Глава 9

Тисс

Чаэрин неохотно слезла с рук Хёнджина.

— Пойдём, принцесса, – улыбнулся Феликс, протягивая ей руку.

Она тут же ухватилась за неё.

— А потом покажете мне библиотеку!

— Покажем, – кивнул Кристофер.

— И тренировочный зал, – добавил Чонин.

— И сад, – сказал Джисон.

— По очереди, – с усмешкой перебил их Минхо.

Весело переговариваясь, вся компания направилась в сторону столовой. Очень скоро их голоса растворились где-то в глубине замка. В просторном холле остались только мы с Хёнджином. Он несколько секунд молча смотрел вслед дочери, потом перевёл взгляд на меня.

— Ты идёшь? Тебе бы тоже не помешало поесть.

Я неловко улыбнулась и опустила глаза.

— Для начала... – я поправила прядь растрепавшихся волос. — Мне нужно помыться и переодеться, – смущённо усмехнувшись. — А то я... не очень хорошо пахну.

Хёнджин тихо рассмеялся и сделал шаг ближе.

— Не соглашусь, – он чуть наклонился ко мне. — По-моему, пахнешь ты очень даже хорошо.

Я закатила глаза и легонько ткнула его кулаком в живот.

— Очень смешно.

Он тихо хохотнул.

— Я серьёзно.

— А я нет, – я покачала головой. — От меня пахнет сыростью, каменным подземельем... и какой-то гнилью.

Хёнджин одной рукой осторожно обнял меня за талию, легонько развернул в сторону другого коридора.

— Пойдём, любовь моя, – он улыбнулся. — Сначала помоем тебя и найдём тебе нормальную одежду.

Я тут же возмущённо посмотрела на него.

— Мыться и переодеваться я буду одна, – прищурившись.

— Разумеется, – совершенно невозмутимо ответил он.

Я облегчённо выдохнула, но ненадолго, потому что он с хитрой улыбкой добавил:

— Я и не говорил, что собираюсь мыться вместе с тобой. Зато смотреть буду.

Я остановилась посреди коридора.

— Хван Хёнджин!

Он сделал самое невинное выражение лица, на какое только был способен.

— Что?

— Даже не думай.

— Уже думаю.

— Нет.

— Да.

Я фыркнула и снова несильно стукнула его кулаком по плечу.

— Невыносимый.

— Мне казалось, раньше тебе это нравилось.

Я невольно улыбнулась.

— Иногда.

Он довольно кивнул.

— Значит, есть надежда.

Я покачала головой, тихо смеясь. За двенадцать лет многое изменилось, но одно осталось прежним. Хёнджин по-прежнему умел заставить меня улыбнуться именно тогда, когда мне казалось, что сил на это уже не осталось. Обнимая меня за талию, он повёл меня по знакомым коридорам замка. Мы молча шли по длинным коридорам замка.

Когда он остановился перед высокой тёмной дверью, несколько секунд смотрел на неё, потом тихо открыл.

— Заходи, – он чуть отступил в сторону, пропуская меня вперёд.

Я переступила порог и сразу остановилась. Спальня почти не изменилась. Те же высокие окна. Тот же камин. Те же книжные шкафы. Но взгляд почти мгновенно зацепился за то, чего раньше здесь не было. У противоположной стены стояла белоснежная мраморная скульптура. Я медленно подошла ближе с каждым шагом сердце билось всё сильнее. Знакомые черты лица. Длинные волосы. Плавные складки платья. Даже маленький шрам на запястье.

Я осторожно коснулась холодного камня кончиками пальцев.

— Это... – повернулась к Хёнджину. — Это ты сделал?

Он подошёл ко мне и остановился рядом. Несколько секунд молча смотрел на статую, а потом коснулся ладонью каменной щеки, тихо ответил:

— Да.

Я снова посмотрела на своё каменное отражение.

— Она прекрасная...

Хёнджин горько улыбнулся.

— Когда ты ушла... – он тяжело вздохнул. — Я продолжал любить тебя, везде видел тебя, – отвёл взгляд к окну. — Иногда мне казалось, что ты только что прошла по коридору или сидишь возле камина. Бывали ночи, когда я просыпался оттого, что отчётливо слышал твой голос, – он невесело усмехнулся. — Я был уверен, что схожу с ума.

Он замолчал и лишь спустя несколько минут снова заговорил:

— Наша связь почти уничтожила меня.

Я медленно подняла на него глаза.

— Связь?

Хёнджин кивнул.

— После обращения между нами возникла очень сильная ментальная связь. Я чувствовал твоё отсутствие почти физически. В конце концов мне пришлось обратиться к ведьме, чтобы она ослабила эту связь, – на его лице появилась горькая улыбка. — Иначе, я бы действительно потерял рассудок.

Я почувствовала, как к горлу подступил ком, медленно подойдя к нему я осторожно прикоснулась ладонью к его щеке.

— Прости! Если бы я могла... – я с трудом сдерживала слёзы. — Вернуться в тот день и всё изменить... Я бы сделала это.

Хёнджин молча смотрел на меня, потом медленно прикрыл глаза и неожиданно сам слегка повернул голову, щекой прижался к моей ладони. Совсем как когда-то давно. Его тёплая рука накрыла мою, он осторожно переплёл наши пальцы, после чего медленно поднёс мою ладонь к губам и очень бережно поцеловал её так, словно это было самое дорогое, что он когда-либо держал в своих руках.

Я почувствовала, как по щекам всё-таки покатились слёзы. Хёнджин ещё несколько секунд смотрел на меня, потом неожиданно отпустил мою ладонь. Отчего я вопросительно наклонила голову, он подошёл к старому дубовому комоду. Выдвинул верхний ящик, пару минут молча перебирал лежащие внутри вещи и наконец остановился.

Я не успела рассмотреть, что было в его руках.

— Повернись, – сказал Хёнджин повернувшись ко мне.

Я молча выполнила просьбу и он подошёл совсем близко.

— Волосы убери.

Я собрала длинные чёрные волосы рукой и приподняла их. Почувствовала, как холодный металл коснулся моей шеи. Хёнджин очень аккуратно застегнул цепочку, к пальцы едва коснулись моей кожи.

— Готово.

Я медленно опустила волосы, подошла к большому зеркалу и застыла. На моей шее снова висел тот самый небольшой овальный медальон с изящной буквой «V». Символ Вольтури. Тот самый, который я сама сняла двенадцать лет назад перед побегом.

Я осторожно коснулась его пальцами, словно боялась, что он испариться.

— Ты... – медленно повернулась. — Всё это время, хранил его?

Хёнджин коротко кивнул.

— Он принадлежал тебе.

Я снова посмотрела на медальон, даже не заметив, как по щеке снова скатилась слеза. В этот момент Хёнджин подошёл ко мне со спины и медленно обнял, подбородком коснулся моего плеча. Наши взгляды встретились в отражении зеркала.

Он тихо произнёс:

— Я искал тебя.

Я прикрыла глаза.

— Весь мир перевернул, – его голос звучал спокойно, но я чувствовала, сколько боли скрывается за этими словами. — Мы объехали десятки городов. Искали любые следы. Любую зацепку, – Хёнджин тяжело вздохнул. — Пока однажды мы с ребятами не приехали в Новый Орлеан. Тогда... – улыбнулся уголками губ. — Минхо вернулся с охоты и сказал, что видел девушку, очень похожую на тебя.

Я невольно улыбнулась.

— Ты ему не поверил?

— Нет, – он покачал головой. — Решил, что ему показалось, – его объятия стали чуть крепче. — Пока однажды... – смотря мне в глаза через зеркало. — Сам не увидел тебя.

Я медленно повернулась к нему.

— Где?

— Возле той маленькой пекарни, – усмехнувшись. — Где продавали твои любимые капкейки.

Я широко раскрыла глаза, сердце пропустило удар.

— Подожди... – я ошарашено смотрела на него. — Та бордовая роза... – мой голос стал совсем тихим. — И то письмо... это был ты?

Хёнджин виновато опустил взгляд, потом кивнул.

— Да, – несколько секунд он молчал. — Я знал, что ты любишь розы и думал, что ты сразу поймёшь, что это я, – он тяжело выдохнул. — Но письмо я писал на эмоциях, – с сожалением в голосе. — И всё, что потом сделал тоже было на эмоциях.

Я молча смотрела на него. Хёнджин медленно поднял руку и очень осторожно погладил мою щёку, на которой ещё совсем недавно был синяк.

В его глазах появилась боль.

— Я больше никогда, никогда не подниму на тебя руку, – его большой палец едва заметно провёл по моей коже. — И никому не позволю тебя тронуть, любовь моя, – затем его взгляд стал особенно тёплым. — И нашу дочь... – Оо улыбнулся. — Тем более.

Я невольно улыбнулась, пальцы перебирали прохладный медальон на шее.

— Это всё, конечно, замечательно... – я подняла на Хёнджина взгляд и тихо рассмеялась. — Но мне правда нужно помыться.

Хёнджин посмотрел на меня и улыбнулся.

— Да, – кивнул он. — Тут ты права, – сделав шаг назад. — Ладно, иди. А я пока поищу для тебя платье.

Я удивлённо приподняла брови.

— Платье?

— Самое роскошное, – без тени сомнения ответил он. — Как и полагается моей женщине.

Щёки предательски потеплели, я смущённо отвела глаза.

— Всё такой же...

— Какой?

Я тихонько улыбнулась.

— Самоуверенный.

Хёнджин негромко рассмеялся, подошёл ко мне ещё раз. Наклонился и очень нежно коснулся губами моего лба.

— Скоро вернусь, – после этого он развернулся и направился к двери.

У самого выхода остановился. Обернулся и улыбнулся, а потом исчез за дверью.Как только она закрылась... Я ещё несколько секунд стояла совершенно неподвижно, потом крепко прижала ладони к щекам и, прикусив губу, едва удержалась, чтобы не издать счастливый писк.

— Боже... – тихонько прошептала я сама себе. — Неужели это всё правда... – на губах сама собой расцвела улыбка.

Я посмотрела на своё отражение, на медальон. На кольцо света, падающее из окна и увидела в зеркале не женщину, которая двенадцать лет жила с чувством вины. А женщину, которой дали второй шанс. Глубоко вдохнув, я направилась в ванную комнату. Она оказалась такой же просторной, какой я её помнила. Высокие мраморные стены. Широкие окна с плотными шторами. Большая овальная ванна, вырезанная из светлого камня. На полках стояли стеклянные флаконы с маслами и душистыми травами.

Я открыла краны, вода с тихим шумом начала наполнять ванну. Постепенно густой тёплый пар заполнил помещение. Я добавила в воду несколько капель масла с ароматом белой розы и лаванды. Воздух сразу наполнился мягким, успокаивающим запахом. Несколько секунд я просто стояла рядом, наблюдая, как вода медленно поднимается к краям ванны.

Мне казалось, что вместе с этим паром постепенно исчезает всё напряжение последних дней. И всё что мне нужно сейчас – это лишь ненадолго остаться наедине с собой и почувствовать настоящее спокойствие.