глава 29

Дорога до Вирджинии казалась бесконечной липкой лентой, разматывающейся под колесами старого «Грейхаунда». Касс сидела, прижавшись лбом к холодному, покрытому каплями стеклу, и смотрела на проплывающие мимо серые пейзажи. Каждое слово Кола на той заправке до сих пор эхом отзывалось в её голове, но ярость и чувство предательства заглушали любые другие мысли. «Монстры», - так он сам себя назвал. И он был прав. Они все были монстрами.

​Мистик Фоллс встретил её привычной, тошнотворно идеальной тишиной. Зеленые лужайки, аккуратно подстриженные кусты, белые заборы и фальшивые, пластиковые улыбки редких прохожих. Город казался декорацией к дешевому фильму о счастливой жизни, в которую Касс больше не верила ни на секунду. Она шла по знакомой улице к дому Гилбертов, чувствуя себя живым трупом среди этого сонного благополучия. Рюкзак привычно оттягивал плечо, а руки под курткой, скрытые свежими бинтами, неприятно зудели от дорожной пыли.

​Она поднялась на крыльцо и, даже не пытаясь постучать, толкнула незапертую дверь.

​В прихожей мгновенно послышались торопливые шаги. Дверь из гостиной распахнулась, и на пороге появилась Елена. На ней был идеальный, уютный кашемировый свитер персикового цвета, а волосы были аккуратно уложены - волосок к волоску. В первые секунды на её лице отразился чистый, неподдельный шок, который тут же сменился привычным, праведным гневом, который Касс знала наизусть. За спиной сестры, хмурясь и скрестив руки на груди, маячил Джереми.

​- Касс?! Боже мой, Касс! Где ты была?! - Елена сделала резкий шаг вперед, раскинув руки для объятий, её глаза мгновенно наполнились слезами. - Мы с ног сбились, искали тебя по всем округам! Стефан подключал свои связи, Деймон...

​Касс жестко и резко выставила локоть вперед, пресекая любую попытку физического контакта. Её взгляд был холодным и колючим, как лед.

​- Избавь меня от своих телячьих нежностей, Елена, - Касс прошла мимо неё вглубь прихожей, бесцеремонно бросив тяжелый рюкзак прямо на чистый коврик. - Жила я. Пока ты тут крутила романы со своими клыкастыми мальчиками и решала, кто из Сальваторе сегодня будет твоим рыцарем.

​- Как ты можешь так говорить?! - Елена всплеснула руками, слезы всё-таки покатились по её идеальным щекам, но в голосе прорезались те самые властные, учительские нотки, которые Касс ненавидела больше всего. - Мы с ног сбились! Ты просто уехала, ни слова не сказав, заблокировала телефон! Ты хоть понимаешь, какая ты эгоистичная сука, Касс?! Джереми места себе не находил, он забросил учебу! Мы пытаемся тебе помочь, пытаемся исправить то, что ты с собой делаешь, пытаемся склеить нашу семью после всего... а ты просто возвращаешься и плюешь нам в душу!

​- Исправить меня? - Касс медленно повернулась к ней.

​В её карих глазах было столько ледяной, мертвой пустоты, что Елена невольно осеклась и сделала шаг назад, ища поддержки у Джереми. Касс окинула их двоих презрительным взглядом, задержавшись на чистеньком, домашнем свитере сестры.

​- Ты не можешь исправить то, что сама же и сломала, Елена. Засунь свою помощь и свою фальшивую заботу себе глубоко в задницу. Я вернулась не к вам. Я вернулась в свой дом. И если вам что-то не нравится - двери всегда открыты, можете катиться к своим вампирам.

​Она развернулась и, тяжело чеканя шаг, пошла вверх по лестнице в свою старую комнату, оставив Елену и Джереми стоять внизу в полном, ошеломленном молчании. Атмосфера в доме Гилбертов накалилась до предела, и Касс знала: это возвращение станет началом новой, куда более жестокой войны.