Глава 26. Перезагрузка среди облаков

Последнее, что я помнила внятно — это его лицо. Бесстрастное. И мои собственные слова, отравленные ядом отчаяния и предательства, которые я швырнула ему в лицо. «Гнусный демон... Не заслуживаешь доброты...»

Что-то внутри, долго и упрямо державшееся, сломалось с тихим щелчком. Вся моя храбрость, весь сарказм, вся эта тонкая, но прочная броня, за которой я прятала свой настоящий, испуганный до смерти внутренний мир, рассыпалась в прах. И наружу хлынуло всё: беспомощность, ужас перед будущим, боль от раскрытия, горечь от слов Сяо Фэя и от собственной глупости.

Новые рыдания, уже беззвучные, сотрясли меня. Я не могла дышать, мир поплыл перед глазами. Я чувствовала, как подкашиваются ноги, и уже готова была рухнуть на холодный камень, как вдруг...

Сильные руки подхватили меня, не дав упасть. Я пыталась вырваться, но не было сил. Меня укутали во что-то тёплое и мягкое — мой же плащ. Потом было ощущение лёгкого движения, будто меня несли. А затем... сквозь нарастающий туман в сознании я почувствовала чьё-то прикосновение к волосам. Осторожное, почти невесомое. Кто-то гладил меня, успокаивающе, монотонно. Это было так странно, так не вязалось с образом холодного мучителя, что мой измождённый мозг решил — это галлюцинация. Сон. Бред. И я наконец погрузилась в пустоту, спасённая собственным отключением.

Сознание возвращалось ко мне медленно и неохотно, как пьяный садовник после праздника урожая, пытающийся вспомнить, куда он закопал золотое яблоко. Первым делом я почувствовала, что лежу на чём-то мягком, а не на холодном, пропитанном порчей камне. Затем до меня дошло, что это мой собственный плащ, аккуратно подложенный под меня. И последним, тяжёлым свинцовым шаром, на дно сознания упали воспоминания. Сяо Фэй. Его ледяные, синие как бездна глаза. Самодовольная рожа второго попаданца. Моё раскрытие. Истерика. Слёзы. Я застонала и натянула ткань плаща на голову, отчаянно желая, чтобы он поглотил меня целиком вместе со всем моим стыдом и отчаянием.

«Великолепно. Просто великолепно, Лянь Шэн. Ты не только устроила истерику на пустом, точнее, на отравленном месте, ты ещё и накричала на самого опасного демона в этом мире, обвинив его во всех смертных грехах. А потом... потом тебе померещилось, будто он... нет, не было этого. Не могло быть. Слишком много стресса. Мозг выдал желаемое за действительное, потому что больше не мог выдерживать напряжение. Поздравляю с апгрейдом от «пытающейся выжить» до «активно галлюцинирующей на фоне нервного срыва».

Я лежала, уставившись в тёмную ткань над лицом, и пыталась осмыслить своё новое положение. Мои мысли метались, как перепуганные мыши, натыкаясь на острые углы реальности.

«Лянь Шэн. ГЛАВНАЯ ГЕРОИНЯ (в стадии острого отрицания и стыда). Статус: Пережила тотальный прорыв психической обороны. Эмоции: Глубокое опустошение, жгучий стыд, паническая неуверенность, остаточные галлюцинации о поглаживании головы. Уровень опасности: ВСЁ ЕЩЁ ЗАПРЕДЕЛЬНЫЙ. Вопросы без ответа: 1) Что делать? 2) КАК делать? 3) Зачем вообще что-то делать? 4) Он действительно гладил меня по голове или я окончательно спятила?»

Спасать мир. Эти два слова висели в моей голове огромной, насмешливой гирей. Спасать мир? Я? Та, что ещё вчера главной целью видела выращивание орхидеи-мутанта версии 2.0? А от кого спасать? От Сяо Фэя, который теперь знает, что я обманщица, и, кажется, возненавидел меня всеми фибрами своей тёмной души? И от того другого, того сумасшедшего в куртке, который рвёт реальность, как старую простыню, и явно имеет на это свои, далёкие от здравомыслия планы? Какие у меня ресурсы? Фиолетово-золотая энергия, которую я едва могу контролировать, шкатулка-загадка и... злодей, которому я только что нахамила и которому, возможно, привиделась нежная забота. Блестящий стратегический набор для героини, не правда ли?

Слёзы снова подступили к глазам, горячие и беспомощные. Я сглотнула комок в горле, пытаясь взять себя в руки, но из этого вышло лишь жалкое всхлипывание.

Именно в этот момент я почувствовала лёгкое движение рядом. Я откинула плащ с лица и увидела его. Ху Янь стоял на почтительном расстоянии, его лицо было бесстрастным, как маска. Но в воздухе витало лёгкое, едва уловимое свечение — следы той самой серебристой энергии, что он использовал, притворяясь «Янь Лу». Он, похоже, только что закончил какую-то работу с пространством вокруг нас, создавая или усиливая защиту.

Я рванулась назад, как ошпаренная.

— Не трогай меня! — мой голос прозвучал хрипло и резко, отдаваясь эхом в каменных стенах пещеры. — Уйди! Просто оставь меня и уйди! Я не хочу быть твоей игрушкой, частью твоего цирка уродов!

Он не отреагировал на вспышку. Его рука, которой он, вероятно, и создавал барьер, медленно опустилась.

— Я уйду, — произнёс он своим ровным, бархатным голосом, в котором не было ни капли раздражения, — когда буду уверен, что ты в безопасности в стенах своего клана.

Я фыркнула, и это прозвучало жалко и неубедительно.

— О, конечно! Моя безопасность! Я же твой «ценный актив», твой «интерес»! Не могу же я сломаться до того, как ты насладишься зрелищем до конца! — я с ненавистью посмотрела на него. «И почему он до сих пор меня не убил? Любой уважающий себя злодей на его месте уже давно бы стёр в порошок такую наглую героиню. А он просто стоит. Словно ждёт, когда я сама успокоюсь. Это... сбивает с толку. И пугает ещё больше».

— Если ты так печёшься о своём «спектакльном актёре», — я язвительно продолжила, — почему бы не воспользоваться своими демоническими способностями? Открой портал, щёлкни пальцами, перенеси меня обратно в клан. Быстро, эффективно, и тебе не придётся слушать моё нытьё.

Он покачал головой, и в его глазах мелькнула тень чего-то, что я не могла определить — не насмешки, а скорее... усталой прагматичности.

— Если тебя увидят в таком состоянии, с распухшими от слёз глазами и дрожащая, в клане начнётся переполох. Старейшины, твоя служанка, та девочка... Лян Мэй. Они засыплют тебя вопросами. Ты к этому готова? Готова ли ты рассказать им, почему ты вернулась с подножья Спящего Великана в состоянии полной истерики?

Чёрт. Он был снова прав. Я представила себе встревоженные, полные сочувствия лица Юй Лин и Лян Мэй, суровый, испытующий взгляд Старейшины Бо. Мне пришлось бы что-то объяснять. А что я могла сказать? «Здравствуйте, я главная героиня, потому что оригинальный герой сошёл с ума, а другой парень из моего мира устроил апокалипсис, и, кстати, вот мой друг-демон, который, возможно, гладил меня по голове, но я не уверена»? Нет, это был бы конец. И конец куда более стремительный и оглушительный, чем от рук самого Ху Яня.

Ху Янь наблюдал за сменой выражений на моём лице, за тем, как моё ложное возмущение сменялось горьким осознанием.

— Есть другой путь, — сказал он тихо. — Быстрый и без лишних глаз.

Он поднял голову и издал короткий, низкий свист, который не был похож ни на один звук, что я слышала раньше. Он был полон древней мощи и безраздельной власти, вибрацией, входящей в резонанс с самой материей мира. Он прорезал воздух, заставляя вибрировать камни под ногами и сыпаться с потолка пещеры мелкую пыль.

И тогда с небес, из-за свинцовых туч, окружающих вершину Спящего Великана, донёсся ответ. Глухой, мощный гул, от которого содрогнулась сама гора и у меня ёкнуло сердце. Я инстинктивно вжалась в скалу, широко раскрыв глаза.

Из-за пика, разрезая облака, появилось Оно. Существо невообразимых размеров. Его чешуя переливалась цветами тёмного нефрита и обсидиана, отражая тусклый свет в тысячах крошечных граней, словно броня из жидкой ночи. Два огромных рога, похожих на причудливые корни древнего дерева, венчали его голову, а глаза горели холодным, зелёным пламенем, словно два озера расплавленного малахита, полных безвозрастной мудрости и безразличия. Оно было одновременно ужасающим и прекрасным, воплощением самой дикой, первозданной мощи этого мира.

«Цзиньлунь, Дракон Северных Гор. Статус: Личный транспорт Повелителя Демонов (люкс-класс). Эмоции: Скучающее превосходство, лёгкое раздражение от вызова. Уровень опасности: БЕСПРЕЦЕДЕНТНЫЙ. Особые отметки: Чертовски эффектен. Надеюсь, у него включён режим «не есть пассажиров» и «стабильное маневрирование».»

Это был тот самый дракон. Тот, о чьём подчинении Ху Яню я слышала когда-то в таверне «Уснувший дракон». Тогда это были просто слухи, одна из многих страшных сказок. Теперь же он парил в воздухе прямо передо мной, и его тень накрыла нас целиком, а от его могучего тела исходил ветер, пахнущий озоном и высокогорными снегами.

— Ты... ты не мог просто найти лошадь? — прошептала я, не в силах отвести взгляд от исполина, чувствуя, как мои колени снова готовы подкоситься, но на этот раз от благоговейного ужаса.

— Лошади пугливы, — невозмутимо ответил Ху Янь, как будто это было самое разумное объяснение в мире. — А нам нужно быстро и незаметно. Цзиньлунь доставит нас туда, где ты сможешь прийти в себя. Не в клан. В место... более уединённое.

Он сделал шаг вперёд, к краю плато, где уже спускался, изгибая своё гигантское тело с невероятной грацией, дракон.

«Ну что ж, — подумала я с истерической покорностью, глядя на это воплощение мифа. — Когда твоя жизнь окончательно превращается в эпическую поэму, написанную сумасшедшим, почему бы не прокатиться на драконе? По крайней мере, вид сверху должен быть захватывающим. И, возможно, там, высоко в облаках, наконец перестанет пахнуть ржавчиной и горем».

Собрав остатки своего разбитого достоинства и вцепившись в плащ, как в якорь, я сделала шаг навстречу своему новому, абсолютно сумасшедшему будущему. Будущему, в котором я была главной героиней, врагом — бывшим другом, союзником — загадочным демоном, а транспортом — древний дракон. Стандартный набор для спокойной жизни.

Но сделать шаг навстречу будущему оказалось куда проще, чем сделать шаг к дракону. Я замерла в паре метров от исполинского существа, и всё моё естество взбунтовалось. Знать о драконах по книжкам — это одно. Видеть одного из них в реале, ощущая исходящее от него тепло и мощь, которая заставляет вибрировать воздух, — совсем другое. Особенно когда этот «реал» размером с грузовой дирижабль и пахнет грозой, серой и чем-то неуловимо древним, словно пыль с крыльев доисторических мотыльков.

Цзиньлунь склонил свою огромную голову, и одно его глазное яблоко, размером с мою туловище, уставилось на меня. Зрачок, вертикальный и горящий зелёным огнём, сузился. От него исходила такая мощная аура первозданной силы, что воздух звенел, а мелкие камушки на земле подпрыгивали. Я почувствовала, как дрожат мои колени, и осознала, что мой сарказм — жалкий щит против такого величия.

«Он... он меня рассматривает. Как кусок мяса. Или, что хуже, как потенциальную закуску. Интересно, драконы любят саркастичных попаданок? Или предпочитают классический вкус героев? Надеюсь, я для него слишком кислая».

«Цзиньлунь, Дракон Северных Гор. Статус: Изучает новую игрушку хозяина. Эмоции: Любопытство, легкое презрение. Уровень опасности: НЕ ИЗМЕРЕН. Мысли (предположительно): "Маленькая. Хрупкая. Пахнет страхом и странной энергией. Интересно, хрустит?"»

Я невольно отступила на шаг, наступив на край своего плаща, и чуть не шлёпнулась на землю. В этот момент рядом со мной возник Ху Янь. Он прошёл мимо меня к дракону так же небрежно, как я бы прошла мимо дворовой собаки, и с тем же выражением полного контроля над ситуацией.

— Не бойся, — сказал он, и я не поняла, обращается он ко мне или к дракону. — Она с нами.

Он поднял руку и положил ладонь на носовую чешуйку Цзиньлуня. Дракон издал низкий, урчащий звук, больше похожий на отдалённый гром, и из его ноздрей вырвалось два клуба дыма, пахнущего озонированным ветром. Это выглядело... почти как кошачье приветствие, если бы кошки были размером с дом и дышали пламенем.

«Боже правый. У Повелителя Демонов есть ручной дракон. Нет, не ручной. Послушный. И он с ним так... фамильярно. Это одновременно и чертовски круто, и чертовски пугающе. У моего кота из прошлой жизни были такие же манеры, и он тоже иногда смотрел на меня, как на еду, правда, с меньшими шансами на успех».

— Он... он не сбросит меня по дороге? — выдавила я, глядя на гребнистую спину дракона, которая уходила ввысь, как склон горы, усыпанный чёрными алмазами. Представление о том, что мне нужно на это забираться, вызывало приступ акрофобии, о которой я даже не подозревала.

— Цзиньлунь — не лошадь, чтобы капризничать, — ответил Ху Янь, и в его голосе прозвучала лёгкая, почти невесомая усмешка. — Он летает плавно. Если, конечно, его не спровоцировать. Так что постарайся не тыкать в него ногами и не кричать ему в ухо. Он этого не любит.

«Отлично. Просто замечательно. Теперь мне нужно ехать на живом самолёте, у которого могут быть перепады настроения. Надеюсь, у него нет аллергии на сарказм и женские истерики».

Я подошла чуть ближе, всё ещё не решаясь протянуть руку. Спина дракона была покрыта крупными, идеально подогнанными чешуйками, каждая из которых была размером с суповую тарелку и отливала в свете тёмным зелёным золотом. Забраться на неё без посторонней помощи было бы равносильно попытке взобраться на гладкую вертикальную стену.

Ху Янь, словно читая мои мысли, обернулся ко мне. Его взгляд, обычно полный насмешки или холодной оценки, сейчас был просто спокоен.

— Ну? — произнёс он, поднимая бровь. — Ты планируешь остаться здесь? Место, правда, не самое живописное для медитации и успокоения. И пахнет откровенно плохо.

Я собрала всю свою волю в кулак и сделала последний шаг. В этот момент он повернулся ко мне, его движения были стремительными и точными, лишёнными всякой суеты. Прежде чем я успела понять, что происходит, он обхватил меня за талию и легко, почти без усилий, поднял в воздух. Его прикосновение было твёрдым и уверенным, но не грубым. От него пахло холодным ветром, дымом и чем-то неуловимо сладким, как запредельно опасный нектар.

— Эй! — вскрикнула я от неожиданности, инстинктивно вцепившись ему в плечи. Сквозь ткань его ханьфу я чувствовала твёрдые мускулы.

— Тише, — он не обратил на мой возглас внимания, его голос прозвучал прямо у моего уха, низкий и бархатный. — Не пугай его.

Он поднялся на спину дракона с той же лёгкостью, с какой обычный человек поднимается на пару ступенек, и опустил меня перед собой, между двумя крупными чешуйками, образующими нечто вроде естественного седла. Его руки разжались не сразу, на мгновение задержавшись, будто убеждаясь, что я не свалюсь тут же обратно.

Я сидела, стараясь дышать ровно и не смотреть вниз. Тёплый, почти живой металл подо мной вибрировал от низкого, мощного гула, исходящего от дракона. Это было одновременно и страшно, и захватывающе. Его тепло согревало меня через тонкую ткань платья.

«Я сижу на драконе. На самом деле, буквально, сижу на драконе. Если бы моя университетская подруга увидела меня сейчас, она бы умерла от зависти. А потом воскресла и умерла снова от ужаса. И, наверное, попросила бы автограф».

Ху Янь устроился позади меня, его присутствие было твёрдым и неоспоримым, как скала.

— Держись, — сказал он просто, и его руки легли на чешую по обе стороны от меня, не касаясь меня, но создавая ощущение защитного кокона.

И тогда Цзиньлунь взмахнул своими могучими, похожими на перепончатые паруса крыльями. Воздух с грохотом ушёл из-под нас, и земля резко поплыла вниз, превращаясь в миниатюрный макет. Я вскрикнула и вцепилась в край чешуи перед собой так, что пальцы побелели. Ветер свистел в ушах, заставляя слезиться глаза и вырывая из груди смех, смешанный со стоном. Но, как и обещал Ху Янь, полёт был на удивление плавным, словно мы скользили по невидимым рельсам в небе. Дракон набирал высоту, и скоро пещера Спящего Великана превратилась в маленькое тёмное пятнышко, а затем и вовсе исчезла в дымке.

Я рискнула выглянуть, оторвав одну руку от опоры. Мир под нами раскинулся, как живая, дышащая карта, вытканная изумрудом, лазурью и золотом. Леса были похожи на ковры из бархатного мха, реки — на серебряные нити, пришитые к полотну земли, а города — на рассыпанные ларцом с драгоценными камнями. С высоты не было видно ни трещин, ни ядовитого света. Только бескрайняя, величественная красота древнего Китая, который я когда-то знала только по книгам, свиткам и своим фантазиям. От этой красоты перехватывало дух.

«Лянь Шэн. ГЛАВНАЯ ГЕРОИНЯ (в процессе аэродинамической терапии). Статус: Летит на драконе. Эмоции: Панический восторг, остаточный шок, легкая тошнота, щемящее восхищение. Уровень опасности: ВСЁ ЕЩЁ ВЫСОКИЙ, но с фантастическим видом. Особые отметки: Обнаружена новая фобия — боязнь упасть с мифического существа. И новое увлечение — вид сверху на гибнущий мир.»

«Ладно, — подумала я, чувствуя, как ветер высушивает следы слёз на моих щеках и запутывает волосы. — Может, быть главной героиней не так уж и плохо, если это включает в себя такие вот... эксклюзивные экскурсии. По крайней мере, скучно не будет. И вид... вид просто божественный».

Мы летели вперёд, в неизвестность, оставляя позади руины моего старого статуса и груз страхов. А я сидела на спине у дракона, пригвождённая к месту невидимой клеткой из рук демона, и впервые за долгое время чувствовала не только леденящий страх, но и щемящий, невероятный восторг от этого безумного, прекрасного и ужасного мира. И где-то глубоко внутри, под всеми слоями страха и отчаяния, шевельнулось крошечное, едва заметное чувство — странное успокоение от того, что в этом хаосе я была не одна.

***

Мы летели, и по мере того как холодный ветер омывал моё лицо, я постепенно осмелела настолько, что ослабила мертвую хватку на драконьей чешуе и даже слегка приподнялась, чтобы лучше рассмотреть проплывающие под нами пейзажи. Ветер уже не казался таким враждебным; теперь он был прохладным, освежающим потоком, смывающим остатки моей истерики, словно небесный целитель. Я даже заметила стаю журавлей, которые, завидев Цзиньлуня, в панике развернулись и умчались прочь, словно белые бумажные самолетики, застигнутые врасплох летящим авианосцем.

«Понимаю, ребята, полностью солидарна. Я бы тоже сделала ноги, увидев такое чудо-юдо в небе. Хотя, если подумать, сейчас я сама часть этого "чуда-юда". Журавли, наверное, думают, что я либо невероятно крутая, либо его пленница. Что, в общем-то, не так уж далеко от истины с обеих сторон».

«Лянь Шэн. ГЛАВНАЯ ГЕРОИНЯ (в процессе принятия ситуации). Статус: Летит на драконе и даже немного расслабилась. Эмоции: Осторожное любопытство, умиротворение, легкое головокружение от высоты и сюрреалистичности происходящего. Уровень опасности: СТАБИЛЬНО ВЫСОКИЙ, но уже не панический. Особые отметки: Обнаружила, что с высоты птичьего... драконьего полета мир все еще прекрасен, даже если он трещит по швам.»

Я рискнула украдкой взглянуть на Ху Яня. Он сидел неподвижно, его поза была полна той же безмятежной мощи, что и у дракона, на котором мы летели. Его взгляд был устремлён вперёд, на горизонт, где золотистые лучи заката начинали окрашивать облака в персиковые тона, и в его глазах я не увидела ни злобы, ни раздражения, ни даже привычной насмешки. Было лишь спокойное, почти отстранённое наблюдение. Как будто для него всё это — полёт на драконе, разваливающийся мир, истеричная спутница — было частью обычного рабочего дня.

«Интересно, он часто так катается? "Вторник, 10:00 — подавить восстание в южной провинции, 14:00 — запугать совет старейшин, 16:00 — прокатиться на драконе с плачущей попаданкой". Должно быть, у него очень насыщенное расписание».

— Долго ещё лететь? — спросила я, на удивление сама себе, своим почти нормальным голосом.

Он повернул голову, и его взгляд скользнул по моему лицу. Кажется, он тоже отметил отсутствие свежих слёз.

— Недолго, — ответил он. — Мы направляемся в одно из моих... укрытий. Оно скрыто от посторонних глаз.

— Укрытие? — я представила себе мрачный замок из чёрного камня с висящими в воздухе черепами и котлами с кипящей смолой. — Надеюсь, там есть горячая вода и что-нибудь поесть, что не является душой грешника. Мои запасы лепёшек и кабачков остались там, внизу.

На его губах дрогнула тень улыбки.

— Есть кое-что и получше. И поверь, души грешников — это переоценённый и откровенно невкусный деликатес. Слишком много суеты.

Я не могла сдержать лёгкий смешок. Ситуация была до абсурда странной: я, главная героиня поневоле, летела на драконе с Повелителем Демонов и обсуждала с ним кулинарные предпочтения относительно душ. Мой внутренний циник ликовал и плакал одновременно.

Вскоре вдали показалась цепь острых, покрытых вечными снегами пиков, похожих на зазубренные клыки небесного зверя. Цзиньлунь, не сбавляя плавности хода, начал снижаться, направляясь к одной из вершин, которая казалась особенно неприступной. По мере приближения я разглядела нечто поразительное: прямо в скале, на высоте, куда не забрался бы и самый отчаянный альпинист, зиял вход, скрытый нависающим карнизом. Но это была не простая пещера. Изнутри её сводов исходило мягкое, золотисто-лазоревое сияние, словно внутри находилась пойманная звезда.

Дракон с грациозностью, невероятной для его размеров, вплыл в это отверстие и бесшумно приземлился на обширной каменной площадке внутри. Воздух здесь был тёплым и сухим, пахнущим сандалом, сушёными хризантемами и остывшим камнем.

Я осмотрелась, затаив дыхание. Это было не укрытие. Это были апартаменты. Изумительные апартаменты. Пол был выложен отполированным тёмным деревом, стены украшали шёлковые гобелены с вытканными сценами из древних мифов, а в нишах стояли фарфоровые вазы невероятной тонкости работы. В центре зала бил маленький источник, вода из которого стекала в резной нефритовый бассейн, испуская лёгкий пар. Сводчатый потолок был словно высечен из цельного куска горного хрусталя, и через него пробивался свет, создавая иллюзию, что мы находимся под самым куполом неба.

«Ну конечно. У него не просто пещера. У него пещера-люкс с панорамным видом на горный хребет и встроенным джакузи. Почему я не удивлена? "Скромное укрытие", говорил он... Ага, как же. Это похоже на пятизвёздочный отель для бессмертных, которым наскучила земная архитектура».

«Ху Янь. ПОВЕЛИТЕЛЬ ДЕМОНОВ (со вкусом). Статус: Привёл героиню в свой загородный дом. Эмоции: Скрытое удовлетворение от произведённого эффекта. Уровень опасности: НЕОПРЕДЕЛЁН (пока не ясно, включено ли в стоимость проживания ритуальное жертвоприношение). Особые отметки: Имеет прекрасный вкус в интерьере. И, кажется, запас чистой одежды моего размера.»

Ху Янь легко спрыгнул со спины дракона и протянул мне руку, чтобы помочь спуститься. На сей раз я, после секундного колебания, приняла её. Его пальцы были прохладными и твёрдыми, но в этом прикосновении была неожиданная осторожность.

— Здесь ты можешь отдохнуть, — сказал он, отпуская мою руку. — Привести мысли в порядок. Еда, одежда и всё необходимое здесь есть.

— Всё необходимое? — я подняла бровь. — Включая план по спасению мира и инструкцию по обращению с вторым попаданцем?

— Включая горячую ванну и чай, — он парировал с лёгкой ухмылкой. — Начни с малого. Спасение мира может подождать, пока ты не приведешь себя в презентабельный вид.

И, чёрт возьми, он снова был прав. Я чувствовала себя абсолютно разбитой, пропахшей страхом, пылью и драконьей чешуёй. Мысль о горячей воде была почти такой же сладкой, как мысль о возвращении домой.

В этот момент из тени за колонной появилась высокая стройная фигура. Невысокого роста, с бледной, почти фарфоровой кожей и волосами цвета воронова крыла, перехваченными серебряной шпилькой в виде змеи. Но самое необычное — его глаза. Они были полностью чёрными, без белка и зрачков, и светились холодным, фиолетовым светом. Одета фигура была в простые, но качественные серые одежды, а за спиной виднелись два небольших, словно недоразвитых, кожистых крыла.

— Хозяин, — его голос был холодным и мелодичным, как перезвон ледяных колокольчиков. Он бросил на меня короткий, оценивающий взгляд, и в его черных глазах мелькнуло что-то, что я без труда определила как презрение. — Вы привели с собой... гостью? Хотя, должен заметить, она выглядит несколько... потрёпанной для наших апартаментов.

«Ваншу. Дух-хранитель убежища (полудракон). Статус: Верный пес Ху Яня. Эмоции: По отношению к другим — презрение и раздражение. Уровень опасности: УМЕРЕННЫЙ (если не дразнить). Особые отметки: Очевидно, считает меня назойливой мухой, залетевшей в его идеально убранные владения.»

— Ваншу, хватит, — обратился к нему Ху Янь, не глядя. — Позаботься о нашей гостье. Ей нужны покой и всё, что его обеспечивает.

Существо склонилось в почтительном поклоне, но когда подняло голову, его взгляд, обращённый ко мне, был полон такого высокомерия и язвительности, что я почувствовала себя букашкой под микроскопом учёного-мизантропа.

— Как пожелаешь, господин, — голос Ваншу был шипящим и холодным, как зимний ветер. Он повернулся ко мне. — Проследуйте за мной, человечек. Я покажу вам ваши... апартаменты. Надеюсь, вы не из тех, кто разбрасывает вещи и оставляет пятна на шёлке.

«О, великолепно. Личный дворецкий-полудракон с комплексом бога и явной неприязнью к гомо сапиенс. Просто то, что мне нужно после нервного срыва».

— Не волнуйся, — парировала я, стараясь, чтобы мой голос звучал так же высокомерно. — Я приучена к порядку. В отличие от некоторых, кто, судя по всему, приучен только к подобострастию.

Его идеальные брови чуть приподнялись, а бледные губы искривились в подобие улыбки, но в его глазах не было и тени тепла. Кажется, я его удивила. Ху Янь издал короткий, сдавленный звук, похожий на смех.

— О, в ней есть искорка, — протянул Ваншу с новым, более живым интересом. — Возможно, она продержится здесь дольше, чем предыдущие... временные жильцы.

— Ваншу, — голос Ху Яня приобрёл предостерегающие нотки.

— Понял, понял, господин. Постараюсь держать свой язык за зубами.

Дух сделал ещё один изящный поклон и развернулся, поплыв вперёд, явно ожидая, что я последую за ним. Я бросила взгляд на Ху Яня, который наблюдал за этой сценой с тем же отстранённым видом.

— Не обращай на него внимания, — сказал Ху Янь. — Он служит мне много столетий и считает всех остальных... временным недоразумением.

— Ничего, — я выпрямила спину. — Я как раз специалист по недоразумениям. Мы найдём общий язык. Или я ему этот язык... ну, вы поняли.

Я уже сделала несколько шагов, следуя за высокомерным полудраконом, как остановилась на пороге, обернувшись.

— Ху Янь... — он уже повернулся было уходить, но остановился. — Спасибо. За... за дракона. И за то, что не бросил там одну...

Он не ответил, лишь слегка склонил голову в знак того, что услышал. Но в его спине, в этом жесте, было что-то, что заставило меня думать, что, возможно, не всё в нём было полностью безнадежным. Или, по крайней мере, он был достаточно интересен, чтобы задержаться в этом безумном мире ещё на немного.

Пока Ваншу вёл меня по безупречным коридорам, я размышляла о странности своего положения. Всего несколько часов назад мой мир рухнул, а теперь я оказалась в роскошном убежище древнего демона, с горячей ванной на горизонте и загадочным духом в качестве гида. Возможно, быть главной героиней — это не только слёзы и отчаяние, но и неожиданные привилегии. По крайней мере, вид из окна здесь был точно получше, чем из моей комнаты в клане Лян.