Глава 5. От лица Лиама

Очнувшись от дремы, я быстро покинул автобус. Копенгаген встретил меня ветром, который пах морским бризом и пылью. Я вышел с вокзала, не спеша вдохнул вечерний воздух полной грудью и огляделся. Город казался одновременно суровым и приветливым. Здесь не было навязчивого блеска современных мегаполисов, но чувствовался какой-то особенный ритм. Улицы дышали жизнью, но не суетой.

Я неспешно шагал по брусчатке, прогуливаясь и увлеченно разглядывая окружающее. Фасады старых зданий, будто вытащенные из другой эпохи, напоминали о тех временах, когда все строилось с расчетом на вечность. Узкие окна, причудливые черепичные крыши, балконы с изогнутыми перилами, на которых сушились шерстяные пледы. Между домами протискивались велосипеды, на них тут ездили все — от школьников до деловых людей в строгих костюмах.

На каждом углу располагались крохотные кафе с дощатыми столиками. Перед одним из них я замер, привлекла светящаяся вывеска: «Nyhavn's kaffe». Внутри через окно виднелись люди, погруженные в неспешные беседы.
Дальше улица выводила меня к набережной. Здесь ветер становился сильнее, пробираясь сквозь старое пальто. Я остановился и огляделся.

Набережная Нюхавн была почти как на открытках: ряды разноцветных зданий, выкрашенных в насыщенные синий, желтый, зеленый и красный цвета, отражались на глади канала, как и уличные фонари. Лодки покачивались на волнах, а на причале кто-то играл на аккордеоне. Мелодия была протяжной, грустной и напоминала старую морскую балладу.
Я чувствовал эйфорию, думая, что вот она — свобода. Этот город казался мне обещанием, пусть и неясным, но заманчивым и ярким.

Небольшой отель, в который я заселился, находился в старом районе неподалеку от центра. Здание было тесным и обшарпанным, с узкой лестницей, которая скрипела под каждым шагом. Комната оказалась скромной: железная кровать, стол с облупленной краской, маленькое окно с видом на внутренний двор, где сушилось белье. Но меня это не волновало.

Когда я зашел в номер, сразу бросил рюкзак на кровать, облокотился на подоконник и еще долго смотрел на двор.
Внизу дети допоздна гоняли мяч, а на втором этаже пожилая женщина, в цветастом халате, выглядывала из окна, что-то громко выкрикивая. Этот двор напомнил мне детство, хотя я и не знал почему, он не был мне знаком. Может, эта была ностальгия о том, что никогда не удастся вернуть. Те времена, когда отец жил с нами последние годы. Тогда, когда мне было двенадцать лет, а сестре всего десять, и все что нас волновало, это то, что мама будет ругать нас за то, что мы пропустили ужин.

***

Очнувшись ото сна уже к обеду, я взглянул на экран смартфона и понял, что начинаю опаздывать к назначенному времени. Мое сердце стучало в предвкушении чего-то великого, очень важного для меня, того самого переломного момента, который решит мою судьбу. Я подошел к небольшой раковине и наспех облил лицо холодной водой, потом переоделся в простую, но аккуратную одежду, и отправился в район, где находилось модельное агентство.

Я суетливо шагал по улицам, по пути стараясь разобраться в навигаторе в своем старом смартфоне, и с горем пополам, все же нашел нужное здание. Войдя туда я увидел, большой холл с высоким потолком и панорамными окнами. Внутри уже собралась небольшая толпа парней. Все казались спокойными, уверенными, но я чувствовал напряжение в воздухе и остановился поодаль от всех, стараясь набраться уверенности и хоть на миг позабыть о тревоге.

Нас встретил администратор — худощавый мужчина с идеальной осанкой и угловатыми чертами лица. Он отрывисто поздоровался и показал куда идти. К помещению, где проходил кастинг, я подходил с диким волнением, которое мне все же не удалось усмирить.

Слева от входа располагалась стойка регистрации. За ней сидела молодая женщина в отглаженной белоснежной блузке. Ее волосы были собраны в строгий пучок, а движения были четкими и выверенными.

— Имя? — спросила она, не отрывая взгляда от списка.

— Лиам Йенсен, — ответил я, слегка дрожащей рукой протягивая паспорт.

Она кивнула, быстро нашла мою фамилию в списке и передала мне номер на бейдже.

— Держите. Вы — сорок третий. Пройдите вон туда, к раздевалкам. Вас вызовут, — сказала она, указав рукой в сторону двери с табличкой «Участники».

Я приколол бейдж к рубашке, вдохнул поглубже и двинулся вперед.
В раздевалке уже собрались другие участники. Кто-то из парней сидел на стуле, глядя в телефон, кто-то репетировал дефиле перед длинным зеркалом, выстроившимся вдоль стены. Некоторые перешептывались в углу, маскируя несовершенства на лице.

— Эй, первый раз здесь? — обратился ко мне широкоплечий парень лет двадцати с выкрашенными в платиновый блонд волосами. Он улыбнулся так широко, что мне стало не по себе.

— Да, — ответил я, уводя взгляд. — А ты?

— Третий раз. Сложно пробиться в эту индустрию, но не сдавайся. Главное — уверенность, понял? — похлопал он меня по плечу.

— Знаю... — вздохнул я.

— Ага, то-то весь дрожишь, — усмехнулся он и отошел к компании парней.

Я нервно сглотнул ком в горле и кивнул, понимая, что уверенности во мне было не больше, чем у ребенка перед первым выступлением в школе. Когда начали вызывать номера, напряжение в комнате возросло. Парни становились серьезнее, их взгляды становились сосредоточенными, движения — более точными. Они что-то обсуждали, но я не слушал, я лишь старался сосредоточиться и умерить волнение, которое нарастало с каждой минутой все больше.

— Номер 43, Лиам Йенсен! — вдруг объявил ассистент у двери.

Я быстро поднялся с места, чувствуя, как бешено стучит сердце. Проходя через дверь, я попал в основной зал, где проходила оценка.

Впереди стоял подиум из черного лакированного дерева. Позади него — длинный стол, за которым сидели трое судей. Женщина средних лет с темными очками, мужчина и еще один парень, который казался чересчур моложе остальных, что мне показалось странным. Перед ними лежали блокноты, а в руках поблескивали серебристые ручки.

— Номер 43, Лиам. Подойдите ближе, — сказала женщина в центре, подняв взгляд.

Ее голос был четким, почти командным. Я робко подошел к середине подиума и остановился. Свет прожекторов бил прямо в лицо, слегка ослепляя.

— Повернитесь, пожалуйста, — сказал мужчина.

Я выполнил его просьбу, чувствуя, как каждый мой жест находится под их пристальным вниманием.

— Пройдись вперед, к краю подиума, и назад, — добавил парень с блокнотом.

Я сделал несколько шагов, стараясь держаться ровно. Казалось, что поверхность под ногами вдруг стал неровной, и я чуть было не рухнул от волнения, но смог сохранить самообладание.

— Хорошо. Теперь снимите рубашку, — сказал мужчина.

Сердце на мгновение застучало быстрее, но я взял себя в руки, снял рубашку и отбросил ее на стул рядом. Они пристально разглядывали меня молча.

— Повернитесь спиной, — сказала женщина.

Я обернулся, чувствуя, как каждая мышца напряглась от волнения.

— Встаньте боком. Спасибо, — закончил диктовать мужчина.

Они переглянулись, шепотом обменялись фразами. Потом женщина снова обратилась ко мне:

— Лиам, скажите, был ли у вас опыт работы в модельной индустрии? Позировать умеете?

— Нет, — ответил я честно. — Но я готов учиться.

Она закивала, смотря на коллег, и что-то записала в блокнот.

— Отлично, молодой человек. Ожидайте за дверью, мы объявим результаты позже, — договорила женщина.

Я кивнул, суетливо накинул рубашку и ушел. За спиной послышались приглушенные голоса. Я не знал, что они сказали, но почему-то внутри разлилось облегчение от старого груза и одновременно нарастала тревога за то, что меня могут не принять. В голове крутились неугомонным вихрем слова мамы, и как бы я не старался их отогнать, все было тщетно.

Вернувшись в раздевалку, я ощутил, как напряжение в теле начало потихоньку спадать. Большинство участников уже ушли, оставшиеся собирали свои вещи.
А когда нас осталось двое, неожиданно свет в помещении погас, ассистент задернул шторы, не оглядываясь в нашу сторону.

— Эй! — крикнул я, испуганно оборачиваясь вокруг. — В чем дело?

Ассистент молчал, стоя у окон.

— Что происходит?! — возразил парень рядом со мной.

В ответ тишина. Через несколько мгновений где-то в глубине раздевалки раздались шаги. Медленные, тяжелые и уверенные.

— Кто здесь? — снова позвал я, уже не так громко.

Ответа не последовало. Шаги становились ближе, пока я не почувствовал едва уловимое движение воздуха за спиной.

— Мы уходим! — громко заявил парень, схватив меня за руку.

И в тот же миг что-то тяжелое резким ударом отразилось на моей голове. Боль была секундной. Перед глазами заплясали черные пятна, и я сразу же упал на пол, проваливаясь в пустоту.