Декабрь. Глава 4

Джейми

Всё ныло, каждую косточку в теле ломало. Джейми с трудом поднялся, едва разгибая суставы. Голова тяжело клонилась к полу, словно набитая камнями, а в глазах был насыпан песок. Джейми попытался выпрямиться, помассировал виски, шею, чтобы восстановить кровообращение после нескольких часов скорчившись. По сравнению со вчерашней вспышкой ярости, сегодня навалилось оцепенение, тупость. Даже мыслей не было.

Джейми посмотрел на экран телефона. Оказалось, что за ночь тот успел разрядиться окончательно. Пришлось искать вечно исчезающий провод, ждать включения аппарата; и каждую секунду Джейми верил, что как только экран вновь загорится, то на нём точно будет сообщение от Мику. Что-то было вчера такое в воплях Джейми в никуда, в его бессвязных, на грани безумия мольбах вернуться.

Экран был пуст. Время: половина девятого утра. Смысла идти на работу не было, да Джейми и не в состоянии сегодня был хоть что-то делать. Шеф Виртанен будет вне себя, но это уже не имело значения.

— Это Джейми Куркимаа. Кажется, я подхватил простуду и не смогу сегодня прийти, — Джейми поймал себя на том, что соврал на работе впервые за много лет и совсем не чувствует угрызений совести. Больше того, незаметно для себя он понизил голос, придав ему сиплость, что, впрочем, оказалось легко после вчерашних криков. Талио Виртанен взвился было, но мгновенно сник и лишь посоветовал поскорее выздоравливать, потому что в отделении все зашиваются. Мгновенный укол вины, но Джейми его быстро подавил. Он слишком часто жертвовал отношениями с Мику ради работы и за это был наказан.

Нужно было хоть что-то съесть, чтобы появились силы. Сыр подсох, но Джейми почти не чувствовал вкуса, с таким же успехом он мог бы пожевать пчелиный воск.

Тут его словно подбросило на месте. Мгновенное переключение из состояния апатии в режим бурной деятельности, даже ломоты в теле больше не ощущалось. Джейми вновь схватился за телефон, принявшись в который раз проверять аккаунты Мику. Пустота, но теперь его это не обескуражило: он набрал номер Мику, дождался гудков, сбросил, вновь отправил вызов. И так несколько раз. Кинул несколько сообщений, они были доставлены, но не прочитаны. Но это вселяло хоть какую-то надежду, значит, Мику сможет прочитать позже.

Опять звонки знакомым: Улле, Кати, Лауре, Антти... На этот раз Джейми постарался внятно всё объяснить, извинился за вчерашнее, но толку снова не было. Кари он звонить не стал, чувствуя, что опять может сорваться. Он наберёт его позже.

Так, следующий этап. Джейми плеснул в лицо холодной воды, растер кожу полотенцем, пригладил волосы. Быстрый взгляд в зеркало подтвердил — он выглядит уже не сумасшедшим, а вполне обычным человеком, пусть даже и после тяжелой ночи.

С соседями Джейми был плохо знаком: они с Мику живут тут всего год, да и не так много времени он проводит дома. Это Мику вот со всеми умудряется найти общий язык. Но сейчас это не имело значения.

— Добрый день. Прошу прощения за беспокойство, я сосед из двадцать второй. Куркимаа. Подскажите, вы не видели Мику вчера?

Женщина смотрела настороженно, поджимая губы. Джейми было подумал, что ничего не добьётся, но та вдруг кивнула.

— Да, Мику вчера ушёл.

Сердце сильно дёрнулось и сбилось с ритма. Джейми едва удержался, чтобы не схватиться за грудь.

— Куда?

— Мне-то откуда знать, — ещё сильнее поджала губы соседка. — Смотрю — чемодан тащит. Может, отправился на новый год на море.

— Как он выглядел?

Женщина задумалась, потом вдруг пристально уставилась на Джейми.

— А к чему эти расспросы? Это у тебя надо спрашивать.

Джейми прикусил губу, чтобы не обругать соседку. Но кроме неё других свидетелей не нашлось.

— У нас вышло недоразумение, он перепутал даты. Вот хочу узнать, подробности. — Джейми понимал, что его слова не имеют смысла, но надо было заболтать слишком бдительную даму. — Может быть, с ним был кто-то ещё?

— Нет, никого. Выскочил из квартиры, какой-то взъерошенный, куртка нараспашку, чемодан огромный. И побежал по лестнице. Думаю, на самолёт опаздывает, что ли, — соседка вдруг уставилась на Джейми. — Так это он от тебя ушёл?

Она даже зажала рот руками, а Джейми захотел её стукнуть.

— Спасибо за помощь, — сухо сказал он.

— Изменил, что ли? — донеслось ему в спину.

Джейми захлопнул дверь и несколько минут восстанавливал дыхание, борясь с желанием вернуться и придушить ведьму.

Когда гнев утих, он вернулся в комнату подумать. Значит, Мику действительно ушёл. Сам, без принуждения, без какого-то криминала. Просто захотел его бросить. И вроде бы ничего такого, всё как у всех. Но Джейми нужно было знать точно — почему?

И в глубине души он надеялся, что это злая шутка, что Мику просто пытается его проучить. Если дать ему время, он вернётся сам. Но изнутри его что-то толкало на поиски. Он не мог просто сидеть и ждать, нужно было найти Мику, хотя бы для того, чтобы задать ему вопрос: почему?

***

Джейми редко нарушал субординацию и внутреннюю этику, соблюдая не только установленные правила, но и свои принципы. Поэтому перед тем, как обратиться к Анджею из техотдела, какое-то время собирался с духом. Анджей до сих пор говорил по-фински с акцентом, хотя родители привезли его сюда ещё ребёнком, поэтому Джейми не всегда понимал, насколько тот серьёзен или шутит. Но сейчас удивление в голосе Анджея слышалось неподдельное.

— Эй, я не могу это сделать, — недоверчиво ответил он. — Это какая-то проверка?

Джейми хотелось растоптать собственную репутацию слишком правильного полицейского.

— Послушай, Анджей, ты меня знаешь уже целый год, и я никогда ни о чём тебя не просил. Но это же просто мелочь, ничего особенного. Просто посмотри, где сейчас находится один единственный телефон, и всё. Никто ни о чём не узнает.

— Не узнает? Да нас сейчас по атомам разбирают, на каждый чих бумагу надо делать! — недовольно ответил Анджей. — И чуть что — в хвост и в гриву. Друг, я всё понимаю, но сейчас никак не могу. Ты же сам видишь — у нас тут полная задница. Журналисты делают мозг чиновникам, те делают мозг нашему шефу, тот делает мозг нам. Поэтому мы как под микроскопом, и если выплывет где-то хоть маленький косяк, то за яйца весь отдел подвесят.

— Да пойми ты! — горячился Джейми, снова начиная выходить из себя. — Человек пропал. Ушёл из дома и не вернулся. Может, его сейчас убивают!

Выкрикнув последние слова, Джейми обругал себя. Никогда он не был суеверным, но сейчас вдруг передёрнуло его от внезапного зловещего предчувствия. Маньяк, что убивает азиатов. Если Мику будет слоняться по улицам, да ещё весь на нервах, то он запросто... Джейми постарался отогнать от себя эти жуткие мысли.

— Извини, друг, правда не могу, — голос Анджея вдруг стал холодным. — Я как-то просил подписать отчёт, а ты тоже, помнится, не смог.

Джейми чуть не застонал от бессильной ярости. Он был слишком правильным, никогда не нарушал инструкций, и теперь ему это выходит боком.

— Знаешь что... — зло бросил он в трубку.

— Что? — с интересом откликнулся Анджей. Было ясно, что сукин сын давно затаил обиду и был рад поквитаться, ещё и спектакль разыграл перед этим: извини, хочу помочь, но не могу.

— Слушай, — стиснув зубы и запихнув свою гордость поглубже, Джейми понял, что готов даже унизиться, чтобы попытаться найти Мику. — Я приношу тебе свои извинения, был последним мудаком. Чего ты хочешь, денег? Я заплачу, только пробей мне этот чёртов номер!

По молчанию и замеревшему дыханию было ясно, что Анджей колеблется. Джейми хотел даже скрестить было пальцы, но забинтованная ладонь не слушалась.

— Я...

Резкий окрик прервал разговор. Слышно было, как кто-то посторонний громко и отрывисто отдаёт указания, а через секунду Анджей сбросил вызов.

— Чёрт! Чёрт! Чёрт!

Джейми пнул кресло и едва не взвыл от боли. Ведь он почти уломал этого гадёныша, но теперь Анджей точно не согласится. Вот кто-то, а этот поляк как раз чертовски суеверен и непременно сочтёт всё за знак свыше, мол, не ввязывайся.

Да, отслеживать местоположение человека без ордера было незаконно, и в любое другое время Джейми сам бы отказал, но сейчас речь шла о Мику. А мысли о маньяке уже не отпускали, задав новую пищу его тревоге. Теперь речь шла уже не о уъязвлённой гордости, а о жизни и смерти. Мику надо найти и притащить домой, в безопасное место.

Джейми лихорадочно перебирал в уме коллег или просто толковых ребят, кто мог бы помочь, но один за другим варианты отпадали. За следующие два часа телефон нагрелся от звонков и той страсти, которую Джейми вкладывал чуть ли не в каждое слово. Он умолял, требовал, угрожал, предлагал деньги, но ни одна сволочь не согласилась помочь. Это незаконно. Тем более, что Мику не исчез, он просто сам ушёл из дома. Никто не будет искать взрослого дееспособного человека, который ничего не нарушил, а лишь решил бросить надоевшего любовника. В лучшем случае посочувствуют, в худшем — поднимут на смех, завалят издевательскими вопросами.

Но даже понимая мозгом, с каждым отказом Джейми всё больше мрачнел. Ярость уже не просто кипела внутри, она прорывалась то крепким словцом, то ударом в стену. Стекло и керамика хрустели под ногами, когда Джейми расхаживал по комнате, но ему было наплевать. Сейчас он мог бы разгуливать и босиком, не замечая порезанных ступней.

Хуже всего то, что у него не было ни единого веского довода объявлять Мику в розыск, просто гора собственных страхов и надуманных фантазий.

Джейми в очередной раз выругался и пнул кресло. Почему-то вместо ноги боль пронзила живот. Джейми на миг даже скрючился, пока приступ не стих. Вместо острой рези пришло сосущее чувство пустоты. Да, он же в последний раз ел полдня назад, и это был кусок засохшего сыра, а до того почти сутки в отделе, перебиваясь с бутербродов на кофе. Джейми ещё сильнее разозлился: казалось, будто собственный желудок предал его, заявив о себе в такой момент, но организму было плевать на моральные принципы. Джейми поморщился, вспоминая, что в прошлый раз обострение гастрита едва не уложило его в больницу. Если он свалится, то точно не сможет отыскать Мику. Как его это ни раздражало, Джейми приподнял крышку сковороды на плите и отпрянул. То, что было внутри, ещё не прокисло, но источало странный запах. Горечь подступила к горлу — Мику же в тот раз приготовил для них ужин, он явно хотел наладить треснувшие отношения.

Одним зубчиком вилки Джейми подцепил и вытянул длинную полоску лапши. Она была покрыта плёнкой золотистого жира, облеплена зёрнышками кунжута и казалась дохлым червём. Мику сделал это ради него. Джейми втянул в себя лапшу; на губах остался прогорклый масляный вкус и едва заметная кислинка, как после отрыжки. Тут же подкатила тошнота, и Джейми распахнул холодильник в поисках воды. На полке призывно темнела бутылка вина, на которую была возложена важная миссия по примирению.

Джейми вытащил и долго смотрел на гладкий округлый бок бутылки. Продавец обещал глубокий пряный вкус и богатый букет. Вино должно остаться до возвращения Мику,...

Джейми облизнул пересохшие губы.

...чтобы они вместе его...

Нужно положить обратно в холодильник.

Джейми провёл пальцем по гладкой плёнке, затянувшей горлышко. Ногтем было легко её поддеть, потянуть и сорвать. Но он не станет сейчас пить. Если он будет пить без Мику, то ничем хорошим не закончится.

Пробка была шершавая и необычно тёплая. Подушечки пальцев ласкали выступающий кончик, ощупывая каждый изгиб. Было что-то сакральное, даже сексуальное в том, как холодноеё остриё штопора ввинчивается в упругую и крошащуюся пробковую плоть.

Букет действительно был богатым и одуряюще притягательным. Желудок уже не болел, он судорожно сжался и ныл.

Только один маленький глоток.