◈◇День 28: Под откос (АРКА 3)◇◈

     Солнечные лучи резко перебили сладкие долгие сны своим сиянием. "Наконец-то! — Я открыла глаза, сняла большие наушники, в которых случайно отрубилась на заднем сидении, выключив музыку, поднялась и взглянула в окно, где уже летели перед глазами виды Бобра. Посмотрела на время в телефоне и поняла, что было только десять утра. — Примчали быстрее, чем я думала". В этот раз в Беларусь мы приехали вместе с мамой, ведь ей нужно было по каким-то делам заглянуть в гости к Наташе. Сначала я думала, что смогу быть здесь только к апрелю, на день рождения Дианы, но мне разрешили нормально отдохнуть и на весенних каникулах в конце марта.

Помнится, в полночь я отписалась Вадиму, что проехала границу, чтобы он не переживал, ведь в дороге интернет практические не появлялся. Мы оба уже привыкли к тому, что часто переписывались, и такие резкие изменения даже для меня стали чем-то некомфортным.

25 марта

{ Бля, написала при первой
  же возможности
{ Это одна из причин, почему
  я тебя так сильно люблю
{ И да, доброе утро, солнышко
  моё❤

Доброе утро❤ }

{ Я школу проспал, кстати

От меня заразился? }

{ Ахах, я и раньше просыпал

Брат по несчастью) }
Ну и как? Убили тебя }
в школе?  

{ Нет, но сказали, что
  если ещё раз пропущу
  урок без предупреждения,
  то буду объяснительную
  писать

Да и это не страшно }
Напишешь, что голова }
болела, и всё  

{ Ну да

Улыбка сама на лице растянулась от общения с ним. Не знаю, как так получилось, но из всех мальчиков, с которыми я когда-либо встречалась, именно к Вадиму проявлялись самые нежные и трепетные чувства. Возможно, из-за того, что эта влюблённость пришла в мою жизнь после излечения депрессии, а, возможно, из-за того, что мы просто с ним были в чём-то похожи: то ли в чуткости к эмоциям других, то ли во взглядах на жизнь. Да и писал он сообщения довольно грамотно, чему душа радовалась.

А тем временем мама почти довезла меня до села. Первый человек, которого я в принципе хотела здесь увидеть — Диану, но у неё был последний день в школе перед каникулами, поэтому встретиться мы с ней могли либо на большой перемене, до которой оставался час, либо уже после уроков. Так что мама подъехала к Гаражу Тишек, чтобы поздороваться с Женькой и перекинуться с ним парочкой слов о жизни. Правда вместо дяди с участка вышло то создание, лицо которого я предпочла бы никогда не видеть...

— Привет, Кирилл! — доброжелательно поздоровалась с ним мама. — Как жизнь?

— Потихоньку, — вежливо ответил он, пытаясь высмотреть меня через тонированное стекло. — Настя спит?

— Она сонная, поэтому не здоровается, — пыталась оправдаться за меня женщина. — Не обращай внимания!

Если бы только мама знала, почему мне вообще не стоило пересекаться с этим недо-человеком... Ладно бы, если Кирилл сразу же после расставания отстал от меня, но он же, гад, всё равно написывал. Просил меня вернуться, унижался как только мог, не верил в то, что я его так быстро разлюбила. В общем, порой даже перегибал палку, полный псих. И это ещё одна причина, по которой я не афишировала среди друзей, что вступила в отношения — чтобы эта информация не дошла до ненужных ушей. Так что о Вадиме знали только Ксюша и Санько, которые и поддерживали меня с темами, касаемыми парня.

Сразу после Гаража мы поехали в новое временное место жительства — Белую пятиэтажку с двумя подъездами. Она находилась не так уж далеко от Красной, практически через дорогу. Что я могла вспомнить про Белую? Когда была маленькая, то часто прибегала к ней поиграть с другими ребятишками: и в догонялки, и в прятки, и в классики, нарисованные мелом на асфальте. Также возле неё находились те самые турники, где было запечатлено первое фото с Дианой в июне, когда мы даже не дружили. Так что Белая пятиэтажка ничуть не уступала Красной, или тому же Спортику, по важности.

Как мы вообще пришли к тому, что будем жить на каникулах именно тут? Когда-то мама нашла в Питере старую знакомую, с которой дружила в детстве, и это казалось удивительно: обе из села и обе переехали в один город ради лучшей жизни. Подругу звали Ритой, и ей принадлежала квартира в пятиэтажке, но сейчас там жила её тридцатилетняя дочь — Яна, у которой, наоборот, в Питере ничего не сложилось.

Мы с мамой медленно поднимались до пятого этажа с тяжёлыми сумками в руках, а, когда наконец-то добрались, то нас улыбчиво встретила Яна и помогла занести всё внутрь квартиры. Лифтов в селе нигде не было, так что пока будешь выходить гулять и возвращаться домой, то успеешь случайно сбросить пару килограммов.

Квартира была двухкомнатная, ничем не хуже стандартной городской, довольно уютная, в которой, плюс ко всему, недавно сделали ремонт. Мне сразу понравилась её планировка: от двух деревянных входных дверей вперёд тянулся достаточно широкий и длинный коридор, заканчивающийся закрытой кладовкой, или же иначе — каморкой; в самом начале по левой стороне друг за дружкой шли проходы в туалет, ванную и арка на маленькую кухню; ближе к концу коридора можно было зайти слева в зал, справа — в спальню. Все двери были из чёрного дерева, со стеклянными прямоугольными вставками, и я подметила для себя нечто интересное: в некоторых местах эти самые стёкла заменяла пустота. Покопавшись в памяти, вспомнила, что сюда в гости наведывались не самые лучшие типы, которые навели много шума, а всё выбитое не заменили. По крайней мере мне так рассказывали.

Перемеряв в зале три пары штанов, поняла, что не нравилось, как они все сидели на фигуре, поэтому продолжила ходить туда-сюда в домашних велосипедках. Скорее всего я стала более придирчивой к себе, потому что и недостатки стала сильнее замечать, и ела мало, чтобы немного схуднуть. Да и влияло на это всё наличие парня, ведь хотелось быть для него самой красивой и лучшей.

— Настя, надень уже какие-нибудь, — с доброй насмешкой сказала мама, стоявшая в проходе.

— Не нравится мне всё почему-то... — Я откинула все джинсы в сторону и легла на пол, отчего по спине дорожкой прошлись мурашки от приятного холодка.

— Я в детстве тоже обожала на полу лежать, — с лёгкой ностальгией произнесла мама и прилегла рядом со мной как ни в чём ни бывало. Я порой удивлялась тому, как в этой стальной личности иногда проявлялась мягкость, как лезла на лицо ребяческая улыбка. Будто сам воздух Родины сильно влиял на неё. — Смешно же! Взрослая женщина лежит на полу со своей дочкой, просто потому что это нравится.

— Скорее мило, — честно высказала свои мысли в ответ. 

— Думаешь? — Мама невольно закрутила локон кудрявых рыжих волос на указательный палец, а это была у нас с ней одна привычка на двоих при задумчивости. — Ты вроде хотела с Дианой увидеться, не время ещё?

— Через двадцать минут только.

— Давай подвезу тебя до Школы, — предложила она.

— Тут идти пять минут! Да, я ленивая, но не настолько же!

— Я всё равно не занята! — настаивала дальше мама. — Дел нет, и спать скоро лягу!

— Ладно, ладно...

Повернувшись на бок, я взглянула на маму. Временами, как, например, сейчас, у нас держались вполне хорошие, тёплые взаимоотношения. И я миллион раз задавалась вопросом: почему так не может быть всегда? Если бы не учёба, если бы не разговоры о будущем, деньгах и семейном бизнесе, то всё было бы нормально. Эти темы настолько выжрали мою душу, столько выжали слёз, что, может, поэтому я так ненавидела даже саму идею поставить карьеру в приоритет по жизни.

— И ещё, Настя, — вдруг оживилась мама, тоже повернувшись ко мне. Она протянула свою руку и ласково провелась ладонью по моему лицу. — Я знаю, что ты любишь тётю Олю как родного человека даже после всех ссор. Но пообещай, что в ближайшее время не будешь к ней заходить.

— А что-то случилось?

— Мы с ней сейчас в конфронтации...

— Хорошо. — Я положила свою ладонь поверх её пальцев и вдруг поняла, какие же всё-таки горячие и мягкие были руки у мамы. Настолько, что хотелось навсегда так и остаться лежать с ней на полу.

✿✿✿

     Как угорелая кошка я уже летела сквозь слякоть под ногами к школьным воротам, где стояла Диана. Чуть ли не напрыгнула на неё, ошарашенную и уставшую из-за уроков, чтобы крепко-крепко обнять. Я правда соскучилась за два два месяца, очень даже, и, к тому же, мы практически перестали общаться, что меня пугало. Однако сейчас, чувствуя её тепло в своих объятиях, я поняла, что никто и никогда не смог бы стать мне ближе.

— Боже, Диана, я та-а-а-а-ак люблю тебя! — с естественной лаской выпалила я.

— Ты чё, лесбуха?

— Может быть! — Ярко рассмеявшись, я наконец-то отодвинулась от неё и направилась в сторону гаражей, зазывая подругу с собой махом руки. — Ты вроде Чапман хотела?

— Типа того.

— Сорян, в этот раз не привезла, — извинилась я, продолжая двигаться в нужном направлении. Температура на улице всё ещё была недостаточно тёплой, так что пар от дыхания взвивался перед лицом.

— Чего так?

— Не нравится мне больше вкус сигарет, подики как-то ближе.

Мы добрались до места, закрытого от чужих глаз, где присели на корточки за облезшим, не расцветшим ещё дубом. Делали тяги с привкусом морозных ягод по очереди, пока не устали. Не то чтобы нам было не о чем говорить, скорее просто не находилось нужных тем. И первой это молчание решила перебить я:

— Сколько у тебя ещё уроков?

— Два, — тяжело вздохнула Михеева. — Сука, так уже заебала эта пидорская школа! То одноклассники пиздят всем подряд, что я бухая приходила на занятия, а это полный пиздёж! То училка доебётся без повода! Поскорее бы уже десятый класс закончился, и я смогла снова попробовать поступить в колягу!

— В этот раз точно справишься! — уверяла её я. — Кстати, я тебя на улице подожду, пока ты в школе.

— Ты совсем ебланка? Чего домой не пойдёшь? — Диана непонятливо уставилась на меня, намекая, что я совсем без мозгов.

— Не хочу, — лениво ответила я, даже не желая что-то объяснять.

— Так у меня посиди пока, там мама дома!

Вот эта идея показалась мне занятной, поэтому, как только я провела Диану обратно до ворот, то направилась к ней в квартиру. А там тёть Катя, напевая что-то сама себе, спокойно впустила нежданного гостя, даже несмотря на то, что никто её об этом внезапном визите не предупредил. Так меня ещё и откормили до отвала: щи, пельменями, и чаем всё сверху залили. Поэтому, как колобок, я валялась на диване подруги и приходила в себя, переписываясь с Вадимом.

— Насть, чего как чужая? — Зашла обратно на кухню тётя Катя. — Возьми вон пульт, телик посмотри с аккаунта Дианы!

— А, — оторвала взгляд от телефона, — угу.

— Её ещё долго ждать придётся.

— Я знаю. — Присела ровно, ибо перед взрослым человеком было как-то неудобно так лежать, раскинув руки и ноги в стороны.

— Так чего ты дома не посидела? — с интересом дальше опрашивала она меня.

— Мама после тяжёлой ночной дороги спит, не хочу её случайно разбудить. Я громко топаю, когда хожу, да и просто...

— Сиди у нас, не проблема. — Тёть Катя почему-то нежно улыбнулась, и это та эмоция, которую я впервые увидела на её лице. Даже ностальгия пробила: когда-то и с Дианой была похожая ситуация, и не понять, от чего именно она выдала улыбку.

✿✿✿

     Диану отпустили только в два часа дня, и домой она пришла ещё более уставшая, чем до этого. Подруге ещё нужно было поехать в город на балет, и перед ним стоило хорошенько отдохнуть. Поэтому и просидели мы вдвоём до четырёх, слушая общую музыку. Всё, как и раньше. Та же Диана, что и раньше. Зря я только переживала.

После мы пошли встречать с автобуса Лизу, вместе с которой из транспорта вышли ещё и Юра, и Антон. Вержавина аж радостно запищала, увидев меня, и даже на душе легче стало от того, что наши взаимоотношения, несмотря на мой косяк, понемногу приходили в норму. Лиза долго обнимала меня около Остановки и жадно не позволяла малолетке сделать то же самое, поэтому я просто дала ему дружеский кулачок на приветствие за её спиной.

Оттуда мальчики отделились, так что к дому Вержавиной пошёл только девичий состав. Мы с Дианой остались ждать снаружи, пока Лиза то уходила, то снова перед нами появлялась. В один раз она всучила мне в руки маленькую булочку, сказав: "Сама испекла недавно!" — и вновь скрылась за калиткой, чтобы что-то дома доделать. А я начала есть булочку без начинки, немного суховатую, но такую вкусную и с лёгким ароматом ванилина. Всегда относилась к мелочам как-то по-особенному, поэтому радовалась даже такому.

Через полчаса мы дошли до Дизельки, где убивали время. Март мартом, а ветер дул ледяной, и под кроссовками поочерёдно то плескались лужи, то хрустел нерастаявший снег. Потому пару раз я вставала со скамейки и бродила по длинным бетонным плитам у рельсов, пританцовывая в ритм играющих с телефона Дианы треков, чтобы согреться. Порой поглядывала на Лизу, которая сидела совсем уж без настроения, и в какой-то момент не выдержала.

— Кстати, Лиз, — крикнула я издалека и лёгкой трусцой подбежала к девушке, — в каких отношениях с Антоном вы остались после расставания?

— В дружеских, — холодно бросила она. — Но он со мной стал гораздо меньше разговаривать...

— Ты не виновата в том, что не можешь разлюбить одного балбеса, — тяжело вздохнула я, присев обратно на скамейку. — Не кори себя главное, что у вас с Антоном ничего не вышло.

— Мг...

— А с Сашей как?

— Ссоримся, — обыденно ответила Лиза, вцепившись кончиками пальцев в голубую скамью. — Сходишь сегодня со мной к Лемешам? Не хочу одна, а Диана уезжает.

И я молча кивнула, после чего взглянула на Михееву, громко поющую в пяти метрах от нас: она как обычно в своём репертуаре. Впрочем, через двадцать минут должен был приехать автобус, поэтому мы собрались и провели до него подругу. Когда Диана уселась на самом заднем сидении и увидела нас через окно, то показала фак, а я ей в ответ на это — сердечко из указательных и средних пальцев. Потому что любому шуточному "Иди нахуй" нужно своё "Я тоже тебя люблю".

В общем-то, от Остановки и до дома Лемешей было недалеко, так что в квартире мы с Лизой оказались быстро. А здесь чёрте что происходило: Майя рыдала и орала в спальне; какие-то взрослые дяди и тёти громко болтали о чём-то на кухне, человек пять точно. Единственное место, где было более-менее мирно — спальня парней, потому мы там и засели. Ни Коли, ни Сани, ни Вани почему-то дома не было, и оно, наверное, к лучшему.

— Егор, ты куда?! — недовольно крикнула Оксана кому-то с кухни.

— Да погодь ты! Дай с мальцами поговорить! — Ответно орал какой-то мужик в коридоре, затем зашёл к нам и встал передо мной, сидящей на двухместной кровати. Коренастый Егор так навис сверху огромной тучей с серьёзным лицом, что даже страшновато стало. — Ты же портрет семейный рисовала?

— Ну да, — робко промямлила я.

— Талант! Просто талантище! — восхищённо произнёс этот огромный дядька. — У меня скоро юбилей с женой, сможешь за три дня мне нарисовать нас обоих?

— Э... Это...

— Пожалуйста, я дам деньги! — умолял он, соединив две ладони перед собой.

— Что? Это она рисовала потрет? — Прибежала ещё какая-то незнакомая тётка. — У моей дочки скоро день рождения! Сможешь её нарисовать?

— Понимаете, я не рисую за деньги, — вежливо отказывалась я.

Однако эти двое уже не слушали меня и спорили, кому первому я буду рисовать шедевр, повышая ставки всё выше и выше, лишь бы выиграть. Да так, что аукционная сумма дошла до восьмидесяти белорусских рублей, что было ой как не мало.

— Оставьте вы Настюху в покое! — заразительно рассмеялась зашедшая следом Оксана. — Ребятёнок приехал отдохнуть!

Вроде как все упокоились, и начал этот Егор спрашивать, откуда я, чем по жизни занимаюсь и подобное. Лиза незаметно написала мне в сообщениях предложение: разыграть всех взрослых. Так и убедили мы их, что сёстры-двойняшки из Питера, ведь по внешности я с девушкой действительно чем-то была похожа. К тому же Оксана, знающая правду, нас не выдала, а лишь тихонько хихикала в сторонке. 

— Правду говорят, что двойняшки очень разные по интересам и интеллекту! — хохотал Егор. — Настя — умняшка, Лиза — балбеска.

— У моей сестры тоже таланты есть! — протестовала я. — Мне бы никогда не хватило терпения рисовать огромные картины по номерам!

— А кто из вас сильнее физически?

— Ну тут точно я.

— Ай-да за мной! — зазывал меня Егор, чтобы вместе перейти на кухню. Уселся на стуле и поставил локоть на стол, намекая на армреслинг. — Садись.

Я приземлилась напротив и правой рукой схватилась за его ладонь. Тут и думать не надо было, кто выиграет: накаченный дядька или не такая уж накаченная я. Зачем вообще он всё это устроил?

— Понять не могу, — заинтересованно уставился на меня Егор, так и не начав игру в армреслинг, — почему глаза у тебя такие мудрые в подростковом возрасте. Пятнадцать лет, говоришь?

— Ага. — В этом мы с Лизой тоже соврали. — Я разносторонняя личность, вот и всё.

— Дави рукой со всей силы, просто хочу оценить, — в кои-то веки перешёл к делу. Я тщетно пыталась уложить его тыльную сторону ладони к столу, но, конечно же, ничего не выходило. — Сильнее давай!

Когда я выдавила максимальные усилия, дядька отпустил мою руку и начал всё добродушно разбирать по полочкам:

— У тебя разработанная грудная клетка, хорошие мышцы бицепсов. В общем, девчонка действительно сильная, без шуток.

— Да знаю, — хмыкнула я, ни капли не удивлённая, потому что столько раз за жизнь слышала подобное. Рекорд по полноценным отжиманиям — тридцать пять раз, по прессу — сто двадцать два, по приседаниям — двести. С самого детства меня одарили физической силой, превосходящей по меркам всех сверстниц и переданной, скорее всего, генетически, если учитывать, что в семье я всё ещё оставалась самой слабой после стольких лет тренировок. — Наверное, девочки должны быть хрупкими и нежными, чтобы хотелось их защищать. Так что здесь свои минусы.

— Да ты чё?! — удивился он. — Это ж крутяк, когда женщина воинственная!

— Это ты со взрослых лет говоришь, а в школе меня мальчики часто дразнили.

— Дебилы!

✿✿✿

     В десять я провела Лизу до бабушки и направилась на Остановку, где ждала приезда Дианы. Страшно было в темноте сидеть одной, ещё страшнее — при мысли встретить каких-нибудь опасных типов, но ради подруги я старалась эту накрученную боязливость перебороть. Вот те на: сильная Настя, умная Настя, талантливая Настя, а темноты боится, а без света почти не спит, а по характеру ранимая. У меня всегда были свои слабости, о которых попросту не многие знали.

Тем не менее Диану я дождалась, отчего могла с облегчением выдохнуть. Мы дотопали до Конторы, сели там на серые плитки клумбы недалеко от Трактора и молчаливо уставились обе в темноту, пока не показалось два мрачных силуэта. Буквально через десять секунд моё настроение снова ушло в пятки, ведь на горизонте появился Кирилл. Хотя вот присутствию Юдова, шедшего рядом с ним, я действительно радовалась. Может, мой бывший был не самым лучшим человеком, зато друзья его всё-таки остались милашками.

— Настя! Настя! Настя! Настя! Настя! — без устали счастливо повторял Егор, кружась передо мной. — Питерская приехала!

— Привет, Юда! — с искренней добротой поздоровалась я. — Как дела у тебя?

— Отлично!

На этом разговор закончился. Потому что Кирилл напряжённо смотрел на меня в то время, как я так же напряжённо свой взгляд от него отводила. Диана тоже совсем притихла, а Егор поддался общей атмосфере.

— Ну чё ты, Диана, — с нахальным тоном обратился Ляпа к моей подруге спустя некоторое время. — Чё молчим, м?

— А чё ты до неё доебался, м? — с холодной агрессией ответила вместо неё я.

— Я до всех доёбываюсь, могу и до те... — Почему-то замолчал, придержав полную мысль при себе.

— Знай своё место. — Я спрыгнула с плит и начала уходить. — Диана, пойдём, а то меня уже тошнит. — Обернулась, чтобы сказать кое-что напоследок именно Егору: — Юда, против тебя, если что, ничего не имею. Можем увидеться потом.

— Хорошо, — тихо брякнул он.

Не перекинувшись и словом, мы с подругой дошли до Белой пятиэтажки. Отчего-то я сильно вымоталась за день, так что очень хотела домой. Михеева всё понимала без объяснений, поэтому попрощалась со мной лёгкими обнимашками и удалилась. А далее, как только я зашла домой и разулась, то сразу же, прямо из коридора, отписалась Вадиму:

Я дома }

{ Это хорошо

Скоро уже спать }
Так что заранее сладких }
сноф💕  

{ Сладких снов

Пальцы тревожно сжали телефон, и на то была объяснимая причина: Вадим раньше никогда так на пожелание спокойной ночи не отвечал. С самого начала у нас сложилась определённая милая традиция вместо буквы "в" писать в конце "ф", как бы смягчая звучание. Он её впервые нарушил. Он впервые ответил настолько холодно по сравнению с тем, что было раньше.

Оставалась надежда: это случайность. Мысли о плохом сами накрутились без причины. Так просто получилось. Но тогда я не знала, что именно с этого сообщения всё пойдёт под откос.