Глава 15. План, от которого волосы встают дыбом.

Наш путь по коридорам напоминал шествие сильно помятых, но упрямо не сдающихся заговорщиков. Я шла впереди, пытаясь придать своей походке хоть каплю грации, приличествующей дочери клана, даже если и внебрачной. Позади, с трудом переставляя ноги, ковылял Янь Лу. Он опирался о шершавые каменные стены с таким видом, будто каждое прикосновение доставляло ему одновременно мучительную боль и странное облегчение. «Великолепный дуэт. Я — в роли неуверенного гида по лабиринту безумия, он — в образе бледного призрака, который забыл, где его склеп. Надеюсь, никто не увидит это шествие, иначе нам придётся объяснять, почему почтенный гость передвигается, как зомби после тяжёлой ночи» .

«Локация: Коридоры клана Лян. Статус: Двое подозрительных личностей пытаются незаметно добраться до места тайной встречи. Результат: Выглядим как воры, укравшие не сундук с золотом, а пару килограммов нервного напряжения. Уровень опасности: Повышенный (малейший шорох заставляет меня вздрагивать, как испуганную кошку)».

Дверь в покои Учителя Бо была закрыта. Я уже собралась постучать своим изящным, отнюдь не приспособленным для такого грубого дела кулачком, но створки внезапно распахнулись изнутри. На пороге возник сам Учитель Бо, появившись столь стремительно, что я инстинктивно отпрыгнула назад, наступив на ногу Янь Лу. Тот издал тихий, сдавленный вздох. «Прости, загадочный незнакомец, но твои пальцы оказались на пути моей пятки, одержимой желанием сохранить дистанцию с внезапно выскочившим учителем» .

Учитель Бо выглядел так, будто провёл ночь не в медитации, а в рукопашной схватке с призраком своего бурного прошлого. Его глаза, обычно суровые, горели лихорадочным блеском, одежда была помята, словно он спал в ней, а в руке он сжимал свиток с такой силой, что костяшки пальцев побелели. Казалось, это не просто древний манускрипт, а его последняя надежда на спасение от надвигающегося апокалипсиса.

— Заходите! Быстро! — прошипел он, его взгляд метнулся по пустому коридору, и он буквально втолкнул нас внутрь, захлопнув дверь с таким грохотом, что с полки свалилась небольшая фарфоровая статуэтка воина. К моему удивлению, Янь Лу, движимый невероятным рефлексом, поймал её на лете, после чего тут же прислонился к косяку, бледнея ещё заметнее. «Вот это реакция! Прямо как у кота, который даже при смерти не упустит пролетающую мимо муху. Интересно, это врождённая ловкость или результат years of evil overlord training?»

Комната Учителя Бо была такой же аскетичной и строгой, как и его моральные принципы: голые стены, простой деревянный стол, заваленный свитками, и стойкий запах пота, старой бумаги и непоколебимой уверенности в собственной правоте.

— Я нашёл, — он бросил свиток на стол с таким треском, будто это была не историческая ценность, а обух для убийства. Пергамент был старым, кожа потрескалась, а углы истлели, намекая на свой почтенный возраст. — Отчёт о инвентаризации артефактов... за год до того, как Лян Та объявила о «уничтожении» Зеркала Забвения.

Янь Лу, всё ещё бледный как полотно, медленно, с видимым усилием, подошёл к столу. Его движения были осторожными, почти благоговейными, будто он боялся распугать слова, написанные на этом древнем пергаменте своим присутствием.

— И что же там? — спросил он, его голос был тихим, но в нём слышалась стальная нить решимости.

— Смотрите сами, — Учитель Бо ткнул пальцем в одну из строк, едва не продырявив хрупкий материал. — Вот запись о Зеркале. А вот — подпись того, кто его принял на хранение.

Я наклонилась, вглядываясь в выцветшие иероглифы. Почерк был убористым, но разборчивым. И подпись... «Лян Та. Старшая жена клана. Приняла на ответственное хранение» .

«Ну конечно, — мысленно фыркнула я. — "Ответственное хранение". Звучит так, будто она взяла на сохранение соседский сервиз, а не демонический артефакт, сводящий с ума садовников. "Ой, а куда это я подевала то зеркальце? Забыла, кажется, закопала в саду. Бывает!"»

— Это доказывает, что она солгала, — произнесла я вслух, стараясь, чтобы голос не дрожал от возмущения. — Она не уничтожила его. Она его... присвоила.

— Хуже, — мрачно проговорил Учитель Бо, его лицо стало суровым, как скала. — Смотрите на печать. Видите этот знак?

Рядом с подписью Лян Та стояла небольшая, едва заметная печать. Изогнутый, похожий на ядовитый коготь, символ, который я видела всего один раз — на почерневшем мемориале. По спине пробежали мурашки.

— Это... знак Ху Яня, — выдохнула я.

— Нет, — поправил Янь Лу. Он внимательно изучал печать, его лицо было непроницаемой маской, но в глазах я заметила странную, быстро погасшую вспышку чего-то... знакомого? — Это не его личный знак. Это... клеймо его слуг. Метка, которую ставили на вещах, предназначенных для его... коллекции.

В комнате повисла гробовая тишина, нарушаемая лишь тяжёлым дыханием Учителя Бо. Даже он, обычно несгибаемый, выглядел потрясённым до глубины души.

— Вы хотите сказать, — медленно, с расстановкой, проговорил он, — что Лян Та... работала на Ху Яня? Уже тогда?

Янь Лу на секунду задержал взгляд на печати, и мне показалось, что его губы на мгновение искривились в подобии горькой усмешки. «Странно. Словно он видит что-то знакомое и крайне неприятное. Или это мне опять мерещится?»

— Не обязательно на него лично, — сказал он наконец, отрывая взгляд от свитка. — Но она определённо была связана с его сетью. Она не просто спрятала зеркало. Она сохранила его для кого-то . Или для чего-то .

«Вот это поворот сюжета! Моя мачеха оказывается не просто местной злодейкой, а частью корпорации зла под руководством Харизматичного Злодедя. У неё, наверное, даже есть бонусная карта «Демонические шоперы»: десять артефактов — один призрак в подарок!»

— Но зачем? — не удержалась я. — Что ей с этого? Власть в клане? Но она её и так почти добилась!

— Власть в клане — это лишь ступенька, — глаза Янь Лу стали холодными, как глубины зимнего озера. — Ху Янь предлагает нечто большее. Знания. Силу, выходящую за рамки понимания вашего клана. Бессмертие, возможно. То, что ваш клан дать ей не может. Она не просто интриганка. Она... искательница. Искательница тёмных путей.

Учитель Бо с силой ударил кулаком по столу. Свиток жалко подпрыгнул.

— Предательница! Все эти годы... под одной крышей! И мы, слепцы, ничего не замечали!

— Она была осторожна, — заметил Янь Лу, и в его голосе прозвучала... почти что профессиональная оценка? — И умна. Она действовала в тени, прикрываясь благими намерениями. «Уничтожение» опасных артефактов... идеальное прикрытие, чтобы присвоить их себе.

— Идеальное, — согласилась я. — Кто станет проверять, действительно ли она что-то уничтожила? Все лишь вздохнут с облегчением и скажут «спасибо». «О, какая заботливая мачеха! Собрала все проклятые безделушки и лично отнесла их... прямо в тайник своего босса-демона. Наверное, получает за это премию или дополнительный отпуск в аду» .

— Что нам теперь делать с этой информацией? — спросил Учитель Бо, глядя на нас, как на последний якорь в бушующем море. — Мы не можем просто пойти и обвинить её. У неё ещё достаточно сторонников среди старейшин.

— Обвинения без неопровержимых доказательств — это самоубийство, — кивнул Янь Лу, и его взгляд стал тяжёлым и проницательным. — Нам нужно не обвинять. Нам нужно поймать её с поличным. Заставить её совершить ошибку.

— Ошибку? — Учитель Бо скептически хмыкнул. — Эта женщина не ошибалась двадцать лет!

— Все ошибаются, — парировал Янь Лу, и в его тоне снова послышалась та странная, личная нота. — Особенно когда их планы рушатся. Атака на мемориал не удалась. Зеркало обезврежено. Она знает, что мы что-то знаем. Она в панике. А паника... — он сделал паузу, и его губы снова дрогнули в том же подобии усмешки, — ...рождает неосторожность. И глупость.

— Значит, нужно создать ситуацию, в которой она эту неосторожность проявит, — заключила я, чувствуя, как в груди замирает странное предчувствие. — Нажать на её больные точки. Например, на её связь с Ху Янем. Дать ей понять, что мы близки к разгадке, и вынудить действовать.

— Это опасно, — предупредил Учитель Бо. — Она может нанести удар первой.

— Она и так это сделает, — возразил Янь Лу, и его слова прозвучали с леденящей душу уверенностью. — Вопрос лишь в том, когда. Лучше выбрать время и место самим. Контролировать поле боя... это половина победы.

Мы стояли втроём в маленькой, душной комнате, пахнущей пылью веков и свежесозданным заговором, и я чувствовала, как тяжёлая, незримая ноша ответственности ложится на наши плечи. «Отлично. Вместо того чтобы тихо выживать, я теперь участвую в спецоперации по разоблачению мачехи-предательницы, которая работает на главного злодея вселенной. Резюме пополняется бесценным опытом: "Навыки ведения психологической войны с тёмными культистами". Будущее выглядит радужным... если, конечно, у меня вообще есть будущее» .

— И как же мы «нажмём» на неё? — спросила я, глядя на двух своих невероятных сообщников. Учитель Бо сжал кулаки, его лицо выражало готовность к бою. Янь Лу выглядел так, будто вот-вот рухнет от истощения, но в глубине его усталых глаз горел холодный, безжалостный огонь, который заставлял меня сомневаться во всём, что я о нём думала.

Янь Лу медленно улыбнулся. Это была не та почти-улыбка, что я видела раньше. Это был холодный, расчётливый оскал хищника, знающего, что его добыча уже в ловушке. И в его следующей фразе прозвучала не просто стратегия, а что-то личное, почти... мстительное.

— Мы дадим ей то, чего она так жаждет, — прошептал он, и его слова повисли в воздухе, словно отравленные клинки. — Мы дадим ей... меня. Приманку, которую она не сможет проигнорировать. Ведь что может быть ценнее для слуги, пойманного в панике, чем возможность преподнести своему господину...человека, разрушившего его планы?

«Подожди-ка... Он говорит о себе так, словно он и есть тот, кто "разрушает планы" Ху Яня. Но если он и есть Ху Янь... зачем ему уничтожать собственную шпионку? Чистка рядов? Или... он использует нас, чтобы избавиться от вышедшей из-под контроля союзницы? Чёрт, моя голова идёт кругом. Этот человек — ходячая головоломка, обёрнутая в загадку и помещённая в кокон из льда. И я, кажется, уже начинаю в этом коконе запутываться» .

В комнате повисла тишина, настолько густая, что её, казалось, можно было резать церемониальным мечом моего почтенного отца. Учитель Бо смотрел на Янь Лу с выражением лица человека, который только что услышал, что его предложили в качестве живца для ловли речного демона. Я же чувствовала, как у меня подкашиваются ноги, и мне пришлось прислониться к стене для равновесия. «Отлично. Сначала ночная экскаурсия с копанием могил для проклятых артефактов, теперь — предложение стать приманкой для главного злодея вселенной. Мой личный план "выжить и остаться незаметной" трещит по швам громче, чем ветхие полы в нашем родовом поместье» .

— Вы... что? — Учитель Бо наконец выдавил из себя, его брови поползли так высоко, что почти скрылись в линии волос. — Вы хотите... предложить себя в качестве приманки? Но вы же едва стоите на ногах!

Янь Лу испытующе посмотрел на свою собственную бледную, словно оценивая её пригодность для роли наживки.

— Именно потому, что я едва стою на ногах, это сработает, — произнёс он с той же леденящей душу логикой, с какой хирург объявляет о необходимости ампутации. — Она видела, в каком я состоянии прошлой ночью. Она знает, что я уязвим. Что может быть более соблазнительной мишенью для того, кто хочет выслужиться перед своим господином, чем ослабленный, но опасный противник? Особенно если этот противник... — он сделал театральную паузу, — ...обладает знаниями, которые могут уничтожить все её планы.

«Ага, "знаниями". Скромно так сказано. "Я, видите ли, кое-что знаю о тёмных ритуалах, демонических артефактах и, возможно, являюсь главным злодеем эпохи, просто сейчас у меня творческий кризис и упадок сил". Очень убедительно» .

— Это безумие! — провозгласил Учитель Бо, и в его голосе зазвучали нотки паники, которые он, видимо, обычно подавлял суровыми тренировками. — Она не станет нападать сама! Она пришлёт убийц! Или устроит "несчастный случай"!

— На это и расчёт, — парировал Янь Лу, и в его глазах вспыхнул тот самый опасный, хищный блеск, который заставлял меня внутренне содрогнуться. — Пусть присылает убийц. Пусть устраивает "несчастные случаи". Каждое такое действие — это ниточка, ведущая к ней. Каждая попытка — это доказательство её вины. Нам нужно не просто поймать её с поличным. Нам нужно заставить её показать старейшинам свою истинную сущность. А для этого ей нужно почувствовать себя в достаточной безопасности, чтобы совершить открытое нападение. Или... достаточно отчаянной.

Я смотрела на этого бледного, истощённого человека, который с холодной рассчётливостью предлагал использовать себя в качестве разменной монеты в смертельной игре, и меня охватывало странное чувство. Часть меня кричала, что это чистое безумие. Другая часть, та самая, что запоем читала сянься, восхищённо шептала: «Вау! Какой эпичный ход! Главный герой жертвует собой ради разоблачения злодейки!» А потом трезвая, циничная часть, доставшаяся мне от жизни студентки-лингвиста, ехидно добавляла: «Только главные герои обычно не подозреваются в том, что они и есть главный злодей. И у них, как правило, лучше со здоровьем» .

— И... какую роль в этом великолепном плане вы отвели мне? — спросила я, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Надеюсь, не роль того, кто будет стоять рядом и кричать "Берегись!" в нужный момент?

Янь Лу перевёл на меня свой пронзительный взгляд. Казалось, он видел не только меня, но и все мои глупые, панические мысли, витающие над головой, как рой напуганных мошек.

— Ваша роль, Лянь Шэн, — произнёс он, и в его голосе внезапно послышалась лёгкая, почти неуловимая насмешка, — будет самой важной. Вам предстоит сыграть роль... разочарованного союзника.

Я уставилась на него.

— Простите?

— Вы будете рядом, — продолжил он, словно объясняя простое уравнение. — Но... отстранённо. Вы будете показывать, что сомневаетесь во мне. Что вы напуганы. Что вы не уверены, что я тот, за кого себя выдаю. Вы будете... отдаляться.

Учитель Бо хмуро слушал, скрестив руки на груди.

— И к чему это приведёт?

— Это приведёт её в заблуждение, — ответил Янь Лу. — Если её главная шпионка увидит, что связь между нами слабеет, что Лянь Шэн колеблется, она может решить, что я потерял свою главную защиту внутри клана. Что я стал более уязвим. Это сделает её самоуверенной. И более неосторожной. Она может даже... попытаться завербовать Лянь Шэн снова, предложить ей "спасительный" выход из этой ситуации, тем самым выдав себя окончательно.

В комнате снова воцарилась тишина, на этот раз тяжёлая и многозначительная. Я переваривала его слова. Мне предстояло притворяться напуганной, сомневающейся и отдаляться от единственного человека в этом змеином гнезде, который, несмотря на все подозрения, не пытался меня пока что убить. «Великолепно. Мой актёрский талант, до этого ограничивавшийся ролью "усердной студентки" на семинарах, теперь будет испытан в постановке "Предательство и отчаяние в одном акте". Надеюсь, я получу "Оскар" посмертно» .

— Вы уверены, что она купится на это? — спросила я, чувствуя, как по спине бегут мурашки. — Она же не дура.

— Она не дура, — согласился Янь Лу. — Но она высокого мнения о своём влиянии и своей способности манипулировать. Она годами видела вас робкой, запуганной девочкой. Мысли о том, что вы можете быть кем-то большим, только начинают посещать её. Сыграйте на этом. Вернитесь в образ той Лянь Шэн, которой вы были... до всего этого.

«Той Лянь Шэн, которой я была до всего этого... — мысленно я усмехнулась. — То есть, до того, как в её тело вселилась саркастичная студентка с дипломом лингвиста и знанием всех тропов жанра. Ну что ж, пришло время вспомнить азы актёрского мастерства: опущенные глаза, дрожащие руки и тихий, послушный голос. По крайней мере, это будет не сложнее, чем сдавать экзамен по древней фонетике без подготовки» .

— Хорошо, — выдохнула я, ощущая, как на меня ложится груз этой новой, безумной роли. — Я попробую. Но если она решит проверить мою искренность, предложив мне, например, отравить ваш утренний чай...

— Отказаться будет нельзя, — без тени улыбки парировал Янь Лу. — Это вызовет подозрения. Вам придётся взять яд... и найти способ его нейтрализовать. Или сделать вид, что приняли.

Я закрыла глаза, чувствуя, как мир плывёт куда-то в сторону абсурдного фарса. « Теперь я ещё и дегустатор ядов. Резюме продолжает пополняться: "Навыки определения ядов по цвету и запаху, базовые знания по нейтрализации токсинов". Если я когда-нибудь вернусь в свой мир, мне прямая дорога в контрразведку. Или в отдел контроля качества в ресторане мачехи» .

— Я... поняла, — сказала я, открывая глаза и глядя на двух мужчин, которые решили, что лучший способ поймать змею — это сунуть руку в её гнездо. — Значит, план таков: вы, господин Янь Лу, будете приманкой, слабой и уязвимой. Я буду вашей ненадёжной союзницей, которая вот-вот предаст. А Учитель Бо... — я перевела взгляд на него, — ...будет тем, кто не подозревает ни о чём и яростно защищает нашего "ценного гостя" от всех нападок, тем самым подогревая её желание устранить вас как можно скорее.

Учитель Бо мрачно кивнул, его лицо выражало готовность к бою, но в глазах читалась тень сомнения.

— Это рискованно. Очень рискованно.

— Альтернатива — ждать, пока она зарежет нам головы во сне, — заметил Янь Лу с убийственной прямотой. — Я предпочитаю выбирать время и место сам.

Нельзя было не согласиться с такой логикой. Пусть и безумной.

— Когда начинаем? — спросила я, чувствуя, как сердце начинает отбивать нервную дробь.

— Сейчас же, — Янь Лу медленно выпрямился, собрав остатки сил. Его лицо снова стало маской вежливой, отстранённой учтивости, но в глазах плясали опасные огоньки. — Проводите меня до моих покоев, Лянь Шэн. И по дороге... начните свой спектакль. Пусть слуги видят, что вы раздражены. Что вы устали от моего... бремени.

Я кивнула, глотаю комок в горле. «Ну что ж, Лянь Шэн, пора выходить на сцену. Надеюсь, у этой пьесы будет счастливый конец. Или хотя бы просто... конец. Желательно, с моим участием в числе выживших» .

Я повернулась к двери, принимая выражение лица, полное сомнения и усталости. Моя новая роль начиналась прямо сейчас. А за кулисами уже затаилась тень мачехи, готовая сыграть свою.