Глава 15

Хёнджин

По комнате прокатился гул, словно сам воздух начал дрожать. Серебристый свет посоха Морганы сталкивался с густой чёрной дымкой, которая медленно проступала вокруг души Тисс.

Ведьма резко выставила посох вперёд.

- Нет... Не смей!

В ответ раздался низкий, искажённый смех. Он звучал сразу отовсюду. От стен. От потолка. Из самой темноты.

Я вскочил на ноги.

- Кто здесь?!

Смех стал громче, а затем из чёрного дыма начала складываться высокая фигура. Лица не было видно. Его скрывал капюшон из густого мрака. Лишь два золотых глаза медленно открылись под ним.

Моргана побледнела.

- Невозможно...

Я никогда прежде не видел, чтобы она кого-то боялась.

- Ты знаешь его?

Она не сводила взгляда с фигуры.

- Да. Очень давно... - она тихо произнесла имя: - Морвейн... Хранитель Погибших Душ.

Фигура медленно повернула голову в нашу сторону. Голос оказался спокойным. Почти безэмоциональным.

- Давно мы не встречались, Морги.

Она крепче сжала посох.

- Ты не имеешь права вмешиваться.

- Имею, - ответил он. - Душа уже почти принадлежит мне.

Я шагнул вперёд.

- Нет.

Он посмотрел на меня.

- Ты - Хван Хёнджин Последний наследник древней ветви Вольтури.

Я промолчал.

- Ты готов отдать собственную душу ради неё?

- Да, - без единой секунды сомнений.

Фигура словно замерла.

- Даже зная, что тогда ваша дочь останется сиротой?

У меня сжалось сердце, перед глазами возникла Чаэрин. Её улыбка. Её объятия. Её тихое:

«Папочка...»

Я прикрыл глаза. Нет! Она не должна потерять мать так же, как не должна потерять и отца. Я снова посмотрел прямо на Морвейна.

- Я не собираюсь умирать и Тисс тоже.

Он слегка склонил голову.

- Смелый ответ.

Моргана, воспользовавшись моментом ударила посохом по полу. По всей комнате вспыхнул круг из серебряных рун. Он окружил кровать и чёрные нити на миг ослабли.

- Хёнджин! - закричала ведьма. - Сейчас! Коснись её души!

Я протянул руку, но на этот раз тянулся не к телу Тисс, а к её полупрозрачному силуэту. Мои пальцы прошли сквозь холодный свет.

И в тот же миг...

Я оказался в другом месте. Вокруг простирался бесконечный белый сад. Цвели розы. Те самые бордовые розы, которые так любила Тисс. Она стояла ко мне спиной в длинном светлом платье и смотрела куда-то вдаль.

Я медленно подошёл.

- Любовь моя...

Она вздрогнула и обернулась, в её глазах стояли слёзы.

- Хёнджин... - она улыбнулась так печально, что сердце болезненно сжалось. - Прости...

Я покачал головой.

- Нет. Это ты меня прости. Я должен был тогда выслушать тебя. Должен был искать правду раньше.

Она медленно подошла, коснулась моей щеки, её ладонь была тёплой. Совсем как раньше.

- Уже не важно, - прошептала она.

- Важно, - я накрыл её ладонь своей. - Потому что дома тебя ждёт наша дочь. Она ждёт маму. Тебя.

Улыбка Тисс дрогнула.

- Моя девочка...

- И я. Я тоже жду. Каждый день. Каждую секунду. Я не собираюсь снова терять тебя.

Она опустила глаза.

- Но я устала...

Эти слова пронзили меня сильнее любого клинка. Я осторожно прижал её к себе.

- Тогда позволь мне нести эту тяжесть вместе с тобой, как должен был делать всегда.

Долгое время она молчала, потом тихо всхлипнула и впервые за много лет она так крепко обняла меня.

В этот же миг белый сад содрогнулся и откуда-то издалека донёсся голос Морганы:

- Хёнджин! Не отпускай её! Пока она сама не выберет вернуться, ритуал не завершится!

Я крепче прижал Тисс к себе, словно боялся, что если хоть немного ослаблю объятия, она снова исчезнет. Белый сад вокруг нас начал медленно растворяться. Лепестки бордовых роз поднимались в воздух, кружились вокруг нас, словно подхваченные невидимым ветром.

- Хёнджин... - тихо прошептала Тисс.

Я посмотрел ей в глаза.

- Ты действительно простил меня?

Я не ответил сразу, вместо этого осторожно коснулся её губ своим.

- Простить... - я грустно улыбнулся. - Это слово не совсем подходит.

Она вопросительно посмотрела на меня.

- Все эти двенадцать лет я думал, что ты предала нас. Я ненавидел тебя. Пытался забыть. Пытался убедить себя, что больше не люблю, но каждое утро просыпался с мыслью о тебе, каждый раз, когда видел девушку с длинными чёрными волосами, сердце замирало, - я опустил взгляд. - Оказывается... я никогда не переставал ждать.

Глаза Тисс наполнились слезами.

- Я тоже... Каждую ночь вспоминала тебя, каждый день смотрела на Чаэрин и видела в ней тебя. Когда она впервые улыбнулась... Улыбка была точь-в-точь твоя. Когда начинала упрямиться... Я смеялась и думала: «Ну вот, вся в отца», - она рассмеялась сквозь слёзы. - Я так хотела, чтобы однажды ты её увидел...

Я осторожно вытер слезу с её щеки.

- И увидел. Самую прекрасную девочку на свете. Она наша с тобой.

Тисс улыбнулась, но небо над садом вдруг потемнело. По земле прошла глубокая трещина.

Раздался знакомый голос Морганы:

- Хёнджин! Она начинает исчезать! Возвращайтесь немедленно!

Я резко обернулся. Белый сад стремительно рассыпался на тысячи светящихся осколков. Тисс испуганно схватила меня за руку.

- Что происходит?

Не успел я ответить из трещины в земле начали подниматься густые чёрные щупальца, они потянулись к Тисс. Я мгновенно заслонил её собой. Щупальца ударились о меня и адская боль вновь пронзила всё тело.

Я стиснул зубы.

Нет.

Не отдам.

Никому.

Я почувствовал, как ладонь Тисс крепче сжала мою.

- Хёнджин, - она посмотрела мне прямо в глаза, в её взгляде больше не было усталости, только решимость. - Я хочу жить.

Я улыбнулся.

- Тогда идём домой.

Она кивнула.

- Домой.

В тот же миг наши переплетённые пальцы вспыхнули ярким алым светом. Медальон Вольтури на её груди засветился так ярко, что ослепил нас обоих.

Я резко открыл глаза, поднялся с пола и оглянулся. та же спальня. Свечи. Моргана и Тисс. Её тело выгнулось дугой над кроватью. Она резко вдохнула, будто человек, который слишком долго пробыл под водой.

- Тисс! - я бросился к ней.

Она закашлялась, глаза распахнулись. Живые. Осознанные. Она смотрела прямо на меня.

- Хёнджин... - еда слышно прошептала она.

Я не смог сдержаться, прижал её к себе так осторожно, насколько позволяла рана.

- Ты здесь...

Моргана облегчённо выдохнула, но её облегчение длилось всего секунду. Она посмотрела на грудь Тисс и её лицо вновь стало серьёзным.

- Нет...

Я посмотрел на рану, почернение остановилось. Оно больше не распространялось, но и не исчезло. В самом центре груди, вокруг раны, медленно проступил странный чёрный знак - похожий на древнюю руну, пульсирующую слабым багровым светом.

Моргана нахмурилась.

- Она жива, но проклятие не уничтожено. Оно просто... уснуло и однажды может проснуться снова.