Глава 25. Недавно освобожденный брат

После еды Цзи Миан сделал глоток минеральной воды. Выпив его, он улегся на переднее сиденье, сдвинув брови и закрыв глаза.

Линь Юэян хотел поговорить с ним, но был прерван Фан Куном. 

 — Не отвлекай его. Он мысленно репетирует следующие несколько сцен. Это его привычка.

Другими словами, Фан Кун уже давно не видел Цзи Миана таким. В начале своей карьеры Цзи Миан всегда серьезно относился к каждому фильму. Перед съемкой он обдумывал и накапливал эмоции, а затем погружался в самое энергичное состояние. Именно с такой серьезностью и настойчивостью его актерские способности помогли ему подняться на этот уровень.

Но это просто потому, что его слишком быстро повысили и он поднялся слишком высоко. В последние годы он потерял интерес к актерскому мастерству. Он больше не горел желанием посвящать себя этому. Он стоит там, где он есть, и у него не было мотивации двигаться дальше, поэтому он собирался уйти за кулисы.

Фан Кун чувствовал тревогу и грусть из-за своей нынешней ситуации, но не ожидал, что когда он снова станет серьезным, это будет из-за нового человека. Был ли талант Сяо Цзяшу таким ужасным? Настолько страшно, что даже Цзи Миан был возбужден?

Линь Юэян был ассистентом Цзи Миана всего несколько месяцев, а затем поступил в университет. Он не знал, что у него есть такая привычка, поэтому успокоился. Отдохнув более 20 минут, снаружи машины раздался крик Ло Чжан Вэя: 

— Время снимать, время снимать, всем приготовиться!

Цзи Миан немедленно открыл глаза, опустил рукава, надел костюм и направился к съемочной площадке. За это время он ни на кого не посмотрел и не сказал ни слова. Выражение его лица было очень серьезным. Линь Юэян был напуган таким Цзи Мианем. Он был ошеломлен тем, что ему потребовалось некоторое время, чтобы догнать его. Позади него раздался шепот Фан Куна:

— Действительно стимулированный Сяо Цзяшу.

Стимулируемый Сяо Цзяшу? Что ты имеешь в виду? Линь Юэян подумал о такой возможности, и его лицо немного потемнело.

Сяо Цзяшу снова нанес макияж после еды и встал рядом с Ло Чжан Вэем в ожидании съемки. Впоследствии его сцен было немного, и пока он выглядел как труп, большую часть времени ему нечего было делать. В прошлом он бы лениво сел в кресло и спрятался в тихом уголке, чтобы поиграть в игры, но сейчас его глаза сияли и горели нетерпением.

Увидев, что Цзи Миан подошел, чтобы позволить визажисту намочить его пиджак, взгляд Сяо Цзяшу сразу же остановился на нем. Его голова повернулась туда, куда направился Цзи Миан, как у маленького волчонка нацелившегося на цель.

Цзи Миан взглянул на него, у него сложные глаза. Когда режиссер начал сцену, мягкость на его лице быстро исчезла и стала холодной.

Следующая часть рассказывает нам, что Ту Бяо, заклятый коллега Лин Тао, не знал, что Лин Фен был введен новый препарат, Эбола и ВИЧ. Его также подставили, и он стал ножом для других, который они использовали в отместку Лин Тао. В противном случае он не пришел бы в группу Лин для переговоров. Но Лин Тао это не волновало. Как бы то ни было, то, что случилось с его братом, произошло, когда он был в руках Ту Бяо. Он хотел, чтобы Ту Бяо заплатил за это, поэтому убил его на подземной парковке.

После этого актеры начали выступать. Прежде чем попытаться использовать предательство Лин Фена по отношению к Группе в качестве разменной монеты, чтобы пригрозить Лин Тао представлять новые наркотики, группа старейшин не осмелилась заговорить снова и ушла один за другим. Когда их машина уехала, Ту Бяо вышел из лифта, ругаясь.

— Черт возьми, Лин Тао - сумасшедший. Он даже убил своего собственного брата! Вперед, вперед! — Он знал, что умрет, но было слишком поздно. Как только он вышел из лифта, группа людей в черном начала стрелять по ним из автоматов. Все телохранители были убиты, оставив его невредимым.

Цзи Миан вышел из тени и медленно развязал галстук. Выражение его лица казалось бесстрастным, но глаза излучали безумие. Ту Бяо описался от страха. Он упал на колени, поклонился и взмолился о пощаде. Его слезы и сопли были по всему лицу. Он выглядел более неловко, чем Лин Фен, который был зависим от наркотиков.

Увидев это, Сяо Цзяшу не мог не разинуть рот. Срань господня! Эта команда действительно была крадущимся тигром, затаившимся драконом! Даже в небольшой роли второго плана может быть такая игра! Он дотронулся до Хуан Цзы Цзиня, стоявшего рядом с ним, и тихо поднял большой палец вверх.

Хуан Цзы Цзинь набрал на своем мобильном телефоне строку слов: Это мистер Фу Минглей, профессиональный злодей, который известен как золотая роль второго плана в индустрии. Не только он, но и некоторые из старших актеров, сыгравших роль старшего, являются актерами с первоклассным актерским мастерством. Позже вы узнаете от них больше.

Сяо Цзяшу достал свой мобильный телефон и сказал: 

— Кажется, я понимаю, что такое актерская игра. Актерство - это не когда ты играешь, а когда становишься своим персонажем*.

*На англ. было написано так: "Acting is what you don't call acting\ What is it like what is not acting, what is what is called acting." Примерный перевод: "Актерство - это то, что вы не называете актерством \ На что это похоже, что не является актерством, что есть то, что называется актерством", но это звучит непонятно, поэтому я решила немного переделать. 

Хуан Цзыцзинь с улыбкой погладил Сяо Цзяшу по голове.

Сяо Цзяшу тоже хотел поговорить о своих чувствах, но после того, как увидел выступление Цзи Миана, он полностью потерял способность реагировать. Цзи Миан обошел Ту Бяо сзади, задушил его шею галстуком, стиснул зубы так сильно, что две мышцы выступили из угла его челюсти, делая его похожим на дьявола. Ту Бяо яростно сопротивлялся, и он продолжал напрягать свои силы. Его лоб, шея и тыльная сторона кисти покрылись множеством синих сухожилий, как у какого-то дикого животного, находящегося на грани мутации и сходящего с ума. Борьба Ту Бяо становилась все более и более бессильной, и его ноги, которые постоянно брыкались, наконец, были парализованы, оставив множество грязных царапин на земле.

Цзи Миан ослабил галстук и встал.

— СНЯТО! — Ло Чжан Вэй крикнул. — Это закончилось, настроение на месте, продолжайте в том же духе! Где реквизитор? Нанесите на кровь. Я сделаю снимок перед выступлением Цзи Миана.

Реквизитор пообещал, а затем поднял куклу, одетую в одежду Ту Бяо, грудь и живот и другие места, скрывающие множество мешков с кровью. Фу Минглей, который играет Ту Бяо, быстро встал, посмотрел на несколько пальцев в своем галстуке и воскликнул: 

— Цзи Миан, ты действительно только что играл? Посмотри на мою руку, ты ее почти сломал.

— Мне жаль, Фу-Гэ. Пожалуйста, выпейте со мной после съемки. — Цзи Миан потер виски со сложным выражением лица. Он только что был слишком серьезен в этой сцене, но чувствовал себя хорошо?

— Это тоже излишне. Не разговаривай, или ты собьешь настрой.

Фу Минглей немного пошутил, но он действительно заботился о нем. 

Сяо Цзяшу уставился на Цзи Миана блестящими глазами, а сердце бешено колотилось. Моя мама, я просто был напуган до смерти! Цзи Миан по-прежнему является самым сильным актером, достаточно сильным, чтобы околачиваться рядом и побеждать этих старых актеров. Ему всего чуть за тридцать! Как он можешь быть таким хорошим?

Цзи Миан, казалось, что-то почувствовал и взглянул на него.

Когда кукла была готова, Ло Чжан Вэй снова крикнул:

— Запускай. 

Цзи Миан последовал сюжету последней сцены. Он встал и пнул задушенное тело Ту Бяо. Группа крупных мужчин в черном стояла вокруг него, один за другим склоняя головы и не осмеливаясь оглянуться. Его лицо было очень спокойным, и на нем нельзя было найти ни гнева, ни печали. Он двигал одной ногой, как будто повторял простое действие, но если посмотреть внимательно, то можно понять, что его зрачок заполнен тьмой, в нем больше не было ни человеческой, ни даже животной природы. Он все еще был человеком, а не так называемым дьяволом или зверем, но этот человек уже мертв вместе с холодным телом своего брата.

Пакет с кровью, спрятанный в одежде куклы, был пнут, и из него хлынуло много крови. Она часть была пролита на землю, а другая на переносицу и лоб Цзи Миана, отчего его красивое и жестокое лицо выглядело чрезвычайно свирепым.

Сотрудники, стоявшие в стороне, молчали, в то время как Фу Минглей дотронулся до своей шеи и почувствовал озноб. Где актерская игра? Это был настоящий труп! Актерское мастерство Цзи Миана, кажется, еще более сильное. Глядя на индустрию развлечений, кто еще может сравниться с ним?

Ши Тин Хэн некоторое время наблюдал за происходящим и беспомощно вздохнул. Цзи Миан действительно был Цзи Мианом. Безумие и отчаяние, выраженные в этой сцене, могли бы напугать зрителей до слез. Он или кто-либо другой из самых известных актеров страны не смог бы сыграть Лин Тао. Ненависть, исходившая от него, почти вышла наружу через экран.

Сяо Цзяшу тихо наклонился поближе к Хуан Цзы Цзиню и обнял его одной рукой. Однако он чуть не подпрыгнул от шокирующего голоса Ло Чжан Вэя "СНЯТО!". Директор Ло, не могли бы вы поздороваться, прежде чем говорить? Ты заставляешь меня мочиться от страха!

Ло Чжан Вэй: 

— Ладно, с этим покончено! Цзи Миан, ты вернулся, ты знаешь?

Это предложение не может быть понято другими, но Цзи Миан и Фан Кун были ясны. Что вернулось? Выступление Цзи Миана можно было бы расценивать как возвращение. Его актерское мастерство было на высоте.

— Это просто сцена, — беззаботно сказал Цзи Миан.

— Удержи это! Удерживай! Сяо Цзяшу, испачкай свое лицо и приготовься к следующей! — Сказал Ло Чжан Вэй.

Сотрудники немедленно скорректировали положение нескольких камер. Визажист размазал несколько фальшивых слез, фальшивых соплей и фальшивой крови по лицу Сяо Цзяшу и пошутил: 

— Посмотри на себя, плачешь, а у тебя текут сопли. Итак, нам придется смешать твои сопли. Разве ты не отвратителен?

— Мой насморк не отвратителен. — Сяо Цзяшу махнул рукой и пошел к Цзи Миан, закончив с макияжем. Он застенчиво сказал. — Цзи-Гэ, я немного тяжеловат. Все нормально? — Раньше он так не думал, но теперь, как только он приближается к Цзи Миану, у него краснеют уши и щеки. Цзи Миан попросил его вести себя хорошо. Он не слушал и хвастался, что его актерское мастерство было первоклассным. Это позор! По сравнению с актерским мастерством Цзи Миана, каковы его предыдущие выступления? Там не было даже следа техники!

После того, как Цзи Миан привел его на шоу, он всегда был полон эмоций и немного растроган тем, что Мэй Сюань-Цзе была права. Это была действительно возможность выступить вместе с Цзи Миан. Он замечательный!

— Все нормально. — Цзи Миан ответил.

Сяо Цзяшу потер свои красные уши и затем ушел. Телохранитель поднял его и молча отошел в сторону.

Кажется, нетрудно играть трупа, пока вы закрываете глаза, но когда Сяо Цзяшу только что испытал удовольствие от съемок, как он мог расслабиться? Он подумал: даже если я буду играть труп, я должен использовать 100% актерских навыков. Я не могу дышать слишком часто, что приводит к вздыманию и опусканию грудной клетки, и я не могу слишком много думать, что приводит к подергиванию глаз. В случае, если я не буду хорошо играть, сможет ли Цзи-Ге выступить? Нет, нет, он не должен волочить задние лапы, он мужчина на алтаре!

Цзи Миан, который медленно шел к кукле, споткнулся и чуть не упал. Он закрыл лицо руками и вздохнул, а затем необъяснимо рассмеялся.

Ло Чжан Вэй крикнул: 

— Цзи Миан, перестань смеяться и сохраняй свое настроение! Сцена убийства родственников вот-вот закончится без нг. Ты снова можешь сделать все, что в твоих силах!