Глава 5. Искра

Я провёл в архиве весь день. Пыль лежала на книгах, как снег на черепицах Сиверна - плотным, нерасторопным слоем времени. Бумага шуршала под пальцами, сухая, ломкая, будто пытаясь пожаловаться на то, что её разбудили. Я перебирал старые отчёты, хроники, даже личные письма давно мёртвых людей. Искал хоть что-то: имя, символ, след, намёк. Хоть одну трещину в этом идеально вымаранном холсте.
Ничего. Сгоревший - фантом. Безликие - тень. Источник - молчит.
Я пытался расспрашивать Эдмунда, но даже его мудрости оказалось недостаточно. Он смотрел на меня долгим взглядом, в котором теплилось бессилие, и тихо сказал:
- Орден сжёг всю информацию об этом, а уцелевшее унёс с собой.
- Кто? - спросил я тогда. - Кто унёс?
Он только развёл руками.
- Может быть, один из них. А может быть... кто-то, кто боялся, что мы узнаем слишком много.
Я задал десятки вопросов. Где искать их? В каком краю хоть раз видели их символ? Есть ли хоть кто-то, кто говорил с ними, кто выжил после встречи? Но и тут пустота. Эдмунд покачал головой:
- Они приходят, когда хотят. Уходят, не оставляя следов. Кто говорит, что видел их часто сходит с ума. Или исчезает. Я знаю только одно: они не защищают, они наказывают. Без суда. Без пощады.
И с этими словами он вновь опустил глаза к своим бесконечным бумагам. Как будто надеялся, что они, в конце концов, всё же проговорятся.
А метель за окнами всё бушевала и бушевала.

***

Поздно вечером, когда часы в трактире, наверное, уже доживали до третьего удара полуночи, я вышел из архива. Во дворе больше не горели лампы, а сам он был погружён в тишину, как будто город замер в испуге.
Я вышел в ночь. Хлопья снега лениво падали с неба - метель почти утихла. Воздух был неподвижен, чёрный, густой. Я шёл по хрустящему насту, по следам, которыми сам же шёл утром, и всё казалось: кто-то идёт рядом. Кто-то дышит за спиной. Но я знал - это просто усталость.
Я не нашёл ответов. Ни в книгах, ни в глазах старика, ни в собственных мыслях. Только ещё больше вопросов. Безликое братство. Сгоревший маг. Источник. Голоса. И огонь.
Я возвращался в трактир в полной темноте. Ни один фонарь не горел, даже окна были чёрными. Люди давно спали. Я был один, как и всегда, когда стою на пороге чего-то страшного.
Я поем, посплю и на рассвете уйду из Сиверна. Потому что теперь мои вопросы стали точными. Теперь я знаю, кого ищу.
И пусть они носят маски, пусть их имена забыты, пусть даже мир считает их легендой - я найду Безликое братство. И спрошу у них в лицо: Почему он сгорел? И кто будет следующим?

***

Я проснулся во сне. Сразу понял: это не просто сон. Не бред усталого разума. Не эхо дневных мыслей. Это было... приглашение.
Передо мной пещера. Не та, что возле Академии, не родной Источник, а другая. Но похожая. Те же острые кристаллы, вырастающие из стен, как зубья спящего зверя. Те же искры света в их гранях. Но здесь всё было... мертвее.
Цвета будто вымыли. Синева стала серой, багрянец гнилым. Повсюду тихо, слишком тихо, как перед чем-то необратимым. В глубине - чёрная вода, гладкая, как зеркало. Ни ряби, ни звука, ни жизни. Я шагнул ближе, чувствуя, как что-то невидимое давит мне на грудь.
Источник молчал. Но внезапно показалось пламя. Не снаружи, не сверху. Изнутри воды. Тонкая линия огня прорезала чёрную гладь. Вспышка и передо мной, прямо в центре водоёма, стоял силуэт. Человек. Или то, что когда-то им было.
Я не видел лица. Только очертания. Весь его облик дрожал, будто жар над костром. Одежда будто тлела, медленно рассыпаясь в углях. Пепел струился с его плеч, плавно, почти красиво. Кристаллы на стенах начинали трескаться - тихо, но слышно. Как будто не выдерживали его присутствия.
Я не мог отвести взгляд. Он стоял молча, но я чувствовал: он смотрит на меня. Как будто знает меня давно. Слишком давно. До того, как я стал собой. Я попытался заговорить. Спросить, кто он. Что он. Но слова в горле сгорели, так и не сорвавшись с языка.
А потом он двинулся. Один шаг по воде и вся гладь покрылась трещинами, как зеркало, брошенное о пол. Огонь взвился вокруг него, но не поглотил. Он был огнём. Силуэт остановился в шаге от берега. Молчание длилось вечность. А потом он заговорил. Голос его будто трещал, как дрова в очаге. Ни громкий, ни тихий. Просто неизбежный.
- Ты ищешь Орден. А найдёшь себя.
Я хотел спросить, что он имеет в виду.
Но тут же почувствовал, что ноги горят. Не от боли, от памяти. Что-то во мне зашевелилось. Древнее, спрятанное. То, чего я никогда не знал, но почему-то всегда носил в себе. Пепельный шагнул ближе.
- Мы с тобой ещё не встречались. Или ты просто был другим?
- Где?.. Когда?.. - прохрипел я.
Он наклонил голову.
- Скоро поймёшь. Когда снова коснёшься Источника. Истинного.
И тогда всё взорвалось. Кристаллы начали сыпаться со свода. Вода вспыхнула, загорелась, как нефть. Воздух завизжал. Я закричал, но уже не мог услышать себя. Всё полыхало. Всё горело. Всё рушилось.
И в последний миг, перед тем как проснуться, я увидел его лицо. Без кожи. Сгорающее. И где должны были быть глаза - два чёрных провала, полных ветра, пепла и... сожаления?

***

Я проснулся в холодном поту. Горло пересохло. Сквозь запотевшее окно уже начал струится рассвет - такой, как бывает только в маленьких северных городках вроде Сиверна: сырой, бледный, молчащий. Словно небо не хочет говорить мне ни "здравствуй", ни "прощай".
Я выдохнул. Сон всё ещё жил во мне, как искра под кожей. Образ силуэта не уходил. Пепел будто осел на плечах, и я не знал, когда он окончательно смахнется.
Я оделся быстро, привычно. Кожаный ремень, перевязь, дорожная куртка. Сапоги были ещё влажными от вчерашнего снега. Они скрипнули, когда я встал. Неважно.
Внизу, в общем зале трактира, всё было тихо. Пахло печёным хлебом и углями. Хозяин, недовольный мужчина с вечным выражением "мне вообще плевать, кто ты", вытирал чашки за стойкой.
- Уезжаешь? - спросил он, не поднимая глаз.
- Да.
Он кивнул. Я положил на стойку пару золотых монет - за комнату, завтрак и... за молчание. Он не стал пересчитывать. Поставил передо мной миску с овсянкой и крошечный ломоть яблока. Видимо, сегодня это считалось "завтраком".
Я ел молча. Глотал без вкуса, как будто через ватное горло. В голове крутилось: куда? куда дальше? Но в этот раз вопрос не пугал. Он подстёгивал.
Когда вышел, воздух ударил в лицо. Холодный, свежий, будто сам мир хотел встряхнуть меня. Я пошёл к конюшне. Эрнест ждал. Мой верный, упрямый, вечно недовольный конь. Если бы он умел говорить, он бы наверняка уже наорал на меня, что я опять куда-то лезу без карты, без плана и с камнем вместо сердца. Но он молчал. Только фыркнул, когда я вошёл, и ткнулся мордой мне в плечо. Я погладил его по шее.
- Прости, друг. Нам опять в дорогу.
Седлать его - дело пары минут. Руки всё делали сами, как будто знали маршрут, даже если я ещё нет.
Я выехал из Сиверна, не оборачиваясь. Пусть город остаётся позади. Со своими мрачными улицами, молчаливыми людьми и снами, что больше похожи на предвестия бед. Мне там больше нечего делать. Ни у кого не спросить. Ни к чему возвращаться.
Я не знал, куда мы направляемся. Но чувствовал: где-то впереди меня ждёт следующая трещина в этой цепи снов. Следующая улика. Следующий шепот о, - как я окрестил его для себя, - Пепельном. И, может быть, кто-то, кто знает больше, чем я.
Колеса мира крутились дальше. А я просто хотел не отставать. Или хотя бы... умереть на правильном пути. Эрнест заржал, и мы тронулись галопом. Навстречу холодному утру, чужим дорогам и началу чего-то, что не отпускает.
Поехали, братец. Сегодня мы снова не знаем, кто мы такие. И в этом вся магия.