Глава III. Where Is My Mind?

Где-то вдалеке раздался тоскливый одинокий волчий вой. Он разнёсся над долиной, взвился вверх, к самому пику горных хребтов и растворился в тишине, точно также, как и вишнёвый kool-aid в стакане Марии.

— Редкостная дрянь.

Она сидела посреди широких голых каменных стен на каком-то огромном ящике и болтала ногами. Здание походило не то на военный склад, не то на завод, пахло чем-то сгоревшим и почти не было источников света, словно экономия на электричестве способна была обеспечить неуязвимость местным повстанцам.

Люди, что привезли её сюда упомянули, что с другой части постройки есть ещё небольшой ангар с парочкой самолётов на крайний случай. Однако местность не подходит для полётов в плане взлёта и посадки. Логикой тут и не пахло. Какой гений проектировал эту бетонную халупу? Впрочем, без лишнего лукавства стоит сказать, что в глубине души Мария готова была рискнуть и угнать одну летающих консервных банок, только бы убраться к чёртовой матери из этого богом забытого места, где тебе за завтраком могут снести пол-головы из дробовика. Кстати говоря о стрельбе: у ног брюнетки стоял какой-то кейс, и судя по разговорам час тому назад, внутри было ружьё. А может и снайперская винтовка.

— Зачем мне это? Я попаду только если цель будет размером со слона, — с горем пополам осилив половину алого пойла, Маша отставила стакан в сторону, не в силах терпеть дурной приторный привкус. Секундочку, а с чего она вообще решила, что ей придётся использовать оружие? Она не имеет отношение к местным проблемам с преступностью. Ей просто нужно место для ночлега и помощь от городского управления, только и всего. Мария спрыгнула вниз и попробовала приподнять кейс. — Ничего себе, тяжёлый скотина! А внутри... — крышка медленно приподнялась, и...

— Нужна помощь? — кто-то подавился смешком и раздался глухой стук, а затем стакан полетел на пол вместе с содержимым, разбившись на мелкие осколки. Кул-эйд с коварным шипением растёкся в причудливой фигуре.

— А ты кто? — чуть более грубо, чем могла бы, поинтересовалась Маша у появившегося в дверном проёме человека.

— Я Виктор, — человек немного помялся, а затем неуверенно подошёл ближе к девушке. — Я здесь живу. Я...

— И что же тебе от меня нужно? — в руках брюнетки уже лежала снайперская сумка.

Виктор начал рассказывать про их положение, взяв винтовку из ее рук в свои и начав вставлять патроны. Фоллс Энд, Тюрьма и Лесопилка держали оборону, но каждый из них был на грани: сектанты едва давали им спать, вечно наступая. В глазах Марии читалось легкое непонимание, и мужчина замер.

— Ты не из этих краев, да? — он вернул девушке винтовку, и та кивнула головой, взяв оружие из его рук.

— Ты знаешь про крушение самолета? — решив, что он что-то может знать, Маша зацепилась за этот разговор. Виктор задумался, сжал губы, взглянул ей в глаза.

— Я ничего не видел, — сказал он, — Скорее всего, постарались святоши.

— Там были мои друзья, — Мария подняла брови, уверенная, что он чего- то недоговаривает.

— Значит, их больше нет, — твёрдо отрезал он, и желание дальше задавать ему вопросы медленно пропадало. Злость помогла переступить через неуверенность, и Маша, сжав кулаки, громко задала следующий, решающий вопрос.

— Как я смогу их найти?

— Найдёшь, когда перестанешь прятаться, — спокойно ответил Виктор, смотря на девушку, и это предложение заставило ее поморщиться. Снаружи раздалась возня, и девушка поспешила к выходу, игнорируя присутствие Виктора.

— Добро пожаловать в округ Хоуп, — крикнул мужчина ей в след, но Мария его перебила.

— Да пошли вы все с этим округом!

Выскочив на улицу, девушка вдохнула холодный воздух, и огляделась. Ей было необходимо разобраться в множестве загадок, подкинутых этим пугающим местом: кто эти люди, кто те, как их называли, «святоши», кто из них прав, а кто — нет.

Одни избивали и играли в баптистов с невинными людьми, вторые их убивали. На одной стороне странная семья, разрывающаяся на части, как будто при разводе , а на второй — кучка грубых ребят, которые спасли ее ценой жизни другого человека. Мария подняла глаза к небу.

Пару человек таскали ящики и боеприпасы, где-то раздался крик: «Это блажь! Нужно выкинуть бочку», — а девушка втянула ночной воздух, глядя на размытые звёзды в небе. Носящиеся вокруг человек десять нарушали ее мысли, не давая сконцентрироваться, а громадный железный забор буквально говорил, что выбраться отсюда не получится.

«Кто же здесь хороший?» — промелькнул в голове Марии детский вопрос, который стал триггером для того, чтобы выпустить дурные мысли наружу. Она раньше никогда не чувствовала подступи такой сильной истерики. Кто бы мог помочь ей? Кто бы защитил ее? Кто бы дал надежду на то, что она сможет выжить? В мужчине на заборе она узнала знакомое лицо, лицо человека, обещавшего ей защиту, но видение быстро растворилось.

Сверчки запели, пытаясь перебить ее мысли. Мария закрыла глаза, пытаясь прийти в себя. Она чувствовала себя такой маленькой и беспомощной: «Кому я буду нужна? Почему никто не поможет мне?»

— Не знаю, — сказала она вслух, не открывая глаз, как будто боялась, что видение вернётся, чтобы забрать ее с собой, — Я ничего не знаю.

***

Мэри Мэй с раздражением передвигала коробки. Они не смогли принести ничего получше патронов для магнума, да и ладно. Утро не предвещало ничего хорошего. Вчера среди сектантов была суета больше обычного, однако, по какой-то причине никого не забрали. Быть может дело в том взрыве, о котором говорил Ник. И уж лучше бы это были пьяные бредни, но последние дни проходили в невероятном напряжении, было совсем не до выпивки. Что это фанатики задумали, в очередной, мать его, раз?

Стоило девушке так подумать, как в почти пустом баре показалось новое лицо. Новое во всех смыслах — Мэри никогда не видела этого человека раньше. Девушка, невысокого роста и с винтовкой за плечом угрюмо огляделась, и не спеша приблизилась к стойке. Выглядела она невыспавшейся и, судя по тому, как держалась за правый бок, дела её были не слишком гладки. Как и у них всех.

— Здравствуй, — обратилась незнакомка чуть ли не по слогам. Приветствие прозвучало слабо, с хрипотцой, словно девушка опасалась звука собственного голоса, — Меня направили поговорить к вам. Сопротивление, так кажется?

При этих словах барменша прищурилась и отложила один из протираемых бокалов-снифтеров.

— Мы, сама понимаешь, не доверяем чужакам.

Посетительница кивнула и буркнула нечто нечленораздельное, но судя по тому, как изменился взгляд блондинки, пароль ей знаком.

— Я Мария, — сказала девушка и осторожно приземлилась на один из барных стульев, прямо напротив Мэри Мэй. Стоять сил не было, хоть и весь путь до Фоллс Энда она провела спокойно, лишь иногда шипя, когда больной рукой поворачивала руль машины.

— Может... спустишь оружие вниз? Плечо устанет, — хозяйка заведения взглянула на блестящий конец чёрного металла, выглядывающего из-за спины новой союзницы, как толстая антенна рации. Но брюнетка, пол-лица которой, словно маска, скрывала длинная чёлка, лишь отрицательно мотнула головой и Фэйргрейв понимающе хмыкнула. — Ты не отсюда? Тогда понимаю. Так вцепилась, — с усмешкой она глянула на крепко сжатый на ремешке кулак, а затем придвинула ей стакан. — Что будешь пить?

— Я не люблю алкоголь и денег у меня нет. Так что спасибо, я потом попью из какого-нибудь водоём...

— Даже не думай, там полно дури, — с укоризной прозвучало в ответ. Мэри налила Марии воды.

— Спасибо, — кивнула та и осушила стакан за несколько секунд, — Если так подумать, я целые сутки не пила ничего нормального. Сраный кул-эйд не в счёт.

— Откуда ты тут взялась? — с интересом спросила блондинка.

— Потерпела бедствие.

Описание катастрофы получилось сумбурным. Вроде бы поначалу они собирались обогнуть горную гряду с западной стороны, но пилот сообщил, что они экономят горючее, и они сократят путь через долину. Потом всё, что она помнила, были немногочисленные огоньки, похожие на тлеющие искры бенгальских свечей где-то внизу, вдоль предполагаемого русла реки. А потом едва слышный хлопок. Или, быть может, Марию просто оглушило...

— Не повезло. Если бы мы успели достучаться до властей штата, то пассажирские коммерческие перелёты давно бы запретили. Но увы, — она отпила из бутылки с яблочным сидром, — Неудачное время для путешествия, как раз когда началось все это.

— Давно у вас тут этот культ образовался? — Мария сделала какое- то вращательное движение пальцем в воздухе, как бы обрисовав очертания восьмиконечной эмблемы.

— Время потеряло свой счёт, дорогуша. Я даже толком не помню, как было раньше, до всех этих сраных проповедей... — в голосе Мэри Мэй зазвучала сдерживаемая злоба. Брюнетка ощутила сочувствие к людям, живущим в теократии год за годом, — Они забрали и перебили столько наших за пару дней! Вся моя семья мертва. А вот они здравствуют, впятером.

— Они? — переспросила Мария, — Вы про семью Сидов?

— Про них самых. Например, мы сейчас в районе Холланд, контролируемом Джоном Сидом. Засранец, запугивающий людей любыми способами. Вера, использующая "блажь" как рычаг управления людьми. Джейкоб, военный садист, полагающийся лишь на страх и насилие. И наконец их "папаша" - Джозеф Сид. Короче говоря, психов тут на любой вкус и цвет! Выбирай, кто больше нравится! — закончила эту полную ненависти и сарказма тираду барменша.

— А как же та девчушка? Анако Сид. Она ведь супруга Джозефа, разве нет?

Мэри Мэй тяжело вздохнула.

— Она не должна была иметь с ними ничего общего. Просто, чтобы ты знала. Отец создал союз людей из страха и боли. Людьми, у которых не всё ладно в жизни, легче манипулировать, проще им что-то внушить. Их... просто ломает, понимаешь? Впрочем, это может коснуться любого из нас однажды. Если ты попадаешь в список на "очищение", обратного пути нет.

Повисло тревожное молчание. За окном пели птицы. Их радостная трель совсем не соответствовала тяжёлой энергетике этих мест.

Мария спрыгнула и неожиданно громко даже для самой себя спросила:

— Что я могу сделать для "сопротивления"? Дайте мне поручение. Даром я ношу рогатку с прицелом что ли? — она кивнула на своё оружие. На лице Мэри Мэй появилась странная улыбка.

— Если их "помощь" вам в тягость, тогда я предложу свою. И посмотрим, кто из нас лучший терапевт, — девушка заметила лежащую на краю стойки салфетку и, попросив у хозяйки ручку, написала на ней свой номер телефона. Затем, поблагодарив за гостеприимство, направилась на выход. В дверях, правда обернулась, и вполголоса заметила:

— Только не думайте, что я новоявленный герой-энтузиаст. Я просто... хочу спасти свою шкуру и вернуться домой к близким.