◈◇День 15: Слухи◇◈(АРКА 2)

     Вместо двенадцати обещанных часов маршрутка ехала шестнадцать из-за гололёда, поэтому в дороге я знатно вымоталась, не могла нормально поспать. После стояла с чемоданом и рюкзаком на конечной остановке в Бобре, автостанции, выдыхая тёплый пар изо рта, что взымал быстро вверх и рассеивался в ледяном воздухе. Небольшой так-то город, но милый для меня.

"Холодрыга..." — мысленно негодовала я, переминаясь с ноги на ногу и застёгивая молнию красной пуховой куртки до подбородка. 

Кто-то резко ущипнул меня за пятую точку. Я глянула назад, чтобы посмотреть на эдакого смельчака, и расслабилась, ведь это была Наташа, приветливо улыбнувшаяся. У неё знатно животик подрос, и неудивительно: уже к концу весны ожидалось пополнение в семье Тишек. Поэтому я старалась все свои вещи таскать сама, да и загружать их в машину тоже. 

Зимние виды за окном автомобиля отличались от привычных. Кажется, ещё никогда, даже в маленьком возрасте, я не приезжала в эти окрестности зимой, да ещё и на Новый год. 

— Ты помирилась с моей мамой? — осторожно спросила Наташа, глянув на меня через внутреннее зеркало заднего вида. 

— Мы не общались.

— Тогда как она разрешила у себя заселиться?

— За помощь с Дейзи. А вообще не вижу проблемы: мы с Олей будем как сожители. Мама сразу высказала ей условия. Что я здесь сама по себе, например, и что запрещать мне ничего нельзя.

— Ты только не перебарщивай, — глухо произнесла она. — Мы всё равно за тебя беспокоимся.

— У меня мозги на месте есть, не переживай.

— Охотно верю. Если поссоришься с Олей, то сразу мне звони!

Мы приехали в место назначения — к красной пятиэтажке, длинной, высокой, с четырьмя подъездами. Не думала, что когда-нибудь вернусь сюда жить после некоторых событий. И вновь ностальгия... Вон там, в песочнице, скрытой под снежным слоем, мы с Даником провели вместе четверть детства. А тут, у подъезда, прошли одни из самых памятных моментов лета двадцать первого года.

До Оли я дозвониться не смогла, потому что она, наверное, была на работе. Поэтому вышли Анька с Ларисой, у которых имелся запасной ключ. Они и вещи мне помогли занести, а потом скрылись за входной дверью. Я стояла на месте, осторожно стянув с плеча рюкзак и положив его у ног. Не разулась, не сняла куртку, лишь видела знакомые углы, обои и мебель. Зал слева, где впервые у меня сидели вместе Юра и Даник. Коридор, где со смехом бегали девочки. Наши общие воспоминания. Ничего не поделать... Всё равно в этой квартире неимоверно тепло было находиться. Казалось бы, полгода прошло, а здесь ничего не изменилось.

Я наконец-то сняла уличные вещи, прошла в зал, закинув туда и чемодан, и рюкзак. Спать с Олей не хотела, зная, что домой буду приходить в разное время. В общем, лишний раз её нервировать не собиралась. Я переоделась в пижаму, легла на разложенный и застеленный жёлтым бельём диван. Смотрела в потолок и повернула голову влево, в сторону круглого кресла. Вспомнилось, как мы за него дрались. Чем больше времени проходило с тех времён, тем сильнее я их ценила. 

Выкарабкалась из своих мыслей, как только пришло уведомление из социальных сетей. Кое-кто написал, а он в последнее время частенько это делал. Кирилл, или же по кличке Ляпа, был интересен мне как личность. Всё никак не могла понять, какой он человек, вот и продолжала общение.

28 декабря:

{ Ну что, приехала?

Ага }
Кто тебе сказал?  

{ Женя 
{ Щенят видела?
{ Они почти глазки 
  открыли

Они в Бобровской }
квартире  

{ А ты не там что ли
  живёшь?

Не, я у Оли }

Больше он ничего не писал. Я достала из портфеля баночку с таблетками от депрессии. Потрясла её в руке и застыла. На самом деле, до полного выздоровления от душевного недуга оставалось совсем немного. Я и в целом стала чувствовать себя более живой. Поэтому решила, что колёсики больше пить не буду, захотела справиться своими силами. Выкинула таблетки в мусорку на кухне и вернулась на прежнее место.

Что узнала во время лечения? Что я не такая уж и святоша и что многие мои не самые лучшие качества просто-напросто приглушались депрессией. Так что сложнейшей задачей для меня стало подружиться со своей мрачной стороной и перестать её игнорировать. Ведь в каждом человеке есть как хорошее, так и плохое, нельзя же всю жизнь прожить как безгрешный одуванчик. Хотя, по правде, в той второй "мне" не было чего-то сверхъестественного. Только море старой боли, которую нужно в кои-то веки принять, немножко ненависти и сложного характера. 

Хорошо и то, что потихоньку налаживались взаимоотношения с родителями. У мамы, по словам психолога, проблем в голове было ещё больше, чем у меня, но мы обе уже работали над всем этим. 

❆❆❆

     Оказывается, под натиском мыслей я случайно вырубилась. Открыла глаза в два часа дня от резкого света. "Чего?" Медленно поднялась, отворила балкон и зашла туда. Порисовала пальцем по инею на окне и глянула на улицу. Сплошной снег: на крышах частных домишек, на автомобилях, на земле. И солнце. Такое яркое, такое тёплое. Я, без доли шутки, совсем не видела его где-то два месяца. 

— Проснулась? — раздался голос Оли позади.

— Ага! — Повернулась к ней. — У вас зимой есть солнце! — Наверняка я выглядела как маленький восхищённый ребёнок.

— В Питере нету что ль?

— Не-а.

— У нас тоже не было. Ты приехала, и оно выглянуло.

— Шутишь?

— Отнюдь. — На удивление, Оля выглядела дружелюбной. Забыла старые обиды?

Послышался стук в дверь. Я максимально быстро переоделась в штаны и толстовку, причесалась и отворила квартиру. Прошли Даник и Юра и дали мне кулачки на приветствие. Я порылась в чемодане и протянула каждому из них по пакету с подарком. Они так довольно улыбались, сказали "спасибо" по очереди.

— Кто ж так благодарит? — шутливо фыркнула Оля. — Она из другой страны к вам приехала! Подарки привезла! А вы что? Хоть бы буську в щёку дали! 

Мальчики робко поёрзали, замялись, опустив глаза в пол и пытаясь скрыть смущённую улыбку. Дети, ей Богу, но забавно.

— Давайте! Пока не сделаете, что я сказала, не уйдёте отсюда! — настаивала тётка.

— Ой, Оль, не мучай ты их! Мне и этого хватит, — хихикнула я. Пришла пора спасать пацанов! Обняла каждого из них, шепча, что так нужно, и начала обуваться. — Мы гулять.

Я, прихватив куртку, выпихнула друзей на улицу, закрыв за собой дверь. Они оба облегчённо выдохнули.

— Вы же знаете Олю, она та ещё сваха, — буркнула я, сменив вежливое лицо на обыденное нейтрально-недовольное. С этими двумя позволяла себе быть естественной и не натягивать на себя ложные эмоции. Стоило взять то же за привычку и со всеми остальными. — Стесняшки, хах...

— Застегнись нормально! — Юра дотащил язычок моей молнии доверху. — И шапка где? — Кажись, он подобное говорил уже когда-то.

— Тебя не должно волновать, если что. Я шапки почти не ношу. И вообще, это моё здоровье!

— Кстати, — сразу тему перевёл, неудивительно. — Держи! — Он достал из кармана своей куртки нормального размера пакет. Как тот туда поместился, я даже не могла представить. 

— Что это? — Приняла содержимое.

— Петарды.

Совсем забыла. Мы с Сидоровым ещё в середине месяца скинули деньги на пиротехнику, но всем своё, отдельное, а он лишь заказывал. Каждую зиму в селе царствовал гомон по вечерам, будто такая традиция у молодёжи здесь сложилась: две недели до и после Нового года петарды взрывать.

— Куда мы сейчас? — уточнил Даник. — На улице долго не просидишь, минус двадцать пять градусов.

— К Диане, — хитро ухмыльнулась я, ведь даже не предупредила её ни о чём. Вот оно: истинная женская дружба; приходи, когда пожелаешь. 

Мы завалились втроём в её квартиру. Михеева стояла невероятно сонная, глаза потирала, на мир вокруг мутно смотрела. Не понимала ещё ничего после резкого пробуждения. Я её обняла аж два раза. Соскучилась как-то сильнее обычного.

Все пошли на балкон, закурили. В этот раз я Чапман тоже привезла. Поразило меня только одно: правильный Юра, вернее говоря Юра с невидимой надписью на лбу "Подики — класс, сиги — фигня", с Даником одну сигарету на двоих скурил. Даже малолетка, получается, понемногу менялся.

Как только Диане позвонила её мама, мы экстренно проветрили квартиру и убежали наружу. Около часа шлялись по морозной улице, ни о чём не говоря. Наведались к Тишкам, но там вообще никого не было. Замёрзли все, засели в подъезде бабушки Юры. Штукатурка болотного цвета, особый запах: и жареной картошки, и пыли, и сигарет, а всё вместе — что-то особенно родное.

Пока мальчики зашли в гости к бабушке малолетки, мы с Дианой сидели на ледяных ступеньках впритык друг к другу. 

— Слушай... — Я долго думала, спросить у неё об этом или нет. — На всякий случай уточню.

— Чо?

— Я не начала тебя бесить? Просто ты говорила, что когда с кем-то долго общаешься, то так происходит. 

— Не-е-е, ты чего? Я же говорила, что меня многие неправильно понимают, — она навеселе отвечала.

— А если серьёзно?

— Ты странная. Таких я ещё не встречала.

— В каком плане? Мне принимать это как комплимент?

— Даже если начинаешь бесить, то ненадолго, — пояснила подруга. — Так только с тобой работает. Даже Лиза меня порой нервирует, но она постоянно со своим парнем, так что там само собой проходит. 

— Почему вообще у тебя такое?

— Я не люблю, когда ко мне кто-то привязывается, ну, или если кто-то от меня зависит. 

— Привыкай, Ди, я довольно быстро привязываюсь, — усмехнулась.

❆❆❆

     Сбежав от пацанов, мы с Дианой в половину четвёртого пошли встречать Лизу из города. Не успели вовремя к Остановке, поэтому бежали и нагнали её у Новых домов. Михеева обнялась первая, лишь после — я. Лиза вела себя нейтрально, но неловкость всё равно ощущалась между нами. 

Она показала макияж, состоящий из розовых теней и помады, парочку локонов, покрашенных в сиреневый, и волосы, что отращивала, теперь не каре. Пожалуй, из всех нас Лиза была самой девочкой-девочкой: нежной, миниатюрной, аккуратной. 

Мы пришли к ней в гости, засели в комнате, пока та отходила поставить чайник. Я сидела на кровати и залипала в телефоне, пока не услышала из открытого окна разговор Вержавиной с отцом. Его недопонимающий вопрос:

— Ты что, с Настей до сих пор дружишь?

— Ну да.

— Слухи ходили, что она про тебя гадости за спиной говорила.

— Ой, пап! — вступилась за меня она. — Да там вообще не такая ситуация! Стычка была, но другое!

— Смотри сама.

По возвращении к нам с кружками Лиза пересказала весь тот разговор. Мол, папа её на улицу позвал для этого. Я объяснила, что всё слышно было. Расстроилась, довольно сильно, но девочкам не показала.

— Не впервые. — Я опустила глаза. — Недавно кто-то слух распустил, тип я говорила, что Диана бедная, квартира у неё никудышная и...

— Всё, Насть, — перебила меня лучшая подруга. — Не надо. Я знаю, что ты бы такого не пизданула.

Кто бы что ни говорил, но девочек потерять я боялась больше всего. А нелепые слухи с их участием меня душили.

— Давайте о другом, — отрешённо отвела взгляд Лиза. 

— Как у тебя с Саней? — Я спустилась на пол и села калачиком.

— Он меня постоянно обзывает. То шлюхой, то долбоёбкой.

— Не в шутку, я так понимаю?

— Не-а, с агрессией. Перепивает и говорит такое.

— Не слушай его. 

В шесть мы вышли подышать свежим воздухом. Я подметила, что почти у всех куртки зимние были чёрные и лишь у меня — красная. Не любила лишнее внимание, но тут уж ничего не изменить. 

Забрав из своей квартиры подарки, я отдала их девочкам. Лиза счастливая была. Диана же более спокойная, но, судя по глазам, радовалась. Не умела она в открытую показывать такие эмоции. Хотя, главное, что я её и без слов научилась понимать.

❆❆❆

     Зимой темнело неестественно быстро. Мы воссоединились с Даником и Юрой около их дома, да с Ангелиной и Ксюшей в придачу. Вторая поздоровалась со мной довольно тихо, несмотря на наше длительное общение. Видать в интернете ей говорить было проще, чем в жизни. 

Лиза не хотела с нами на Спортик идти, противилась почему-то, поэтому Даник просто взял, закинул её на плечо и потопал спокойно по тропинке. Она орала: "Я, конечно, всё понимаю, но спусти меня!" Двоюродная сестра девушки и Ксюша смогли отбить у нас Вержавину и скрылись в темноте.

Остальные, включая меня, потопали на Спортик. С осени кто-то успел сорвать красно-белую ленту, огораживавшую заброшку. Местным закон был не писан... Мы зашли в область Первого эха на нижнем этаже. Я взяла петарду, зажигалку, подожгла фитиль и закинула пиротехническую штучку как можно дальше от себя. Ба-бах! Разнёсся такой взрыв, что меня на десять секунд оглушило. Диана тоже стояла, закрыв уши. В один миг все дружно заржали.

"Это веселее, чем я думала", — посетила меня тёплая мысль.

— Там взрослые идут! — крикнул Юра, рванув со всех ног. — Чего стоим? Убегаем!

Все, как по зову, перебирали быстро ногами и смеялись, направляясь в сторону главной дороги. Там сбавили темп и отдышались. Я крутила в пальцах свой новый синий подик. Он был и помощнее прошлого, и помассивнее.

— О, дай попарить! — Поравнялся по шагу со мной Юра.

— Нет.

— Чего нет то? Дай! — Пытался отобрать.

— Нетушки-и-и! — Профессионально уворачивалась.

— Чо ты такая вредная стала? — Сдался-таки, отошёл на пару шагов.

— Ошибочка! Я стала более настоящей! — задорно улыбнулась.

— Интересно, — тоже лыбу выдавил.

Мы разделились. Я и Диана пошли к Дизельке, чтобы встретить Кирилла. Он хотел со мной нормально поздороваться. Я сидела на скамейке, а подруга плясала под музыку, ведь больше никого возле рельс не было. 

Приехал долгожданный поезд. Помимо Ляпы из него вышло семейство Лемешей: Оксана, Лёша, которого я не узнала сначала из-за шапки, Майя и Коля. Все по порядку со мной здоровались. Кирилл быстренько слинял после того, как руку мне пожал. А когда подходил Коля и подал ладонь, чтобы сделать братский хлопок, я проигнорировала его и прошла мимо. 

"Что со мной? Сказала же себе, что не буду ни на кого обиды держать... — размышляла. — Со всеми получилось, кроме него. Видимо нужно больше времени". 

Михеева догнала меня, шедшую быстрым шагом, и вопросительно уставилась.

— Чо такое? Вы разве не договорились остаться корешами на века?

— Да пошёл он. Светит рожей своей, улыбается, будто ничего не случилось. 

— Ого, ты и такой бываешь?

— Не представишь. Пока Колю не увидела, никакого негатива весь день. А он пришёл — сразу настроение испортилось. 

— Ну и забей хуй!

До одиннадцати часов мы с Дианой то гуляли, то по подъездам шлялись, чтобы погреться. Она провела меня до дома, так как знала, что мне в темноте страшно одной ходить. Я крепко обняла её на прощание и зашла в квартиру.

— Ты рано, — крикнула с кухни Оля. — Я думала, часа в два будешь.

— Так получилось, — устало промямлила я.