Глава 47. Как же я люблю тебя! 🔞

Хэллиан и Киллиан, наконец, без страха и упреков, спешили в школу, окрыленные свободой и отсутствием преград. Они держались рядом, чувствуя тепло друг друга, несмотря на зимний холод. Вскоре, увидев у школьного двора своих лучших друзей — Райана и Ардена, они поспешили к ним.

— У нас есть новости, — начал Хэллиан, с легкой улыбкой посмотрев на Киллиана. — Мы вместе!

Райан и Арден обменялись воодушевленными взглядами, после чего раздались радостные восклицания и искренние поздравления.

— Я же говорил, что долго ждать не придется! — засмеялся Арден, похлопав Хэллиана по плечу.

Почувствовав, как напряжение последних месяцев незаметно рассеивается, Хэллиан и Киллиан с облегчением вздохнули. Они больше не скрывались, могли спокойно обнимать друг друга, говорить открыто о своих чувствах.

Тем временем Джеймс, наблюдавший за этой сценой издалека, почувствовал, как в нем закипает ярость. Он слишком долго пытался завоевать внимание Киллиана, и теперь, когда отношения парней стали явными, злость переполнила его. Джеймс отвернулся, проклиная Хэллиана, но не собирался сдаваться.

В этот день у него созрел план. Пока вся школа обсуждала отношения Киллиана и Хэллиана, он решил прибегнуть к радикальным мерам.

Когда приближался перерыв и большинство учеников отправилось в столовую, Джеймс подошёл к О'Харе с дружелюбной улыбкой.

— Киллиан, у меня есть кое-что для тебя. Это в кладовке... — сказал он, постаравшись выглядеть как можно искреннее.

Киллиан, ничего не подозревая, кивнул и пошёл за Джеймсом. Но как только дверца кладовки за ними закрылась, доброжелательное выражение Джеймса сменилось зловещей решимостью. Он толкнул Киллиана к стене.

— Ты думаешь, я просто так сдамся? — прошипел Джеймс, и его тёмные глаза сверкнули опасным огнём.

Киллиан растерялся, но лишь на мгновение. Внезапный прилив адреналина дал силу внутреннему сопротивлению. На помощь пришли воспоминания о только что обретенной свободе и уверенность в своих чувствах и в себе. Он понимал, что это испытание, которое он должен преодолеть ради себя и Хэллиана.

В этот момент дверь хлопнула, и в кладовке появился Хэллиан. Как только он осознал, что происходит, то вспыхнул яростью:

— Отвали от него! — выкрикнул он, толкая Джеймса с силой, которой сам от себя не ожидал.

Джеймс отшатнулся, потеряв равновесие. Ситуация обернулась не в его пользу, и он отступил, чувствуя на себе взгляд двух людей, готовых защищать друг друга до последнего.

Когда Джеймс вышел из помещения, оставив позади свои бесплодные попытки, Киллиан обнял Хэллиана, осознав, как близок был к опасности.

— Спасибо, — тихо прошептал он.

— Никогда больше не оставляй меня одного, — с нежностью ответил Хэллиан, прижимая его к себе крепче.

После неудавшегося нападения на Киллиана Джеймс, тяжело дыша, нашел убежище в школьном туалете. Его мысли вихрем носились вокруг единственного пути: заполучить хоть какую-то власть над ситуацией. Но вместо одиночества его нашел Арден, случайно наткнувшийся на него в тот момент, когда Джеймс был наиболее уязвим.

— Арден... — заговорил Джеймс, стараясь выдать свое отношение за подлинную симпатию, но надежды его рухнули, когда тот сделал шаг назад, осознав, с кем имеет дело.

Страх и недоумение отражались в глазах Ардена, но сам он оставался твердым.

— Уходи, Джеймс. Ты причинил достаточно вреда, — произнес спокойно, но решительно.

Разозленный отказом, переполненный эмоциями, Джеймс схватил швабру и, не раздумывая, ударил Ардена по голове. Тот покачнулся и осел на пол. Когда Джеймс осознал, что натворил, паника захлестнула его, и он выбежал из туалета, а затем и из школы.

Школа, казалось, затаила дыхание после событий, произошедших в ее стенах. Медики осторожно положили на носилки Ардена, бывшего без сознания, и скорая помощь скрылась за углом, оставив за собой лишь следы шин на снегу.

Уже в больнице Райан, затаив дыхание, шел рядом с носилками, держа Ардена за руку. Он верил, что тот чувствует его присутствие и не мог оставить его одного.

Райан сидел в комнате ожидания, дрожащими руками крепко сжимая телефон, ожидая новостей от врачей. Время тянулось мучительно долго. Каждый звук вокруг — от мерного тиканья мониторов до приглушенных шагов за дверью лишь усиливал его тревогу. Но всё, что он мог сделать, — это ждать.

Между тем в школе атмосфера была накалена до предела. Полиция, не добившись успеха в поисках Джеймса, вызвала ещё больше паники среди учеников. Безопасность и спокойствие школы пошатнулись.

Погода не могла приглушить напряжение и тревогу, которые охватили школу после последнего инцидента. Хэллиан стоял у окна класса, глядя на заснеженный школьный двор. Вместе с ним в пустой аудитории был только Киллиан. Их тихий разговор смешивался со звуками ветра за окнами. Хэллиан с недовольством посмотрел на телефон, получив сообщение от руководства школы о переносе самого важного матча. Он знал, как много это значило для Киллиана, и был полон решимости вернуть ему капитанскую повязку, отнятую из-за предубеждений.

— Ты не должен волноваться, — мягко сказал Киллиан, отметив такую заботу Хэллиана. — Матч — это не главное сейчас.

Хэллиан обернулся, посмотрел на него с отчаянной решимостью. Для него это было нечто большее, чем просто спорт. Это был символ свободы, их общей победы над обстоятельствами и интригами вокруг. Он хотел доказать всем, что прошлое больше не властно над ними.

— Если ты выйдешь на поле, тогда все остальное не имеет значения, — уверенно ответил Хэллиан. — Мы найдем способ это исправить.

Тем временем, школьные коридоры гудели слухами. Учителя и ученики все еще не могли оправиться от ужасных событий. В одном углу обсуждали Ардена, который сейчас лежал в больнице, в другом – Джеймса, исчезнувшего без следа.

Парни покинули класс и направились в спортивный зал, где обычно проводили тренировки. Пустое помещение встретило их эхом от шагов. Киллиан взял баскетбольный мяч, нервно прокручивая его в руках. Хэллиан сложил руки на груди, наблюдая за парнем.

— Я всё-таки поговорю с директором после занятий, — сказал Хэллиан решительно. — Мы не можем позволить Джеймсу контролировать наши жизни.

— Ты думаешь, они тебя послушают? — Киллиан посмотрел на него с надеждой и сомнением.

— Да, потому что мы не одни. У нас есть Райан и Арден... и мы друг у друга, — Хэллиан положил руку на его затылок и притянул к себе, а затем коснулся его губ невесомым поцелуем. — Мы пройдем через это. Вместе.

Позже, когда последний урок закончился, Хэллиан и Киллиан направились к кабинету директора. Школьные коридоры опустели, и только единичные звуки от работы уборщиков создавали фоновый шум.

Подойдя к кабинету, парни заметили Райана, прислонившегося к стене рядом с дверью. Увидев друзей, он поднял глаза и улыбнулся. Несмотря на собственные трудности, он всегда был готов поддержать их. Райан, как всегда, казался невозмутимым, и его присутствие придало Хэллиану и Киллиану больше уверенности.

— Думаю, время пришло, — сказал Райан, кивнув в сторону двери. — Мы должны быть услышаны.

Когда трое вошли в кабинет, директор поднял глаза от документов. Заметив решительные выражения лиц учеников, отстранился от стола и вопросительно вскинул брови. Хэллиан сделал шаг вперед и начал разговор. Он говорил об уважении и справедливости, которое они заслуживали.

— Я поговорю с советом и посмотрю, что можно сделать, — произнес директор, внимательно выслушав парней.

Наконец, долгий, тяжелый день остался позади. Парни вернулись из школы измученные, но с чувством выполненного долга.

Войдя в спальню, Хэллиан по-хозяйски бросил рюкзак на пол, стянул пальто и повесил на кресло. Затем он взял из рук Киллиана его вещи и положил их в то же кресло.

В этот вечер в комнате царила тишина, нарушаемая лишь прерывистым дыханием и шелестом одежды, сбрасываемой на пол. Хэллиан, полный неутолимого желания, был как всегда напорист. Его движения были уверенны, но в каждом прикосновении чувствовалась трепетная нежность. Он стянул с Киллиана рубашку, обнажив его крепкий торс, и не смог удержаться от того, чтобы не провести ладонью по прессу, ощущая, как под пальцами дрожат мышцы.

Киллиан казался более сдержанным, но в его взгляде читалось столько страсти, что Хэллиану захотелось раствориться в нем. Когда их губы встретились, это был не просто поцелуй — это было обещание, клятва, которую они давали друг другу снова и снова.

Хэллиан стремительно повалил Киллиана на кровать. Он сбросил с себя рубашку, обнажив мускулистый торс, и навис над другом. Его горячее дыхание касалось кожи Киллиана. Руки Хэллиана скользнули вниз, к поясу брюк, и одним резким движением он стянул их и отбросил в сторону. Киллиан замер, напрягся в предвкушении, но Хэллиан не торопился. Он хотел насладиться каждым мгновением, каждым вздохом, каждым стоном, который вырывался из груди возлюбленного.

Он коснулся груди Киллиана губами, и тот вздрогнул, когда горячий язык обвел его сосок. Поцелуи становились все более напористыми, губы спускались ниже, оставляя на коже горящие следы. Когда язык Хэллиана коснулся члена, Киллиан не смог сдержать стона. Он вцепился пальцами в волосы Хэллиана и прижал его голову ближе. Тот, не сопротивляясь, продолжил ласкать его, каждый раз заставляя выгибаться от наслаждения.

Но Хэллиан не ограничился этим. Горячими влажными пальцами он скользнул ниже, к самому сокровенному месту. Киллиан замер, дыхание участилось, когда он почувствовал, как пальцы Хэллиана готовят его, лаская и растягивая. Он знал, что будет дальше, и дрожал в предвкушении.

Хэллиан, не отрываясь от ласки, одной рукой стянул с себя брюки, освобождая член, уже готовый к тому, чтобы войти в Киллиана. Он наклонился и их губы встретились в страстном, жгучем поцелуе. Затем, не спеша, он ввел свой напряженный член в Киллиана, и тот застонал, впиваясь ногтями ему в плечи и оставляя следы.

Движения Хэллиана были медленными, но уверенными, каждый толчок заставлял Киллиана терять контроль над собой. Его тело изгибалось, дыхание становилось все более прерывистым, и их стоны, полные наслаждения и страсти, сливались в унисон. Хэллиан чувствовал, как закипает Киллиан, и это только подстегивало его. Он ускорил темп, движения стали более резкими, но в них по-прежнему чувствовалась забота о партнере.

Когда волна наслаждения накрыла обоих, Хэллиан замер, дрожа от перенасыщения, а затем упал на кровать рядом с Киллианом. Их воспаленное дыхание сливалось в единый ритм. Он повернулся к Киллиану, глядя на него с любовью и изумлением.

— Как же я люблю тебя! — прошептал Хэллиан дрожащим голосом.

Киллиан смущенно прикрыл глаза, но на его губах играла удовлетворенная улыбка.

— Я люблю тебя сильнее, — ответил он тихо, но с полной уверенностью.

Так они лежали долго. Их тела все еще дрожали от пережитого, но в сердцах царил покой. Они знали, что их любовь — это нечто большее, чем просто страсть. Это была связь, которая преодолевала время и пространство, огонь, который горел в их душах и освещал им путь.