Глава 64

Юнь Цзиньшу уже был готов к гибели. На следующее утро он даже оделся, готовясь к встрече с большим количеством папарацци, с которыми ему предстояло столкнуться. Однако, когда он включил телевизор, он не увидел ничего, связанного с Ченму и самим собой. Индустрия развлечений была спокойна, как бассейн со стоячей водой. Старые недоделанные сплетни всё ещё будоражат, но не поднимают волн.

Юнь Цзиньшу был ошеломлён в своём сердце, опасаясь, что это было затишье перед бурей. Он не сдаваясь искал своё имя на веб-сайтах и ​​в газетах, но в результате получил только ложные и реальные скандалы. касающиеся Гу Яна и выпуска «Преувеличения». Помимо рекламных объявлений, никаких новостей, связанных с теми фотографиями, не было вообще. Может быть, Гу Ян помог ему? Невозможно. Если бы Гу Ян действительно был способен подавить столь взрывной скандал, он бы сказал ему об этом ещё вчера вместо того, чтобы ждать до утра без каких-либо новостей.

Юнь Цзиньшу коснулся подбородка, его голова быстро закружилась, он всё ещё не верил, что сможет избежать этой катастрофы. Основываясь на своём понимании Вэнь Цзэюня, он очень ясно понимал мстительный характер этого человека. Он ясно осознавал своё самое фатальное преимущество, так почему же временно отступил перед успехом? Чем больше он об этом думал, тем более странным было его ощущение. Он не только не чувствовал себя спокойно из-за того, что пережил катастрофу, но и стал ещё больше волноваться. Его интуиция подсказывала ему, что это странное спокойствие в индустрии развлечений не похоже на то, что вот-вот произойдет что-то хорошее.

В тот момент, когда он озадаченно раздумывал, в дверь постучали. Сердце Юнь Цзиньшу подсознательно сжалось. Он посмотрел на настенные часы и понял, что было всего около шести утра. Кто бы мог прийти к нему так рано? Стук в дверь продолжал звучать. Ченму, лежавший в кроватке, неловко перевернулся, когда его сладкий сон был нарушен. Юнь Цзиньшу тихо закрыл дверь спальни, подошёл к входной двери и осторожно заглянул в глазок. Это был Хан Цзян.

Он открыл дверь, и мужчина вошёл. На нём всё ещё было то тёмное пальто, в котором он был вчера, когда они расстались. Воротник его рубашки был помят, и от него пахло дымом. Он был совершенно лишён своего обычного красивого вида.

- Почему ты здесь? — Удивлённо спросил Юнь Цзиньшу.

Хан Цзян широко улыбнулся, ослабил галстук на шее, протянул руку и обнял Юнь Цзиньшу. Сильный запах дыма мгновенно проник в ноздри Юнь Цзиньшу.

- Сколько сигарет ты выкурил?

Юнь Цзиньшу протянул руку, чтобы оттолкнуть его, и сделал несколько шагов назад. У него сложилось впечатление, что Хан Цзян никогда не любил курить. Почему он вдруг увлёкся этим?

Хан Цзян не возражал против сопротивления Юнь Цзиньшу. Он взял его за руку, подошёл к дивану, сел и потянул за собой молодого человека. Устало потерев лоб, он сказал:

- Извини, я опоздал. Я должен был сообщить тебе раньше. Не беспокойся о фотографии. Всё решено.

Юнь Цзиньшу на мгновение был ошеломлён, а потом понял. Он уже видел много трюков этого человека, поэтому не воспринял его слова о помощи в решении этой проблемы всерьёз. Теперь, когда он вдруг услышал его слова, он был немного удивлён. Подумав о том, что Гу Ян сказал ему раньше, Юнь Цзиньшу спокойно спросил его:

- Ты выяснил, кто за этим стоит?

Хан Цзян беспомощно улыбнулся, держа его за руку:

- Они просто миньоны. Не волнуйся слишком сильно. Они просто хотели использовать фотографии, чтобы создать некоторые препятствия для выпуска «Преувеличения».

Лицо Юнь Цзиньшу ничего не выражало, но сердце взволновалось. Почему Гу Ян и Хан Цзян говорили ему разные вещи? Кто из них лгал? Если его обманули один раз, он может быть глупым, если его обманули дважды, значит он действительно глуп, но, если его обманули более трех раз, он — пустая трата времени. Хан Цзян в полной мере использовал свои силы, чтобы защитить Вэнь Цзэюня перед ним, и он нисколько не удивился. Но, повернув голову и глядя на измученное, заросшее щетиной лицо Хан Цзяна, Юнь Цзиньшу снова засомневался. Если Хан Цзян действительно защищал Вэнь Цзэюня, почему он до сих пор так измотан? Он мог бы дать Вэнь Цзэюню определенную сумму денег и уговорить его быть счастливым. А после решени я вопроса с фотографиями, он мог бы использовать это дело в своё удовольствие, не выглядя при этом таким измождённым и уставшым. Он очень хорошо знал Хан Цзяна. У этого человека был этикет, который нельзя было игнорировать, поэтому он никогда не позволял себе выглядеть растрепанным перед кем-либо. Но теперь, когда он появился здесь в таком смущающем для себя виде, может ли быть, что он солгал, просто пытаясь помочь Вэнь Цзеюню? Это... так неразумно.

Однако, если бы то, что сказал Хан Цзян, было правдой, это означало бы, что солгал Гу Ян. Но между Гу Яном и Вэнь Цзэюнем не было конфликта интересов, так зачем ему подставлять кого-то, кто не имеет к нему никакого отношения? Юнь Цзиньшу плотно поджал губы, и ему потребовалось много времени, чтобы успокоиться. От начала и до конца он верил, что Гу Ян не станет ему лгать, и у него не было на это причин, поэтому он не поверил ни единому слову Хан Цзяна. «Маленькие миньоны» были просто оправданием. Он никогда больше не отпустит Вэнь Цзэюня из-за слов Хан Цзяна! Абсолютно нет!

Приняв решение, он тут же успокоился. Обернувшись он хотел сделать несколько намёков Хан Цзяну, но обнаружил, что тот заснул. Он лежал спокойно, слегка поджав полные губы, а под глазами были густые тёмные круги, как будто он устал, от долгой бессоницы. Юнь Цзиньшу хотел высвободить запястье, но Хан Цзян внезапно проснулся. Посмотрев на него, глазами, налитыми кровью мужчина спросил:

- Куда ты идёшь?

- У меня ещё есть работа. Если хочешь отдохнуть, просто полежи здесь немного. Подожди, пока придёт Чжан Ма, и позволь ей позаботиться о тебе.

- Просто полежи со мной немного, я не буду задерживать тебя слишком долго. – Хан Цзяна был почти без сил, когда сказал это. Казалось, он не мог держать глаза открытыми, после того как использовал всю свою силу, чтобы удержать Юнь Цзиньшу возле себя. Только тогда он мог спать спокойно.

Юнь Цзиньшу был очень нетерпелив. Хотя разум подсказывал ему, что Хан Цзян, должно быть, лжёт, его интуиция не могла сказать, было ли его нынешнее отношение правдивым или ложным. Поэтому он просто решил ничего не делать и попытаться держаться от него подальше, но Хан Цзян всё ещё упрямо хватался за него. Юнь Цзиньшу стряхивал его, а тот снова хватался, как будто мужчина был поглощён им.

Пока они оба препирались, внезапно проснулся Ченму, услышав шум. Открыв глаза, он не увидел отца и громко заплакал. Юнь Цзиньшу наконец нашёл причину сбежать. Он посмотрел на Хан Цзяна и сказал:

- Малыш проснулся. Ты можешь отпустить?

Хан Цзян беспомощно отпустил руку и ухмыльнулся. Ему очень хотелось вбежать в комнату и избить этого плохого маленького ублюдка. Он мог проснуться раньше или позже, но проснулся именно в это время. Такой же трудный, как и его отец.

Юнь Цзиньшу вернулся в комнату и сумел рассмешить своего сына. Маленький парень лениво лежал у него на плече и кокетничал. Юнь Цзиньшу не мог держать его на руках собираясь пойти на кухню и приготовить что-нибудь поесть. Когда он вышел из гостиной, он увидел Хан Цзяна, уже спящего на диване.

Компьютер на журнальном столике внезапно выдал новое электронное письмо. Хан Цзян бессознательно перевернулся. Юнь Цзиньшу посмотрел на адрес электронной почты на экране, и его сердце чуть не выпрыгнуло из горла. Он положил Ченму на диванные подушки и взглянул на Хан Цзяна, который глубоко спал. Он осторожно отвернул от него экран и открыл письмо и увидел, что оно действительно было отправлено Дун Сюем. Содержание письма было очень простым. Всего пять слов.

[Кто вы? Зачем не помогать?]

Он глубоко вздохнул и, убедившись, что его хакерское программное обеспечение работает нормально, тихо застучал по клавиатуре.

[Когда я впервые связался с вами, я сказал, что вам не нужно знать, кто я. То, что я вчера рассказал об отмывании денег семьёй Вэнь, не было беспочвенным. Если вы хотите победить на выборах, вы должны нажать на курок. Победите Хан Цзяна, и семья Вэнь останется вашим самым большим камнем преткновения. Выбор оставлен за вами, успех или неудача зависят только от ваших мыслей.]

Набрав этот текст, Юнь Цзиньшу глубоко вздохнул, сжал все доказательства отмывания денег семьёй Вэнь, хранившиеся глубоко в компьютере, и отправил их во вложение. Видя, как продвигается индикатор прогресса, его сердце никогда не было таким спокойным, как сейчас. Раньше он мог бы сам передать эти доказательства в прокуратуру, но на этот раз он усвоил урок и больше не будет настолько глуп, чтобы противостоять кому-то лоб в лоб. В последний раз, когда было опубликовано видео, на котором Вэнь Цзэюнь причиняет ему вред, такие очевидные доказательства преступления были уничтожены полицией. В то время Юнь Цзиньшу верил, что сможет своей собственной силой добиться справедливости. Но эти так называемые судебные органы на самом деле были самыми влиятельными в мире. Самая глупая вещь в этой истории заключается в том, что у семьи Вэнь огромный бизнес. Несмотря на то, что она пострадала, она по-прежнему осталась могущественной «аристократией». Доказательства уголовного преступления, находящиеся в его руках, возможно, не были отправлены центральному правительству, потому что уже были захвачены их подчинёнными. Поэтому на этот раз он отдал всю инициативу Дун Сюю. Столкновение сил между двумя большими семьями было гораздо более могущественным, чем он один. Он не верил, что семья Дун не захочет отомстить после того, как семья Вэнь так сильно их обманула. И надеялся, что одна из «трёх столпов» поглотит амбиции двух других. Ему представилась огромная возможность, и Дун Сюй определённо клюнул на наживку. Он, Юнь Цзиньшу, на этот раз сделал большую ставку на то, сможет ли Бог открыть всем глаза. Этих коррумпированных чиновников, творящих всевозможные злодеяния и грабящих народное богатство и поддержку, следует предать суду. Даже если семья Вэнь не имеет к этому никакого отношения, он, как обычный гражданин, не будет сидеть сложа руки и игнорировать вещи, о которых знает. Более того, Вэнь Цзэюнь довёл его до такой степени. Как он мог проглотить свой гнев!

Когда индикатор выполнения достиг 99%, входная дверь внезапно открылась. Пальцы Юнь Цзиньшу задрожали, и он чуть не уронил блокнот на землю. Звук открывающейся двери разбудил Хан Цзяна. Он растерянно открыл глаза и приподнялся, положив голову на колени Юнь Цзиньшу. Он в замешательстве спросил:

- Чем ты занят? Почему у тебя такие холодные руки?

Когда индикатор выполнения достиг 100%, Юнь Цзиньшу нажал кнопку отправки, закрыл компьютер и сказал со спокойным выражением лица:

- Ничего страшного, может быть, на мне слишком мало одежды.

Дверь открылась, и вошла Чжан Ма с корзиной овощей. Она не смогла удержаться от смеха, когда увидела ситуацию в комнате:

- Ха-ха, молодой мастер тоже здесь. Вы, ребята, действительно похожи на семью.

Хан Цзян не понял пока не поднял голову и не обнаружил, что Ченму крепко спит у него под боком, выставив задницу, а он сам лежит на коленях Юнь Цзиньшу. При этом их пальцы были переплетены, будто такая ситуация повторялась несколько раз. Ему хотелось контролировать уголки своего рта, которые продолжали подниматься, но так и не смог сдержать улыбку. Он внезапно почувствовал себя немного неловко. На самом деле такая жизнь была настолько похожа на его идеальную жизнь, что он подумал, будто увидел сладкий сон. Иллюзию, которая сбывается. Не обращая внимания на присутствие Чжан Ма, он поднял руку Юнь Цзиньшу и поцеловал её, в результате чего лицо экономки мгновенно покраснело, и она, смеясь, пошла на кухню.

Хан Цзян был в очень хорошем настроении, как будто усталость от двух бессонных ночей из-за фотографий, исчезла, и он нежно улыбнулся Юнь Цзиньшу. Тот особо не ответил и накрыл малыша одеялом. Но под углом, которого не видел мужчина, он вытер о брюки тыльную сторону руки, испачканную губами Хан Цзяна.

*****

Этой ночи суждено было быть беспокойной. Всегда найдутся беспокойные люди, создающие неприятности.

После того, как Гу Ян приготовил тарелку лапши и закончил есть, он сел в гостиной и открыл конверт, который получил ранее. Внутри были разбросаны десятки фотографий. Он брал их одну за другой и внимательно рассматривал. Юнь Цзиньшу на фото очень молод. Кажется, ему очень некомфортно. Он смущенно смотрел в камеру открытыми чёрными глазами. На нём была только белая рубашка, покрытая пятнами от воды. Промокшие места просвечивали тело с необычным румянцем. В тусклом свете от молодого человека исходил запах растерянности. Были видны красные следы на груди, а стройные обнажённые ноги, зафиксированные по обеим сторонам кровати, обнажали слегка выпирающую часть белого нижнего белья посередине, что выглядело особенно сексуально.

Глаза Гу Яна были тусклыми и расфокусированными. Он осторожно коснулся фотографии пальцем, задерживаясь на ней, как будто мог почувствовать тепло жадности. С лёгким вздохом он положил фотографию в ящик, собрал остальные рассыпанные на полу, сложил их во второй конверт вместе с фотографией Ченму и бросил конверт в огонь. Глядя как фотографии превращались в пепел, выражение его лица было затуманено дымом. Только когда всё исчезло в огне, он пришёл в себя, взял чашку кофе и выпил её. В это время зазвонил телефон. Он небрежно поднял трубку, его голос был немного хриплым:

- Алло?

- Гу Ян, позволь мне спросить тебя ещё раз, ты действительно уверен, что хочешь это сделать? Это немаловажный вопрос. Не рискуй собой.

- Я трезво всё обдумал. Просто делай, как тебе говорят. Если это будет раскрыто, все последствия я понесу сам.

На другом конце телефона на мгновение воцарилось молчание, а затем голос стал немного раздражённым:

- Я правда не знаю, о чём ты думаешь? Я помог тебе отправить фотографии Вэнь Цзэюня в редакцию газеты, потому что хотел помочь тебе спасти Юнь Цзиньшу, но я не просил тебя отправляться на поиски смерти!

- Старый Чжан, я знаю. И я очень благодарен тебе за то, что ты сказал мне об этом заранее, но я должен это сделать. - Гу Ян глубоко вздохнул и сжал телефон в руке: - Вэнь Цзэюнь, конечно, полон решимости втянуть Цзиньшу и Хан Цзяна в неприятности. Я не могу позволить ему осуществить своё желание. Если Хан Цзян поймает тех, кого организовали распространять фотографии Цзиньшу, он просто арестует их. Я не могу ждать до завтра. Как он может иметь время, чтобы заботиться об этом, когда он всё время заботится о себе.

Поняв, что, как бы он ни пытался, ему не удастся убедить Гу Яна, Лао Чжан просто сдался. Он глубоко вздохнул действительно не зная, что с ним делать.

- Решать тебе. Если что-то случится, не приходи ко мне в слезах!

Гу Ян мягко улыбнулся, спокойно поблагодарил его, а выслушав многословный монолог от Лао Чжана положил трубку. Глядя на тёмное небо за окном, он сжал кулаки и открыл третий конверт, лежащий рядом со столом, обнаружив в нём стопку фотографий Хан Цзяна. Поскольку Вэнь Цзэюнь принёс к его двери такие хорошие материалы, он, естественно, захотел их использовать с пользой. Такой человек, как Хан Цзян, должен быть известен всем, а Юнь Цзиньшу должен тщательно его рассмотреть.

*****

Той ночью Ченму играл с Хан Цзяном, замотав его до смерти и отказываясь отпускать. Он смеялся и пытался залезть на спину Хан Цзяна пытаясь продолжить играть с ним. Юнь Цзиньшу был очень зол на этого бесстыдного человека, который остался в его доме и отказался уйти. Да и другого выбора у него не было, кроме как пойти на поводу у своего сына-карманника. В конце концов ему пришлось пойти на компромисс.

Хан Цзян был настолько доволен тем, что получил желаемое, что даже прокрался глубокой ночью в комнату Юнь Цзиньшу и тайно поцеловал его в губы. Всё было мирно и спокойно, без каких-либо беспокойств. Он думал, что это именно та жизнь, которую он хотел. Он даже с нетерпением ждал возможности сблизиться с Юнь Цзиньшу на следующий день, но не знал, что отдаляется от него всё дальше и дальше...

*****

На следующий день, когда рассвет коснулся Будды Тянь Ган ⃰, весь город S уже был в смятении.

⃰ Большая бронзовая статуя Будды, расположенная в Гонконге, на острове Лантау, вблизи монастыря По Лин. Статуя символизирует гармонию отношения между человеком и природой, между людьми и религией. Это важный центр буддизма в Гонконге и популярный туристический объект.

Пока большинство людей ещё спали, скандал вокруг романа Хан Цзяна с более чем дюжиной знаменитостей распространился так же быстро, как чума. В дело были активно вовлечены основные средства массовой информации, а тиражи газет увеличились на десятки по сравнению с предыдущим днём.

В одночасье Хан Цзян из кандидата в политические комиссары попал в трясину. Из человека, который пользовался большим уважением среди людей, на которого люди возлагали большие надежды, превратился в гомосексуального извращенца, который был чрезвычайно коррумпирован, и чья личная жизнь была крайне хаотичной. Одна за другой появлялись фотографии, на которых он был изображён со знаменитостями мужского пола. Они целовались или обнимались друг с другом, ехали в машине или были в отеле держась за руки... Короче говоря, изображения были настолько разнообразны, что приводило людей в ошеломление.

Спусковым крючком всего инцидента стали старые фотографии с бывшим актёром Чэнь Нянем. Хотя с момента инцидента прошло два года, большинство средств массовой информации до сих пор помнили, что именно Хан Цзян сообщил о «скандале злоупотребления наркотиками». На фотографии он был очень близко к Чэнь Няню, но смог в одно мгновение ударить его в спину. Такого рода интрига и умение вывернуться действительно пугали.

Количество фотографий было слишком большим. Лица Хан Цзяна и нескольких знаменитостей были чётко видны, без каких-либо следов фотошопа. Причастные к делу знаменитости были в одночасье спрятаны своими компаниями, но на этом дело не закончилось. Волнение становилось всё больше и больше. К тому времени, когда семья Хан начала действовать, вся оплошность вышла из-под контроля.

Пальцы Хан Чжунтяня дрожали, он лёгким движением руки швырнул стопку документов в лицо своего помощника. Его лицо было в ярости:

- Что значит, ты не можешь его найти?!

Помощник в страхе опустил голову и сказал дрожащим голосом:

- Господин, мобильный телефон молодого мастера выключен, и он не вернулся вчера на Нефритовую виллу. Все телохранители, которых вы послали защищать его, были отправлены молодым мастером, поэтому... Молодой господин, вероятно, намеренно избегает нас....

- Ты должен его найти! Если не сможешь, тебе не обязательно возвращаться сюда! - Хан Чжунтянь в ярости разбил чашку об пол.

- Да... да... Я пойду искать его прямо сейчас!

Помощник в панике выбежал, понимая в глубине души, что дело на этот раз слишком серьёзное. Если бы что-то подобное произошло в преддверии всеобщих выборов, это было бы очень прискорбно...

*****

Когда весь город S подвергся бомбардировке новостями, Хан Цзян проснулся в доме Юнь Цзиньшу. Было около восьми часов. Он осторожно открыл дверь спальни, подошёл к кровати и нежно коснулся лица спящего Юнь Цзиньшу. Затем засучив рукава он с удовольствием вошёл на кухню. В это время Хан Цзян всё ещё не знал, что его ждёт.

Автору есть что сказать: Ну, Хан Цзян в беде_(:」∠)_