Глава 6

продолжение, от лица Марьяны:

Я всё ещё сижу у двери, рядом с огромной корзиной цветов и коробкой, когда мама начинает приходить в себя после удивления.

— Марьяна... ну это же просто вау, — говорит она и улыбается так, как улыбаются в очень хорошие дни.

Я пытаюсь что-то сказать, но не успеваю.

Мама уже достаёт телефон.

— Подожди, стой, ты с этим должна сфоткаться!

— Мам... — я хмурюсь. — Сейчас?

— Конечно сейчас! День рождения же!

Она ставит меня рядом с цветами, поправляет волосы, заставляет чуть улыбнуться.

Я чувствую себя странно — вроде бы обычное утро, но всё как будто не на своём месте.

Щёлк.

Щёлк.

Ещё фото.

— Идеально! — радуется мама.

Пока я всё ещё стою рядом с корзиной, она уже листает телефон.

— Ой, я это в статус поставлю, — говорит она с довольным видом.

— Что?! — я резко поворачиваюсь.

— Ну красиво же! Пусть все видят, какая у меня дочь сегодня именинница.

Я пытаюсь остановить её, но уже поздно.

Она быстро что-то печатает, добавляет фото и нажимает "опубликовать".

— Мам, ну зачем... — начинаю я, но она только машет рукой.

— Расслабься, Марьяна. Это же праздник.

Я смотрю на телефон.

Фотография уже в статусе.

Я стою рядом с огромной корзиной цветов, улыбаюсь немного неловко, а вокруг — утро, дверь квартиры и этот слишком дорогой подарок.

И в этот момент внутри у меня появляется неприятное чувство.

Не из-за цветов.

Не из-за мамы.

А из-за того, что кто-то другой тоже это увидит.

И я почему-то в этом почти уверена.

Я всё ещё стою у двери рядом с огромной корзиной цветов.

Мама рядом не перестаёт радоваться:

— Марьяна, ну это же так красиво! Сфоткай ещё раз нормально!

Я беру телефон скорее машинально, чем осознанно.

И почти сразу открываю мессенджер.

Чат с Ильёй всё ещё наверху.

Я замираю на секунду, потом нажимаю.

Сообщения есть.

Новые.

«С днём рождения.»
«Не выходи сегодня никуда.»

Я читаю и чувствую, как настроение резко падает обратно в то странное состояние, которое было вчера ночью.

— Мам... — говорю я, не отрываясь от экрана.

— Да?

Я ничего не отвечаю сразу.

Просто смотрю.

Я пролистываю чуть выше.

Никаких новых сообщений ночью. Только эти.

И от этого становится ещё страннее.

Не "он всё контролирует".

А "он всё ещё здесь, в этом моменте".

Мама уже рядом:

— Ну что там?

Я быстро блокирую телефон.

— Ничего... просто поздравление.

Она улыбается:

— Вот видишь, всё нормально. День рождения же!

Я снова смотрю на корзину.

Красиво.

Слишком.

И коробка рядом.

Я медленно присаживаюсь и открываю её.

Внутри — аккуратно упакованный подарок.

Без открыток. Без лишнего.

Просто вещь.

Я провожу пальцами по упаковке и чувствую, как внутри снова поднимается тревога.

Не резкая.

Тихая.

Телефон вибрирует в кармане.

Я вздрагиваю.

Достаю.

Сообщение:

«Не игнорируй меня.»

Я сразу оборачиваюсь в сторону двери.

Потом на маму.

Она ничего не замечает.

И впервые за всё утро я понимаю:

это уже не просто странное поздравление.

Но и не что-то, что происходит "где-то далеко".

Это начинается здесь.

Со мной.

Прямо сегодня.

К вечеру дома стало тише.

Цветы уже стояли в комнате, коробка так и осталась не до конца открытой — я несколько раз подходила к ней, но так и не решилась продолжить.

Сообщения от Ильи больше не приходили.

И от этого становилось только хуже.

Потому что тишина у него всегда что-то значила.

Алина написала ближе к пяти:

«Ты где? Мы ждём тебя, ты же не передумала?»

Я долго смотрела на экран.

Потом перевела взгляд на комнату, на цветы, на телефон.

И вдруг поняла, что если останусь дома — просто сойду с ума от собственных мыслей.

Я быстро ответила:

«Скоро выйду.»

Мама уже успела снова поздравить меня, обнять, оставить "семейный" торт на вечер и уйти по делам.

И я осталась одна.

Слишком одна.

Я оделась быстро, даже не особо думая, что беру с собой.

Телефон.

Наушники.

И вышла из квартиры.

На улице было обычное вечернее движение: люди, машины, шум города.

И на секунду мне даже стало легче.

Я шла к месту встречи с Алиной и ребятами, и старалась думать о чём угодно, только не о вчерашнем и сегодняшнем утре.

— Марьяна! — услышала я голос Алины.

Она махала мне рукой возле небольшого кафе, рядом уже стояли ещё несколько знакомых.

— Ты наконец-то! — сказала она. — Мы думали, ты вообще не придёшь.

Я улыбнулась.

— Просто долго собиралась.

Мы пошли вместе внутрь, смеясь, разговаривая, заказывая что-то простое.

И на какое-то время всё снова стало... обычным.

Но когда я села за стол и достала телефон проверить время, рука сама остановилась.

Я не открывала чат.

Просто смотрела на экран.

И почему-то в голове снова всплыло:

«Не выходи сегодня никуда.»

Я быстро заблокировала телефон.

И заставила себя вернуться к разговору.

Сейчас всё нормально.

Сейчас я с друзьями.

И ничего странного не происходит.

По крайней мере, я очень хотела в это верить.

Дом кажется слишком тихим, когда я возвращаюсь.

Даже после шума улицы, смеха Алины и ребят эта тишина дома ощущается по-другому — плотнее, тяжелее.

Я закрываю за собой дверь и автоматически включаю свет в коридоре.

— Мам? — зову я.

Ответа нет.

Я снимаю обувь и прохожу внутрь.

И в этот момент слышу голос из кухни.

Мамин.

Но не один.

Я замираю.

Потому что второй голос... незнакомо знакомый.

Низкий. Спокойный.

Я делаю шаг вперёд.

И вижу их.

Мама стоит у стола, держит кружку так, будто не знает, что с ней делать.

А напротив неё — мужчина.

Он стоит спиной ко мне.

И только по осанке, по тому, как он держится, у меня внутри что-то резко холодеет.

Он медленно поворачивается.

И мир как будто на секунду становится тише.

Я не сразу понимаю, почему у меня дрожат пальцы.

Почему я не могу вдохнуть нормально.

Почему в голове только одна мысль — невозможная, неправильная.

Потому что я его знаю.

Точнее... я думала, что знала.

— Марьяна... — тихо говорит мама.

Но я уже не слышу её до конца.

Потому что мужчина передо мной делает ещё один шаг вперёд.

И я вижу его лицо полностью.

И всё внутри меня резко обрывается.

— Папа?.. — выдыхаю я почти без звука.

Он смотрит на меня.

Долго.

Слишком долго.

И потом очень спокойно говорит:

— Привет.

И в этот момент всё, что я считала своей жизнью до этого дня, перестаёт быть таким же, как раньше.

Я стою, не двигаясь.

Слово "папа" всё ещё будто висит в воздухе, но в голове оно не укладывается.

Потому что это невозможно.

Я помню, как мне говорили, что его нет. Что это давно прошлое. Что нужно просто принять.

И я приняла.

— Марьяна... — мама делает шаг ко мне.

Но я не смотрю на неё.

Я смотрю только на него.

Он стоит спокойно. Слишком спокойно для человека, которого я считала потерянным навсегда.

— Это... — я не могу закончить фразу.

Голос срывается.

Он делает ещё один шаг ближе.

— Я понимаю, как это выглядит, — говорит он ровно.

— Нет, — резко отвечаю я. — Ты не понимаешь.

Я отступаю назад.

— Мне сказали, что тебя нет.

Пауза.

Он не спорит сразу.

И это хуже всего.

— Марьяна, давай спокойно, — вмешивается мама, но я почти не слышу её.

— Спокойно?! — я резко поворачиваюсь к ней. — Ты знала?

Молчание.

И это молчание отвечает громче любых слов.

Я снова смотрю на него.

— Где ты был? — спрашиваю я уже тише, но голос дрожит. — Почему сейчас?

Он выдыхает.

— Это сложно объяснить.

Я почти смеюсь, но это больше похоже на нервный срыв.

— У всех вас сегодня любимая фраза — "сложно объяснить".

Он смотрит на меня внимательно.

— Я не исчезал так, как тебе сказали.

— А как тогда?! — я делаю шаг вперёд. — Я ребёнком была! Мне сказали, что ты... что тебя нет!

Пауза.

Он чуть опускает взгляд.

— Я должен был быть "вне твоей жизни".

Я резко качаю головой.

— Это не ответ.

Тишина снова растягивается.

И в этот момент я чувствую, как всё внутри меня смешивается: злость, шок, страх и какая-то глупая надежда, которую я не хочу признавать.

Я делаю шаг назад к двери.

— Я не могу сейчас... — шепчу я. — Я не могу это слушать.

И быстро разворачиваюсь.

— Марьяна! — слышу позади голос мамы.

Но я уже выхожу в коридор.

Дверь за мной закрывается.

И только оказавшись снаружи, я понимаю:

в моей жизни снова появился человек, которого не должно было быть.

И самое страшное — я даже не знаю, это радость или катастрофа.

Я иду по ночному парку почти без цели.

Просто вперёд.

Подальше от дома.

Подальше от разговора.

Подальше от всего, что сегодня случилось.

Фонари светят тускло, дорожки пустые, и каждый шаг звучит слишком громко в тишине.

Я сжимаю в кармане телефон, но не достаю его.

Боюсь увидеть что-то ещё.

Я сажусь на лавочку.

Холод сразу пробирается сквозь одежду, но я почти не обращаю внимания.

В голове всё перемешано.

Папа.

Живой.

Настоящий.

И мама, которая не сказала мне правду.

Я резко выдыхаю.

— Почему сейчас... — шепчу я.

Телефон всё-таки вибрирует.

Я вздрагиваю, но не сразу достаю его.

Секунда.

Вторая.

Потом всё-таки открываю.

Сообщение от мамы:

«Ты где? Ответь, пожалуйста.»

Следом ещё одно:

«Вернись домой. Нам нужно поговорить.»

Я долго смотрю на экран.

Пальцы дрожат.

Но я ничего не отвечаю.

Я кладу телефон рядом на лавочку.

И просто смотрю вперёд.

Пустая дорожка.

Пустой парк.

Тишина.

И вдруг я понимаю, что самое страшное сегодня даже не то, что я увидела дома.

А то, что я впервые за долгое время не знаю, куда мне вообще идти дальше.

И что возвращаться домой сейчас — значит снова оказаться в центре всего этого.

Я закрываю глаза.

И сижу так, пока ночь не становится ещё холоднее.

Я сижу на лавочке в парке и смотрю в одну точку.

Телефон лежит рядом, экран уже погас, но я всё равно чувствую его присутствие — как будто он тоже "смотрит" на меня.

Холод становится сильнее.

Я подтягиваю рукава кофты и пытаюсь просто дышать ровно.

В какой-то момент телефон снова вибрирует.

Я вздрагиваю, но уже не так резко, как раньше.

Поднимаю его.

Алина:

«Ты где? Ты пропала резко.»

Я долго смотрю на сообщение.

Потом медленно набираю:

«Я в парке. Всё нормально.»

Отправляю.

И почти сразу:

«Ты одна?»

Я замираю.

Секунду думаю.

И пишу:

«Да.»

Я опускаю телефон на колени и снова смотрю перед собой.

И вдруг понимаю, что тишина вокруг уже не успокаивает.

Она давит.

Я слышу шаги.

Сначала тихие.

Потом ближе.

Я резко поднимаю голову.

По дорожке кто-то идёт.

Мужская фигура.

Я напрягаюсь.

Сердце сразу ускоряется.

Фигура выходит ближе к свету фонаря.

И я выдыхаю, сама не замечая этого.

Это не он.

Не Илья.

И не тот человек из дома.

Просто прохожий.

Но спокойнее мне не становится.

Я снова смотрю на телефон.

И вижу, что пришло новое сообщение.

Не от мамы.

Не от Алины.

Я замираю, не открывая сразу.

Пальцы холодные.

И только потом нажимаю.

«Не сиди одна в парке.»

Я резко выпрямляюсь.

Сердце падает куда-то вниз.

Я смотрю на экран, потом снова на пустую дорожку перед собой.

И тихо говорю:

— Да вы издеваетесь...

И в этот момент я впервые по-настоящему понимаю:

как бы далеко я ни ушла из дома —

я всё равно не одна в этой истории.

Я иду по дорожке парка, когда телефон снова вибрирует.

Я уже почти не удивляюсь — просто устало достаю его и смотрю на экран.

Илья.

Сердце сразу сжимается.

Я открываю сообщение.

«Уходи оттуда сейчас.»

И в этот момент во мне что-то щёлкает.

Я резко останавливаюсь.

— Да вы издеваетесь... — вырывается у меня вслух.

Пальцы быстро печатают:

«Ты серьёзно? Ты пропал, а потом снова начинаешь командовать?»

Отправляю почти сразу.

Ответ приходит быстро:

«Это не команда. Уходи.»

Я смотрю на экран пару секунд.

И всё напряжение, которое копилось весь день, просто вырывается наружу.

Я набираю снова, уже не думая:

«Ты не имеешь права мне ничего говорить!»

Сердце колотится так сильно, что я почти не вижу буквы.

И уже следом:

«Ты исчезаешь, потом появляешься и снова лезешь в мою жизнь! Я устала от этого!»

Пауза.

Долгая.

Слишком тяжёлая.

И наконец:

«Я не лезу. Я пытаюсь тебя вывести оттуда.»

Я замираю.

Оглядываюсь вокруг.

Парк тот же — тёмный, пустой, тихий.

И вдруг мне становится не по себе уже не из-за него.

А из-за того, что он говорит так, будто знает что-то, чего я не вижу прямо сейчас.

Я резко пишу:

«Я никуда не пойду, потому что ты мне это сказал.»

И почти сразу понимаю, как глупо это звучит.

Но отступать уже поздно.

Телефон вибрирует снова.

Илья:

«Марьяна. Просто выйди на освещённую улицу.»

Я сжимаю губы.

И впервые за весь разговор уже не отвечаю сразу.

Просто стою.

И смотрю в темноту парка впереди.

Я стою посреди дорожки и держу телефон так крепко, что пальцы начинают болеть.

Сообщение от Ильи всё ещё на экране.

«Просто выйди на освещённую улицу.»

Я смотрю на него несколько секунд.

И внутри всё окончательно срывается.

Я резко поднимаю голову.

Парк вокруг пустой.

Тёмные деревья, редкие фонари, ветер, который шевелит листья.

И я больше не думаю.

— ХВАТИТ! — кричу я в пустоту.

Голос разносится по парку и сразу тонет в тишине.

Я тяжело дышу.

Сердце колотится так сильно, что становится больно.

Я делаю шаг вперёд и уже тише, но всё так же резко:

— Оставьте меня в покое!

Пальцы дрожат, когда я снова смотрю на телефон.

Илья всё ещё не отвечает.

И это почему-то пугает даже больше, чем его сообщения.

Я выдыхаю, закрываю глаза на секунду.

И потом, уже без крика, шепчу себе:

— Я сама разберусь...

Но голос звучит не так уверенно, как хотелось бы.

И впервые за весь день я понимаю:

самое страшное — это не его сообщения.

А то, что я уже не уверена, где заканчивается его предупреждение... и начинается реальность вокруг меня.

После крика в пустоту в парке стало ещё тише.

Будто даже ветер на секунду затих.

Я стою, тяжело дышу, с телефоном в руке и смотрю на тёмную дорожку впереди.

Возвращаться домой я не хочу.

Туда, где папа.
Туда, где мама.
Туда, где сегодня всё снова перевернулось.

Я медленно опускаюсь обратно на лавочку.

Телефон вибрирует.

Илья.

Я не сразу открываю сообщение.

Сижу несколько секунд, просто глядя на экран.

Потом всё-таки нажимаю.

«Марьяна. Выйди на освещённую улицу. Сейчас.»

Я резко выдыхаю.

— Опять... — шепчу я.

Пальцы быстро печатают:

«Я никуда не пойду.»

Отправляю.

Ответ приходит почти сразу:

«Ты не понимаешь, где ты сейчас.»

Я замираю.

Оглядываюсь по сторонам.

Тот же парк.

Те же фонари.

Та же тишина.

Я резко встаю.

— Да что ты вообще знаешь... — говорю я тихо.

И тут же набираю:

«Я сама решаю, где мне быть.»

Но внутри уже нет той злости, что была раньше.

Осталась только усталость и странное ощущение, будто этот разговор тянет меня куда-то дальше, чем просто сообщения.

Я снова сажусь, обхватываю себя руками.

Холод пробирает сильнее.

Телефон вибрирует ещё раз.

Я смотрю на экран.

Илья:

«Я рядом.»

Я резко поднимаю голову.

Парк выглядит всё так же пусто.

Но теперь я уже не уверена, что могу доверять этому "пусто".

И впервые за весь вечер мне становится по-настоящему неуютно не из-за сообщений...

А из-за тишины вокруг.

Мой тгк https://t.me/shaynylove