Глава 22

Тисс

— Быстрее! – твёрдо приказала Моргана.

Двое стражников тут же подбежали но едва один из них попытался поднять Аластора, как Моргана резко подняла руку.

— Осторожнее!

Стражник замер.

— У него тяжёлые внутренние повреждения. Одно неверное движение – и сердце может остановиться окончательно.

Она глубоко вдохнула и положила ладонь на грудь Аластора, из-под её пальцев разлилось мягкое голубоватое свечение. Я смотрела, боясь даже моргнуть. Через несколько секунд Моргана открыла глаза.

— Теперь можно.

Стражники очень осторожно подняли его и понесли в сторону замка. Я уже собиралась последовать за ними, как Хёнджин мягко взял меня за руку.

— Любовь моя...

Я посмотрела на него.

— Ты сама едва держишься.

Я покачала головой.

— Нет, – голос дрогнул. — Я не оставлю его одного.

Хёнджин ничего не ответил, лишь крепче сжал мою ладонь и через несколько минут мы вошли в лекарское крыло. Аластора уже положили на широкую каменную кровать. Лекари торопливо раскладывали инструменты, а Моргана сняла свой длинный плащ и закатала рукава.

— Всем выйти.

Один из лекарей растерянно посмотрел на неё.

— Госпожа...

— Сейчас, – в её голосе появилась такая власть, что никто не посмел спорить.

Через несколько секунд в комнате остались только мы. Ведьма открыла свой старый кожаный чемодан, внутри которого лежали десятки склянок, высушенные травы, кристаллы и странные свитки. Она достала небольшой серебряный нож и провела им по своей ладони, на коже выступила ярко-алая кровь.

Я удивлённо посмотрела на неё.

— Что ты делаешь?

Моргана, не отрывая взгляда от Аластора, тихо ответила:

— Иногда магия требует платы, – она капнула несколько капель своей крови в небольшую стеклянную чашу.

Затем добавила туда порошок из серебристых лепестков, жидкость сразу засветилась и она начала читать древнее заклинание. Комната медленно наполнялась голубым светом, воздух становился всё тяжелее, по стенам побежали светящиеся символы.

Я невольно сильнее сжала руку Хёнджина и вдруг...

Тело Аластора резко выгнулось, он судорожно вдохнул и из его груди вырвался хрип но сердце снова начало замедляться. Моргана резко повысила голос. Заклинание стало звучать громче.

А потом...

— Давай, – почти прошептала она. — Борись.

Несколько долгих секунд ничего не происходило. Я чувствовала, как бешено колотится моё сердце.

И вдруг...

Тук.

Очень тихий но отчётливый удар, потом второй. Третий.

Моргана облегчённо выдохнула.

— Получилось.

Я посмотрела на Аластора, на его щеках медленно начал появляться слабый румянец. Дыхание стало ровнее. Хотя он всё ещё не приходил в сознание.

Моргана устало опустилась на стоящий рядом стул, на её лице читалось сильное истощение.

— Он будет жить, – она прикрыла глаза. — Но несколько дней не очнётся.

Хёнджин облегчённо выдохнул. Я подошла к кровати, осторожно взяла Аластора за холодную ладонь.

— Спасибо... – тихо прошептала я. — За то, что ты всё-таки решил стать тем человеком... которым всегда мог быть. Теперь всё будет хорошо.

Я осторожно начала убирать свою ладонь из его руки но не смогла, потому что пальцы Аластора неожиданно дрогнули, а затем медленно но достаточно крепко сжали мою ладонь.

Я замерла.

— Аластор?..

Хёнджин тоже это заметил.

— Он...

Моргана подошла ближе, внимательно посмотрела на наши сцепленные руки, затем на лицо Аластора. Она мягко улыбнулась.

— Хороший знак.

Я снова тихо позвала:

— Аластор...

Ответа не последовало.

Он по-прежнему не открывал глаз но пальцы не разжимались, будто подсознательно не хотели отпускать мою руку. Я осторожно погладила его по костяшкам пальцев.

— Всё закончилось... – едва слышно сказала я. — Ты можешь больше не бояться.

Моргана тем временем внимательно осмотрела его, потом посмотрела на Хёнджина.

— Ему потребуется кровь.

Хёнджин сразу поднял голову.

— Какая?

— Свежая, его организм сейчас истощён, без неё восстановление займёт слишком много времени.

Хёнджин коротко кивнул.

— Сейчас принесу.

Он посмотрел на меня и, едва заметно улыбнувшись, сказал:

— Я быстро.

Я благодарно кивнула, продолжая сидеть рядом с кроватью, пока Аластор всё так же держал меня за руку. Прошло несколько минут и вдруг его губы едва заметно шевельнулись. Так тихо, что сначала мне показалось, будто я ослышалась.

Я наклонилась ближе.

— Что?..

Еле слышный шёпот сорвался с его губ.

— ...прости...

У меня защемило сердце.

— Не говори сейчас, – тихо ответила я. — Тебе нужно отдыхать.

Его пальцы чуть сильнее сжали мою ладонь, на лице появилась едва заметная болезненная складка. Ведьма молча наблюдала за нами, не вмешиваясь. Она лишь изредка поглядывала на тонкую нить голубого света, которая всё ещё едва заметно окутывала грудь Аластора.

Я снова посмотрела на его лицо. Такое спокойное. Совсем не похожее на того мужчину, которого я впервые встретила много лет назад. Тогда он казался холодным, неприступным.

А сейчас...

Передо мной лежал человек, который ради меня пошёл против собственного брата. Я осторожно провела большим пальцем по его ладони.

— Знаешь, я ведь правда тебя ненавидела. После того дня, мне казалось, что вы оба одинаковые, – я опустила взгляд. — И я ошиблась.

Веки Аластора едва заметно дрогнули он  будто слышал каждое слово.

— Спасибо... – прошептала я. — За то, что тогда вступился за меня тогда перед советом и за то, что встал передо мной сегодня. Пусть и слишком поздно.

В комнате повисла тишина и вдруг...

— Не поздно... – едва слышный шёпот сорвался с его губ.

Я вздрогнула.

— Аластор?

Он медленно нахмурился, каждое движение давалось ему с огромным трудом. Глаза ещё были закрыты но губы снова шевельнулись.

— Пока... – слабый вдох. — Человек... ещё один вдох. — Жив... он может... исправить... ошибки?..

У меня защипало в глазах, я невольно улыбнулась сквозь слёзы.

— Конечно может, – ответила я. — И ты тоже.

В этот момент дверь вновь открылась. Хёнджин быстро вошёл в комнату, в руках он держал высокий хрустальный стакан, наполненный свежей кровью.

— Нашёл, – он сразу подошёл к кровати.

Моргана поднялась ему навстречу.

— Отлично, – она осторожно взяла стакан, потом посмотрела на Аластора. — Сейчас будет немного легче, – приподняла его голову, поддерживая за затылок но едва поднесла край стакана к его губам...

Аластор едва заметно отвернул голову.

— Нет... – прохрипел он.

Моргана удивлённо нахмурилась.

— Почему?

Он с трудом открыл глаза, совсем немного, лишь на несколько миллиметров. Его взгляд сразу нашёл меня.

— Сначала... – говорил он очень тихо. — Чаэрин... Как она?..

Даже придя в сознание всего на несколько мгновений, он первым делом спросил не о себе. Я тепло улыбнулась.

— С ней всё хорошо, просто очень устала и сейчас отдыхает.

На губах Аластора появилась едва заметная, почти незаметная улыбка. Он облегчённо выдохнул.

— Хорошо...

Только после этого он позволил Моргане снова поднести к его губам стакан с кровью и сделал первый, очень осторожный глоток. Аластор сделал ещё один небольшой глоток, потом ещё. С каждым глотком цвет его лица понемногу возвращался. Дыхание становилось ровнее.

Моргана аккуратно забрала стакан.

— Достаточно, – она внимательно посмотрела на него. — Слишком много сейчас нельзя. Организм ещё слишком слаб.

Аластор едва заметно кивнул.

Хёнджин подошёл ближе и тихо произнёс:

— Спасибо.

Аластор слабо усмехнулся.

— Не ожидал... что однажды... услышу это от тебя...

Хёнджин покачал головой.

— Я говорю искренне, – он сложил руки за спиной. — Сегодня ты спас мою жену, – голос стал серьёзнее. — И, возможно, мою дочь.

Аластор закрыл глаза на мгновение.

— Поздновато... для геройства...

— Возможно но не слишком поздно, чтобы изменить будущее, – ответил Хёнджин спокойно.

Аластор снова посмотрел на него. Несколько секунд они просто молчали. Слов было не нужно. Впервые за долгие годы между ними исчезла прежняя враждебность. Я почувствовала, как напряжение понемногу отпускает меня.

Моргана тихо кашлянула.

— Боюсь, есть ещё одна новость, – она смотрела на Аластора. — После удара Кайруса твоя связь с ним окончательно разорвана.

Аластор нахмурился.

— Что это значит?

— То, что раньше вы чувствовали присутствие друг друга. Иногда даже мысли. Теперь этого больше нет.

Он несколько секунд молчал, потом спросил:

— Это же... х-хорошо?!..

Моргана слегка улыбнулась.

— Думаю, да.

Я осторожно спросила:

— А Кайрус действительно...

Она медленно кивнула.

— Да. Его сердце остановилось окончательно.

В комнате воцарилась тишина. Я опустила взгляд, несмотря ни на что мне не хотелось радоваться чьей-либо смерти. Столько жизней было разрушено. Столько боли.

Аластор тяжело выдохнул, в его глазах промелькнула печаль.

— Он был моим братом, – едва слышно произнёс он. — Когда-то... очень давно...

Я подошла ближе к кровати и свободной рукой осторожно коснулась его плеча.

— Мне жаль.

Он посмотрел на меня долгим взглядом.

— Мне тоже.

В этот момент дверь приоткрылась, на пороге показался Феликс. Он говорил тихо, стараясь никого не потревожить:

— Простите, – на его лице впервые за долгое время появилась искренняя улыбка. — Чаэрин проснулась.

У меня перехватило дыхание.

— Правда?

Феликс кивнул.

— Да, – он даже тихонько рассмеялся. — И первое, что она спросила: «Где моя мамочка?»

Я почувствовала, как на глаза снова навернулись слёзы – но на этот раз это были слёзы облегчения. Хёнджин мягко улыбнулся и взял меня за руку.

— Идём к нашей девочке.

Я кивнула но прежде чем выйти, обернулась к Аластору. Он выглядел уставшим, однако в его глазах уже не было прежней тяжести.

— Мы ещё поговорим, – тихо сказала я.

Аластор слабо улыбнулся в ответ.

— Буду ждать.

И с этими словами мы вместе с Хёнджином поспешили в комнату, где нас ждала наша дочь.