Глава 4. Выкупил упрямца
- Подойди и сядь рядом с матерью, - как только Шэнь Цяньлин поднялся наверх, госпожа Шэнь потянула его и усадила на мягкий стул. Служанка тут же подала ароматный чай и фрукты. Стол был весь заставлен и пленял взор своим великолепием. Было очевидно, что предстоял долгий разговор!
Шэнь Цяньлин опустил взгляд:
- Второго брата здесь нет? Почему его мать подняла такой шум?
- Только что был здесь, пытаясь её успокоить, но потом в страшном гневе ушёл, - госпожа Шэнь продолжила лузгать семечки. - Цяньцяня действительно жаль, ведь у него мать, которая всё время рыдает и воет по всякому поводу и без повода.
- Кхм, — Шэнь Цяньлин поперхнулся водой.
- Помедленнее, — госпожа Шэнь торопливо похлопала его по спине, золотые, серебряные и нефритовые браслеты на её запястьях зазвенели, было очевидно, что она живёт роскошной жизнью!
- Почему бы нам не позвать папу? - Шэнь Цяньлин забеспокоился. - А что, если действительно что-то случится?
- Конечно же, его нельзя звать, — таинственно прошептала ему на ухо госпожа Шэнь. – Его не только нельзя звать, но я даже специально кое-кого послала задержать твоего отца, чтобы он не смог вернуться ещё некоторое время.
Шэнь Цяньлин, не находя слов, смотрел на неё: вот же мать твою, а?!
- Знаешь, что самое обидное для актёра? — спросила госпожа Шэнь.
Шэнь Цяньлин задумался на мгновение и ответил:
- Невозможность проявить свои настоящие чувства.
Этот ответ "короля экрана" был, очевидно, чрезвычайно авторитетным, но госпожа Шэнь отрицательно покачала головой:
- Это не имеет ничего общего с чувствами. Самое обидное, что вложено столько усилий в актёрскую игру, но никто не захотел её смотреть.
Шэнь Цяньлин тут же почувствовал, что его ответ не идёт ни в какое сравнение!
- Она подняла такой грандиозный шум, думая успеть до того, как хозяин разгневается, чтобы показать, что она готова разорвать с сыном всякие отношения, - презрительно сказала госпожа Шэнь. - Как эта уловка мог ускользнуть от моих всевидящих глаз?
Это фраза прозвучала чрезвычайно самоуверенно, что полностью присуще хозяйке большого дома!
Шэнь Цяньлин был удивлён, услышав это:
- Разорвать отношения? Второй брат — её родной сын. Она должна любить и защищать его, несмотря ни на что. Нет причин бросать его, если что-то пошло не так.
- Твой бедный маленький мозг, неизвестно, когда он теперь восстановиться, - госпожа Шэнь ткнула его в лоб указательным пальцем. - Ты всё начисто забыл.
Шэнь Цяньлин: ...
- Баодоу, растолкуй молодому господину, - госпожа Шэнь прислонилась к ограждению, наблюдая за весельем. Вторая госпожа, вероятно, выпила немного воды, чтобы смочить горло, восстановила свои силы и снова начала взывать к небу и биться лбом о землю.
На лице маленького слуги отразилось замешательство. Как слуга, он не должен был сплетничать перед своим хозяином, но и ослушаться было нельзя, поэтому он постарался быть тактичным и сказал:
- Второй молодой хозяин и его мать всегда были равнодушны друг к другу. По правде сказать, у наложницы господина более сердечные отношения с третьим молодым господином.
Только тогда Шэнь Цяньлин вспомнил - ранее он слышал, что в семье Шэнь есть ещё один сын, который служил чиновником в столице и редко возвращался домой.
- Каким бы высокопоставленным чиновником он ни был, какой от него толк? – насмешливо сказала госпожа Шэнь. – Его никогда нет рядом.
- А что, если я пойду и уговорю второго брата? - у Шэнь Цяньлина сложилось хорошее впечатление о Шэнь Цяньцяне.
- Зачем его уговаривать? – у госпожи Шэнь расширились глаза от удивления.
...
Да затем, что... мать его! ...собирается повеситься, а?! Даже если ты играешь, всё время стоять на стуле под солнцем утомительно! Шэнь Цяньлин внутренне взревел, но внешне на его лице сохранялось самое милое выражение:
- Я боюсь, что, если вторая госпожа продолжит так скандалить, это помешает отдыху моей матери.
Это называется базовый уровень мастерства "короля экрана"!
- Мне это совсем не мешает, - воодушевлённо сказала госпожа Шэнь. – Глядя на это представление, я могу не спать три дня.
Должна ли боевая мощь быть настолько неукротимой? Шэнь Цяньлин смотрел на неё, не находя слов, и сердце его наполнялось глубокой грустью.
- Лин Эр, ты пообедаешь со своей матерью в полдень? — пригласила госпожа Шэнь. - Я попрошу повара приготовить твою любимую холодную смесь из горькой тыквы, моркови, хризантемы, пахучего сельдерея и гуттуинии.
Шэнь Цяньлин чуть не сблевал, когда это услышал:
- Я лучше вернусь.
- Почему? - глаза госпожи Шэнь мгновенно покраснели. - Может быть, Лин Эр, после того, как потерял память, стал чувствовать отвращение к своей матери?
- Конечно, нет! — быстро успокоил её Шэнь Цяньлин. —Я просто слишком много съел на завтрак и хочу пропустить обед, чтобы лучше переварилось.
- Тоже верно, — госпожа Шэнь взглянула на его живот и улыбнулась. - В последнее время ты немного располнел.
Шэнь Цяньлин тут же нервно прикрыл низ живота!
Его мать родила двух сыновей и, должно быть, очень опытна. Если она случайно заметит, что внутри что-то есть, он будет обречён!
- Что ты закрываешься? Ты всё равно красавец, даже если толстый, - госпожа Шэнь не приняла это всерьёз. - Я не верю, что Цинь Шаоюй может тебя отвергнуть.
Шэнь Цяньлин снова почувствовал желание разрыдаться.
Не упоминайте имя этого человека!
Насилу распрощавшись с матерью, Шэнь Цяньлин поспешил в жилище своего второго брата, но, прежде чем он успел войти во двор, он услышал яростный рёв:
- Ты! Быстро перестань!
- Не, - голос был чистым и нежным, но было сложно понять, мужской он или женский. - Раз ты притащил меня сюда, ты должен позволить мне как следует развлечься.
- А-а-а!!! — закричал второй молодой господин Шэнь.
Шэнь Цяньлин был так напуган, что остановился и посмотрел на Баодоу.
- Сколько тебе лет исполнилось в этом году? — внезапно спросил Шэнь Цяньлин.
- Почти семнадцать, - Баодоу был немного озадачен. – Молодой господин, почему вы вдруг спросили об этом?
- Тогда ты не сможешь войти, - тон Шэнь Цяньлина не оставлял места для переговоров. - Жди меня у двери.
Чистые сердца несовершеннолетних должны быть защищены!
Баодоу надулся, на самом на самом деле он тоже хотел пойти поглазеть на шумиху.
- Если ты сделаешь это снова, не вини меня за грубость! — снова зарычал второй молодой господин Шэнь.
- Плевать мне на это! - другая сторона, очевидно, вообще не воспринимала его всерьёз. - Мне это нравится, и мне всё равно, счастлив ты или нет!
Шэнь Цяньлин замер от испуга. Такой фривольной могла быть только девка из борделя. Неудивительно, что вторая госпожа рыдала в голос и хотела повеситься!
- Молодой господин, вы всё ещё хотите войти? — спросил Баодоу, покраснев до корней волос.
- ... Давай в другой раз, - Шэнь Цяньлин повернулся и выбежал прочь. Если застукать кого-то за таким занятием - точно появился ячмень на глазу!
- Веришь ты или нет, но я сейчас вломлю тебе как следует! – во дворе второй молодой мастер Шэнь угрожающе закатал рукава.
Под зонтичным деревом симпатичный мальчик, одетый как слуга, забавлялся тем, что протыкал пальцами дырки в стволе. Столешница из белого нефрита рядом с ним уже была вся изрешечена дырами, разрушительный эффект которых можно сравнить с действием электродрели.
- Долго ты собираешься безобразничать? - Шэнь Цяньцянь уже раскаялся, что взялся за эту "горячую картошку". – Быстро, одна нога здесь, другая там - иди в дом и переоденься в женскую одежду, не дай бог если тебя кто-нибудь заметит.
- Пфф! - мальчик в одежде слуги свирепо разбил в порошок каменную лавку и продолжал сидеть, не двигаясь. Было очевидно, что он в плохом настроении.
Шэнь Цяньцянь болезненно потёр висок.
Ругать и бить его не получится, у него раздражительный и жестокий нрав, что за упрямец[1], а?..
[1]Здесь сленг. слово 祖宗 переводится как "предок", используется в шутку при обращении к строптивым и упрямым людям: "Человек вызвал у вас головную боль. Например, вы можете назвать ребёнка 祖宗, если он очень непослушный".
В полдень, как только старый глава Шэнь и Шэнь Цяньфэн вернулись, покончив с делами, они тут же услышали потрясающую новость о том, что "второй молодой господин выкупил проститутку из публичного дома".
- Что? - глава Шэнь чуть не упал в обморок от гнева, услышав это!
Шэнь Цяньфэн тоже испугался:
- Это правда? Второй брат всегда соблюдал моральную чистоту, зачем ему это?
- Это правда, - слуга честно сказал: - Услышав об этом, наложница попыталась покончить с собой, повесившись. Позже солнце стало слишком сильным, она больше не могла его выносить, поэтому вернулась в дом.
- Что за распутство! — гнев старого хозяина был подобен грому. - Где второй молодой господин?
- Он всё ещё у себя, он так и не выходил.
Эта фраза, очевидно, подлила масла в огонь. Не говоря уже о старом хозяине, даже Шэнь Цяньфэн нахмурился.
- Если придёт мой отец, ты должен сказать то, о чём мы договорились раньше, - в это же время Шэнь Цяньцянь нервно наставлял симпатичного мальчика. – Не вздумай сказать, что ты проститутка, ты понял?
- Пфф! - мальчик уже переоделся в нежно-жёлтое платье, а его макушку украшал маленький жёлтый цветок. Его личико было румяным и нежными, прелестным и утончённым. При взгляде на него можно было подумать, что это тринадцати или четырнадцатилетняя девушка. Её категорически невозможно связать с продырявленным столом во дворе.
- Будь добр, послушай меня, и я дам тебе конфету, - Шэнь Цяньцянь стал поправлять ему украшение на голове, но ворота двора с силой распахнулись, и внутрь ворвалась куча людей.
- Непокорный сын! - как только глава Шэнь вошёл в дверь, он увидел, как его сын поправляет цветы на чьей-то голове, и пришёл в ярость!
- Отец, успокойся! — быстро объяснил Шэнь Цяньцянь. – Сяо Яо — не то, что ты думаешь!
- Да, давай сначала послушаем объяснения второго брата, - Шэнь Цяньфэн, стоявший рядом, тоже стал его успокаивать. - Второй брат, что в конце концов происходит?
- Сяо Яо действительно родилась в борделе, но она всегда соблюдала моральную чистоту. Когда я проходил мимо борделя Фужонг вчера вечером, я увидел, как она горько плачет в одиночестве, поэтому я подошёл и спросил, что случилось, - сказал Шэнь Цяньцянь. - Я узнал, что через несколько дней ей исполнится четырнадцать лет.
Всем известно, что девушки в публичных домах должны начинать принимать клиентов с четырнадцати лет, и никто не может этого избежать.
- В тот момент мне стало её жаль, поэтому я потратил деньги, чтобы выкупить её. Даже если она станет кухонной служанкой, это лучше, чем жить в месте пьянства и разврата, - Шэнь Цяньцянь с опаской посмотрел на отца.
- Она действительно всего лишь юная девушка? — спросил глава Шэнь.
- Конечно! - Шэнь Цяньцянь быстро кивнул.
- В таком случае...
- Это молодой господин Шэнь? - хозяин дворца Шэнь не успел закончить фразу, как вдруг нежный прекрасный мальчик открыл рот и насмешливо произнёс: - Действительно, видный мужчина.
Лицо старого хозяина дворца Шэня мгновенно почернело!
- Ты...ты...ты... Что за вздор ты несёшь? — Шэнь Цяньцянь чуть не расплакался и суетливо зажал ему рот.
- Когда я была в борделе Фужонг, я слышала, что старший молодой господин Шэнь очень красив, к тому же богат и влиятелен, - застенчиво сказал прекрасный и нежный мальчик. – Я с первого взгляда вижу, что он действительно выдающийся, во сто крат лучше всех тех вонючих подонков.
- Заткнись! - Шэнь Цяньцянь пожалел, что не может немедленно упасть в обморок.
- Девушка, следи за своим поведением, - Шэнь Цяньфэн изменился в лице.
-Если молодой господин хочет, он может взять меня себе, - милый мальчик впился зубами в свой палец, его большие глаза были полны печали и слёз. Одежда соскользнула с плеч, обнажив его нежные белые плечи и почти прозрачный лифчик[2].
[2]水色肚兜: 水色 shuǐsè 1) цветение воды; 2) окраска (цвет) воды. 肚兜 dùdōu здесь: традиционное китайское нижнее белье для девочек (лифчик).
Мама дорогая, что ты делаешь? Шэнь Цяньцянь в слезах бросился к нему и стал заворачивать его в свою верхнюю одежду.
- Дай ей немного денег на дорогу и немедленно выпроводи отсюда! - старый хозяин дворца Шэнь чуть не потерял сознание от гнева.
- Отец, — Шэнь Цяньцянь скорчил горькую мину.
- Отцом меня назовёшь, когда выпроводишь её! - старый глава Шэнь развернулся и ушёл, пылая яростью. Шэнь Цяньфэн также недовольно сказал:
- Если ты всё ещё считаешь меня своим старшим братом, отошли эту девушку побыстрее.
- Старший молодой господин такой жестокий, - глаза нежного прекрасного мальчика покраснели, он явно пристрастился к актёрству.
- Заткнись! - Шэнь Цяньцянь был полностью опустошён. Он был не в состоянии объясняться со старшим братом и просто затолкал мальчишку во внутренние покои.
Шэнь Цяньфэн покачал головой, повернулся и вышел со двора.
- Чего ты добиваешься? - Шэнь Цяньцянь хлопнул дверью и тихо проревел: - Ты прекрасно знаешь, что он и я делаем это для твоего же блага!
- Ну и что? – главный виновник лениво прислонился к изголовью кровати и раскрыл книгу. - Пусть он меня заберёт, иначе я продолжу доставлять неприятности, и вашей семейке Шэнь никогда не будет покоя!
- Придурок! - у Шэнь Цяньцяня чесались зубы - как жаль, что нельзя его как следует отмутузить и отвести душу!
Довёл до белого каления.