глава 7

Школа гудела. Это был не обычный шум перемены - это был нервный, истеричный шепот, затихающий каждый раз, когда кто-то проходил мимо. После того, что произошло в столовой, Мистик-Фоллс Хай изменился. Кассандра Гилберт из «школьного призрака» превратилась в «бомбу замедленного действия».

​Айрис увезли на скорой. У неё был перелом носа и сильное сотрясение. В коридорах шептались, что она не выйдет на занятия как минимум неделю, а может, и дольше. Но даже в её отсутствие страх остался.

​Касс не пошла на уроки. Она вышла из школы через черный ход, оставив за собой лишь тишину. Она не чувствовала страха перед возможным исключением или полицией. Внутри неё было странное, почти наркотическое чувство свободы.

​Она дошла до кладбища. Это было единственное место, где её никто не искал и где было достаточно тихо, чтобы наконец подумать. Она села на холодную ограду могилы своих родителей. Глядя на выбитые даты на граните, она не чувствовала ничего - ни грусти, ни желания плакать. Только пустоту, которая теперь казалась ей не проклятием, а защитой.

​- Ты выглядишь так, будто только что выиграла войну, - раздался тихий, вкрадчивый голос за её спиной.

​Касс не вздрогнула. Она даже не обернулась. Она знала, кто это. Стефан Сальваторе. Она видела его в столовой - он наблюдал за тем, как она волокла Айрис, и в его глазах не было ужаса. В них был интерес.

​- Не лезь, Сальваторе, - холодно бросила она, не поворачиваясь. - Я не Елена. На твою «загадочную душу» я не куплюсь.

​Стефан подошел ближе, остановившись в паре метров от неё. Его движения были слишком плавными, слишком идеальными.

- Я не собирался лезть. Просто... в этой школе слишком много фальши. А ты единственная, кто сегодня показал что-то настоящее. Даже если это «настоящее» - ярость.

​Касс наконец повернулась. На её лице, всё ещё испачканном засохшим шоколадом, играла кривая, горькая усмешка.

- Ты ничего не знаешь о том, что реально. Ты просто новичок с секретами. Иди к Елене, она любит таких, как ты. Героев, спасителей, идеальных мальчиков. Я - мусор, Стефан. И лучшее, что ты можешь сделать - это держаться от меня подальше.

​Стефан на секунду замолчал. Его глаза на мгновение стали почти черными, а потом снова приняли обычный оттенок.

- Ты права, - сказал он тихо. - Здесь небезопасно. Не для меня. А для тебя.

​Он развернулся и ушел, а Касс проводила его взглядом. Она чувствовала, что этот парень - не человек. Она не могла объяснить как, но она чувствовала это каждой клеткой своей кожи. Но ей было плевать. Пусть он вампир, оборотень или пришелец - он не мог причинить ей больше боли, чем её собственная семья.

​Вечером она вернулась домой. В доме стояла напряженная атмосфера, похожая на ту, что бывает перед грозой.

​Елена и Джереми сидели на кухне. Джена, тётя, разговаривала по телефону с директором школы. Увидев Касс, она на секунду замолчала, её лицо исказилось от смеси испуга и отвращения.

​- Ты хоть понимаешь, что ты натворила?! - взвизгнула Джена, бросая трубку. - Тебя исключат! Полиция может завести дело! Айрис лежит в больнице, её родители подают на нас в суд!

​Касс молча прошла мимо неё к лестнице.

​- Стой здесь, когда я с тобой разговариваю! - Джена схватила её за руку, но Касс так резко дернулась, что та отшатнулась, едва не упав. - Ты... ты стала как сумасшедшая! Это всё из-за того, что ты делаешь с собой, я знаю про шрамы! Нам придется отправить тебя в клинику, Касс!

​Елена встала из-за стола, её глаза были полны слез.

- Касс, ради бога, остановись. Ты разрушаешь наши жизни. Мы пытаемся быть нормальными, мы пытаемся пережить всё это... а ты как будто хочешь нас всех погубить. Ты эгоистичная, жестокая девчонка. Я больше не узнаю свою сестру.

​Касс остановилась на первой ступени лестницы. Она обернулась. На её лице не было гнева. Там было такое полное, абсолютное безразличие, что Елену передернуло.

​- Вы не потеряли сестру, Елена, - голос Касс звучал как холодный нож. - Вы никогда её не имели. Вы были заняты собой, своим горем, своими парнями и своей популярностью. Вы даже не заметили, как я умирала у вас на глазах. Так что не надо строить из себя жертву. Это я была жертвой. А сегодня... сегодня я перестала ей быть.

​Она развернулась и пошла в свою комнату. Она знала, что делает. Она закрыла дверь на замок, подошла к кровати и достала из-под матраса спрятанную шкатулку с деньгами.

​Счетчик пошел. У неё было несколько дней, пока оформят бумаги на исключение, пока полиция будет раскачиваться, пока семья решит, что с ней делать. Она не будет ждать, пока её запрут в психиатрической лечебнице.

​Мистик Фоллс сегодня ночью потеряет свою самую тихую мученицу. И никто не будет знать, что в ту же ночь мир потерял Кассандру Гилберт и обрел кое-кого гораздо более опасного.