Глава 6.

Марат :

Я смотрю на него, и мир сжимается до точки. До этой точки. До него. Артём Соколов. Чёрный Призрак. Идеальный. Чистый. Недосягаемый.

А я - Красный Дьявол. Грязный. Сломанный. Слишком живой.

Между нами - метр. Может, меньше. Я чувствую его запах - дорогой парфюм, смешанный с чем-то терпким, мужским. Он смотрит на меня с этим своим холодным превосходством, и мне хочется стереть это выражение с его лица. Или поцеловать. Чёрт. Оба варианта одинаково опасны.

Мои руки чешутся - то ли ударить, то ли притянуть его за эти дурацкие мелированные волосы. Правильные черты лица. Синие глаза, как в море, в которое я никогда не нырял, потому что боялся утонуть. А сейчас тону. Прямо здесь. Под музыку, которая долбит в ушах, под взгляды, которые прожигают спину.

Кто-то хлопает меня по плечу - Серёга, мой механик. Рожа в ухмылке, перегаром несёт за версту.

- Марат! Красава, братан! Ты видел, как они все на тебя смотрят? Красный Дьявол в деле!

Я выдавливаю улыбку. Она выходит кривой, но Серёга не замечает. Его не волнует, что я только что смотрел на Артёма так, будто хочу прожечь в нём дыру. Он тащит меня к группе парней - гонщики, спонсоры, какие-то девки в блёстках, которые пахнут дешёвыми духами и дорогими надеждами.

- А помнишь, как ты его на том повороте сделал? - ржёт Серёга, хлопая меня по спине. - Призрак аж дёрнулся!

Я смеюсь. Смеюсь громко, наигранно, так, как умею - чтобы все видели, что мне весело. Что мне пофиг. Что я - Красный Дьявол, которому никто не нужен.

- Этот Соколов вообще думает, что он лучше всех, - поддакивает кто-то. - Но ему до тебя как до Луны.

Я кидаю взгляд через плечо. Артём стоит у бара, сжимая бокал с чем-то прозрачным. Его лицо - маска. Но я вижу, как дёрнулась его челюсть. Он слышал. Он всё слышал. И вдруг мне становится тошно от самого себя.

- Красный Дьявол никого не боится! - орёт Серёга, поднимая бокал. - За Марата!

Я поднимаю свой. Пью. Горько. Всё горит. А когда опускаю бокал, Артём уже идёт к выходу. Его плечи - прямые, спина - как струна. Он уходит быстрым шагом, а рядом появляется она.

Аня. Девчонка из группы поддержки. Длинные ноги, светлые волосы, улыбка с рекламы зубной пасты. Она подходит к нему, что-то говорит, смеётся, прижимается к его руке. А он стоит, как каменный. Но не отталкивает. Не уходит.

Она тянет его в центр зала. К танцполу. Он идёт. И я смотрю, как он обнимает её, как она прижимается к нему, как её руки обвивают его шею. И мои кулаки сжимаются сами собой. Ногти впиваются в ладони до боли, до крови, которая, наверное, выступает, но мне плевать.

Ревность. Она ударяет в живот, как при столкновении на скорости двести. Ревность - к ней. К его рукам. К его губам. К его телу, которое прижимается к ней, когда я хочу, чтобы оно прижималось ко мне.

Я вылетаю на улицу, хватая воздух ртом. Ночь. Прохладно. Внутри жар. Достаю сигарету - руки трясутся, зажигалка не слушается. Чирк. Чирк. Чёрт.

- Помочь? - голос за спиной. Обманчиво мягкий. Я оборачиваюсь.

Алина. Блондинка. Губы - бантиком, глаза - с поволокой. Из тех, кто знает, чего хочет. Она улыбается, достаёт свою зажигалку, щёлкает - и пламя вспыхивает между нами.

Я наклоняюсь. Затягиваюсь. Дым - в лёгкие, вместе с этим взглядом её глаз, в которых читается приглашение. И я думаю о нём. О его синих глазах. О его холодных руках.

Я гашу сигарету о стену и возвращаюсь в ад.

Музыка громче. Свет - ярче. Артём танцует с Аней - нет, не танцует. Он просто стоит, а она вертится вокруг него, как бабочка. А его глаза - смотрят в сторону. На дверь. На меня.

И всё внутри переворачивается.

Я подхожу к Алине, которая стоит у бара, допивая коктейль. Она смотрит на меня с удивлением, когда я протягиваю руку.

- Потанцуем.

Это не вопрос. Она берёт меня за руку - её ладонь тёплая, мягкая, и я тащу её на танцпол. Не глядя на него. Не замечая никого. Только музыку, которая гудит в груди, и её прикосновения - такие нужные и такие чужие.

Я обнимаю Алину за талию. Прижимаю к себе. Она смеётся, запрокидывая голову, обвивает мою шею руками, и я чувствую её запах - сладкий, приторный, не то, что его - терпкий и мужской. Я делаю движенье бёдрами, улыбаюсь ей с той ухмылкой, от которой у девушек подкашиваются колени.

- Ты горячий, - шепчет она.

- Знаю.

Но я не смотрю на неё. Я смотрю через её плечо. На него. На Артёма, который смотрит на меня в ответ - и в его синих глазах больше нет холода. Только огонь. Тот самый, что сжигает меня изнутри.

Его рука сжимает плечо Ани. Он что-то говорит ей. Она улыбается и уходит, бросив на меня взгляд, в котором читается сожаление. Или обещание. Плевать.

Я танцую с Алиной...

Она смеётся. Что-то говорит. Я не слышу. Я тяну её в центр зала. Она прижимается ко мне. Я - отстранённо-близко. Её духи - сладкие, тяжёлые. Её волосы пахнут ванилью. Мне хочется оттолкнуть её. Вместо этого я наклоняюсь, касаясь губами её уха, краем глаза вижу, как Артём переводит взгляд на меня. Его лицо - ледяная маска. Но его глаза...

Я вижу. В его глазах - то же, что и во мне.
Боль. Ярость. И то, что сжигает нас обоих заживо...