Острый край.
# Глава 7. Острый край.
Утро началось не с привычного звонка будильника и не с лучей солнца, а с глухого, липкого предчувствия беды. Ванесса проснулась резко, с распахнутыми глазами, чувствуя во всем теле какое-то странное, неестественное оцепенение. Воздуха катастрофически не хватало. Грудь словно сковало невидимым, но тяжелым обручем, который с каждой секундой сжимался все сильнее.
Сначала она подумала, что это просто остатки вчерашнего стресса, кошмары или последствия бессонной ночи. Она попыталась сделать глубокий вдох, но ребра словно окаменели.
И тут в левой стороне груди резко, кинжальной болью полоснуло так, что перед глазами заплясали черные мушки.
Холодный пот мгновенно выступил на лбу. Ванесса судорожно схватилась рукой за пижаму в области сердца, пытаясь унять этот дикий, невыносимый спазм.
Приступ.
Волна паники накрыла её с головой. Память молниеносно подбросила медицинский диагноз, который она так старательно пыталась игнорировать последние месяцы, списывая всё на простую усталость. Сердце давало сбой. Организм больше не выдерживал постоянного внутреннего напряжения, бесконечных качелей между яростью и скрытой симпатией к Марко, этого перманентного стресса, в котором она жила последнее время.
Ноги мгновенно стали ватными. Ванесса попыталась встать с постели, чтобы дотянуться до телефона на тумбочке, но колени подогнулись. Она рухнула прямо на пушистый ковер у кровати, тяжело оседая на холодный пол. Боль стала всеобъемлющей, она жгла изнутри, от отдавала в левую руку и лопатку, выбивая из легких последние остатки воздуха. Ванесса беззвучно открывала рот, как выброшенная на берег рыба, не в силах даже закричать. Сознание начало ускользать, погружая комнату в зловещую темноту.
В этот момент дверь спальни тихо приоткрылась.
— Мисс Ванесса, я принесла свежую прессу и... о Боже! — раздался испуганный голос пожилой домработницы миссис Эванс.
Поднос с чашкой чая с грохотом рухнул на пол, фарфор разлетелся на сотни осколков. Женщина бросилась к упавшей девушке, с ужасом глядя на её бледное, искаженное от боли лицо и синеющие губы.
— О Господи, девочка моя! Что с тобой? Держись, держись ради бога! — миссис Эванс дрожащими руками схватила домашний телефон с тумбочки, но сразу же поняла, что скорая может не успеть. Нужно было действовать молниеносно.
Домработница вспомнила, что Марко оставил ей экстренные контакты на случай непредвиденных ситуаций. Сам Марко сегодня с самого утра уехал на важную встречу в другой конец города, до него дозвониться было сложнее, зато у него был верный помощник и друг семьи — Дэвид, который находился всего в десяти минутах езды.
Миссис Эванс дрожащими пальцами набрала номер Дэвида, крича в трубку, чтобы он немедленно бросал всё и ехал в особняк, потому что Ванессе умирает.
***
Время до приезда скорой и Дэвида слилось для Ванессы в один страшный, пульсирующий кошмар. Она едва осознавала происходящее сквозь пелену боли, но запомнила крики миссис Эванс, испуганное лицо прибежавшего через несколько минут бледного Дэвида, который метался по комнате, и резкий, пронзительный вой сирены где-то за окном.
Белый свет больничной палаты резал глаза. Запах антисептиков и лекарств ударил в нос еще до того, как Ванесса полностью пришла в себя. Капельница мерно капала лекарство в вену, а к груди были прикреплены датчики кардиомонитора, издающего монотонный, успокаивающий писк.
Дверь палаты приоткрылась, и в проеме показалась высокая фигура.
Марко.
Он влетел в палату так, будто за ним гнался пожар. На нем не было привычного пиджака, рукава рубашки были закатаны по локоть, а на лице читался такой животный, неописуемый ужас, какого Ванесса никогда у него раньше не видела. Он выглядел так, будто сам пережил этот инфаркт вместе с ней.
— Ванесса... — выдохнул он, едва сдерживая дыхание, и быстрым шагом подошел к кровати, опускаясь на колени рядом с капельницей. Его пальцы судорожно сжали её холодную ладонь. — Ты как? Как ты себя чувствуешь, черт возьми? Я... я примчался, как только Дэвид позвонил. Прости меня. Ради бога, прости...
Ванесса слабо повернула голову, глядя на него затуманенными глазами. В этот момент в её груди больше не было никакой ненависти. Только звенящая, хрупкая пустота и странное, тихое облегчение от того, что он здесь.
В этот момент дверь снова тихо скрипнула, и в палату вошел лечащий врач — пожилой седовласый кардиолог с уставшими, но добрыми глазами. Он бросил оценивающий взгляд на кардиомонитор, а затем перевел взгляд на бледного Марко, который всё еще не отпускал руку пациентки.
Доктор вздохнул, жестом приглашая Марко выйти в коридор, но тот покачал головой, не собираясь сдвигаться с места.
— Вы молодой человек? Её муж или родственник? — строго спросил врач, на что Марко коротко бросил: «Я тот, кто ей нужен. Говорите здесь».
Врач кивнул, складывая руки на груди.
— Хорошо. Слушайте внимательно, молодой человек. Состояние пациентки удалось стабилизировать, кризис миновал, но ситуация критическая. Это не просто усталость. У мисс Ванессы тяжелая форма сердечной недостаточности на фоне сильнейшего, хронического психоэмоционального истощения и постоянных стрессов. Её организм работал на пределе возможностей. Каждое переживание, каждый нервный срыв действовали как мина замедленного действия. Сегодняшний приступ едва не стоил ей жизни.
Марко побледнел еще сильнее. Рука, державшая руку Ванессы, слегка дрогнула.
— Ей нужен абсолютный покой, — продолжал врач жестким, безапелляционным тоном. — Никаких волнений, никаких конфликтов, никаких эмоциональных качелей. Если подобное повторится еще хотя бы раз, сердце может не выдержать. Ей нужен уход, правильный режим и, главное, полное отсутствие раздражителей. Вы поняли меня?
Марко медленно поднял глаза на врача, а затем перевел их на Ванессу. В его взгляде больше не было ни капли напускной бравады, ни единой фальшивой нотки — только бездонная вина, смешанная с отчаянным, всепоглощающим страхом потерять её раз и навсегда.
Ванесса закрыла глаза, чувствуя, как по щеке скатывается одинокая слеза. Игра в ненависть закончилась. Реальность ударила больнее любого приступа, оставив их обоих лицом к лицу с горькой правдой. Такой приступ с ней случился в первые..
***