Глава 105. Вы двое идеально подходите друг другу

Услышав шаги позади себя, Цзи Миан повернулся, чтобы спросить: 

— Сяошу, ты собираешься надеть это позже?

Сяо Цзяшу посмотрел на Чжао Чуаня, который, в свою очередь, посмотрел на стилиста. Стилист - очень настойчивый человек, он заныл: 

— О, у молодого мастера Сяо такая хорошая фигура, не имеет значения, если у вас немного обнажена кожа. Это стильно и сексуально, и это определенно соответствует стилю Сюй Тянью. Не просто смотрите на это, сначала попробуйте, если это не подходит, мы изменим его.

Стилист подобрал одежду и уставился на Сяо Цзяшу сияющими глазами. Он гей, и он давно жаждал плоти молодого мастера Сяо и Бога Цзи. Сегодня ему повезло, что у него есть праздник для глаз. Как он мог это упустить?

— Малыш Сяо, давай, давай, попробуй сначала! — Он положил руку в положение лань хуа чжи*, чтобы подтолкнуть его.

*Жест руки в традиционных танцах (соединенные большой и средний пальцы, остальные вытянуты).

Сяо Цзяшу колебался: 

— Есть ли какие-нибудь другие костюмы?

— Нет, это все. — Стилист прикрыл рот рукой и рассмеялся.

Но вы сказали, что они могут измениться, если это не подходит? Это очевидное принуждение! Сяо Цзяшу был так зол, что стиснул зубы, но Цзи Гэ мягко подтолкнул его: 

— Иди и примерь это, — он наклонился к уху своей маленькой возлюбленной, его голос был полон поддразнивания. — Я хочу посмотреть.

Горячее дыхание коснулось уха Сяо Цзяшу и немедленно заставило его забыть о своем предыдущем позоре. Увы, забудь об этом, поскольку Цзи Гэ хочет это увидеть, давай наденем это.

— Принеси это. — Он, покраснев, взял одежду и прошел в раздевалку. Стилист был прилеплен к дверной панели, время от времени спрашивая его, не нужна ли ему помощь, с особенно внимательным отношением.

Цзи Миань и Чжао Чуань сидели перед туалетным столиком и болтали. В фильме есть несколько сцен, которые нужно снимать в баре. В целях экономии средств они собираются закончить съемки всех сцен в одном и том же месте. Tsunami Bar - очень известное местное развлекательное заведение. Аренда на одну ночь стоит недешево, они наняли так много статистов, затраты на рабочую силу тоже были высокими, конечно, лучше всего сделать все это за одну ночь.

Примерно через десять минут Сяо Цзяшу открыл дверь и высунул голову, задаваясь вопросом: 

— Мне действительно нужно это надеть?

— Да. — Стилист и Цзи Миан одновременно кивнули.

Сяо Цзяшу не смог (не надеть это), поэтому неловко вышел. Это был первый раз в его жизни, когда он надел такой яркий наряд, он был просто неуместен нигде. Черная рубашка внутри была сделана из газа, она была полностью прозрачной, с небольшой кружевной вышивкой на манжетах, воротнике и пуговицах, она выглядела одновременно сексуально и роскошно. Фиолетовый пиджак был облегающим. Пуговицы вообще нельзя застегивать, их можно только оставить расстегнутыми, они были сильно затянуты в талии, из-за чего ноги казались длиннее.

Подходящие фиолетовые брюки от костюма слегка эластичны, почти как еще один слой кожи, облегают ноги Сяо Цзяшу и так плотно облегают его задницу, что вы даже можете смутно разглядеть форму спереди. Талия брюк была вырезана очень низко, открывая две красивые русалочьи линии, но даже если рубашка была привязана к брюкам, тонкая черная ткань ничего не могла скрыть, но в том, что она наполовину прикрыта, есть ощущение таинственности.

Сяо Цзяшу неоднократно приподнимал верх брюк, жалуясь: 

— Я думаю, что эти брюки могут спасть в любой момент, талия слишком низкая, и что не так с этой рубашкой? Носить его равносильно тому, чтобы не носить его, а это пальто, я не могу поднять руки вверх, оно слишком тесное. — Он придирался то тут, то там, не зная, что стилист уже выглядел ошеломленным.

О боже, у Сяо Эршао замечательная фигура, у него стандартный перевернутый треугольник и золотое сечение, талия такая тонкая, что ее можно обхватить одной рукой, попка узкая и вздернутая, ноги длинные и прямые, черная ткань облегает его светлую кожу, а два розовых пятна на груди едва заметны, маленькая модель, не будь слишком сексуальной!

Даже если стилист - ноль*, он готов действовать прямо сейчас.

*Низ / шоу.

Цзи Миан замолчал, как только Сяошу вышел, его темные глаза уставились на него, не мигая, и его дыхание медленно стало тяжелым. Он внезапно вспомнил, как в последний раз, также в Соединенных Штатах, Сяошу разделся догола перед ним. Его кожа была гладче тончайшего фарфора, она была розовой и нежной, и на первый взгляд изысканно красивой.

В то время он ушел в смятении, потому что у него не было отношений с Сяошу, поэтому требовалась сдержанность. Но теперь он был официальным любовником Сяошу и имеет на это право.

— Вы, ребята, выходите первыми. — Он говорил приглушенным голосом.

Стилист и Чжао Чуань посмотрели друг на друга, а затем неохотно вышли.

Сяо Цзяшу крепко потянул за пиджак, который не мог быть застегнут, и прошептал: 

— Цзи Гэ, почему ты позволил им выйти?

Цзи Миан встал и шаг за шагом приблизился к нему, его глаза потемнели, как будто в них зрела какая-то опасная эмоция. Он обнял Сяошу, который постоянно отступал, и прижал его к дверной панели раздевалки, его голос был хриплым: 

— Сяошу, так ты выглядишь лучше, чем голой.

Только тогда Сяо Цзяшу вспомнил, что он действительно разделся догола перед Цзи Гэ, и его лицо покраснело от стыда. Он не смог удержаться, поднял руку и заблокировал две точки на груди, а затем отреагировал задним числом: черт возьми, я не женщина, какой смысл прикрывать? Кроме того, Цзи Гэ - мой любовник, вполне естественно показать это ему.

Подумав об этом, он немедленно опустил руку и собирался что-то сказать, чтобы облегчить смущение, когда Цзи Миан опустил голову и захватил его розовые губы в плен. Этот поцелуй очень яростный, Цзи Миан, кажется, хочет высосать его душу из его тела, используя кончик языка, чтобы разжать зубы, постоянно помешивая и посасывая, заставляя его выдавать все свои стоны и жидкости организма. Одной рукой он крепко прижал затылок Сяо Цзяшу, в то время как другая рука продолжала мять его задницу, и использовал уже напряженную эрекцию, чтобы надавить на нижнюю часть его живота, сминая его, исследуя его и пожирая его ......

Сяо Цзяшу был немного напуган, потому что он никогда не видел такого доминирующего и свирепого Цзи Гэ, но в то же время, еще больше желания и возбуждения исходило из его костей. Никто не может устоять перед искушением стать единым целым с человеком, которого любишь больше всего.

Он обнял голову Цзи Миана, уткнувшись ему в шею, его руки слегка дрожали, а кожа продолжала ощущаться теплой и онемевшей, иногда сопровождаясь легким покалыванием. Это было действительно приятно.

Когда он не смог удержаться от крика, Чжао Чуань начал нетерпеливо стучать в дверь комнаты: 

— Эй? Тебе надоело целоваться? Нам нужно снять сцену позже! Ты знаешь, сколько стоит забронировать этот бар на одну ночь?

Да? В каком баре? Сяо Цзяшу ошеломленно открыл глаза, не зная, какой сегодня день.

Цзи Миан прижался к нему и некоторое время тяжело дышал, прежде чем тихо рассмеяться: 

— Сяошу, мы сделаем это снова, когда вернемся, не спеши, будь умницей и подожди меня, хорошо? — Он просунул кончик языка в ухо своей возлюбленной и нежно лизнул его.

И без того не очень прямая талия Сяо Цзяшу мгновенно стала мягкой и вялой, беспомощно повиснув в изгибе руки Цзи Мианя, он обиженно сказал: 

— Цзи Гэ, не будь таким. Если я испачкаю этот костюм, как я смогу потом встречаться с другими людьми? — Это не тропический остров, поэтому он не может прыгнуть в море и просто позволить ему смыть это.

Вспоминая свой неловкий момент в прошлый раз, он был на грани слез.

Цзи Миан уткнулся головой в гнездо на своей шее и широко улыбнулся.

Эти двое держали друг друга, чтобы успокоиться и дышать. Когда они успокоились, они открыли дверь и впустили Чжао Чуаня и визажиста. Глаза визажиста были подобны прожектору, постоянно сканирующему двух людей взад и вперед, в то время как Чжао Чуань держался за лоб и умолял: 

— Цзи Гэ, Сяошу, не могли бы вы оба проявить немного самоотверженности, закончить сцену первыми, хорошо? После съемок ты можешь делать все, что захочешь, никто тебе не помешает.

— Понял, поторопись и нанеси мне макияж. — Сяо Цзяшу неловко кашлянул.

Роль Цзи Мианя все еще находится в последнем разделе, и на данный момент он не спешит. Он пододвинул стул и сел рядом с Сяошу, положив одну руку на туалетный столик, другой держась за спинку стула Сяошу, и наполовину обнял его, не сводя с него глаз. Он использовал язык тела, чтобы заявить о своей собственности на Сяошу.

Чжао Чуань больше не мог этого выносить и махнул рукой: 

— Быстро накрась Сяо Цзяшу, после того, как макияж будет сделан, мы начнем съемки как можно скорее.

Внешне визажист был смущен, но втайне он был взволнован: 

— Но режиссер Чжао, как вы думаете, что следует сделать с этими засосами?

Чжао Чуань отвел глаза, только чтобы обнаружить, что шея Сяо Цзяшоу была покрыта красными отметинами, густые красные отметины распространялись по всей его тонкой шее, нижней челюсти, бакенбардам и даже за ушами. Вид этих отметин подобен тому, как страстно Цзи Миан любил Сяо Цзяшу и как безумно он клеймил его, это все тот же скромный джентльмен, о котором ходили слухи во внешнем мире? Это не зверь, верно?

Только тогда Сяо Цзяшу заметил аномалию в своем теле и быстро прикрыл шею рукой, а затем впился взглядом в Цзи Гэ.

Цзи Миан тихо рассмеялся и наклонился, чтобы поцеловать влажные уголки его глаз без всякого сожаления. Он также думал, что был спокойным и сдержанным человеком, и что вся его необузданность была растрачена, когда он был молод, но только в это время он понял, что дело не в том, что изменилась его личность, а в том, что человек, который мог свести его с ума, так и не появился.

Теперь у него есть Сяошу, так что страсть и желание, спрятанные глубоко в его сердце, выплеснулись наружу.

Думая об этом, он снова поцеловал два покрасневших глаза Сяошу и приказал: 

— Покрой это консилером.

— Да, да, используй консилер, одобренный сестрой Му Цин. — Сяо Цзяшу немедленно порылся в коробке с косметикой.

— На самом деле, ты можешь оставить несколько украшений, в любом случае, Сюй Тянью - плейбой, так что это больше соответствует его образу. — Визажист немного сопротивлялся, но, несмотря на сильное сопротивление Чжао Чуаня и Сяо Цзяшу, он все равно использовал консилер, чтобы скрыть засосы.

— Это прошло. — Закончив с базовым макияжем, Цзи Миан нежно погладил белую шею своего возлюбленного, его тон был полон сожаления.

Сяо Цзяшу пристыженно посмотрел на Цзи Гэ, но в глубине души молча уговаривал его: "Когда мы вернемся, и я позволю тебе делать это снова, столько, сколько ты захочешь, а?"

Должно быть, это проявление того, что твои губы говорят одно, но твое тело честно.

Цзи Миан ущипнул его за круглые мочки ушей и коротко рассмеялся.

Для того, чтобы подчеркнуть "красоту" Сюй Тянью, этот термин был использован Сан Дуй в сценарии, это абсолютно официальный сеттинг персонажа, стилист нарисовал брови Сяо Цзяшу в виде бровей-мечей, идущих по диагонали к вискам; кончики глаз были выделены подводкой, подкрашенной легким дымчатым цветом; его лоб, нос, скулы и другие места были выделены; губы были накрашены слоем помады грейпфрутового цвета; волосы были подкрашены слегка завили, а затем использовали пальцы, чтобы волосы выглядели пушистыми, стильными и слегка растрепанными.

Наконец, визажист нанес на лицо Сяо Цзяшу тонкий слой рассыпчатой пудры, чтобы предотвратить соскальзывание макияжа, после этого он сделал несколько шагов назад и вздохнул: 

— Я никогда по-настоящему не понимал, что за человек заслуживает звания 'хорошенькая сучка'. Теперь я понимаю, когда вижу Сяо Эр Шао.

Сяо Цзяшу уставился на себя в зеркало и почувствовал, что везде что-то не так. Не слишком ли белая у него кожа? Его рот был красным, как кровь, глаза уже были немного длинными и узкими, подведенные карандашом, они выглядели совсем как у лисы, немного злые. Подбородок, нос и лоб были посыпаны золотой пудрой, может ли она ослеплять людей?

Он повернул голову, чтобы посмотреть на Цзи Миана, и неуверенно спросил: 

— Цзи Ге, это хорошо выглядит? Не слишком ли это преувеличено?

Цзи Миан долго смотрел на него, а когда заговорил снова, его голос был очень хриплым: 

— Я твердый, ты совсем не уверен, что это красиво?

Сяо Цзяшу думает, что Чжи Гэ проснулся в N-х годах немного по-другому сегодня, почему каждое предложение было таким постыдным? Нет, он был таким со вчерашнего дня. Это потому, что они наконец вместе, что они раскрыли свою истинную природу? Но что делать? Даже если это такой коварный Цзи Гэ, ему это очень нравится! Цзи Гэ изначально был очень красив и притягателен, но теперь он просто опьяняет!

Он слабо посмотрел на Цзи Гэ, но когда он повернул голову, чтобы посмотреть на себя в зеркало, он почувствовал себя счастливым: 

— Этот образ прекрасен, не так ли?

Чжао Чуань дважды обошел его, кивнул и сказал: 

— Хорошо, этот образ очень хорош, и макияж немного густоват, но вы должны знать, что мы снимаем в темном баре, со всевозможными яркими верхними лампами, если макияж недостаточно сильный, желаемый эффект не будет достигнут. Позже ты сядешь в баре и сделаешь несколько фотографий с макияжем, я думаю, этот образ можно использовать в качестве основного рекламного плаката.

— Хорошо. — Сяо Цзяшу уже собирался встать, когда Чжао Чуань внезапно передумал. — Вам с Цзи Гэ следует сделать фотографию с макияжем в одной рамке, это будет более эффектно. Сяолянь, ты разработал образ Цзи Гэ?

Стилист быстро достал книгу с фотографиями татуировок и взволнованно сказал: 

— Все продумано, теперь мы это нарисуем?

— Нарисуй это сейчас. Если они будут вместе на финальной фотографии, эффект будет в сотни раз лучше, чем при съемке поодиночке. — Чжао Чуань был очень уверен. Даже если эти двое сидят в нескольких метрах друг от друга, их взгляды переплетены, с неуловимым жаром и двусмысленностью, между ними возникает удивительная химия, когда они находятся в одном кадре.

Цзи Миань не возражал против того, чтобы сфотографироваться с Сяошу, поэтому он сразу же снял одежду и показал свою крепкую верхнюю часть тела.

Дин Цзиньсун - лидер банды, конечно, его макияж будет не очень плотным, всего лишь немного тонального крема, в то время как сам Цзи Миан выглядит зрелым и холодным, его лицо четко очерченное и трехмерное, резкое и угловатое, как скульптура, в сочетании с дорогим черным костюмом, когда он стоит без всякого выражения, аура слишком мощная.

Единственное, что не совсем соответствовало образу, так это то, что у него не было татуировки, а у всех членов банды есть уникальные татуировки, которые их идентифицируют, поэтому визажисту пришлось нарисовать их для него тушью.

— Мистер Цзи, это дизайн татуировки, который я сделал для вас, выберите несколько, и я нарисую их для вас. — Стилист со слюнявыми глазами уставился на аккуратно накачанный пресс Цзи Миан и скрытую линию русалки.

Цзи Миан взял альбом и пролистал его. Он хотел выбрать несколько наугад, но вдруг увидел большое дерево, опутанное лианами: 

— Я хочу это. — Он решительно указал на дерево.

Сяо Цзяшу подошел взглянуть и, казалось, понял, что происходит, и его щеки немедленно покраснели. Он лег на спину Цзи Гэ, обнял его руками за шею, прижался губами к уху и со знанием дела спросил: 

— Зачем рисовать дерево? Это выглядит немного уродливо.

— Не уродливый. — Цзи Миан погладил его белое и нежное лицо, его глаза были полны яркого света. — Виноградная лоза, обвитая вокруг дерева, символика довольно хороша.

Сяо Цзяшу уткнулся головой в шейную впадину и тайно рассмеялся. Это верно, он запутал Цзи Гэ в своей жизни. Пока виноградные лозы не будут вырваны, а деревья не срублены, ни один из них не захочет уходить.

Цзи Миан повернул голову, чтобы посмотреть на него с нежным выражением лица, и, наконец, сказал стилисту: 

— Я выберу это, а вы сможете решить, что еще сделать. — Одного рисунка определенно недостаточно. Согласно описанию Сан Дуи, Дин Цзинсон весь покрыт татуировками, он парень, который заставляет людей бледнеть и ужасаться.

— Хорошо. — Стилист молча проглотил полный рот собачьего корма, он взял кисть, чтобы обрисовать рисунок, и сфотографировал его камерой, предварительно проследив его для будущей реставрации.

Цзи Миан встал и оглядел себя в зеркале. Он уже был очень высоким, со слоем взрывных мышц по всему телу, а теперь, с нанесенными сложными и ужасными татуировками, он выглядел очень устрашающе. Особенно когда он намеренно углубил выражение своего лица и показал жестокий взгляд, чувство запугивания было почти удушающим.

Стилист был так напуган, что попятился и побелел как полотно, задаваясь вопросом в глубине души: действительно ли мистер Цзи был связан с преступным миром? Я всегда думал, что его аура была очень мощной!

Сердце Сяо Цзяшу билось без остановки, и он осторожно подошел к Цзи Гэ, потрогал пальцами его грудные мышцы и гордо поинтересовался: Скольких сторон Цзи Гэ я никогда раньше не видел? Почему все стороны такие красивые?

Цзи Миан поднял палец и сказал со слабой улыбкой: 

— Помогите мне написать несколько слов.

— Что написать? — Сяо Цзяшу хотел обнять Цзи Гэ, но побоялся размазать чернила.

— Напиши XJS. — Цзи Миан указал на узор из виноградных лоз, обвивающих деревья, нарисованный у него на левой стороне груди.

— Где это должно быть написано? Здесь? — Сяо Цзяшу взял ручку и неуверенно спросил. — XJS - это сокращение от 'Сяо Цзяшу', верно?

— Да, — навязчиво сказал Цзи Миан, — Напиши свое имя в моем сердце, я хочу, чтобы это увидели все зрители. — Эта идея сумасшедшая? Нет, не сумасшедший, ему это казалось необходимостью и логичной идеей.

Сяо Цзяшу на мгновение опешил, затем обнял голову Цзи Гэ и покусал его рот и нос, как щенок. Если это продолжится, он будет любить Цзи Цзи все больше и больше, так сильно, что его сердце вот-вот разорвется.

Цзи Миан поцеловал его в ответ с легкой улыбкой, а в конце снова попросил: 

— Пиши красиво.

Сяо Цзяшу серьезно написал свое имя в сердце Цзи Гэ, выдохнул его ртом, затем прижался к нему лбом и мягко выгнулся. Цзи Миан нежно поцеловал его в макушку, а затем поманил стилиста: 

— Сфотографируй этот узор еще раз и пришли его мне. — Он хочет запечатлеть его навсегда, точно так же, как маркировку Сяошу.

Стилист, который съел достаточно собачьего корма, быстро взял камеру, чтобы сделать снимки, и его сердце было полно шока и эмоций. Изначально он думал, что в гей-кругу нет настоящей любви, только желание, все собираются вместе со всеми, и когда они заканчивают, они продолжают искать свою следующую цель. Но, понаблюдав за отношениями Цзи Миана и Сяо Цзяшу, он понял, что некоторые чувства не так просты, как кажутся на первый взгляд, но они проникают прямо в сердце и в душу.

Если эти двое в будущем расстанутся, подумал он, он никогда в жизни больше не поверит в любовь.

— Цзи Гэ, напиши и для меня тоже, напиши это здесь. — Сяо Цзяшу повернулся на бок и задрал рубашку, обнажив свою чрезвычайно сексуальную талию. После написания он также захотел сделать снимки и позволить татуировщику нанести их чернилами. Он будет привязан к Цзи Цзи всю свою жизнь, и это знак того, что он принадлежит Цзи Цзи. Если кто-то захочет соблазнить его в будущем, он приподнимет одежду, позволит этому человеку взглянуть, а затем гордо заявит: Видишь, у меня уже есть мастер, иди найди кого-нибудь другого, я не буду изменять.

Его мозг не может остановиться. Чем больше он думает об этом, тем больше ему кажется, что он лучший любовник в мире. Куда может пойти Цзи Гэ, чтобы найти более подходящего партнера, чем он?

Сердце Цзи Миана было горячим, он стянул с него брюки, легко поцеловал его в слегка вогнутую талию, а затем усмехнулся.

— Твоя талия слишком милая, чтобы ее можно было испортить. Позволь мне кое-что записать, JM, Цзи Миан, хорошо?

— Да. — Сяо Цзяшу кивнул.

Цзи Миан написал JM красивым стилизованным шрифтом, а затем сфотографировал на свой телефон. Он всегда думал, что татуировки для пары наивны и бессмысленны. Кто знает, как долго ты сможешь быть с этим человеком? Не оставит ли разлука в будущем пятно, которое никогда не будет стерто?

Но теперь его мысли полностью изменились. Если вы уверены в ком-то и хотели бы быть с ним вечно, вы не можете не отметить его, а также отметить себя одновременно. Этот знак напоминает вам не расставаться с тем, что у вас есть сейчас, и не забывать, что вы чувствовали в то время. Это очень хорошо, очень обнадеживает, и Цзи Миан всю свою жизнь преследовал слово "anxin*".

*Я думаю, что это прекрасно, мой выбранный английский tl был "обнадеживающим". Мирное сердце. Я думаю, что это прекрасно.

— Сяошу, ты любишь меня? — Он положил телефон и прижал свою возлюбленную к комоду.

Сяо Цзяшу сложил руки на груди и серьезно кивнул: 

— Конечно! — Цзи Гэ, я так сильно люблю тебя, что сейчас взорвусь, - безмолвно признался он в своем сердце. Такие экстравагантные слова, он, конечно, не может произнести их вслух небрежно, иначе Цзи Гэ определенно подумает, что он недостаточно практичен, недостаточно осторожен и ненадежный человек.

Но на самом деле, эмоции, которые он выражал своими устами, составляли менее 1% от того, что он действительно спрятал в своем сердце.

Цзи Миан пристально посмотрел на него, затем искренне поцеловал. Он мог слышать и чувствовать это, поэтому его сердце смягчилось до предела. Когда они расстались, в раздевалке никого не было. Костюм от кутюр был положен на диван. Они не знают, когда стилист принес его.

— Одевайся, или Чуаньэр сойдет с ума. — Сяо Цзяшу посмотрел на часы, его лицо не могло не покраснеть, когда он был с Цзи Гэ, он всегда забывал о времени. — Мы больше не можем быть такими размазнями, мы должны хорошо работать, когда мы работаем. — Виновато добавил он.

— Хорошо, я тебя послушаю. — Цзи Миан быстро надел белую рубашку и черный костюм, и ужасающие татуировки появились на тыльной стороне его рук, шее, груди, ключицах и т.д., придавая ему элегантный и смертоносный вид. Его участие в роли придало Дин Цзиньсону другую душу, которая изначально была просто забавой.

Изначально Дин Цзиньсун был неряшливым и веселым, но теперь он стал могущественным и опасным.

Когда Цзи Миан вышел из раздевалки и подошел к бару с мигалками, сценарист Сан Дуй взволнованно встал: 

— Правильно, это лидер, который может объединить всю группу китайских банд, мистер Цзи, спасибо, что присоединились к нам! Действительно, большое вам спасибо! — Повернувшись, чтобы увидеть Сяо Цзяшу, он был бессвязен. — Это Сюй Тянью? Такой красивый. Неудивительно, что Дин Цзиньсун так влюблен, вполне уместно найти кого-то вроде этого на эту роль! Сяочуань, каких людей ты нанимала раньше? Мой фильм был почти испорчен!

Красивый, красивый? Сяо Цзяшу молча дрожал, но не опроверг слова другой стороны. Этот человек - отец Сюй Тянью, так что то, что он говорит, это то, что он говорит.

— Ладно, хватит нести чушь, поторопись и делай снимки! —  нетерпеливо поторопил Чжао Чуань.

— Как снимать? — Сяо Цзяшу все еще был в замешательстве, Цзи Миан уже сел на роскошный диван, он протянул руки и заключил своего возлюбленного в объятия, обхватив его подбородок кончиками пальцев, его глубокие глаза светились хищным светом и решимостью победить.

Сяо Цзяшу был немного взволнован без подготовки. Он прижал одну руку к груди, другой естественным образом вытянул шею, и его глаза расширились.

Фотограф, который долго ждал, немедленно нажал на спуск и похвалил: 

— Да, да, это то чувство, когда ты преследуешь меня и убегаешь, измени форму и сделай еще несколько снимков! Вы двое идеально подходите друг другу, вы знаете?

Конечно, я знаю! Сяо Цзяшу ответил в своем сердце, когда Цзи Гэ толкнул его на диван. Более того, он был явно рад целоваться с Цзи Гэ, но ему пришлось изобразить на лице злое и неохотное выражение, которое было слишком противоречивым.

Когда была сделана последняя фотография, Цзи Миан поднял его, и он яростно схватил Цзи Миана за воротник и угрожающе занес кулак. Двое из них опустили глаза с раскованной улыбкой, а другой с усмешкой поднял лицо, их обжигающие взгляды встретились в воздухе, как будто могли вспыхнуть искры.

— Хорошо, лучший снимок здесь, и это идеальная отделка! — Фотограф поднял руку и взволнованно объявил.

Композиция этих фотографий очень забавная, в то время как персонажи эстетически приятны, создавая сильный визуальный контраст и воздействие. Что еще более важно, чувства между двумя персонажами противоречивы и антагонистичны, но также их неудержимо влечет друг к другу, и малейшие подводные течения скрыты в их глазах, но это чувствуется на всех фотографиях, заставляя людей смеяться и в то же время быть глубоко тронутыми.

Если из этих искренних фотографий сделать постеры, эффект будет еще лучше. Фильм станет хитом, и он определенно будет зажигательным из-за взаимодействия этих двух персонажей. Фотограф, который внимательно изучал фотографии, так и подумал.