Глава 17
*Сегодняшний день*
Я люблю Эйвери. Очень, очень люблю. Но мне никогда не понравится делить с ней комнату.
Девочка храпит.
После того, как я всю ночь боролась с желанием столкнуть Эйвери с кровати, я решила просто начать день. К семи я просыпалась уже трижды за час. Я быстро принимаю душ, натягиваю толстовку и байкерские шорты и отправляюсь в кафе за углом моего дома.
Это идеальное утро конца лета, и я не могу не улыбаться, пока иду, даже несмотря на недостаток сна.
Хочу позвонить Билли. Извиниться за вчерашнее поведение Эйвери – хотя оно, по сути, было просто уморительным – и просто поговорить с моим самым любимым человеком. Странно, что мы уже больше суток в одном городе и не виделись. Обычно это первоочередная задача Билли, когда она возвращается домой из какого-нибудь захватывающего города, куда летит. Билли буквально отмечает в своём календаре первую половину дня возвращения как «Очень важную встречу». Она отказывается от любых поручений команды, просто подняв руку и чётко обозначив «Очень важную встречу» в своём расписании.
"В календаре, не спрашивайте меня", — всегда говорит она. Вся её команда знает, что никакой «Очень важной встречи» на самом деле нет. То есть, это становится довольно заметно, когда она делает это каждый раз, когда возвращается в Лос-Анджелес. У них не хватает смелости ей сказать, что она не может их обмануть.
Итак, я хочу позвонить Билли. Но не могу. Она всё ещё спит, а она никогда не спит, так что мне не хочется её прерывать.
Я беру для себя и Эйвери веганскую выпечку и два кофе со льдом. У меня короткий рабочий день, поэтому по дороге в квартиру я размышляю о своём графике и списке дел. Когда я возвращаюсь, Эйвери ещё спит, и я пользуюсь возможностью собраться на работу.
Я проверяю электронную почту и завтракаю, когда Эйвери угрюмо выходит из спальни.
— Доброе утро, солнышко, — саркастически говорю я. Сегодня утром она явно не солнце.
— Какого хрена у тебя нет похмелья? — первые слова Эйвери. Она плюхается на один из моих кухонных стульев, и рывком прижимает к себе стакан со льдом, словно его кто-то пытается украсть.
— Я же тебе уже говорила, Эйвери, — ворчу я, подвигая ей пирожные. Она берёт одно без всякой благодарности. — Всё дело в обезвоживании. Перед сном нужно пить воду. Это всегда помогает, — говорю я, собирая рабочую сумку. — Ну, почти всегда, — отталкиваю ужасные истории о похмелье из колледжа. — Поэтому я держу графин на тумбочке.
— Графин? Перестань говорит со мной на разных языках, — Эйвери закатывает глаза и морщится, держась за голову. Я предугадываю её желание и достаю Адвил из аптечки.
— Графин – это такая штука, у которой вместо крышки – кувшин для воды, а вместо остальной части – стакан, — объясняю я.
— У тебя там ничего такого нет, — бормочет она, принимая таблетку Адвила с тихим "спасибо".
— О, — я хмурю брови. — Кажется, я принесла его Билли.
Эйвери слегка ухмыляется. Я закатываю глаза.
— Но всё равно пей больше воды! — произношу я это так, словно это вдохновляющая цитата, обуваю туфли и беру сумку.
— Куда ты идёшь?
— Работа, не забыла? — я хватаю недопитый кофе и ключи. — У меня сегодня встреча, на которую я не могла выбраться, но я должна быть свободна к часу.
— У тебя всё ещё есть работа? Зачем она тебе? Твоя девушка богата, — кричит мне вслед Эйвери.
— Ха-ха, очень смешно, — я с каменным лицом открываю дверь. — Позвони, если что-нибудь понадобится!
***
Я прихожу домой раньше, чем ожидалось, около полудня, и Эйвери нигде нет. То есть, я не особо искала, но, по крайней мере, её нет в моей квартире. Я иду в спальню, чтобы снять рабочую одежду, и вижу, что она разгромила всё пространство. Одежда повсюду, косметика разбросана по раковине, чемодан распахнут посреди пола. Обожаю её за это.
Я на цыпочках обхожу её одежду и иду в ванную, чтобы переодеться. В этот момент я слышу, как открывается дверь моей квартиры, и из гостиной доносится "Йу-ху!".
— Дорогая, я дома, — поёт Эйвери.
Я захожу на кухню и вижу Эйвери и около десяти пакетов с покупками, кружащих по кухне.
— И чем, чёрт возьми, ты сегодня занималась? — спрашиваю я, как обычно, и устраиваюсь под одеялом на диване.
— Я ходила за покупками, конечно, — Эйвери закатывает глаза, перекладывая вещи в своих пакетах.
— Понимаю, — я указываю на её ситуацию. — Но как ты там оказалась? И как ты только что попала в мою квартиру? — задавая вопросы, я продолжаю выдумывать всё новые и новые. Моя лучшая подруга. Всегда непредсказуемая.
— Я съездила на такси в торговый центр и сделала несколько лёгких покупок, — она указывает на пакеты, словно демонстрируя «лёгкие покупки». Они явно демонстрируют серьёзные покупки. — А я недавно встретилась с твоим арендодателем. Очень приятный человек. Он временно дал мне свой дубликат твоего ключа.
Я даже не знаю, с чего начать эту историю, поэтому я просто игнорирую её и иду дальше.
— Ладно, — хмурюсь я. — Что ты покупала? И что купила?
— Ну, я поняла, когда распаковывала вещи... — начинает она.
— И я вижу, что ты сделала это весьма тщательно.
— У меня совершенно нет симпатичной одежды. Особенно теперь, когда мы бежим в крутой толпе.
— Мы?
— Итак, я купила несколько симпатичных вещиц. И наряд на сегодняшний вечер тоже.
— Ты же понимаешь, что это не серьёзный ужин, правда? Он проходит буквально в доме её детства. Очень неформально.
— Ну-ну, — Эйвери закатывает глаза, садясь на диван напротив меня. — Как ты проиллюстрировала мне своей вчерашней историей, — она обвиняюще указывает на меня пальцем, размахивая им перед моим лицом. — В доме О'Коннеллов всё может быстро выйти из-под контроля.
Я закатываю глаза и шлёпаю её по пальцу, борясь с румянцем.
— И никогда не знаешь, куда заведёт нас ночь. Просто хочется быть готовой.
— Ладно, ладно, — я бросаю это и включаю телевизор.
— Кстати, во сколько ужин? — спрашивает Эйвери.
— 7. Мы уедем отсюда примерно в 6:30, — отвечаю я, выискивая паршивое реалити-шоу, которое можно посмотреть.
— И кто вообще там будет?
— Я думаю, мы, Билли, Финнеас, Клаудия, родители Билли и Рэт тоже.
— Кто такой Рэт? — спрашивает она, снимая обувь и устраиваюсь поудобнее.
— Лучший друг Финнеаса, Рики. И просто друг семьи. Он немного чудаковат, — я улыбнулась ей. — Он тебе понравится.
— Круто, а теперь включай Vanderpump и расскажи мне побольше о вашем тайном летнем романе, — лучезарно улыбается мне она.