Никому не рассказывай!

  Сегодня утром наша героиня проснулась с диким желанием остаться в глухой комнате, примерно в таких, которые присутствуют в звукозаписывающих компаниях, что никто не слышал поющего артиста. А Оливии такая комната была необходима, чтобы её никто не трогал. Агрессия побрала её маленькое тельце, по синим венам шуршал адреналин. Черноволосая упорно просила у мозга хоть крошечную порцию серотонина, но он вежливо отказывал ей, тихо гудя как ядерный реактор. Она проснулась от жгучей боли в горле от того, что гудела голова. Глазки быстро распахнулись и девушка ничего не увидела кроме серой простыни перегородки между этажами, называемой потолком, с тоненькой полосочкой белого, лунного света по нему и уходящей в стену. Времени было не меньше пяти утра. Уже где-то жужжали как шмели заводы, метро ещё не работало, город мирно спал под шепот октябрьского дождика. Моросило по одиноким, пустынным, темным улицам, умывались почти оголевшие ветки клёнов и тополей, серебрилась на небе, в просвете редких туч большая луна. Звёзды утонули в объятиях серых воздушных масс. Петербург дышал полной грудью, вдыхая запах городского дождя.
  Чувствуя непреодолимую, нестерпимую боль в пищевом проходе девушка откинула от себя одеяло и переместилась в положение сидя. Боль не успокоилась, всё больше ныло в горле, дыхание становилось слабее и Оливии показалось на секунду, что она задыхается. Кудрявая положила руку на грудь и схватилась за край футболки. Она тяжело задышала, в комнате было тихо как на дне океана, всю тишину разрывали тяжелые вздохи Ливии. Наконец дыхание пришло в норму и она смогла слегка улыбнуться от облегчения. В комнате никого не было, её парень уехал за город к родителям, а она со скверным расположением духа на протяжении нескольких дней осталась одна в квартире.
  Попытавшись улыбнуться девушка вновь ощутила колющую боль в глотке и с грустным видом бросилась на подушку. При её приземлении в голове что-то провыло и ужасная боль отлетела в виски. По восприятию Оливии ей казалось, что комната задрожала. Она попыталась скрыться от дьявола боли с помощью подушки, закрывая ею лицо, но боль только усиливалась. Кудрявой было больно даже думать на что у её организма может быть такая реакция. От боли хотелось плакать, Ви зажмурилась убирая от лица подушку, помотала головой по жесткому матрацу под простынкой и с яростью отбросила подушку в ноги кровати.
   — Вот что теперь делать? — спросила у утренней темноты Лив, чуть не плача от боли.
   Вдруг, нашу героиню одернула резкая боль под грудью, она заставила черноволосую подскочить на кровати и согнуться. Страшные муки в это утро испытала Оливия. Она, разогнувшись, но всё ещё поддерживая одну руку под ребрами потянулась свободной к телефону и посмотрела время. Экран смартфона ослепил девушку и она пощурилась, чтобы разглядеть цифры.
   — Пять сорок, восхитительно! — воскликнула Винья, кладя телефон обратно.
  Боль не подвергалась угомону, а только усугублялась, подыгрывая мигрени.
   — Вот что я такого сделала, боже! — возразила в тишину Ливия, хоть и будучи атеисткой.
  Откровенно не понимая за что её так жизнь наказывает: сначала расставание с мужем, ссора с братом на почве всего произошедшего, теперь ещё и это, от боли она просто напросто не может поспать или же просто полежать спокойно.
  Вдруг боль и в желудке и в затылке резко прекратилась, поэтому девушка смогла успокоиться, вернуть подушку на место, обустроиться и очень быстро заснуть беспечным сном.
***
  Загуляло по Петербургским улицам молодое, спокойное утро, озолотились первыми лучами октябрьского солнца крыши и стволы сосен, вздохнул освежающий балтийский ветер и новый день вступил в свой черед. Наши герои Макс и Алина проснулись пораньше с планами готовить помещения для празнования желанной свадьбы, Женя был разбужен дочерью, которая уже приспособилась к новому режиму, а Саша очнулся с горьким чувством на душе. Если относительно этих героев – у них все стабильно, то у Оливии: тушите свет, бросай гранату.
  Спустя чуть больше часа после первого пробуждения без двадцати шесть Ви резко распахнула глаза и ощутила заложенность в носу и ком в горле. Он препятствовал свободной речи, состояние ухудшалось с каждой секундой. Ещё мгновение и девушка почувствовала нехватку кислорода и что-то неприятно подступающее к носоглотке. Черноволосая отодвинула волосы с лица и решила успокоиться, что сейчас всё пройдёт. Несмотря на все упорные молитвы к самой себе и своему организму через пару секунд Лив подскочила, изо рта вырывался не пойми то ли кашель то ли стон, она прикрыла рот ладонью. Дыхание из-за этого снова сбилось, сердце сильно застучало, Винья перепугалась не на шутку, это дало ей толчок, что спать бесполезно, какое-то отравление её преследует. Не думая даже что это может быть, брав в мысли только невосприятие какого-то вещества или какой-то еды, принятой минувшим днём Оливия в прямом смысле мучалась, сдерживая себя, чтобы так скоро ей не стало плохо. Она все ещё держала ладонь у рта, а горло болело сильнее от жгучего ощущение желудочной кислоты. Время от времени девушка издавала приглушенные скрипы и совершала резкие, дерганные движения плечами и всем телом, продвигаясь вперед.
  Её это невероятно бесило и расстраивало, что день её начался очень плохо, поэтому слёзы невольно катились из янтарных, темненьких глаз. Через секунду, может через две её организм не выдержал и дал сигнал добить свою хозяйку...
***
   — Всё утро... — еле-еле прошептала с больным горлом от нескончаемой тошноты Ви, потягиваясь за телефоном.
  Глаза захлопывались, глотать было до жути больно, лицо побледнело и потеряло привычный румянец. Время на телефоне показывало почти десять. Кудрявую почти отпустило, она с рукой на груди ходила по квартире, пытаясь поверить в самое лучшее.
  Вдруг, совершенно неожиданно в её голову пришла мысль: девушка она взрослая и при том: была замужем. В её голове пробежали страшные мысли. Утренний токсикоз, повышенная агрессия последние дни...
Неужели она...
***
  Перед нашей героиней белая полоска с синим наконечником, одна красная полоска горит ярким пламенем, а по самóй белой полоске ползёт таинственная, прозрачная линия, заполняющая волнующее поле. За эти мгновения Лив тридцать раз перекусала свои ногти и губы, ноги подкашивались от страха, руки предательски дрожали и потели.
  Полосочка подползла к страшному месту. Оливия закрыла от страха глаза. Как только она их открыла она увидела ужасную для себя картину: и вторая красная полоска на тесте загорелась как солнце в безлюдной долине. Глаза брюнетки заполнились ядовитыми слезами – она – будущая мама, официально. И никто не сможет ей в этом помочь. Нет, не подумайте, девушка не была против детей, очень хотела ребенка, но не в данной жизненной ситуации. Так ещё и от кого он – разобраться сложная задача...
  Не долго думая она схватила телефон и набрала смыслящему человеку – своему старшему брату, который состоит в родительской должности уже семь лет.
   — Алло, Жень? — дрожащим голосом, сквозь слёзы пролепетала Ви, — У меня к тебе новость, только прошу – никому не рассказывай!