Закончи

Глава 8. Закончи

Я сидел в офисе, когда телефон завибрировал.

Сообщение от Милисы. Одно. Короткое. Кривое. «Помоги. Туалет. 2 этаж».

Я не думал. Я встал. Взял пиджак. Вышел. Лучия что-то спросила, но я не услышал. Марко поднялся из-за стола, увидел моё лицо и молча пошёл за мной. Он знал. Он всегда знал.

— Две машины, — сказал я на ходу. — Немедленно.

— Уже.

Я сел за руль. Марко — рядом. В зеркале заднего вида — два чёрных внедорожника. Охрана. Мои люди. Мы выехали с подземного паркинга и рванули по улицам Милана. Красный. Ещё красный. Я не смотрел на светофоры. Я смотрел на дорогу. На телефон. На её сообщение.

Двадцать минут. Двадцать минут до школы. Я знал этот район. Знал, где припарковаться. Знал, где вход. Я вжал педаль в пол. Мотор ревел. Город смазывался в полосы.

— Быстрее, — сказал я.

— Мы на месте, — ответил Марко.

Я остановил машину у ворот. Выскочил. Не заглушил. Не закрыл. Просто побежал. Внутрь. Через главный холл. Мимо охранника, который что-то крикнул. Мимо учеников, которые шарахались в стороны. Я не смотрел. Я искал лестницу. Второй этаж. Туалет.

Я взлетел по ступеням. Через две. Через три. Коридор. Двери. Вот он. Я толкнул дверь. Заперто. Я ударил ногой. Дверь хрустнула и распахнулась.

Я увидел.

Он стоял у раковины. Прижимал её. Её лицо было в крови. Рубашка разорвана. Он держал её за волосы. Одной рукой. Второй — тянул за пояс брюк. Она кричала. Или пыталась. Кровь заливала ей глаза. Она не видела меня. Но я видел всё.

— Ты, — сказал я.

Он обернулся. Молодой. Наглый. Пьяный. Глаза пустые. Он не понял, кто я. Ещё не понял.

Я схватил его за шиворот. Дёрнул. Отбросил от неё. Он врезался в стену. Я шагнул к нему. Он попытался встать. Я ударил. Кулаком. В лицо. Кость хрустнула. Он заорал. Я ударил снова. В живот. Он сложился. Я взял его за голову. И ударил об раковину. Ту же самую. Ту, об которую он разбил её. Керамика треснула. Кровь брызнула. Его кровь. Моя ярость.

— Коррадо, — тихо сказала она.

Я остановился. Обернулся. Она сползла по стене. Сидела на полу. Дрожала. Рубашка висела клочьями. Кровь на лице. На шее. На руках. Но она была в сознании. Она была жива. Он не успел. Слава Богу, не успел.

Я сорвал с себя пиджак. Подошёл. Накрыл её. Она схватила меня за руку. Крепко. Как будто я был единственным, что держало её на земле.

— Он... — прошептала она. — Он хотел...

— Я знаю, — сказал я. — Всё. Молчи.

Марко вбежал в туалет. За ним — двое охраны. Они увидели. Всё поняли. Марко кивнул.

— Вывезите её, — сказал я. — Через чёрный ход. В машину. Врача. Немедленно.

— А он? — спросил Марко.

Я посмотрел на парня. Он лежал у стены. Стонал. Кровь текла по лицу. Он смотрел на меня. И в его глазах был страх. Наконец-то.

— Его — в багажник, — сказал я. — Ко мне.

— Понял.

Марко поднял Милису. Она не хотела отпускать мою руку. Я наклонился. Посмотрел ей в глаза. Карие. Мокрые. Испуганные. Но живые.

— Я приеду, — сказал я. — Обещаю.

Она кивнула. Её увели. Дверь закрылась. Я остался с ним.

Один.

Я подошёл. Он попытался отползти. Я схватил его за ногу. Потащил. Он кричал. Я не слушал. Вытащил его в коридор. Охрана подхватила. Мы вышли через задний двор. Никто не видел. Никто не остановил. У школы была охрана, но она смотрела в другую сторону. Я знал, кому платить.

Его бросили в багажник внедорожника. Я сел в машину. Завёл. Поехали.

Мы привезли его на склад. За городом. Пустое здание. Бетонные стены. Одна лампа. Стул. Я разделся до рубашки. Закатал рукава. Марко привязал его к стулу. Он плакал. Просил. Говорил, что не знал. Что она сама. Что она шлюха. Я ударил его. По лицу. За слово.

— Как тебя зовут? — спросил я.

Он молчал. Я взял плоскогубцы. Просто. Со стола. Он посмотрел. Побледнел.

— Не надо. Пожалуйста.

— Имя.

— Джанни. Джанни Росси.

— Джанни Росси. Ты знаешь, кто я?

Он покачал головой. Врал. Все знали. Но я не стал спорить.

— Ты пытался изнасиловать девушку. Мою девушку. В школьном туалете. Ты разбил ей голову. Ты порвал её одежду. Ты хотел её трахнуть. Против воли. Ты понимаешь, что это значит?

Он снова заплакал. Я взял его руку. Левую. Положил на стол. Взял молоток. Маленький. Для гвоздей. Он закричал. Я ударил. По пальцу. Указательному. Кость хрустнула. Он заорал. Громко. Эхо по бетону. Я ударил снова. По среднему. Потом по безымянному. Он терял сознание. Я дал ему воды. Чтобы не сдох раньше времени.

— Ты не умрёшь быстро, — сказал я. — Ты будешь чувствовать всё. Каждую секунду. Каждую кость. Каждый нерв. Потому что ты посмел тронуть её. Ты посмел прикоснуться к тому, что принадлежит мне. Ты понял?

Он кивнул. Или пытался. Я взял нож. Небольшой. Острый. Провёл по его груди. Неглубоко. Кровь выступила. Он зашипел. Я надавил. Сильнее. Он закричал.

— Где ты учишься? — спросил я.

— В этой школе. В выпускном.

— Зачем ты пошёл за ней?

— Она... она вчера была в клубе. Я видел. Она танцевала. Я подумал...

— Что ты подумал?

— Что она... доступная.

Я ударил его. Кулаком. В горло. Он захрипел.

— Она — не доступная. Она — не шлюха. Она — Милиса Волкова. Она — не для таких, как ты.

Я отрезал ему ухо. Он закричал так, что сорвал голос. Я бросил ухо на пол. Посмотрел. На кровь. На его слёзы. На его страх. Мне было мало. Мне всегда мало.

— Ты знаешь, что я сделаю? — сказал я тихо. — Я буду резать тебя. Медленно. Часть за частью. Пока ты не попросишь смерти. А потом я всё равно не дам её. Пока не решу, что хватит. Ты понял?

Он не ответил. Он уже не мог. Я взял нож снова. И продолжил.

Через час он был ещё жив. Едва. Я оставил его Марко. Сказал: «Закончи». Марко кивнул. Он умел заканчивать.

Я вышел на улицу. Ночь. Холод. Кровь на руках. Не моя. Я сел в машину. Поехал к ней. К Милисе. К своей искре. К своей боли. К своей любви.

Продолжение следует...