Глава 13. А что с моими глазами не так?

В узком коридоре царила суета. Врачи спешили в операционную, звуки их быстрых шагов эхом отдавались в стенах, а белые халаты мелькали и сливались в единый поток. Медицинские сестры, передвигаясь быстро, передавали друг другу капельницы, инструменты и пакеты с медикаментами. Все были сосредоточены и напряжены.

Хэллиана вытолкнули в коридор, не давая ему опомниться.

— Не мешайте, молодой человек, ждите здесь! — произнес один из ординаторов, едва взглянув на него.

Когда перед парнем закрылись двери операционной, пространство вдруг стало пустым. Хэллиан ощутил бьющую в лицо холодную стерильную атмосферу больничного коридора. Он остался один, не зная, что будет дальше и какие вести принесут врачи. Ему казалось, что время застыло, и каждое мгновение тянулось бесконечно.

Хэллиан прислонился лбом к холодной стене, стараясь унять дрожь в ногах, чувствуя, как нервы накаляются до предела. Страх и беспомощность сливались в единый замутненный поток мыслей, от которых невозможно было освободиться.

— Это всё ты! — раздался раздраженный голос за спиной.

Хэллиан на миг замер. Он узнал этот голос, но ему сейчас не хотелось спорить и выяснять отношения с Райаном.

Хэллиан нехотя повернулся, с тревогой посмотрел на него и тяжело выговорил:

— Райан, не сейчас.

— Ты не имеешь права находиться здесь! Он попал в аварию из-за тебя, ведь так? — повысил голос Райан.

— Я не хотел, чтобы он уходил из команды, поэтому накричал на него, — стараясь скрыть осипший голос, заговорил Хэллиан.

Но Райан не унимался. Ему было трудно контролировать злость. Киллиан был его лучшим другом с тех пор, как он стал осознавать себя, и сейчас, когда жизнь парня висела на волоске из-за Уолша, Райан был готов перегрызть горло виновнику.

Райан сделал шаг вперед, собираясь ударить Хэллиана, но вдруг кто-то взял его за локоть.

— Эй, МакНолан, тебе нужно успокоиться, давай оставим его в покое. Пойдем, — мягким, бархатистым голосом попросил кто-то.

Райан на миг ощутил странное тепло в теле и не стал сопротивляться, лишь повернулся и тихо спросил:

— Куда?

Увидев рядом Ардена, он слегка опешил, но последовал за ним.

Арден вел его, держа за локоть. Дойдя до туалета, открыл дверь, толкнул парня внутрь и вошёл следом.

Райан прикрыл лицо руками и сделал глубокий вдох. Он сел на пол, опираясь спиной о стену, и откинул голову назад. Взгляд его был безумным.

— Твой друг ублюдок, — тихо произнес Райан.

— Неправда. Ты его не знаешь! — заступился Арден за Хэллиана, прошёл и сел напротив парня, опираясь спиной на кабинку.

— Дольше тебя знаю, — хмыкнул Райан.

— Ты знаком с ним дольше, но не знаешь его настоящего, — выдохнул тот, глядя ему в глаза.

— И какой он настоящий, по-твоему? — уставился в ответ Райан.

— Он никогда не бросит человека в беде... — притих тот, а затем смущённо произнёс: — И купи себе нормальные линзы.

— А что с моими глазами не так? — лукаво посмотрел на него Райан.

— Неестественно бирюзовые...

Арден вновь поднял голову и встретился с ним взглядом. На этот раз они долго всматривались друг в друга, будто каждый не желал уступать другому. Но Райан вдруг почувствовал, что утопает в этом омуте ярких глаз.

— Ты всегда так уверен в себе? — тихо спросил он, ловя взгляд Ардена и пытаясь найти в нем скрытый смысл.

— Нет, не всегда, — признался Арден, слегка улыбнувшись, но глаза парня не отпускали. — Просто иногда стоит доверять ощущениям. Мы ведь можем и ошибаться.

Райан на секунду задумался. Он вслушивался в юношеский голос, который мягко плыл по помещению, как мелодия, стирающая границы между реальностью и сном. Как только Арден произнес последнее, сердце Райна пропустило удар. Каждый жест парня, каждый взгляд, его улыбка — все это складывалось в одну невообразимую гармонию, казалось, что никогда прежде он не встречал кого-то настолько совершенного.

— А ты? Тебе можно доверять? — мягко спросил он.

Арден лишь кивнул, смущённо улыбнувшись. Райан не мог поверить, что такое возможно: в одно мгновение его душа почувствовала непреодолимую близость к совершенно незнакомому человеку. Каждая его черта, каждое слово носило в себе нечто особенное, знакомое, что-то, что зажгло огонь внутри него.

— Ты выглядишь так, словно приведение увидел, — рассмеялся Арден, пытаясь разрядить возникшее напряжение.

— Может быть, я просто хотел тебя впечатлить? — подмигнул Райан, наконец разрывая их взгляд.

— Тогда тебе это удалось, — признал Арден, ощущая легкость и приятное волнение от этой искренней беседы.

Опомнившись от флирта с парнем, Райан испугался неожиданных чувств. Сердце забилось с такой силой, что казалось, сейчас выскочит из груди, дыхание стало отрывистым, он моментально осознал, что краснеет. В глазах все поплыло, словно реальность сместилась, и он понял, что больше не может оставаться рядом с Арденом. С переполненными тревогой и смущением мыслями он резко вскочил с места, желая убежать от собственных эмоций, и, не оглядываясь, поспешил к выходу. Но он знал, что от себя не убежать, а внутренний конфликт еще долго будет терзать душу.

Арден остался, еще какое-то время сидел на полу, глядя вслед парню. Он пытался переварить происшедшее, затем медленно поднялся, подошел к окну и вынул пачку сигарет и зажигалку.

Возвращаясь, Райан заметил нервно расхаживающего у двери операционной отца. Подходя ближе, спросил:

— Пап, есть новости?

— Они всё ещё оперируют его, — тихо ответил Данн, повернувшись к сыну. — Как ты?

— Я буду в порядке, — кивнул тот и повернулся в сторону Хэллиана, который продолжал сидеть у стены, обхватив голову руками.

Плечи парня чуть заметно дрожали. Хэллиан пытался подавить в себе безмолвную истерику, которая грозилась вырваться наружу. Его дыхание становилось отрывистым, он старался его стабилизировать, запуская в мыслях мантру: «Ты справишься, ты сильный». Эти слова были якорем, удерживающим его от скатывания в пропасть ужаса и боли.

Но даже в состоянии отчаяния Хэллиан осознавал, что не может признаться в своих чувствах. Ведь Киллиан не поймёт, назовёт извращенцем и отвернётся от него. Эта мысль пульсировала в висках, как незаживающая рана, которая не давала покоя. Он убеждал себя, что лучше скрывать истинные желания, чем рисковать потерять самое дорогое, что у него есть, — Киллиана.

— Хэллиан? — вдруг окликнул его знакомый голос.

Он медленно поднял тяжёлую голову и увидел спешащего к нему Колина.

— Пап, — тоскливо отозвался он.

— Ты как, в порядке? — приблизился отец.

Колин сел рядом и крепко обнял сына, не обращая внимания на стоящих у дверей операционной Данна и Райана.

— Я не знаю, — прошептал Хэллиан, положив голову на плечо отца.

— Он сильный, выкарабкается. Благодаря тебе...

— Он из-за меня чуть не погиб, папа, — тяжело вздохнул Хэллиан.

— Ты в этом не виноват! — отрезал Колин, не желая принимать причастность сына к случившемуся.

Он чувствовал, как напряжены плечи Хэллиана, как тяжело ему дышать. Ему самому трудно было сохранять спокойствие. Но знал, что сыну нужно ободрение, а не сомнения.

— Слушай, Хэл, — начал Колин, стараясь быть спокойным, — иногда мы просто не можем контролировать всё, что происходит вокруг. Каждый делает ошибки. Это часть жизни.

Хэллиан поднял голову и посмотрел на отца с чувством вины, переполнявшим сердце. Колин ответил ему твёрдым, уверенным взглядом.

— Ты молодец, слышишь? Ты сделал всё, что мог. И Киллиан жив, а это самое главное.

Наконец, выпуская из объятий сына, Колин поднял голову и встретился взглядом с серо-зелеными глазами. Данн застыл, уставившись на него. Они не виделись уже шестнадцать лет, но оба хорошо запомнили последнюю встречу. В тот злополучный день лишь дождь помогал Данну скрыть слезы, что текли ручьями по щекам; он умолял дать ему шанс доучиться в школе, в которую ходил с первого класса, а Колин был непоколебим в своих угрозах рассказать всем секрет МакНолана.

Тогда Данн проиграл этот бой. Он оказался слишком слабым и не смог противостоять Колину, но сейчас перед Уолшем стоял не тот щупленький мальчишка, а высокий, в меру накачанный, широкоплечий молодой человек, которому на вид можно было дать лет двадцать пять. Светлая челка была аккуратно зачесана назад, а бритые виски и серо-зеленые глаза подчеркивали его брутальность.

Несмотря на суровый вид и холодный взгляд, в глазах Данна застыл ужас. Он не ожидал этой встречи, не был готов встретиться со своими демонами из прошлого. Слова застряли в горле, воспоминания о прошлом нахлынули, лишая его способности двигаться или думать ясно. Отражения боли и слабости, которые Колин когда-то заставил его почувствовать, вновь заполонили его разум.

Колин тоже заметил эту реакцию. Его глаза сузились, изучая Данна. Взгляд не смягчился, но в нем мелькнула тень сомнения.