Глава 39

*1 месяц спустя*

Тур проходит очень хорошо. Даже слишком хорошо.

Билли была права: работа, которую я сейчас выполняю, очень похожа на ту, чему я уже научилась. Только всё вращается вокруг Билли, и она, в любом случае, мой самый любимый человек, с ней приятно общаться, слушать и смотреть на неё. В основном я работаю с площадками, где она выступает, чтобы одобрять их посты, и просматриваю весь интернет в поисках отзывов фанатов. Я своего рода посредник, через которого проходит каждый аспект её гастрольного бренда. К каким инфлюенсерам нам стоит обратиться за билетами в подарок? Как сделать ситуацию с браслетами на полу более гладкой? Какие местные рестораны, специализирующиеся на растительной пище, мы можем отметить? Это одновременно и самая гибкая работа, и самая требовательная.

К тому же, там чертовски хорошо платят. Билли обещала, что не имеет никакого отношения к зарплатам пиарщиков и соцсетей, и что мне платят столько же, сколько и всем остальным на моём месте... но, ЧЁРТ ВОЗЬМИ! Я живу у Билли, путешествую с Билли, обедаю с Билли. По сути, я просто загребаю деньги, не оплачивая счета.

Единственный минус – это то, как мало времени мне удаётся по-настоящему провести с девушкой. Мы всегда в одном месте, но по совершенно разному графику. Особенно в дни выступлений. Моя первая встреча в 10 утра, а она просыпается только к полудню. Как у меня появляется перерыв перед выступлением, она идёт на физиотерапию и готовится. А потом, поскольку мне приходится вставать раньше, я обычно ложусь спать, а не гуляю после выступлений. Иногда я вижу её только тогда, когда смотрю на неё на сцене.

Это изматывает, но оно того стоит. И наши выходные были одними из самых любимых за всю мою жизнь. Мы сейчас в Чикаго, и в первый же вечер по прибытии мы буквально пробрались туда, чтобы посмотреть «Chicago Bean» после закрытия. Нас выгнала охрана и всё такое. Это была, безусловно, одна из самых весёлых ночей в моей жизни.

Сегодня вечером Билли дала свой второй и последний концерт в Чикаго и тусуется с друзьями, вероятно, как обычно, устаивая джем. Я вернулась в отель сразу после окончания концерта, слишком уставшая, чтобы стоять.

Должно быть, около двух часов ночи я слышу, как тихо закрывается дверь гостиничного номера, затем дверь ванной, и свет из ванной падает на пол. Я полусонная, и понятия не имею, сколько времени прошло, прежде чем я почувствовала вес Билли на кровати позади себя. Я издаю какой-то звук, словно узнавая её, слишком уставшая, чтобы делать что-то ещё, и она притягивает меня к себе, обнимает и шепчет «спокойной ночи» с поцелуем.

— Поспи немного. Завтра у меня для тебя сюрприз, — тихо добавляет она. Будь я хоть немного бодрее, я бы заставила её рассказать мне всё сразу. Но рука Билли, сжимающая меня, её аромат, наполняющий кровать, тихие звуки города за окном – всё это убаюкивает меня, прежде чем я успеваю задать вопросы.

Билли, конечно, должна была уже знать, что в последний момент это не проскочит. Как только я просыпаюсь на следующее утро, я сразу же набрасываюсь на неё с этими вопросами.

— Что за сюрприз? — спрашиваю я, пока мы чистим зубы.

— Во сколько этот так называемый сюрприз? — продолжаю я, пока мы вместе принимаем душ.

— Есть ли какой-то определённый дресс-код для сюрприза? — спрашиваю я, пока мы переводим дух на полу в ванной, и наш душ превращается в нечто большее.

— Они знают о сюрпризе? — спрашиваю я, наблюдая, как Джейн и Ава идут к столику, за которым мы сидели на завтраке в местном кафе.

— Это большой или маленький сюрприз? — хихикаю я, пока мы лежим в постели днём, снова переводя дыхание. Это наш второй раз сегодня. Мы ненасытны.

— Можно мне уже узнать, какой сюрприз? — жалуюсь я, когда мы вечером возвращаемся в номер. Мы пошли гулять по одному из парков Чикаго, укутавшись в тёплые вещи, ведь мы не привыкли к холоду.

— Ты можешь перестать спрашивать про сюрприз и просто пойти и приготовиться к нему? — Билли закатила глаза. Но на её губах весь день играла ухмылка. Ей так нравится это от меня скрывать.

— Но как я узнаю, что надеть, если ты не хочешь рассказать мне о сюрпризе? — стону я, когда мы останавливаемся у дверь нашего номера, и охранник Билли достаёт ключ-карту.

Дэйв и Брайан обмениваются взглядами, когда мы проходим мимо них в комнату.

Я задыхаюсь.

— Они знают, какой сюрприз! — восклицаю я. — Вы, ребята, знаете, какой сюрприз! — на это раз я обращаю его к ним. Билли удерживает меня от того, чтобы я пошла за ними, но когда дверь за ними закрывается, я слышу их смешки. — Вот увидишь, принесу ли я тебе ещё пончиков, Дэйв! — кричу я, когда дверь захлопывается.

Билли смеётся во весь голос.

— Не лишай его пончиков, Мэлоди. Он не виноват. Я же поклялась, что они будут молчать.

Я смотрю на неё, но за моим взглядом скрывается улыбка.

— Иди, соберись, мамочка, — шлёпает она меня по заднице, когда я прохожу мимо неё в спальню. — Надень что-нибудь красивое.

Я стону. Надеть что-нибудь красивое? Это может означать многое.

Я выбрала короткую чёрную юбку, чёрные сапоги до колена и топ на тонких бретельках с пайетками. Нанесла лёгкий макияж, а глаза подвела тёмными тенями. Через руку перекинула чёрную кожаную куртку. Если надеть и застегнуть, то можно идти в милый ресторан. Если не надевать, то получится классический образ для вечернего выхода в город. Не думаю, что что-то из этого станет сюрпризом, учитывая известность Билли, но, думаю, я не ошибусь. Выглядеть хорошо, даже для чего-то личного, всегда приятно.

Когда я выхожу из спальни, Билли свистит мне, оглядывая с ног до головы. Я смеюсь и быстро кручусь перед ней. На ней лёгкий макияж, мешковатые джинсы, куртка-бомбер и бейсболка. Сложно понять, подходит ли мой наряд для этого занятия, учитывая её стиль, ведь она везде одевается одинаково.

Мы спускаемся вниз, потому что нас ждёт машина. Я бросаю на Брайана и Дэйва быстрый взгляд, давая им понять, что всё ещё не одобряю их секретности.

Билли открывает мне дверцу машины, и я благодарно ей улыбаюсь. После этого разговора я тут же ахаю, увидев Джейн и Аву, уже сидящих на задних сиденьях.

— Вас ждёт сюрприз! Я так и знала!

Они обе рассмеялись, когда мы забрались внутрь. На них наряды, очень похожие на мой, и я с облегчением выдохнула, поняв, что правильно угадала дресс-код.

— Даже Энди знает, куда мы едем, — хмыкнула я, указывая на водителя Билли. Того самого, с которым я познакомилась в тот самый первый вечер на Коачелле.

Мы едем по улицам Чикаго. На улице ночь, и город освещён зданиями и неоновыми вывесками. Я почти всю дорогу смотрю в окно. Не только потому, что пытаюсь понять, куда мы едем, но и потому, что я никогда раньше не была в Чикаго, и, боже, какой же это красивый город.

Машина наконец останавливается у довольно мрачного здания. Я с растерянным видом поворачиваюсь к Билли.

— Это сюрприз? — спрашиваю я.

— Ты в меня не веришь, да? — поддразнивает она, выходя из машины и беря меня за руку, чтобы тоже помочь.

— Мне взять с собой куртку? — спрашиваю я.

— Нет, наверное, будет довольно жарко, — она улыбается мне, с лукавым взглядом. Я поджимаю губы от любопытства, но оставляю куртку в машине.

Как только Джейн и Ава присоединяются к нам на тротуаре, мы быстро проходим через дверь без опознавательных знаков. Билли натягивает кепку, чтобы лучше прикрыть лицо, и её охранник уже выглядит нервным.

Что, чёрт возьми, происходит? –думаю я.

Ответ на мой вопрос приходит, когда я вижу неоновую вывеску и стрелку, указывающую вниз.

Мы в клубе! – я понимаю.

— Мы в клубе! — я выражаю эту мысль вслух, резко поворачивая голову, чтобы посмотреть на Билли. Она широко улыбается, хватает меня за руку, и мы следуем за Джейн и Авой вниз по лестнице. Стены уже трясутся, заставляя трястись каждую поверхность.

Чувствую, как во мне нарастает волнение. Я никогда не была в настоящем клубе. В колледже я ходила на вечеринки, похожие на клубные, и провела немало сумасшедших ночей, но никогда не была в настоящем клубе. Особенно в таком...

Я теряю дар речи, когда мы спускаемся в подземное световое шоу. Ни единого квадратного метра не видно – вот сколько здесь людей. И все они танцуют.

Дэйв остаётся на лестнице, чтобы иметь возможность видеть сверху, а Брайан продолжает следовать за нами, и несколько человек всё время разделяют нас, чтобы это не было заметно.

Мы с Билли следуем за Джейн и Авой сквозь толпу, жёлтые и красные огни сияют во всех направлениях, а мощный синтезаторный бит разносится по всему пространству. Он такой громкий, что я чувствую его в своих костях. Мне это нравится.

Кажется, никого не волнует, что Билли Айлиш проталкивается мимо них к центру танцпола. То ли потому, что она хорошо спряталась под кепкой, то ли потому, что они слишком пьяны и обдолбаны, чтобы обращать на это внимание, мы никогда не узнаем. Но мы обязательно воспользуемся этим.

Мы наконец останавливаемся, дойдя до центра зала. Ава наклоняется и кричит что-то на ухо Билли, а затем они с сестрой направляются к бару. Билли обнимает Аву перед уходом, и, клянусь, я вижу, как они обмениваются деньгами.

Я смотрю на Билли, как бы спрашивая, куда они идут, и она жестом показывает, что пора принести выпить.

Наверное, она платит за выпивку? – подумала я.

Она тоже наклоняет голову, словно спрашивая, не хочу ли я выпить. Я качаю головой. Обстановка, в которой мы внезапно оказались, сама по себе вызывает у меня естественный кайф.

Пока я думаю об этом, я слышу знакомые ритмы: прожекторы загораются зелёным, а затем и лазеры. Я резко поворачиваю голову к Билли, широко улыбаясь. Она уже хихикает.

"Guess", совместная работа Билли и Чарли XCX, только что заиграла через две минуты после того, как мы зашли в какой-то дурацкий клуб в Чикаго. Мы с Билли едва переводим дыхание от смеха. Уверена, Джейн и Ава делают то же самое где-то в этих джунглях.

Когда я слышу, как голос Чарли немного затихает, сигнализируя о начале партии Билли, я прекращаю наш смех, притягивая Билли ближе. Её руки ложатся мне на бёдра, а мои – ей на плечи. Она, не теряя времени, притягивает меня к себе, наши бёдра двигаются в такт музыке. Мне приходится изо всех сил не сорваться, когда она начинает беззвучно повторять свою партию. Однако я сдерживаю смех, думая, что могу пожалеть, что отвела взгляд от личного шоу, которое сейчас у меня есть.

Джейн и Ава возвращаются как раз к концу песни и тут же с криками набрасываются на Билли. Она лишь смеётся, не отрывая от меня рук. Сёстры в конце концов разбивают лагерь в нескольких метрах от нас, находя случайных людей, с которыми можно потанцевать.

Но внимание Билли не отрывается от меня ни на секунду. Её глаза следят за каждым моим движением. Это бодрит меня. Это придаёт мне больше уверенности, чем обычно. Двадцать минут нашей маленькой вечеринки, и я даже не узнаю себя. В одну минуту я тёрлась о Билли, как будто вокруг нас нет толпы людей. В следующую мы с Билли прыгаем под особенно зажигательную песню.

— Я чувствую себя свободной! — кричу я ей на ухо. Она смеётся.

— Ты выглядишь горячо! — кричит мне Билли, хватая меня за задницу. Я визжу от шока, а она только смеётся ещё громче.

Внезапно Джейн хлопает меня по плечу. Я оборачиваюсь – Билли ни на секунду не отпускает мою талию – и тут же сталкиваюсь с Джейн, которая тут же хватает меня за лицо. Она проводит большим пальцем по каждой моей скуле, и когда она отстраняется, я понимаю, что она делает. Лица Авы и Джейн покрыты блёстками. Откуда они их взяли – загадка. Но мои критические способности подсказывают мне, что она только что нанесла мне их на щёки. Прежде чем Джейн успевает вернуться к их импровизированной компании, я хватаю за запястье её руку, держащую маленький тюбик с блёстками, и набираю немного на палец.

Когда я снова поворачиваюсь к Билли, она замечает блёстки и смеётся. Я поднимаю палец, показывая, что у меня есть для неё, и она тут же качает головой, отворачиваясь от меня. Я хватаю её за подбородок, не давая ей уйти, и наношу немного блёсток ей на глаза. Когда я отстраняюсь, она смотрит на меня с неодобрением. Я машу руками перед лицом, словно обмахиваюсь, потому что она такая горячая. Она смеётся. Всё это под аккомпанемент ещё одной песни Чарли "I Love It". Вечер, похоже, самый идеальный.

Но я поторопилась. Потому что, как только песня заканчивается, свет гаснет, и музыка стихает. Голоса становятся громче, впервые за сегодня слышны звуки бара и шаги людей. Я смотрю на Билли с недоумением, когда вся комната погружается в синеву. Она лишь пожимает плечами, но в её глазах есть тот самый взгляд.

Этот проклятый взгляд.

Начинает играть низкий фон, и к синим прожекторам присоединяются синие лазеры. Я пытаюсь оглядеть комнату, чтобы увидеть, не смутило ли кого-нибудь это затянувшееся вступление, и ловлю на себе взгляды Джейн и Авы. Они смотрят прямо на меня. Я бросаю на них растерянный взгляд.

Как только я слышу этот знакомый звук малого барабана и ритм спадает, я резко оборачиваюсь, чтобы посмотреть на Билли, широко раскрыв глаза.

— Ты этого не сделала! — кричу я. Она никак не может меня услышать из-за собственного голоса, гремящего из динамиков.

— Да, — беззвучно отвечает она и сдвигает кепку так, чтобы козырёк оказался сзади.

"CHIHIRO" теперь разносится по всему клубу. Я смеюсь и притягиваю Билли к себе, чтобы крикнуть ей на ухо.

— Если ты хотела что-то сделать, тебе достаточно было просто спросить!

Я скорее чувствую её улыбку, чем вижу её.

— Хочешь поцеловаться? — кричит она в ответ.

Я запрокидываю голову от смеха. Когда я снова смотрю на Билли, в её глазах столько любви, что мне кажется, я сейчас взорвусь.

Я обхватываю её лицо руками, надеясь передать тот же взгляд, и притягиваю её к себе. Наши губы соприкасаются, пока песня нарастает.

"I don't know you at all..."

— Я люблю тебя, — говорю я ей в губы, уже закрыв глаза.

"I don't... know you..."

— Я люблю тебя, — отвечает она.

"Not at all..."

Наши губы сплетаются, как раз когда песня взрывается. Чувство эйфории. Я обнимаю её за шею, прижимая к себе невероятно близко. Мы полностью поглощаем друг друга посреди этого ночного клуба. Но мне всё равно.

Мне всё равно.

Это должно быть для меня самым страшным, что может быть на свете. Проявлять столько публичности. Слава Билли и конфиденциальность наших отношений только усугубляют ситуацию. Но меня это не пугает.

Мне всё равно.

Мы отрываемся друг от друга, чтобы вздохнуть, наши губы всё ещё соприкасаются, когда мы улыбаемся. Песня снова смягчилась до привычной басовой тональности. Я отстраняюсь ещё немного, чтобы полностью рассмотреть её. Блёстки теперь покрывают наши лица. Мы смеёмся, осознавая это, и я тянусь вперёд, чтобы ещё больше размазать их по щекам. Заметив, что её взгляд на секунду скользнул за мою спину, я тоже слегка поворачиваюсь. Джейн и Ава прыгают под песню и кричат в нашу сторону во весь голос. То есть, мы их не слышим, но, судя по их лицам, завтра у них не будет голоса.

Я оборачиваюсь и смотрю на свою девочку, мы обе смеёмся над друзьями. Мы всё ещё так близки, соприкасаемся всеми частями тела, кроме лиц.

Я начинаю подпевать, ликуя: "When you told me it was serious / Were you serious?"

Билли продолжает с того места, на котором я остановилась: "They told me they were only curious..."

Я заканчиваю: "Now it's serious."

Свет становится ещё безумнее. Я едва различаю черты лица Билли, просто веря, что они такие же, как всегда. Я и так их помню. Нас окружает синий свет, лазеры летают по комнате, а когда песня завершается, добавляется белый стробоскоп.

Билли снова целует меня в самый нужный момент. Закрыв глаза, я словно растворяюсь в комнате. Остались только Билли и я. "CHIHIRO" гремит вокруг нас. Её руки прижимают меня к себе. Её губы направляют мои. Это лучший поцелуй в моей жизни. Лучше всего, что у меня было. Я зависима от этого момента. Я зависима от Билли.

На этот раз я отстраняюсь, запрокидывая голову. Я впитываю финал песни, Билли прижимает меня к себе за талию.

Я оглядываюсь на Билли как раз в тот момент, когда диджей переходит к песне Рианны "What's My Name?". Я кричу и начинаю прыгать. Билли смеётся надо мной.

Я оборачиваюсь и вижу Джейн и Аву, протягиваю им руки. Они присоединяются к нам, и мы все поём друг другу Рианну, а вокруг нас парят красные огни.

Это буквально лучшая ночь в моей жизни.