Глава 62
В последнее время в S-City появились две самые горячие новости. Во-первых, вот-вот начнутся выборы политического комиссара. Каждый день включая телевизор, все видели выпуски новостей, полные энтузиазма о том, какое большое значение эти выборы будут иметь для будущего развития страны. Такие мандариновые клише могут заставить уши людей обрастать мозолями, и никто не уставал от них.
Будучи самым популярным кандидатом на этих выборах, Хан Цзян внезапно стал любимцем крупных средств массовой информации. Как будто он был назначен политкомиссаром еще до начала выборов.
Что касается второго крупного события, «Преувеличение» вот-вот выйдет на экраны. Два ведущих актера, Гу Ян и Юнь Цзиньшу, некоторое время были в центре внимания. Предыдущий скандал между этими двумя людьми был снова раскопан. Различные оживлённые сплетни, такие как флирт друг с другом, тайные свидания, а также их личная жизнь... Это спровоцировало большое количество девушек выкрикивать на официальном сайте каждый день: «Национальная компартия Гу Юнь! Вы двое вместе!», а также написать несколько фанфиков и распространить их на форуме, что ошарашило Юнь Цзиньшу. Он чуть не вывел на всеобщее обозрение своего сына, чтобы спасти ситуацию.
В этот день Чжао Ханьчуань, который был занят обучением новых сотрудников для компании и редко был свободен, нашёл время пригласить Юнь Цзиньшу на кофе. Молодлй человек в тёмных очках и шляпе ускользнул от «охоты» большого количества папарацци и, наконец, бросился в кофейню, но... на углу увидел Гу Яна. Он слегка удивился и подсознательно оглянулся, чтобы убедиться, что за ним не гонятся репортёры. Улыбнувшись он собрался подойти и поздороваться, но не успел сделать и двух шагов, как услышал, как Гу Ян разговаривает по телефону.
- Что ж, позвольте им продолжать расследование, и они узнают столько, сколько смогут.
...
- Не беспокойся о том, что я хочу сделать. В любом случае, тебе следует обратить внимание на фотографии, связанные с ним.
...
- Ну вот и всё. Не забудь плотно закрыть рот.
Гу Ян положил трубку с серьёзным выражением лица, совсем не похожим на его обычный беззаботный вид. Похоже, его мучило много мыслей. Юнь Цзиньшу ухмыльнулся, чувствуя себя так, словно вторгся на чужую территорию. Он стоял и ждал, пока Гу Ян войдёт в кафе, прежде чем выйти из-за угла, достать свой мобильный телефон и отправить текстовое сообщение Чжао Ханьчуаню.
[Вы сегодня договорились о встрече с Гу Яном?]
Через несколько секунд после отправки текстового сообщения пришёл ответ с другой стороны.
[Ну, мы давно не виделись. Давай погуляем и повеселимся вместе, теперь, когда у нас есть время. Или ты боишься скандала?]
[Да, Чжао, да, мама, я так напуган, что мне просто приходится писать на лице «Я не гей». Ты удовлетворён? ﹁_﹁]
[Ха-ха, сколько раз ты разбил стеклянное сердце Гу Юньсипи Данга? Иди скорее сюда, не делай меня несчастным.]
Юнь Цзиньшу улыбнулся, сунул сотовый телефон в карман и открыл дверь кафе. Издалека он увидел сидящих в углу Гу Яна и Чжао Ханьчуаня.
- Извините, я опоздал. Вы давно здесь? - Юнь Цзиньшу отодвинул стул и сел рядом с Чжао Ханьчуанем.
Гу Ян увидел его отчуждение, и его лицо слегка застыло в улыбке:
- Я только что приехал. Давно тебя не видел. Как поживает маленький парень?
- Ну, очень хорошо. Мозг ребёнка быстро запоминает и так же быстро забывает. Теперь он практически совсем забыл об огне. Он может спокойно есть и спать.
Гу Ян слегка удивлённо поднял брови:
- Тогда, выходя сейчас, кто присматривает за малышом? Ты же не можешь доверять чужому человеку и не оставишь его няне, верно?
При этом упоминании об этом, лицо Юнь Цзиньшу выглядело слегка неловко, как будто он проглотил полный рот прокисшего молока. Спустя долгое время он сказал:
- Когда я раньше был на Нефритовой вилле, у меня были очень хорошие отношения с Чжан Ма, которая выполняла работу по дому, поэтому Хан Цзян просто попросил её позаботиться о Ченму.
Как только эти слова прозвучали, Гу Ян замолчал. Чжао Ханьчуань игриво взглянул на Юнь Цзиньшу и указал на телевизор рядом с ним:
- Тц, тц, Цзиньшу, вы с Хан Цзяном действительно хорошая пара. Оба находитесь в заголовках. Та на развлекательных каналах, он попал на новостные, а теперь у вас даже есть общая няня, что экономит деньги.
- Старый Чжао, о чём ты говоришь? Мы с ним перестали играть восемьсот лет назад. Если бы сейчас я не доверял другим няням, я бы не согласился позволить Чжан Ма заботиться о Ченму.
Юнь Цзиньшу беспомощно потёр уголки бровей, сказав правду лишь наполовину. На самом деле Хан Цзян настаивал на том, чтобы в первую очередь пригласить Чжан Ма, для заботы о Ченму, но он не соглашался. Хан Цзян просто сразу уволил Чжан Ма. Старушка горько плакала перед ним и настаивала на том, чтобы позаботиться о ребёнке, поэтому Юнь Цзиньшу пришлось пойти на компромисс.
Чжао Ханьчуань взял кофе и сделал глоток, выглядя как старый бог:
- Я не знаю, хорошо это или плохо, но я всё равно понимаю, что некоторые люди счастливы, а некоторые грустны.
Он многозначительно взглянул на Гу Яна и увидел, что, хотя он и сидел там с улыбкой на лице, его тело было более прямым, из-за чего он выглядел немного напряжённым.
Не то чтобы Юнь Цзиньшу не понял, что он имел в виду, но его пальцы слегка дрожали. Он взял чашку и сделал глоток кофе, делая вид, что не понимает. Есть некоторые вещи, которые необходимо сделать. Нарушив правила и переступив черту, вы уже никогда не сможете вернуться к тому, кем были раньше. Он понимал эту истину, поэтому предпочел бы притвориться глупым и быть плохим парнем. Может быть, он и жесток, но не каждый может сделать такое шоу фейковым. Возможно, некоторые люди слишком увлеклись спектаклем и однажды выйдут из него. Никому не нужно быть настолько глупыми, чтобы разоблачить этот последний слой маскировки.
Все трое внезапно замолчали. Чжао Ханьчуань просто хотел разрядить деликатную атмосферу между ними двумя, но случайно увидел фигуру снаружи через стеклянное окно и на мгновение был немного ошеломлён. Он указал на улицу, всё ещё не веря своим глазам:
- Вы не думаете, что этот человек — Вэнь Цзэюнь?
Юнь Цзиньшу выглянул наружу и узнал знакомую фигуру, даже если бы она превратилась в пепел.
Сегодня Вэнь Цзэюнь изменил свой прежний декадентский и пассивный вид и вместо этого выглядел энергичным. Светло-голубая повседневная куртка на его теле делала его на несколько лет моложе, таким же милым и нежным, как студент, только что вышедший из университетского кампуса. Он сидел на скамейке под открытым небом возле кафе, счастливо болтая с богатым молодым человеком напротив. Он был очень похож на того, кого впервые увидел Юнь Цзиньшу. Казалось, он всегда будет выглядеть таким невинным и безобидным. Иногда он высовывал язык, а когда улыбался и обнажал ямочки на щеках. Если бы Юнь Цзиньшу не знал, какие грязные вещи стоят за ним, он никогда бы не смог связать между собой этого Вэнь Цзэюня с тем Вэнь Цзэюнем, кто несколько дней назад хотел продать акции своей компании.
- Этот ребенок принимал наркотики и устраивал групповые беспорядки, а отец выгнал его из дома. Ли Кэ говорил мне, что он был пассивным, когда был наркоманом. Почему он сейчас выглядит таким... таким энергичным? Кажется, он даже более энергичный, чем раньше и ещё более очаровательный.
Чжао Ханьчуань был ошеломлён, и его глаза непроизвольно расширились, как будто он пытался связать энергичного Вэнь Цзэюня перед ним с преувеличенным и гнилым образом в его голове.
Гу Ян не мог не нахмуриться и бессознательно коснулся подбородка:
- По сообщениям, он раньше встречался с владельцем очень загадочной инвестиционной компании и продал ему несколько не очень хороших акций. Кто бы мог подумать, что за короткий период времени он на самом деле заработал миллионы. Вероятно, именно деньги позволили ему изменить ситуацию. Но я действительно удивлён, что кто-то ему помог.
Юнь Цзиньшу поднял брови и немного спокойно улыбнулся:
- Когда цветок расцветает на пике своего развития, это также время начала упадка. Кто знает, развернётся ли он или вернётся к своей славе?
— Хочешь рискнуть? - Чжао Ханьчуань внезапно заинтересовался и постучал по столу: - Держу пари, что он победит. Благодаря своим «превосходным актёрским способностям» он заставит старика из семьи Вэнь признать своего сына и вернуть его в свой клан через несколько дней.
Гу Ян громко рассмеялся и положил руку с другой стороны стола:
- Тогда я готов поспорить, что он проиграет и закончит не хорошо. Цзиньшу, что ты думаешь?
Юнь Цзиньшу рассмеялся, пожал плечами и ничего не сказал. Чьи это слова? Кузнечики по осени могут прыгать лишь несколько дней. Выживут они или умрут – это лишь вопрос времени.
Все трое разговаривали и смеялись, когда зазвонил мобильный телефон Юнь Цзиньшу. Он посмотрел на номер и взял трубку. На другом конце телефона послышался глубокий голос Хан Цзяна:
- Чем ты занят?
— Пью кофе с друзьями, а что?
Хан Цзян улыбнулся, и Юнь Цзиньшу мог представить выражение его лица на другой стороне телефонной линии:
- Нет, ничего. Я просто... Я хочу напомнить тебе, чтобы ты был осторожен и не забывал позвонить мне, если что-нибудь случится.
Юнь Цзиньшу был сбит с толку его необъяснимыми словами. Хан Цзян всегда делал всё по какой-то причине. Юнь Цзиньшу мог видеть подсказки по выражению его лица. Зная мужчину столько лет, у него было молчаливое понимание. Но сейчас ему показалось, что в этот момент оно потеряло свою эффективность. Юнь Цзиньшу действительно не мог понять, что он имел в виду.
- Папарацци преследуют меня каждый день. Если я буду беспокоить всем этим политкомиссара Хана, ты сможешь прийти?
В этом предложении нет явного пистолета и палки, но в вате спрятана игла. Как только он закончил говорить, телевизор рядом с ним случайно показал Хан Цзяна, стоящего перед трибуной и произносящего речь. Слова «политический комиссар Хан Цзян» были действительно ироничными, и Чжао Ханьчуань не мог удержаться. Раздался взрыв смеха.
- Ты... - Хан Цзян беспомощно рассмеялся на другом конце провода, и его первоначальное намерение стать серьёзным было мгновенно отменено. Если бы это были только папарацци, пришлось бы ему волноваться?
- Забудь. Ты сегодня свободен? Я заеду за тобой в кафе. Некоторые вещи лучше обсудить лично. Если удобно, давай встретимся сегодня.
Юнь Цзиньшу наконец-то услышал в его словах подсказку. Если бы это была обычная неприятность, Хан Цзян не пришёл бы к нему лично. Его проблемы в последнее время —не что иное, как скандалы, так какое же это имеет отношение к Хан Цзяну? Подумав об этом, он почувствовал, что нет необходимости встречаться. Он собирался отказаться, но случайно поймал взгляд Гу Яна. Выражение его лица было очень грустным. На этот раз он даже не стал скрывать свои обнаженные чувства. Пара глаз, в которых всегда была улыбка, теперь наполнилась глубоким тёмным светом, едва уловимым огнем, который, казалось, одним махом уничтожил сотовый телефон Юнь Цзиньшу.
Сердце Юнь Цзиньшу дрогнуло, его веки слегка задрожали, и он крепко сжал телефон:
- Хорошо, я подожду тебя.
Хан Цзян счастливо рассмеялся на другом конце провода. Низкий и элегантный голос, казалось, разнесся по маленькому кофейному столику через телефонную трубку. Гу Ян сжал кулаки и выглянул в окно, больше не глядя Юнь Цзиньшу в глаза. Чжао Ханьчуань, сидевший в стороне, сухо пил кофе и изо всех сил старался притвориться, будто его не существует.
Чувства – это всегда вопрос обоюдного согласия. Это не значит, что, если ты меня любишь, я дам тебе равную награду. Это не значит, что, если я тебя не люблю, ты можешь забрать всё и уйти, ничего не оставляя после себя.
Когда пришел Хан Цзян, Гу Ян и Чжао Ханьчуань уже ушли. Когда Юнь Цзиньшу последовал за мужчиной, они встретили Вэнь Цзэюня, до сих пор сидящего на скамейке на открытом воздухе. Он изначально думал, что эти двое, по крайней мере, поздороваются, когда увидят друг друга. Вот только Хан Цзян просто взглянув на него, поднял руку, взял Юнь Цзиньшу за запястье, и пошёл вперёд, даже не замедляя шага. Проходили мимо него, Юнь Цзиньшу ясно услышал пренебрежительную усмешку от Вэнь Цзэюня. Эти трое людей явно были запутаны в прошлой жизни, и никто не мог выбраться. Однако в этой жизни они стали чужими. Подойдя к чёрному «Лотусу», Хан Цзян помог Юнь Цзиньшу пристегнуть ремень безопасности. Выражение его лица было очень унылым. Он поднял руку и хотел погладить Юнь Цзиньшу по волосам, как раньше, но в конце концов вспомнил, что они больше не были заботливыми партнерами. Он мог только опустить руки и с улыбкой завести машину:
- Мне вдруг захотелось поесть еду Чжан Ма. Почему бы нам не пойти за покупками вместе.
Юнь Цзиньшу взглянул на мужчину, и ему бессознательно захотелось рассмеяться. Когда это Хан Цзян развернулся на 180°, когда ему пришла в голову эта мысль? Раньше даже в постели он был абсолютным контролёром и любил брать и грабить. Никогда ещё он не был так добродушен, и даже в льстивой форме спрашивал его мнения.
- Раз уж ты хочешь есть, просто забери её обратно. Не надо было увольнять её и теперь делать вид, будто сожалеешь об этом. Как ты сможешь показывать крокодиловы слёзы?
Случайные замечания Юнь Цзиньшу позабавили Хан Цзяна. Он обнаружил, что теперь у него появился новый интерес. Точно так же, как и понимание прочитанного на уроках китайского языка, когда он учился в школе, так и слова Юнь Цзиньшу всегда требовали от его мозга поворотов на несколько углов, чтобы понять их. Хотя центральная идея, возможно, так и не была понята правильно, но, когда он настоял на её объяснении, Юнь Цзиньшу не отверг его напрямую, поэтому воспринял это как молчаливое согласие. Он несколько раз усмехнулся, ничего не сказав, завёл машину и поехал в ближайший супермаркет. Чжан Ма была его секретным агентом, который наконец прорвался к «врагу». Она без проблем могла сообщать ему о текущем положении с его сыном. Что ж, хотя этот малыш был тайной, это может дать ему повод отправиться в дом Юнь Цзиньшу. Еда дома не могла его больше порадовать.
Машина проехала весь путь и уже собиралась подъехать к рынку, когда на мобильный телефон Юнь Цзиньшу внезапно пришло электронное письмо. Хан Цзян не обратил внимания на звук и припарковал машину на парковке перед входом. Обернувшись, он увидел, как Юнь Цзиньшу сунул телефон в карман. Его лицо было немного бледным, и даже пальцы бессознательно дрожали. После длительного общения с молодым человеком Хан Цзян мог угадать некоторые его мысли по движениям. Увидев, что он ведёт себя так ненормально, у мужчины внезапно появилось плохое предчувствие в сердце.
— Что случилось? Что-то случилось?
Юнь Цзиньшу покачал головой:
- Всё в порядке, выходим из машины.
Он расстегнул ремень безопасности и начал открывать дверь. Хан Цзян вытянул руку, и положив её ему на плечо, снова серьёзно спросил:
- Скажи мне правду, что случилось? Ты изменился после прочтения электронного письма.
Юнь Цзиньшу улыбнулся и оттолкнул его руку, чтобы увеличить расстояние между ними:
- Политкомиссар Хан, у вас слишком много поводов для беспокойства. Это пустяки.
Его лицо уже стало обычным, и он снова потянулся, чтобы открыть дверь. На этот раз Хан Цзян не отпустил его. Он прижал его к автокреслу и покопался в кармане. Юнь Цзиньшу забеспокоился и поспешно сжал телефон в руке. Но мужчина по-прежнему лидировал. В тот момент, когда Хан Цзян взял трубку, ресницы Юнь Цзиньшу задрожали, и он отвернул голову, ничего не сказав. Открыв электронное письмо в его телефоне, Хан Цзян увидел десятки фотографий. Одним из главных героев был Юнь Цзиньшу, и место действия было на кровати в отеле. Он выглядел потерявшим сознание, связанным, обнаженным и... с раздвинутыми ногами... Хан Цзян только почувствовал внезапное удушье в груди. Затем бушующий огонь полностью сжег его, а определённый нерв в его голове натянутый до предела мгновенно лопнул. Он сделал несколько глубоких вдохов, прежде чем успокоить голос и спросил:
- Директор Чжао снимал тебя?
Юнь Цзиньшу чувствовал себя беспомощным. Если бы не эти фотографии, он бы почти забыл, что такое было в его прошлой жизни. Он не знал, что ответить, ему стало стыдно, хотя его вины в этом не было. Ведь он никогда раньше такого не делал. Поскольку Хан Цзян выбрал его, для его подчиненных не было невозможным не найти любую информацию, но он не ожидал...
- Я не знал, что он фотографировал. Может быть... - Он приподнял уголок рта и равнодушно улыбнулся: - Может быть, он думал, что это удовлетворит его извращенные желания.
Хан Цзян глубоко вздохнул, и его травмированная голова снова начала гудеть. Хотя он уже знал, что Юнь Цзиньшу был похищен сутенёром Ли Тяньхуа и положен в постель некоего режиссёра. Он знал факты и видел всё своими глазами. Но видеть тогда и видеть сейчас эти фотографии — это две разные вещи. На его пальцах в этот момент натянулись вены. Если бы это было возможно, он хотел немедленно разбить телефон в руке, но разум подсказал ему быстро успокоиться. Если он не сможет сохранять спокойствие, как сможет защитить от повторной встречи с такими вещами Юнь Цзиньшу?
Юнь Цзиньшу посмотрел на телефон несколько раз с улыбкой на лице:
- Кажется, ты прав. Кто-то действительно присматривается ко мне в последнее время. Иначе почему эти вещи появились ни раньше, ни позже? Им пришлось ждать два года.
Юнь Цзиньшу на фотографии выглядел так же, как когда Хан Цзян впервые увидел его. Он был стройным и красивым, с небольшим детским жирком на лице. На первый взгляд он и выглядел как ребёнок, только что окончивший колледж. Два года назад черты его лица еще не заострились, по крайней мере, не были такими, как сейчас, но среди мальчиков он уже считался красивым типом. Так было ли это причиной того, что на него нацелился этот чудовищный режиссёр? Хан Цзян выровнял дыхание и опасно прищурившись, удалил электронное письмо. Он вернул телефон в руки Юнь Цзиньшу и сказал:
- Предоставь это мне, тебе не о чем беспокоиться.
Юнь Цзиньшу улыбнулся и кивнул, не слишком паникуя. После стольких испытаний было бы слишком неловко, если бы он не смог пережить даже этот удар. Просто ему любопытно, у кого с ним проблемы в преддверии выхода «Преувеличения»?