Глава 6. Больной ублюдок!

Ночью у Хэллиана от нервного перенапряжения поднялась температура под сорок. Он метался в бреду и стонал лишь одно: «Киллиан, стой!»

Арден беспомощно кружился над ним, не зная, что делать и как помочь другу. Недолго думая, он позвонил приемному отцу и рассказал о состоянии парня.

Бран в это время спал в соседней комнате. Он принес Хэллиану жаропонижающее и сел возле окна в глубокое кресло.

— Арден, поспи немного, я побуду здесь, — предложил он.

Тот согласно кивнул и лег на кровать. Через несколько часов температура спала, и Хэллиан крепко уснул.

Колин до утра так и не смог сомкнуть глаз. Его то ли мучило чувство вины, которое он не смог погасить, то ли злился на себя за несдержанность. Он настолько запутался, что даже не знал, какие действия предпринять, чтобы исправить содеянное, и в то же время не усугубить ситуацию.

До тридцати четырех лет Колин не замечал за собой тягу к своему полу. Да и отношения с новым помощником поначалу складывались хорошие.

Как только рассвело, он поднялся с кровати и выбежал из комнаты. Колин устремился на первый этаж, желая как можно быстрее объясниться с помощником. Он знал, что должен извиниться перед парнем и отпустить его, хотя бы на время.

Постучавшись, Колин заглянул в комнату, но Хебера там не оказалось. Тогда он направился в ванную. Линч по горло лежал в заполненной водой ванне. Глаза были закрыты.

Колин кинулся к нему. Взяв за плечи, стал трясти.

— Хебер, просыпайся.

Открыв глаза, Хебер ошарашенно уставился на него, а затем начал обеими руками отбиваться.

— Не трогайте! Вы не можете!.. — закричал он.

— Тише... тише. Я больше не причиню тебе вреда. Я лишь пришел сказать, что на время отпускаю тебя в город, — сообщил Колин.

— На сколько? — сразу спросил Хебер.

— Пока ты сам не решишь, что готов выслушать меня, — продолжил тот.

— А как же работа? — удивился Хебер.

— На работу тебя забирать и привозить будет один из моих водителей. Оттуда намного ближе, и тебе больше не нужно будет работать отсюда. Только дела в офисе и сопровождение на официальных встречах, — решил Колин.

— Хорошо, — холодно кивнул Хебер.

— Собирайся. Как только Хэлл будет готов, выедете сразу, — сказал Колин, покидая его комнату.

Для Хебера это стало полной неожиданностью. Он был морально истощен, но нашел в себе силы встать и собраться.

Хэллиан проснулся в странном состоянии. Он тер глаза, стараясь разлепить тяжелые от недосыпа веки, затем, ощупав тумбочку в поиске телефона, случайно смахнул оставленный Браном на ней стакан с водой.

От неожиданности он слегка вздрогнул и сел, свесив ноги на пол, осматриваясь вокруг.

— Телефон забрал Бран, — сообщил Арден, встревоженно глядя на него.

— Дай мне свой, — вскочил Хэллиан, шатаясь из стороны в сторону, как пьяный, и чуть не упал.

Его била мелкая дрожь, а перед глазами плыли силуэты комнаты. Он отчаянно пытался совладать со своим телом, держа гаджет и стараясь набрать номер, который знал наизусть.

— Может, ты сядешь, а я помогу тебе набрать его? — спросил Арден, переживая за его состояние.

— Я сам.

Его самоощущение напоминало состояние наркомана во время ломки, который ищет очередную дозу. Он желал одного: увидеть его – свое наваждение.

С трудом набрав слова, он отправил парню короткое сообщение: «Я хочу увидеть тебя».

К утру Киллиану стало легче, и он крепко спал, когда резко загудел телефон. Потянувшись за ним, он разомкнул веки и посмотрел на экран. Увидев, что сообщение поступило с неизвестного номера, не задумываясь открыл его, а когда прочитал, его бросило в холодный пот. Сердце сжалось, давление в груди предвещало приступ паники.

Киллиан, пытаясь сдерживать накопившийся гнев, сжал мокрые ладони в кулаки до побелевших костяшек, отбросив телефон на другой край кровати, делая глубокие вдохи, старался взять эмоции под контроль. Наконец, он преодолел себя и вновь схватил мобильник.

— Свою мать раньше увидишь! — отправил ответ.

Хэллиан был одержим Киллианом. Больше всего он боялся, что тот проигнорирует его, но, получив ответное сообщение, почувствовал облегчение, приняв это за желание О'Хары продолжить общение, но сам решил повременить с ответом.

Несмотря на долгие уговоры Колина остаться дома до улучшения состояния, Хэллиан решил вернуться на Манхэттен. Следующие несколько дней выдались напряженными и тяжелыми для всех.

После долгих раздумий и попыток найти выход из сложившейся ситуации, Колин пригласил лучшего психолога Элис МакАлистер из округа Колумбии в Нью-Йорк.

Она вот уже на протяжении десяти лет считалась лучшим специалистом по работе с жертвами насилия. Колин оплачивал для нее не только жилье, но и личного водителя, чтобы она могла ездить из его офиса, где работала с ним лично, а после с Хебером, на Манхэттен к сыну, а затем и к Киллиану, чьи сеансы тоже оплачивал, стараясь разрешить возникший между ним и родителями юноши разлад.

Как только родителям стало известно о том, что Хэллиан писал их сыну, Брэйди связался с другом и напомнил о договоренности держать Хэллиана на расстоянии от Киллиана.

Колин был вынужден забрать у сына телефон и запереть его в пентхаусе, а Элис всю неделю убеждала парня оставить Киллиана в покое.

Часы, проведенные с психологом, не прошли зря. Хэллиан решил взять себя в руки, понимая, что если продолжит сопротивляться, то его не пустят на занятия. Он потихоньку учился делать вид, что согласен с МакАлистер и с отцом.

Элис МакАлистер старалась научить Уолша и О'Хару находиться в одном обществе, но при этом не контактировать друг с другом. Перед ней стояла практически не выполнимая за такой короткий срок задача. И, если ей хоть немного удалось подготовить их к встрече Киллиана и вселить в него чуть-чуть уверенности, то дела с Хэллианом складывались не так удачно. Парень часто срывался, вел себя как капризный ребенок, требуя встречи с Киллианом, и вдруг за пару дней до начала занятий он резко изменился: стал вести себя более спокойно, перестал проявлять бурные эмоции.

Как обычно, первый день занятий в школе «Леман» начинался с торжественного мероприятия, которое проходило в баскетбольном зале. Вели мероприятие президент школы Райан МакНолан и заместитель старосты двенадцатого класса Хизер Галлахер. После того как они дали слово директору, тот выступил с приветственной речью.

Киллиан отказался участвовать в мероприятии, сославшись на плохое самочувствие. Он сидел на самом верхнем ряду скамеек и наблюдал за тем, как его возлюбленная порхала, как бабочка, в приталенной белой рубашке, в черных классических брюках. Ее темные волнистые волосы были аккуратно уложены в прическу и заколоты на затылке. В ней все было идеально, и Киллиан всегда восхищался ею. Переживая самый трудный момент в жизни, он понимал, что Хизер и Райан помогли ему пережить этот кошмар.

Еле дотерпев до окончания, Киллиан вскочил и спустился вниз, где Райан и Хизер ждали нового куратора класса, чтобы взять расписание и узнать номер кабинета, где они должны были собраться.

— Я подожду в коридоре, — буркнул он и направился к выходу.

Хизер тяжело вздохнула, глядя ему вслед. Она переживала за его самочувствие, боясь, что любимый может погрузиться в то состояние, которое у него было год назад из-за проигрыша команды в финале.

Спортивный комплекс и учебный корпус школы на втором этаже соединял стеклянный пешеходный мост. Киллиан вышел на этот мост и подошел к стеклу. Он наблюдал за учениками внизу, спешащими в свои классы.

Киллиан и сам не успел проследить за тем, как быстро помрачнели его мысли, и он начал представлять себя лежащим внизу на тротуаре с проломленным черепом.

Один из личных водителей Колина после завтрака высадил Хэллиана и Ардена у ворот школы, а Хебера отвез на работу.

Обладающий безупречным вкусом, всегда элегантно одетый, Хэллиан производил неизгладимое впечатление на окружающих, которое усиливалось загадочностью его немногословной натуры. Но никто из них даже подумать не мог, какая темнота поселилась в недрах его души.

С виду он был спокойным и уравновешенным парнем, и мало кому довелось наблюдать за его нервными срывами и истериками, которые в последнее время становились частыми. Лишь начав слушать Элис МакАлистер, он смог осознать, что из-за такого поведения ему не удастся поговорить с Киллианом, и взял себя в руки.

Они с Арденом безучастно сидели в первом ряду и тихо разговаривали, когда Хэллиан заметил, покидающего баскетбольный зал О'Хару. Он вскочил и последовал за ним, бросив короткое:

— Я скоро приду.

Арден тоже встал и поспешил за ним: Бран дал ему указание следовать за Уолшем, куда бы тот не пошел.

Киллиан только подумал подняться в столовую и подождать друзей там, как кто-то окликнул его по имени.

— Киллиан, постой.

Узнав голос Уолша, с трудом сглотнув, повернулся к нему. Киллиан поднял брови и округлил глаза. Такой наглости он не ожидал даже от Хэллиана.

«То есть он считает, что может явиться и обращаться ко мне, будто ничего и не было?!» — мелькнуло у него в голове.

Его большие безумные глаза устремились на Уолша, глядя с некоторым сомнением и подозрительностью. Он пытался понять, что тот задумал. Взгляд на несколько секунд стал неподвижным и даже пугающим, но, как только Хэллиан приблизился к нему вплотную, Киллиан нашел в себе силы и сжав пальцы в кулак, ударил прямо в лицо.

От неожиданности Хэллиан чуть отшатнулся. Но среагировав моментально, пришел в себя и лишь облизнул треснувшуюся губу.

Хэллиан бесцеремонно взял его за запястье и, потянув на себя, потребовал:

— Выслушай меня!

Киллиан схватил его за запястье свободной руки, со всей силы вонзая ногти в кожу так, что по его пальцам потекла багровая струйка.

Хэллиан смотрел парню прямо в глаза, ощущая дикое удовольствие от боли, которую О'Хара заставлял его испытывать. Он смотрел на Киллиана затуманенным взглядом, в нем снова вспыхнуло безумное желание, которое нужно было утолить.

— Если тебе от этого хоть чуточку легче, продолжай, — чуть ли не шепотом произнес Хэллиан, медленно выпуская из захвата его запястье.

— Больной ублюдок! — прошипел Киллиан и оттолкнул его от себя.

Хэллиан, не ожидавший такого, ударился плечом о стеклянную стену и сполз по ней на пол.

— Я знаю, — со вздохом и сожалением посмотрев на него, произнес Хэллиан.

В ярости Киллиан хотел нанести еще один удар, но, появившийся за спиной Райан заключил его в кольцо рук и оттащил, не позволяя вырваться.

— Тебе нужно успокоиться, — спокойно проговорил он.

— Ну хорошо, пусти меня... Отпусти! — задергался вдруг Киллиан, как только вырвался из рук друга, повернулся к своему «противнику», взглядом прожигая в нем дыру.

Хэллиан смотрел в ответ с внезапным неприкрытым вожделением, хотя всего мгновение назад Киллиан пытался выбить из него всю дурь. Теперь же взгляд Уолша свидетельствовал о том, что он хочет раздеть О'Хару донага и взять прямо здесь.

От этого взгляда по спине Киллиана пробежали ледяные мурашки. Он отвернулся и поспешил скрыться за дверью учебного корпуса. Райан шел за ним, когда идущий им навстречу Арден будто бы случайно толкнул его в плечо.

— Прости, не заметил тебя, — улыбнувшись, извинился он, намекая на то, что Райан слишком белый.

— Еще бы, с такими-то глазами... — спокойно ухмыльнулся Райан, в ответ намекая на его цветные глаза.

Арден обиженно, как ребенок, нахмурился и сел рядом с Уолшем.

— Он уделал тебя, — улыбнулся Хэллиан.

— Не смешно, — хмыкнул Арден.

— Ладно тебе, не хмурься, — обхватил Хэллиан за шею лучшего друга.