Глава 23. Я хочу разделить с тобой надгробие

В кабинете Ся Кэ вовсю потрошал шкаф с зельями. Перерыв всё вверх дном и не найдя нужного, он с досадой вытряхнул рюкзак - вдруг завалялись остатки? Увы, чуда не произошло. Пришлось смириться: он обреченно опустил руки и в сердцах пару раз взъерошил пушистые макушки мышат.

Даже в самые голодные времена, когда парню буквально нечего было есть, его алхимические запасы ломились от склянок. Но с тех пор как он обосновался у Чжао Нао, запасы стали стремительно таять. О дальних вылазках за ингредиентами пришлось забыть, а куча защитных заклинаний, палочки для питомцев и тонны успокоительных зелий подчистую опустошили закрома. Дошло до того, что самое необходимое было уже на донышке.

- Да ладно травы, хрустальные флаконы - и те закончились! - в панике он мерил шагами комнату. - Всё добро осталось в вампирском замке, а новые достать посреди бела дня просто негде.

Мышата тем временем пригладили лапками растрепанную шерсть, переглянулись и дружно полезли по ножке стола. Пыхтя и толкаясь, они пододвинули к хозяину пустые стаканы.

Ся Кэ недоуменно покосился на них. Он уже открыл рот, чтобы сказать, что пить не хочет, как вдруг до него дошло. Он взял в руки изящный стеклянный бокал, покрутил его и повеселел:
- А что, временно пристроить зелья сюда - мысль неплохая.

Правда, стаканы не закрывались наглухо, да и на дне не было защитных рун, которые останавливают время и глушат магический фон. Так, временная затычка на экстренный случай. Ся Кэ быстро провел ревизию, отобрал самые безобидные составы, которые вряд ли пригодятся в ближайшее время, разлил их по бокалам, плотно притер крышки и убрал в шкаф.

- Надо же, даже любовный приворот завалялся, - он поднял на свет крошечный пузырек с прозрачной жидкостью, полюбовался игрой бликов и перелил его в стакан. - Помню, в стране фей его заказал один адский дракон. Он решил приударить за фениксом и, чтобы доказать свою лебединую верность, вытребовал у меня ядреный состав. Стоит пригубить - и всё, до гробовой доски будешь сохнуть по одному-единственному существу.

Три пары мышиных глаз округлились от изумления. Зверьки уставились на стакан с явным, более чем живым интересом.

Заметив этот нездоровый энтузиазм, Ся Кэ строго ткнул одного из них в пухлое пузо:
- Даже не думайте! Это вам не драконий заказ, а мои личные экспериментальные наработки с кучей побочных эффектов. Почти всё я распродал в стране фей в брачный сезон, а этот экземляр завис, потому что он бракованный и слишком непредсказуемый. Стоит сделать глоток - и ты по уши втрескаешься в первого встречного. Я не нанимался возвращаться домой и заставать вас в объятиях какого-нибудь таракана или комара, с которым вы решите связать судьбу!

Мышата уныло повесили носы и закивали.

Ся Кэ со спокойной душой потянулся к шкафу, чтобы спрятать стакан, как вдруг в дверь постучали. Времени на церемонии не было: он бросил бокал прямо на столе, на ходу щелкнул пальцами, накладывая иллюзию - тяжелая мантия мага мгновенно превратилась в уютную домашнюю пижаму, - и припустил открывать.

На пороге стоял Чжао Нао. Застегнутый на все пуговицы строгий костюм, натянутая улыбка, слегка подрагивающие пальцы... Куда делась его привычная вальяжность и уверенность? Сейчас он до боли напоминал того зажатого, робкого парня, каким Ся Кэ встретил его в самый первый раз.

- Ты сегодня свободен? - спросил Чжао Нао, пряча взгляд. - Я бы хотел съездить... познакомить тебя со своими родителями.

У Ся Кэ внутри всё оборвалось.

И напугал его вовсе не сам факт знакомства, а то, что родители Чжао Нао уже несколько лет как покоились в сырой земле. Это как они «увидятся»?!
Неужели маскировка слетела, и Чжао Нао принял его за некроманта или жреца, способного вызывать души с того света?

Ся Кэ испуганно вгляделся в лицо мужчины, пытаясь нащупать почву:
- Э-э... понимаешь, у меня там, на небесах, связей особо нет...

Чжао Нао опешил, а затем искренне расхохотался.

Напряжение тут же спало, плечи расслабились, и он снова стал самим собой. Сделав шаг вперед, он порывисто обнял Ся Кэ за плечи, на мгновение прижал к себе и сразу же, как истинный джентльмен, отстранился.

- Спасибо, - выдохнул он. - Юмор - лучшее лекарство от грусти и неловкости.

Ся Кэ только и смог, что хлопнуть глазами.
«Юмор»? Да он вообще-то не шутил!

Пока Ся Кэ соображал, что произошло, Чжао Нао мягко подтолкнул его обратно в комнату - переодеваться. Парень на автомате натянул вещи, как в тумане дошел до машины, и только когда они въехали на ухоженную территорию утопающего в зелени кладбища, до него наконец дошло, как глупо он сел в лужу.

Облегчение от того, что его тайна не раскрыта, смешалось со стыдом за этот дурацкий разговор - Ся Кэ готов был сквозь землю провалиться. Из-за этой ментальной катастрофы он даже не сразу задумался, а с чего вдруг Чжао Нао привез его на могилу родителей. Сам Чжао Нао тоже заметно нервничал: всю дорогу он судорожно проверял телефон, строча Пэй Цзюэ бесконечные простыни сообщений.

[Ты хоть выучил мою инструкцию?]

Пэй Цзюэ, который заходил на виллу в сопровождении телохранителей сразу после отъезда Ся Кэ и Чжао Нао, брезгливо закатил глаза, глядя в экран телефона.

[Ты ради обычного признания накатал целый план на тридцать страниц? Это больше похоже на годовой бизнес-отчет! Я в школе на уроках литературы так не упахивался, когда тексты анализировал!]

Чжао Нао этот скепсис ни капли не задел.
Это было его первое признание в любви, да еще и самому Ся Кэ. Разумеется, всё должно быть идеально. Он продумал этот грандиозный шаг до мельчайших деталей, чтобы быть готовым к любым форс-мажорам. А то, что каждый вариант в его бумагах неизменно заканчивался бурным излиянием чувств и страстным поцелуем... Что ж, это называлось уверенностью в себе и визуализацией прекрасного будущего! Откуда Пэй Цзюэ, этому закоренелому холостяку, знать такие тонкости?

[Ладно-ладно, вези своего ненаглядного Кэ-Кэ к предкам. К вашему возвращению здесь всё будет в лучшем виде.]

Отправив сообщение, Пэй Цзюэ убрал телефон в карман и принялся оценивающе осматривать планировку виллы. В нем тут же проснулся дух художника. Полный энергии, он принялся раздавать команды телохранителям, куда расставлять розы и где развешивать воздушные шары.

- Накатал такую толстенную инструкцию, а в итоге всё равно выбрал банальные розы и шарики. Глаз у него еще не замылился от этой попсы? - вслух ворчал он, пользуясь тем, что друг его не слышит. - Благо у него есть я. Даже с одними только чайными розами я устрою тут такую красоту, что Ся Кэ вернется и гарантированно разрыдается от умиления!

С этими словами Пэй Цзюэ довольно закружился на месте. Представив, как Ся Кэ плачет от счастья, он заговорщически потер подбородок:
- Такое историческое событие просто обязано остаться в веках! Может, мне еще и фотографом заделаться на полставки?

Запечатлеть, значит, момент, когда Ся Кэ и Чжао Нао будут целоваться в море цветов, а потом ка-а-ак выпрыгнуть из кустов и напугать их до икоты! Высший пилотаж - запустить ультимативное проклятие завистливого холостяка!

Тем временем на другом конце города Чжао Нао, даже не подозревая, какие коварные планы строит его лучший друг, сохранял на лице маску полнейшего хладнокровия. Он набрал лаконичный ответ:

[Никаких Кэ-Кэ. Зови его невесткой.]

После чего отложил телефон, открыл дверцу машины и, взяв Ся Кэ за руку, повел его вглубь кладбища.

Здесь царили тишина и покой. Каменные надгробия терялись в тени вековых раскидистых деревьев. Вокруг было идеально чисто: лишь пара-тройка свежих листьев, сорванных ветром, сиротливо примостились у пышных букетов возле плит. Тишину нарушал лишь шорох листвы, редкое пение птиц да шаги Чжао Нао и его спутников.

Чжао Нао шел чуть впереди, держа в руке угольно-черный зонт от солнца. Из чистого упрямства и злопамятности он выбрал бренд, который не имел вообще никакого отношения к конгломерату Графа. Они держались примерно в метре от идущих следом телохранителей. Мужчина слегка наклонил голову и заговорил вполголоса.

Ся Кэ, прижимая к себе огромную охапку нежно-белых лилий, внимательно слушал, чуть склонив голову набок.

- Раньше у нас с отцом были ужасные отношения. Сразу после экзаменов в вуз я собрал вещи и съехал... Без денег пришлось туго.

- О да, без денег паршиво, - Ся Кэ, вспомнив свои голодные дни в подвале, когда приходилось делить заварной рамён с мышами, сочувственно вздохнул. - А уж переходить с роскоши на режим жесткой экономии - еще тяжелее.

- Вот именно, - с ностальгией подхватил Чжао Нао. - В тот год у меня за душой была всего одна банковская карта на несчастные три миллиона долларов. Я даже в приличный ресторан сходить не мог, приходилось постоянно просить Пэй Цзюэ закрыть счет.

Ся Кэ поперхнулся.
- Три миллиона? И ты называешь это «жесткой экономией»?!

Не заметив, каким тяжелым взглядом одарил его Ся Кэ, Чжао Нао опустил глаза и мягко переплел свои пальцы с его. Они подошли к нужному надгробию. Достав платок, он бережно смахнул тонкий слой пыли с камня. Закончив, Чжао Нао, совершенно не заботясь о дорогом, идеально скроенном костюме, опустился прямо на траву под пышными ветвями раскидистого кипариса.

- На самом деле у нас с отцом не было каких-то непримиримых разногласий. Просто разные взгляды на жизнь и одинаково взрывной характер, из-за чего мы вечно ругались, - тихо произнес он. Прежней разрывающей душу боли уже не осталось, лишь на самом дне глаз затаилась тихая грусть. - Сейчас я понимаю, что до самой его смерти так и не успел сказать ему, как сильно его люблю.

Ся Кэ молчал.
Он знал историю гибели родителей Чжао Нао. Там не было никаких интриг или заговоров - обычный перелет, внезапный ураган и страшная авиакатастрофа.
Но чем чище и необратимее была эта скорбь, тем сильнее ощущалась слепая несправедливость судьбы. В этой трагедии даже некого было ненавидеть. Оставалось лишь раз за разом прокручивать прошлое в голове и изводить себя напрасными мыслями о том, что ты сделал для них слишком мало.

- Тогда я поклялся себе: если судьба сжалится надо мной и даст еще один шанс обрести семью, я ни за что не упущу своего человека из-за собственной глупости или трусости.

Голос Чжао Нао звучал совсем тихо, в его глазах дрожали крошечные отблески солнца. То ли от жары, то ли от волнения его щеки слегка порозовели. Он поднял правую руку и нежно убрал упавшую прядь с лица Ся Кэ, заправив ее за ухо.

- Я буду беречь его как величайшее сокровище и любить всем сердцем. И неважно, сколько трудностей осталось позади и какие штормы ждут впереди. Отныне он - моя семья, мой супруг и моя единственная любовь до конца дней, та, с кем я спустя сто лет разделю одно надгробие на двоих.

Ся Кэ завороженно смотрел на него.
Пропасть между магом и обычным человеком, охота вампиров, груз его собственной кровной мести, да и их далеко не идеальное знакомство... В одно мгновение в голове пронеслась тысяча тревожных мыслей. Но стоило ему заглянуть в глаза Чжао Нао, как всё это испарилось. Осталось лишь воспоминание о вчерашнем вечере и их тихое, взаимное «доброй ночи».

Словно поддавшись какому-то наваждению, чувствуя, как сердце затапливает нежность и неожиданная смелость, Ся Кэ открыл рот, собираясь ответить. Но в этот самый момент Чжао Нао резко качнулся назад, бодро вскочил на ноги и принялся отряхивать брюки от земли:

- Ну всё, уже почти полдень, нам пора двигаться! Я забронировал столик, так что давай сначала пообедаем, а вечером сходим в кино, идет?

Ся Кэ: «...»

Ощущение было такое, будто его со всего маху сбросили с пушистых облаков прямо лицом в грязь. В эту секунду ему нестерпимо захотелось прямо здесь закатать Чжао Нао в это самое надгробие.

От автора
Чжао Нао (с невинным видом): Я же приготовил целую локацию для признания! Как я мог признаться в любви в таком неподходящем месте? Так дела не делаются!
Ся Кэ (в ярости): Сгинь! Я передумал!