесконечности. Поэтому, истощив свои физические силы, он мог только со слезами на глазах пожаловаться:

- Придурок! Я пожалуюсь на тебя старшему брату!

- Пожалуешься? - Цинь Шаоюй в последний раз шлёпнул его по попе. - Когда я забрал тебя, Цяньфэн сказал, что если ты будешь создавать проблемы, я могу наказать тебя.

Пошёл ты нахуй... Шэнь Цяньлин задыхался: хватит меня бить!

Ты фанатик домашнего насилия!

Хотя Цинь Шаоюй сдерживался, индекс гнева Шэнь Цяньлина успешно достиг пиковых значений! После того, как хватка на его пояснице ослабла, он откатился в угол стены, отказываясь принимать лекарства, и накрылся одеялом с головой.

- Тебе не жарко? - Цинь Шаоюй слегка потрепал его.

Свёрток из одеяла отчаянно пытался втиснуться в угол, очевидно, желая держаться от него подальше!

Цинь Шаоюя это позабавило:

- Если ты ещё немного там потрёшься, ты протрёшь стену и окажешься в комнате Хуа Тан.

Иди ты нахуй! Лао-цзы лучше бы спал, обнимая прекрасную сестрицу с большой грудью! Должно быть, она очень мягкая! Шэнь Сяошоу пощупал под одеялом свой горящий зад, и чуть не потерял сознание от нового приступа гнева.

- Ты действительно сердишься? - Цинь Шаоюй чуток вытащил его.

Шэнь Цяньлин вызывающе уставился на него.

- Ладно, а как насчёт того, чтобы я рассказал тебе, что в книге? - Цинь Шаоюй пошёл на компромисс.

- Я могу сам прочитать! - Шэнь Цяньлин выразил своё полное презрение к такому условию мирного урегулирования.

- В книге много мест на санскрите, ты их не поймёшь, - сказал Цинь Шаоюй. - Я расскажу тебе, и тогда мы в расчёте, как тебе такое?

Пошел ты нахуй со своим расчётом! Думаешь, что можешь загладить вину за травму сердца и тела лао-цзы, просто двигая губами?

Шэнь Цяньлин продолжал гневно смотреть на него.

Никакой искренности!

Просто отвратительно!