КНИГА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ Волшебство первенства

Пролог (Глава 0) - Горячий Гравий

Шторм пронесся с удивительной силой и в абсолютная несдержанность, оставляя за собой следы разрушения. Гранитное покрытие крыши «Хоси-но-Ивайя» из Сёкоку-дзи полностью рухнуло. Огромный гранитный кусок, упавший в водопад, породил огромные волны, плеснувшиеся во всех направлениях. Памятник наследственного наследия был полностью уничтожен.

Глядя на смутно существующие краеугольные камни существования, можно понять величину силы, которая создала такое разрушение. Поскольку существовала опасность дальнейшего обрушения, полиция на месте не смогла провести тщательный осмотр. Наспех они расследовали и завели дело. Но было очевидно, что это не обычный обвал пещер.

За полицейским барьером стоял человек, внимательно следивший за операциями. Прошло много времени с тех пор, как он последний раз стоял там.

Человек, который был высоким и носил черный костюм, плохо сочетался с фоном глубокого горного района. Большой зал или деловой район подошли бы ему гораздо лучше. Он почти наверняка не был одним из местных жителей, полиции или репортеров. Он выделялся отчетливо.

Порывы холодного кусающего ветра дули над горами.

Прямо помимо мужчины, был молодой человек. Он натягивал воротник рубашки, притягивая шею к плечам.

«....... Они были на шаг впереди нас», - произнес он.

Контраст был четким между двумя. Молодой человек был в свободно обтягивающей изношенной повседневной одежде и брезентовой обуви. Сидя на корточках небрежно и пережевывая кусочек жевательной резинки, он смотрел в том же направлении, что и мужчина - на место Ивайи (1) . Несоответствие между молодым человеком и человеком в костюме было очевидно очевидным.

«Я намеревался уладить это соответствующим образом, но решающий Retsumyousei теперь украден. Все усилия напрасны. На самом деле не повезло ... », - сказал молодой человек и покачал головой.

«Что нам делать дальше, брат?»

Со страшным выражением лица Наоэ Нобуцуна продолжала смотреть на Ивайю (1) .

С того места, где он присел на корточки, молодой человек посмотрел на боковой профиль Наоэ. Он был далее обескуражен.

«Мы были так близко, почти там и сейчас все потеряно. Действительно бесит. Интересно, кто это сделал. Все усилия, потраченные на то, чтобы приблизиться к блоку Согоу, бесполезны, напрасны, напрасны. Ааааа ... Я не понимаю. Почему я купил интеллект у Согоу? Основная проблема в том, что Retsumyousei оторван от нас. Мы напрасно потратили наши усилия.

Молодой человек продолжал плакать. Он просто не мог принять это.

«Как нам теперь это сделать, Биг Бро? Наое? »

Наое не ответил. Его гнев был явно отмечен на хмуром лице.

(Черт возьми ... Похоже, он действительно безумен ...)

Ичису хорошо понимал характер Наоэ. Он узнал об этом с тех пор, как путешествовал с ним. У человека перед ним был страшный характер, когда он был в ярости. Он не хотел быть на приемном конце. Осторожно сжимаясь, Ичизу крикнул ему.

«Брат... Биг Бро ...... Ты не должен быть таким безумным».

«Ичизу. Ты знаешь, кто это сделал?

Голос Наоэ оказался намного спокойнее, чем ожидалось. Удивленный, Ичизоу бросил взгляд на Наоэ. Но позже все еще смотрел на Iwaya (1). Ичизоу вздохнул. Почесывая затылок, прежде чем ответить:

«Что касается этого ...... Я не слишком уверен, но... вероятно, это могли быть те, которые предполагались».

Наоэ расширил глаза.

«Вы знаете, кто это сделал?»

«Ну ... это, наверное, они. Но... .. »

Если бы это были те люди, это был бы непростой вопрос. Вяло Ichizou опустил лицо.

«Пожалуйста, дайте мне немного времени для расследования. Охранники Ивайи (1) полностью уничтожены. Так что, возможно, это будет нелегко исследовать ».

(Никакого выбора.)

Наое проверил свой бешеный характер и продолжал смотреть на руины и водопад. Кто-то добрался до них, обдумывать дальше было бессмысленно.

(Это было так близко)

Он злился на человека, который украл Retsumyousei. Сжав зубы, он проклял свою неудачу. Это было повторение катастрофической попытки, полностью проигравшей его неудачами.

(Это было в пределах досягаемости)

"Не только это. Эти парни не могут быть приняты легко. Я не могу точно определить виновников, основываясь на оставшихся здесь заклинаниях.

Бандиты были осторожны. Они использовали колдовство (5), чтобы перемешать оставшиеся заклинания, прежде чем покинуть сцену. Остаточные заклинания подобны отпечаткам пальцев человека, который его выполняет. Они намеренно сделали это, чтобы удалить все следы улик и скрыть свою личность.

«Прилагая так много усилий, чтобы удалить их следы, они фактически выставляют себя ......», - сказал молодой человек.

Это был Кацураги Ичизоу, странный дух обитателя (7)кого Наое встретил в Токио. Он преследовал Наоэ со дня их знакомства. У Ичису была демоническая флейта, известная как Таблетка Красного Облака. В то время, когда он встретил Наоэ, он бесцельно бродил, полагаясь на охоту, чтобы накормить свою демоническую флейту. Поскольку печень ( 4) владельца была высшей формой пищи, и зная, что Наоэ было владельцем, он преследовал Наоэ с целью получить печень Наоэ (4) .

(Следовательно, первоначальная реакция - немедленно изгнать его.)

Действительно, это было первоначальным намерением Наоэ. Его личность была раскрыта Ichizou. Не только Ичизу знал, что он владелец, он также знал все важные детали Уэсуги.

(Он должен умереть, абсолютно)

Но Ичизу был странным человеком. Попутно он добровольно присоединился, чтобы помочь Наоэ. Когда Наое исследовал причину, он ответил: «Потому что ты бросил Уэсуги. Ты действительно очень интересный человек ».

***

С тех пор прошло пять месяцев.

Наоэ непрерывно искала такую. После обнаружения Аюкавой на вилле в тумане (6)он впал в обсессивно-компульсивное расстройство - психически истощенный, физически истощенный, но не переставший искать такую. Он больше не был способен выбраться из фиксации. Он должен найти такую, независимо от его физического состояния. Только так он и будет жить. Только это может подстегнуть его. В истерике он вытащил свое изношенное тело из постели. Аюкава, неспособный терпеть это, помог с поиском. Но информация, которую он кропотливо собирал, не дала никаких результатов. Местонахождение Такая - неизвестно.

Действительно, не было никаких признаков его местонахождения. Он полностью исчез. После охоты в течение одного месяца, наконец, Аюкава сказал Наоэ:

---- Это невозможно, Наое. Пожалуйста, сдавайтесь и возвращайтесь в Уэсуги. Заново принять должность генерала. Кагетора, должно быть, покончил с собой и был очищен. Нет смысла продолжать поиск. Если бы вы остановились и подумали - какой другой выбор может быть у Кагеторы в такой ситуации ?! Для вас вы должны соблюдать соглашение с Кеншиным. Пожалуйста, не продолжайте свою нереальную галлюцинацию. Проснись к реальности, пожалуйста!

Но слова не дошли до Наоэ.

Как он мог сдаться, когда он даже не мог найти свое тело (Такая)?

(Этот человек не умер.)

Кроме очищения, нет никаких других средств - он продолжал отрицать ту самую мысль, которая сводила его с ума, он не мог стереть это из головы. Итак, он решил пойти по своему выбору.

---- Этот человек ждет меня, чтобы наверстать упущенное.

Он объявил Аюкаве.

Как будто глядя на монстра, Аякава яростно дрожал, прежде чем вопить в раздражении.

---- Вы действительно хотите отказаться от должности генерала? И оставить Уэсуги ?! Из-за Кагетора-сама ?! Ты собираешься предать нас ?! »

Ayukawa отказался сдаваться. До того, как стать подчиненным Наоэ, он был его близким другом.

---- Что Вы думаете о ?! Это больше не нормально.

---- Здесь ты жив, благодаря кому? Кто тот человек, который даровал вам эту вашу жизнь? Вы хотите предать лорда Кеншина ?!

---- Вы хотите, чтобы это сошло на нет ?! Что будет с пожеланиями лорда Кеншина? Тебе не безразличны события в «Warring Underworld»? Вы намерены предать оказанное вам доверие? Даже если это означает разбазаривание великого просветления лорда Кеншина, и все же вы все еще хотите уйти?

--- Я этого не допущу! Никогда !! ... Никогда не позволю !!

Аюкава, который не пролил ни капли слезы, даже когда члены его семьи умерли, теперь рыдал, осуждая это. Но Наоэ была настроена. Ему пришлось уйти, несмотря на то, что Аюкава игнорировал все чувства собственного достоинства, плача и умоляя его. Он должен был уйти, несмотря на то, что клеймил себя признаком тяжкого греха. Он должен был уйти, даже если перед ним были ад и наказания. Он мог только смотреть вперед, не возвращаясь назад.

Он решил.

---- Уэсуги ...... Я не вернусь в Уэсуги.

За месяцы, которые он провел со сломанной такой, он начал понимать свои чувства.

Наоэ размышлял над этой проблемой до такой степени, что разрушил его собственное психическое состояние. Он непрерывно размышлял месяцами. Ответ - пришел с печальной улыбкой на лице Такая, как раз перед тем, как он ушел. Это было кристаллизовано в Naoe.

Путь уже проложен перед ним, с самого начала.

Наое покинула Аюкаву.

(Это то, с чего все началось.)

Наое глядел на руины у своих ног, вспоминая дни своих неустанных поисков.

С того дня он тщательно обыскивал место, где исчезла Такая. Но он не мог выиграть против казни времени. Отрезав себя от Уэсуги, он больше не мог использовать их интеллект. Он мог работать только самостоятельно. Итак, он приехал в Токио один. Ему нужно было расширить собственную сеть.

В Токио он встретил Ичизоу. Хотя он знал о мотиве Ичизу - обрезать печень (4) владельца - ему было все равно. Кроме Такая, не было ничего, что касалось Наоэ. В конце концов Ичизу узнал о его личности.

В Токио Наое также встретила другого человека.

Это был Ироб.

Айроб увидел сквозь намерения Наоэ и понял его движения. Даже Аюкава держался в тени инцидента.

Слова Ироба снова были в голове Наоэ. Ироб был человеком, который хорошо разбирался в своих мыслях. Хотя Аюкава скрыл от него новости о Наоэ, но, честно говоря, Аюкава не смог скрыть свою вину перед Иробе. Вскоре Ироб узнал причины раскаяния - Наоэ помогла Кагеторе в Асо.

Поскольку Кагетора не возвращался в Уэсуги, Наоэ тоже не было. Даже на этом этапе.

Он больше не мог уклоняться от этого. Нет, возможно, Наоэ обдумывала это. Ему нужно встретиться с Иробом и рассказать ему всю правду, - подумал Аюкава.

----... .... В этом мире человек, который может отбросить все тяжелые обязанности и перейти к этому моменту...., Вероятно, это вы, только вы. Как он ? Все еще живы?

Ироб спрашивал о Кагеторе. Наоэ знала, что переговоры должны быть. С искренней решимостью он говорил сквозь губы - он был с Кагеторой с тех пор в Асо. Безоговорочно, он открыл правду. И наконец, он рассказал Айробу о своем решении, о своем единственном намерении.

Айроб не выглядел шокированным. Он был спокоен.

(Я уверен, что вы поняли)

---- Наоэ Нобуцуна - человек, который обладает, живет и умирает для Кагеторы. Он не дрогнет, даже если ему придется взять на себя тяжелейшие грехи или быть осужденным навсегда ....... Он выбрал свой путь.

---- Я сдаюсь Уэсуги. Вместе с положением генерала, враждующего преступного мира, неестественным существованием через обладание всеми обязанностями, назначенными лордом Кеншиным, я отказываюсь. Даже если это означает отказ от доверия теми людьми, которые не могут вернуться.

(Всё - я сдаюсь)

---- Что касается Уэсуги, я должен оставить это тебе.

Он ясно сформулировал шум своего сердца.

Для Ироба, который был предан лорду Кеншину, решение Наоэ было непростительным. Наое тоже это знала. Это было непростое решение. Его мучили его собственная вина и осуждение. Обязанности, от которых он отказался, были чрезмерно тяжелыми. Неудивительно, если он рухнул в этот момент. Но он все равно будет придерживаться своего решения, даже если весь мир осудит его. Он отклонился от основного пути и больше не мог возвращаться. Дело было не в том, что он был в долгу перед кем-то, а в той силе, которая его воспитывала, которая преодолела 400 лет ненормальной жизни с целью «дела Уесуги». Он больше не мог скрывать свою веру и жить как прежде.

Айроб не мог простить Наоэ. Он был так же решителен, как Наоэ. Он считал, что дело Уэсуги не может быть скомпрометировано и не подлежит обсуждению. Он не собирался уступать Наоэ. Если ни одна из сторон не уступит, результат может быть только катастрофическим. Наоэ приготовилась к худшему. Он знал, что жестокое противостояние неизбежно, если обе стороны будут твердо стоять на своем.

Но, в конце концов, Ироб не призвал к своей власти. Это не было прощение. Не было и понимания. Но ...... ..

---- Сила, которая побуждает тебя жить, преодолела мое «существование». ...... У меня нет уверенности.

Он сказал Наоэ, что подождет. Это было не прощение, а ожидание результата.

Мысли и слова Ироба были отражением величайшего компромисса Ироба. Наоэ поняла.

(Даже если это так ... все еще ... ..)

---- Не позволяй Кагетора-сама ...... .. умри.

Перед тем, как Ироб ушел, он сказал: -

Возможно, это будет их последняя встреча.

Слова Ироба были глубоко запечатлены в сердце Наоэ - сердце, которое растоптало решимость Кеншина, сердце, которое отказалось от его собственного обещания.

(Лорд Кеншин... ..)

Он убежал, не выполнив своего обещания.

Он отрекся от самого себя.

Это подошло к концу. Он подумал.

В тот момент, когда он показал себя Иробу, он отделился от прошлого. Нет больше колебаний. Он больше не был Наоэ Нобуцуна Уэсуги.

Он был всего лишь мужчиной.

Человек, который жил только для духа Кагеторы. Человек без имени.

Кацураги Ичизоу прервал свой разговор с Иробе. Поскольку он покинул Уэсуги, для него не имело значения, что Ичизоу открыл его секреты. Но для Уэсуги утечка будет вредной. Впредь, самое меньшее, что он мог сделать для Уэсуги, - это предотвратить утечку информации. Хотя Ичизу был всего лишь духом и не принадлежал ни к какой стороне в «Воюющем преступном мире», не было никакой гарантии, что он не выпустит кота из сумки. Надо было изгнать его. Неожиданно карты на руках Ичису спасли его. Он знал о чем-то, что нужно Наое.

---- Вы действительно хотите спасти умирающего? Я знаю что-то полезное.

Ичизоу рассказал Наоэ о Retsumyousei Shoukoku-ji (2).

---- Это метеорит, который ранее использовался нашей страной как заклинание. Он обладает огромной силой. Если мы сможем получить его, это, вероятно, может спасти человека, которого вы хотите сохранить. Это метеорит с мощным заклинанием, вырванный из неба Коубу-даши.

Преобразование невозможного в возможное - чудесная звезда.

(А то, что Рецумюси сейчас забрали прямо на наших глазах)

Сердце Наое было вырвано угрызениями совести. Он не переставал преследовать Такая в тот момент, когда исчез. Из подсказок, которые он собрал у Роки, он преследовал тропы, прямо от Осаки до нас, но местонахождение Такая было до сих пор неизвестно. Но, основываясь на описании различных очевидцев на этом пути, действительно был кто-то, очень похожий на Такая. Впредь он мог приблизительно сделать вывод, что Такая была еще жива после того, как покинул виллу.

(Этот человек все еще жив)

. Новости разожгли его надежды и дали ему силы.

Информация о человеке, похожем на Такая, который прибыл в Сикоку, на самом деле была из Ичизоу. Это случилось некоторое время назад, но новости были достоверными. Более того, была еще одна новость.

---- Retsumyousei может быть предложено Oda. Если мы этого хотим, мы должны спешить.

Неожиданно Ichizou смог собрать новости, относящиеся к «Warring Underworld». Наоэ, не зная источников разведки Ичису и не понимая его мотивов, но, заметив, что Ичису был талантливым разносчиком информации, который мог помочь ему найти Такая, позволил ему остаться рядом с ним. Ичизу, похоже, тоже полюбил Наоэ. Не спросив, Ичизу сам взял на себя роль бокового удара, бегая за поручениями и собирая разведданные. Вскоре намерение «изгнать» Ичизу исчезло. Главным вопросом была такая. Если было что-нибудь полезное, что могло бы помочь найти Такая, будь то в любом случае, Наоэ безоговорочно нажала бы на нее. Более того, легенда о Рецумюси была достоверной.

---- Это стоит расследования.

Придя к решению, Наоэ продолжила поиски Такая. В то же время, это вдохновило Ичису серьезно отнестись к расследованию в отношении Рецумюси. Вскоре Ичизу удалось соединиться с подразделением Согоу и проникнуть в их лагерь. В то время как в процессе подготовки к получению Retsumyousei, кто-то опередил их.

Той ночью, услышав новости о Такая, Наоэ отправилась в Каваджимамати. И Ичизу был на собрании Согоу, пытаясь собрать дополнительную информацию. В тот самый момент произошел налет - прямо здесь.

Это была жестокая битва. Все охранники были уничтожены. Retsumyousei был украден. И бандиты исчезли.

(Чтобы убить двух зайцев одним выстрелом? Заблудился.)

Срочность дела давила на Наоэ, он не мог быть побежден препятствиями судьбы.

(

Нужно найти Такаю!) Было много вещей, которые он должен сказать Такая - то, что им нужно было сделать; Такая был важнее, чем вера Кеншина; его душа постепенно угасала, и она подходила к концу - осталось немного времени!

Если бы он не был «изгнан», его душа распалась бы и разлетелась на части. И если Такая погиб бы таким образом, он больше не мог бы перевоплощаться или вновь овладевать. Если бы он не был «изгнан» .......

(Я до сих пор не могу этого сделать ...... ..)

Наоэ снова был измучен предстоящим исходом. Чтобы подавить боль, он сильно прикусил губы.

(Мне нужно его найти)

Должен быть способ спасти Такаю. Должен быть способ остановить распад звезды.

(Мне нужно найти средства.)

Он знал, что это трудная задача. Поскольку он уже отбросил все обязанности, которые он должен был взять на себя - чудовищность таких обязанностей, которые он отбросил - он не мог быть побежден такими препятствиями. Он должен был продвигаться вперед независимо от препятствий; даже это был демон, с которым он столкнулся.

(Независимо от того, демон это или даже Будда, я убью любого, кто попытается меня остановить!)

«Думаю, нам просто нужно это сделать», - сказал Ичису.

«Я пойду и найду местонахождение Рецумюси. Приоритетом является получение Retsumyousei - ваше самое большое беспокойство, Big Bro ».

Ichizou был весь полный энтузиазм. От его акцента он казался местным жителем этого места. Следовательно, он не испытывал затруднений при решении различных дел в Сикоку. Сикоку было трудным местом для маневра, поэтому местный житель, который был знаком с этим местом, увеличил бы шансы на успех. Но Наоэ сомневалась, что Ичизу не имеет отношения к «воюющему преступному миру». Кем именно он был? С одной стороны, Ичизу был полон презрения к тем, кто участвовал в «борьбе враждующего преступного мира», а с другой стороны, он мог свободно в нем маневрировать.

(Кто этот человек?)

«Но это будет нелегко. Теперь все в руинах », - продолжил Ичису.

Он с восхищением смотрел на руины Ивайи (1) - хотя это было не время для благоговения.

Наоэ также смотрел на рухнувший гранит. Оставшиеся духовные следы, испорченные лисьим колдовством (4), постепенно рассеялись. Свидетельство ожесточенной битвы можно проследить по различным отпечаткам, оставленным прямо под его ногами. Произошло массовое истощение огромной духовной силы. Оставшиеся следы все еще проникали в воздух. Эта духовная сила может означать, что внутри бандитов существовало значительное количество элит.

Скрестив руки на груди, он тихо вывел личность врага. Внезапно что-то всколыхнуло его шестое чувство. Он что-то чувствовал. Сразу же он расширил глаза. Этот слабый запах, только что пролитый секунду назад ...

(Что это .......?)

«Что это, Биг Бро?» Ичису был очень напуган поведением Наоэ.

Это были рефлексы Наоэ. Реакция его чувств. Как это может быть? Но это было действительно очень похоже на этот остаточный духовный запах.

(Очень похоже)

Это был его дух, который первым обнаружил это. По логике вещей, он не мог быть в этом месте. В этот момент Наое начал колебаться. Это был запах, который, насколько бы слабым он ни был, Наоэ все равно сможет узнать. Аромат, который он никогда не забудет. Это было почти похоже на запах тела, глубоко заклеймившегося в самой внутренней части тела. Это пролито секунду назад... ..

(Разве это не.... Запах onnen Kihachi?)

Ему нужно было это выяснить. Внезапно он упал на колени. Потрясенный, Ичизу отступил на несколько шагов назад. Он не был готов к такому неожиданному поведению Наоэ.Наоэ левой рукой упал на землю и попытался собрать все оставшиеся духовные следы. Он начал активировать свою чувствительную силу, сосредотачиваясь на тех духовных следах, которые остались на месте происшествия, почти до такой степени, что рассекал каждую минуту ячейку, просто чтобы исследовать и подтвердить. Одна минута, две минуты ...

Ичизу не мог понять. Подавленная тревога заморозила его тело. Наконец, Наоэ закрыл глаза.

(Почему это так ...... ..)

Он все еще не мог установить. Было просто слишком много других запахов. Он просто не мог четко уловить это. Все, что он мог сделать, было слабое понимание чего-то подобного. Но.......

Он поднялся с земли. Земля была очень холодной. Он смотрел на свою левую ладонь, глядя на уродливые раны на ней. Эти отметки были вызваны им самим. Это было время, когда его ладонь удерживала уныние, время, когда он держался за сломанный стеклянный стержень. Раны от потери такой.

«Биг Бро ......»

пронзительно посмотрела на небо. Хотя Ичизу привык к хмурому взгляду Наоэ, это был первый раз, когда Наоэ выглядела такой яростной. Озноб пробежал по его позвоночнику.

Его взгляд был похож на недавно заточенный клинок.
Задержав дыхание, Наоэ уставился на дальнее расстояние впереди него.

Глава 1. Трещина.

Новости о смерти Акутагавы распространились быстро словно лесной пожар.

- Это убийство. Акутагаву убили.

Тайное убежище Красных Китов в Восточной Иякаве гудело, как растревоженный улей. Несмотря на то, что высшее командование немедленно пресекло распространение этих новостей, они всё же просочились наружу. Акутагава, советник Красных Китов, был убит. После завершившейся успехом кражи звезды - эта новость стала большим ударом. Через три дня после происшествия лидер Кусама, наконец, сделал официальное заявление.

- Тот, кто повинен в смерти Акутагавы, принадлежал к отряду клана Сого. Он был схвачен и казнён. Возможно, его мотивом было похищение звезды Ретсюмёсэй.

Вот и всё официальное заявление. Никаких подробностей. Заявление не вызвало никаких подозрений, хотя фактов в нем было маловато. Новости об убийстве Акутагавы заставили недалёких Итирё Гусоку дымиться от ярости. Оплакивая смерть Акутагавы, они проклинали клан Сого и на чём свет стоит поносили его. Во время речи Кусама был бледен. Пока он говорил, его голос дрожал. В итоге никто не поставил под сомнение его весьма краткий отчёт. Все решили, что Кусама был сильно потрясён и не смог преодолеть отчаяние. Но, на самом деле, Кусама не просто был охвачен горем, он упорно пытался побороть ужасные темные подозрения, поселившиеся в его сердце. И не только Кусама, остальная часть командования также чувствовала неладное. За исключением небольшой группы людей, никто не заметил какое неестественное и жёсткое выражение застыло на их лицах.

Такая, стоя в дальнем конце зала, спокойно наблюдал за происходящим. Рэйдзиро находился рядом с Кусамой. На протяжении всей речи его глаза были закрыты.

На Цуруги- хама постепенно опадали красные листья. Дул холодный осенний ветер.

С тех пор Такая и Усио приняли участие ещё в трёх миссиях. Мелкие стычки с врагами по соседству стали неотъемлемой частью их жизни. Постепенно Усио научился пользоваться своей духовной силой как положено. Такая же как и раньше не делал ничего. И хоть инцидент в Звёздном Гроте был представлен как ложь, но под давлением обстоятельств, Такая ещё раз протянул им руку помощи. То, что он, по всеобщему мнению совершил, привлекло дополнительное внимание, в то же время принося ему ещё больше проблем. Удивительно, но слухи распускали болтливые бездельники.

Усио постепенно привык к жизни Красных Китов. Однажды, в разгар тренировки, его окликнул Ивата Эйкити:

- Усио- сан, пойдёмте-ка со мной, пожалуйста.

- Зачем?

- Тренировка по древним боевым искусствам.

На противоположном конце они увидели тренирующихся мужчин, собранных в группы по десять человек.

- Все до сих пор опечалены произошедшим с Акутагавой. Проведём тренировку для поднятия боевого духа. Эти особые боевые искусства возникли в Тосе, и были собраны в единое целое дикими воинами- такими, как мы. На протяжении многих лет мы меняли и совершенствовали сложную технику боя. Хотите попробовать?

Боевые искусства представляли собой сочетание различных боевых техник, включающих в себя айкидо и тэквандо. На вид не впечатляюще, но, без сомнения, в стиле диких воинов.

- Давайте я научу вас. Ну-ка, вместе.

- Погоди, погоди. Я не смогу.

Усио, знающий лишь игры, понятия не имел ни о каких боевых техниках. На данный момент Эйкити насильно втянул его в тренировку. Выбора ему не оставили, поэтому упражнения он выполнял неохотно.

Безжалостная тренировка Эйкити продолжалась до вечера. И прекратилась только когда из поездки вернулся Накагава и сказал Эйкити:

- Хватит. Остановись.

- Если я не вмешаюсь, вы наверняка будете тренироваться до рассвета,- Накагава улыбнулся, заметив облегчение на лице Усио.

- Эйкити очень упрям. Стоит ему заметить человека с хорошими данными, и он со всем пылом примется за его обучение.

- Ох? У меня? Хорошие данные?

Даже если изначально у человека не было потенциала, он становился фанатиком.

- Я наслышан об этом, Усио- сан. Вы очень трудолюбивы. Када признал ваше рвение.

Усио фыркнул.

- ...ну...в конце концов меня просто определили как "имеющего рвение"

Он не в полной мере освоил свою духовную силу. Ошибка обернулась для него камнем преткновения.

- Разве вы с Оги не уладили всё между собой?

Усио замолчал. Простое упоминание имени Такаи могло испортить ему настроение. После атаки на Звёздный Грот они не разговаривали.

Накагава заметил неловкость Усио. Словно ангел- хранитель, Накагава попытался успокоить его.

- В чём дело? Разве это не вы привели сюда Оги, Усио- сан?

- Это не моя проблема. Он сам избегает меня.

Он давно не видел Такаю, и подумал, что тот зол на него, поэтому тщательно его сторонится.

- Вы должны знать, что во время битвы в Гроте Оги дрался не ради выгоды, а чтобы защитить вас.

- Он просто надоеда.

- Если бы не Оги, вы, вероятно, были бы уже мертвы.

- Да знаю я.

Словно бунтующий подросток, Усио отвернулся.

- Всё потому, что я знаю, поэтому и принять этого не могу.

Усио глубоко сожалел. Он недооценил силу Такаи. Он сбежал. Но это была действительно могучая сила. И дело было не только в том, что Такая превзошёл Усио, но и в том, что он полностью затмил его. Он никак

не мог взять в толк. У Такаи не должно было быть подобных навыков, но всё же он был таким способным. А он в итоге оказался полностью зависим от защиты своих товарищей, и его сил хватило лишь на то, чтобы невредимым вернуться домой. Вопиюще позорно.

- И зачем я притащил его сюда? Не важно Кусама или Ивата, всё время только и слышу-Оги, Оги... Я что, и правда всего лишь мелкая сошка на пути к тому, чтобы стать великой личностью?

- Усио- сан.

- Я такой идиот. Как было бы здорово, если бы тогда я не привёл его сюда.

Казалось, он говорит от всего сердца. Когда он уходил прочь, его фигура выглядела необычно маленькой. После происшествия в Звёздном Гроте его доверие к Такае превратилось в полный недоверия комплекс неполноценности. Неожиданно, что такая борьба за власть и статус между мужчинами беспокоила и его. Накагава же ненавидел это больше всего, вражду между товарищами. Всё это могло закончиться расползающейся трещиной, как между Кусамой и Рэйдзиро.

Кусама, после происшествия с Акутагавой, заперся в своей комнате, отсылая посетителей прочь. Он даже отказался от своего командирского долга. Казалось, что он в трауре, однако больше это походило на то, что он боялся проговориться. Смерть Акутагавы плохо повлияла на Кусаму, до такой степени, что он потерял аппетит. Рэйдзиро же, напротив, был абсолютно бесстрастен. Он совершенно забыл, что такой человек когда- либо существовал. Не было преуменьшением сказать, что его без зазрения совести интересовали лишь собственные задачи.

Будет ли извержение вулкана? Подавленный Накагава вздохнул. В этот момент он услышал зовущий его голос. Он раздавался со стороны общежитий. Ответственный за доставку еды Оока в растерянности подбежал к нему. Что- то произошло...

- Наконец ты вернулся, Накагава. Я тебя ждал. Оги...он...он...

- Оги? Что с ним случилось?

- Следуй за мной.

Оока схватил Накагаву за руку и бегом потащил его к зданию администрации, где находилась комната Такаи. Снаружи комнаты стояло несколько встревоженных человек из медицинского персонала.

- Три дня прошло, а он ничего не ел. Он просто заперся в комнате.

- Что?

Накагава поднял брови.

- Что здесь происходит? Он там? Почему вы не войдёте в комнату?

- Эээ...потому что...те, кто вошёл были...

На самом деле, те двое, что ранее зашли в комнату, отравились. Один из них до сих пор был без сознания. Поскольку причина была не ясна, все слишком боялись заходить туда. Накагава мгновенно прервал рассказчика, не дожидаясь конца разговора. В спешке он попытался открыть дверь. Но она была заперта. Накагава с силой дёрнул дверь и ворвался внутрь.

- Оги- сан...

Такая был в комнате, он лежал на полу у стены. В мгновение ока на Накагаву обрушилось дуновение ядовитого воздуха. Он моментально ослеп. Но не отступил. Не теряя не секунды, он широко распахнул все окна. Затем он осторожно приподнял Такаю, чтобы быстро осмотреть его. Такая был уже в состоянии крайнего истощения.

"Плохо..."

- Принесите капельницу, живо. И шприц тоже.

Следуя полученным инструкциям, Оока и остальные заметались вокруг. Несмотря на то, что с тех пор, как Такая заболел, прошло время, пока Накагава был в отъезде, его состояние ухудшилось. Усугубляя ситуацию, Такая отказался от еды, ни словом не обмолвившись о том, что ему становится хуже.

- Оги- сан, ты меня слышишь?

Услышав голос, Такая медленно открыл глаза. Он был всё ещё в сознании.

- Почему ты никого не позвал на помощь?

Оказалось, что все были заняты, и никто не заметил состояние Такаи. Но Накагава имел все основания упрекать их. С тех пор, как в Битве в Звёздном Гроте он воспользовался своей духовной силой, здоровье Такаи сильно подкосилось. Его мучили продолжавшаяся лихорадка и потеря аппетита. Но не только в этом было дело. Накагава, не испугавшись яда Кихачи, продолжал заботиться о Такае, но остальные бежали от него, как от чумы. Перед тем, как уложить Такаю в постель, Накагава, не дрогнув, смело окропил комнату святой водой в попытке рассеять ядовитые испарения. Поставив капельницу, он, наконец, с облегчением вздохнул.

- Что случилось? Почему ты молчал и довёл себя до такого состояния?

Дело было не только в еде. Оказалось, что Такая совсем не пил. Расспрашивая Такаю, Накагава немного разозлился.

- Ты позволил себе потерять столько сил, ты хочешь умереть?

Такая отвернулся лицом к стене.

- ...Оги- сан.

- Просто оставь меня в покое.

Его голос был еле слышен.

- Не то, чтобы я хочу вмешиваться...

Не упрекая, но в большей степени жалея его, Накагава свернул в руках влажное полотенце перед тем, как положить его на лоб Такаи.

- Я врач. Как я могу бросить больного человека и не волноваться?

- ...Разве ты не боишься?

- Боюсь чего?

- Ты умрёшь...

- Если буду бояться, то как же я справлюсь с болезнью?

Накагава спокойно спросил:

- Ты боишься смерти?

Такая не ответил. Вместо этого, он мягко рассмеялся низким хриплым голосом.

- Похоже, что после всего ты оказался подселенным духом. Поэтому смерть тела тебя не пугает.

- ...Оги- сан.

- С тех пор как я с вами, ребята, я совсем запутался.

Если враг оказался подселенным духом, это не означало, что можно без зазрения совести убить его. Уничтожение вместилища духа было равносильно греху.

Такая медленно покачал головой.

Чем дольше он оставался с ними, тем больше запутывался. Жизнь, смерть и смысл существования. Человек, разговаривающий с ним, был определённо живым, несмотря на то, что существовал за пределами жизни и смерти. С каждым вдохом или толчком перегоняемой сердцем по венам крови, с ним всегда были тяжесть и боль, миг, когда окончится жизнь. Несомненно, это было не так просто. Несомненно, это было так больно, и всё же...

- Почему? Почему я не решился тогда...?- прошептал Такая, прикрыв глаза рукой.

- Что я наделал?..

Впервые Накагава стал свидетелем болезненных стенаний Такаи, в первый раз он увидел его слабую сторону. Накагава знал, что с его физическим состояние это никак не связано.

Перед ним Такая ни разу не проронил и слезинки. Но сейчас, человек перед ним был так слаб. Накагава понял.

Просто жизнь- уже грех.

"Зная это, ты всё же должен убивать"

Такая не мог понять. Попав сюда, он размышлял о причине, по которой он здесь находится. Он отверг миссию, которую выполнял вот уже четыреста лет- краеугольный камень, цель его существования- и потерял причину жить. В этот момент ни для кого не имело значения, жив он или мёртв, и жизнь его потеряла всякий смысл. Продолжая существовать, он лишь накапливал грехи. Дойдя до такого жалкого состояния, разве не должен он прикончить это тело и переродиться? Продолжая жить, он приносит другим один лишь вред. Он лучше всех должен бы знать, что рано или поздно он станет таким. Он должен найти приют в безлюдном месте. Тем не менее, он остался здесь. Почему он так поступил? Независимо от того, какой конец ждёт этот мир, он не имел права плыть по течению и жить так, как он жил. Он не мог понять. Если бы всё происходило четыреста лет назад, он безоговорочно бы совершил сеппуку. Но теперь...

Когда он превратился в такого слабака?

"Если я действительно так слаб, то так тому и быть..."

«Возможно, лучше было быть таким. В таком случае не было бы никакой силы, чтобы покончить с этим. И никакой бы воли не хватило, чтобы принять решение»- думал Такая.

-...Что я...Что я делаю...?

(На самом деле я медленно убиваю себя)

Накагава широко раскрыл глаза. Если бы Такая не был так слаб, он никогда бы не произнёс такие горькие слова. Эти неожиданные бросающие в дрожь мысли повергли Накагаву в шок. Его сердце разрывалось от боли, когда он смотрел на несчастного Такаю. Он не мог оставить его в одиночестве.

- Если ты действительно говоришь о грехе, тогда мы- подселённые духи- одинаково виновны. Но мы по- прежнему продолжаем жить.

-...

- Мы просто должны жить, верно?

Такая закрыл глаза. Пульсирующая боль затопила его голову. Он не мог думать. Может ли душа существовать, после потери тела?

- По крайней мере, ты всё ещё нужен нам. Нам нужно, чтобы ты жил.

Говоря это, Накагава мягко натянул одеяло на Такаю.

- Када знает о твоём состоянии. Он, возможно, был занят после инцидента с Акутагавой, но он по- прежнему очень за тебя волнуется. Прошу, позаботься о себе.

Сказав это, Накагава забрал тонометр и шприцы. Перед тем как уйти, он обернулся.

- На самом деле, я правда очень завидую тебе, Оги- сан. Я бы с радостью позволил себе пожить немного дольше. Поэтому, прошу, позаботься о себе, ладно?

Он повторил последнее предложение.

Такая уставился в потолок. Он чувствовал живительные капли, что через руку вливались в его кровоток.

Когда дверь захлопнулась, Такая закрыл глаза.

***

Тем временем, в коридоре Накагава неожиданно столкнулся с Рэйдзиро.

- Как Оги?

Последние новости он получил от Ооки.

- Ну, сейчас он очень слаб. Но я поставил ему капельницу. Так что, дня через два- три он придёт в себя. Какое- то время ему лучше отдохнуть.

Накагава считал, что психическое состояние Такаи требует большего внимания чем физическое.

- Двое отравлены. Один из них, кажется, серьёзно болен.

- Всё из-за недостаточных тренировок,- ответил Рэйдзиро.

- Кажется, после рейда за звездой духовная энергия Оги пришла в смятение и не в состоянии подавить яд.

- Ты думаешь, это происходит потому, что он проявил собственную духовную энергию?

- Возможно. Лучше не позволять ему больше пользоваться ею. Я чувствую, что в Оги есть что-то странное. Похоже, что срок его жизни сокращается, стоит ему воспользоваться своей силой.

- Ну, я разделяю твои чувства. Тем не менее, впереди нас ждут миссии поважнее и он нужен нам.

- Ты предполагаешь использовать его по- полной и после выбросить?- спросил Накагава.

Рэйдзиро, похоже, не выказывал и намёка на чувство вины на свои намерения.

- Я очень беспокоюсь. Удели его состоянию больше внимания. И дай мне знать если что- нибудь понадобится.

- Када...насчёт Кусамы...он...

Посреди фразы Накагава замолчал. Ему не хотелось, чтобы кто-то случайно подслушал их. Рэйдзиро, ничего не заметив, ушёл. Накагава мог лишь холодно смотреть вслед его удаляющейся фигуре. Только он собрался уходить, появился Усио.

Над ними, на втором этаже, располагались комнаты командования. Обычно туда ходили только тогда, когда нужно было встретиться с кем-то из верхушки.

- Что-то хотели?

Поджав губы, Усио, наконец, заговорил.

- Как Оги? Он в порядке?

- Если действительно беспокоитесь, пойдите навестите его.

Усио опустил взгляд. Он выглядел угрюмым.

- Не...моё дело.

Сказав это, он спустился вниз по лестнице. То, что он волнуется, было очевидно, но признать этого он не мог.

"Похоже, что кража звезды привела в действие неожиданные механизмы»

Из окна в коридоре Накагава пристально смотрел на лес. Красная листва почти вся опала. Лес приготовился к зиме.

"Куда мы идём?"

Они по- прежнему терялись в окружающем их хаосе.

***

"Что я делаю?"

Муто Усио думал о том же. Он сидел у камина в пустом зале для заседаний. Пытаясь привести в порядок мысли, он сватился за голову. Он чувствовал себя абсолютно бесполезным, словно раздираемый противоречиями ребёнок. Он просто не мог это контролировать.

Что же касается Такаи, то Усио не мог смириться со сложившейся между ними ситуацией. Он искренне раскаивался в собственной неосторожности. Это Такая опередил его и украл его звёздный час. Но ведь это он сам спасовал и выставил напоказ свою собственную слабость. Нет, смириться с этим он не мог. Как было бы здорово, если бы он не привёл сюда Такаю, но...

Почему же в последнее время у него так сильно болит голова? То, что теперь он мог пользоваться своей духовной энергией, было его достижением. Был ли способ избавиться от головной боли?

"Вот причина для беспокойства, да?"

- Я слышал Оги совсем плох, Усио.

Он поднял голову и заметил стоящего у входа в зал Ёсимуру, человека, для которого Такая был как бельмо на глазу.

- Он это заслужил. Этот красноглазый парень. И ты тоже. Бьюсь об заклад, ты никогда и представить себе не мог, каково это, быть идиотом, правда? Оги украл у тебя всё внимание. Ну, я уверен, что ты просто таки дымишься от ярости и не можешь смириться с этим фактом.

Состроив гримасу сочувствия, Ёсимура наклонился к Усио. В последнее время он усилил свои "нападения на Оги". Усио пытался смягчить его, но это имело неприятные последствия.

- Что ж, весь блеск победы в первой битве должен был достаться тебе. Такой подлости от Оги мы никак не ожидали. Для блага же Красных Китов мы должны избавиться от него. Посмотри, уже погибли два человека. Мы обязаны защитить наших людей. Прямо сейчас, мы отправим Кусаме прошение. Присоединяйся.

Ёсимура возглавлял рядовой отряд. Вокруг него всегда крутилась группка подхалимов. Это раздражало. Он ласково приобнял Усио за плечи.

- Будь одним из нас, Муто. Давай вместе избавимся от Оги. Как только он исчезнет, Кусама и остальные отдадут тебе всё своё внимание, я в этом уверен.

Усио равнодушно посмотрел на Ёсимуру и, сбросив его руки со своих плеч, вышел из зала.

- Какого чёрта? Эта кучка новобранцев, что за высокомерие! Проклятье.

- Забудьте. Давайте забудем о Муто...Настоящая проблема заключается в этом красноглазом парне.

В глубине глаз Ёсимуры пылало тёмное пламя.

- Оги Такая. Я непременно узнаю твою слабость. Даже не мечтай хорошо провести здесь время.

***

-... Как Када?

Это было посреди ночи, когда Такая вышел из забытья. Будто вспомнив о чём- то, спросил он Накагаву. Тот был рядом, чтобы дать ему переодеться. В этот момент Такая выглядел покрепче и его состояние, казалось, стало спокойнее.

- Он обсуждает некоторые планы сражения с Сомедзи и остальными.

- Он намерен атаковать...Хакути?

Накагава кивнул, при этом его лицо болезненно скривилось.

- О, ясно,- пробормотал себе под нос Такая. Он был в курсе новостей, касающихся Рэйдзиро.

Когда убили Акутагаву, Рэйдзиро находился с ним там, где это произошло. Рэйдзиро же, став свидетелем убийства, на месте уничтожил убийцу из клана Сого. Так говорилось в его докладе. Кажется те, кто владел внутренней информацией, не приняли это объяснение. Они знали, кто на самом деле убил Акутагаву.

Когда Кусама впервые услышал эту новость, он оцепенел. Она стала большим ударом. Словами не выразить то, как он был потрясён. Кровь отлила от его лица и в этот момент он задрожал всем телом. Перед тем как запереться в своей комнате, он в ярости избил Рэйдзиро.

Человеком, который убил Акутагаву, должен быть Рэйдзиро.

Для Кусамы это потрясение было слишком большим.

Новости о кровопролитии между товарищами должны храниться тайне. Такие доклады были не только вредны, но и разрушительны для морального духа отряда. Чтобы успокоить царящее в войсках тревожное настроение, Саманоске и остальные сделали всё возможное для того, чтобы представить происшествие как дело рук клана Сого. Таким образом, подтвердив доклад Рэйдзиро. Но ненависть Кусамы к Рэйдзиро достигла истерического уровня. В его разбитом сердце кипела ярость.

- Понятно, что он злится. Акутагава был словно важное звено, соединяющее нас с Тёсокабэ. Он был нашей точкой опоры. Убийство такого человека непростительно, даже если его совершил самый близкий друг.

Кусама никогда не ожидал, что Рэйдзиро прибегнет к таким крайностям. В связи с неудачей, план по доставке Ретсюмёсэй в Коти был приостановлен. Тем временем, Рэйдзиро продолжал разрабатывать стратегию и совершенствовать план нападения на Хакути. Ему помогали те, кто был уверен в том, что Акутагаву убил клан Сого. Они принимали активное участие в "Битве мести". На первый взгляд ситуация, казалось, вышла из- под контроля Кусамы.

-...выглядит всё это довольно плохо.

- Ты обеспокоен?

-...это не так.

- Но я знаю, что трещина между ними это и признак раскола в Красных Китах.

- Када был слишком опрометчив, действуя поспешно, не учитывая последствий. Он должен был знать, что убийство может превратиться в бунт. Ради будущего Красных Китов он не должен был этого делать. Но всё же он не смог сдержаться.

- Не говори мне, что ты знал, Оги- сан?

- О чём?

- О том, что Акутагаву убил Када.

- А что если и знал? То, что он делает, меня не касается.

- Не в этом случае. Как бы сказать... Он возлагает на тебя большие надежды.

- О чём ты говоришь?

- «Возможность использовать объединенную силу отдельных личностей- это и есть настоящие Красные Киты»,- говорил Када. Ты можешь, конечно, сказать, что это эгоистичные слова мошенника, действующего ради своей выгоды. Но на самом деле, только тот человек, который по- настоящему серьёзно относится к своему делу, может пойти на такие безумные поступки.

Дружелюбный Накагава, казалось, хорошо понимал Рэйдзиро.

- Всё потому, что он никому не может доверять, поэтому и действует в одиночку, взваливая всё на свои плечи. Если бы это был ты, тогда, возможно, ты смог бы стать его близким помощником. Ты можешь ему помочь?

- У меня нет таких способностей.

- Нет, есть.

В тишине Такая пристально смотрел на Накагаву.

- Не позволяй другим неправильно понять Каду. Будь источником силы и помоги ему.

-...Я не хочу брать на себя такую ответственность.

Притворившись равнодушным, Такая отвернулся. Правда была в том, что ситуация с Рэйдзиро очень его беспокоила. Словно шип, прокалывающий его сердце...С того самого дня...

"Жить, чтобы отомстить за себя"

В этом всё дело...Если действительно так...

"Тогда покажи мне это, Када Рэйдзиро"

***

Время отбоя прошло.

Усио не вернулся в свою комнату. Словно потерявшийся ребёнок, он сидел на стуле у фортепиано в дальнем углу огромного зала. Он бесцельно нажимал на клавиши инструмента. И всё ещё обдумывал то, что беспокоило его сердце.

Что было бы с ним...если бы этого парня не было рядом? Вот о чем размышлял он.

"Я единственный, кого втягивают в это дело"

Когда Рэйдзиро рассказал всем, что красный глаз Такаи может убивать, он этому не поверил. Лишь послушно подтвердил то, что было сказано, так что Такая тогда смог остаться в группе. Но в конце концов это оказалось правдой.

Стало известно, что накапливающийся в его теле яд опасен для окружающих. Но поскольку Цуруги- хама была священным местом, ее энергия подавляла яд его тела , и, следовательно, вредоносный эффект тоже уменьшался.

"Так значит, когда я впервые его увидел, все те духи, что собрались вокруг его тела...должно быть из- за этого"

Сегодня его яд поразил двоих.

"Этот человек, наверное, хочет быть один"

Больше можно было не думать о том, что Такая украл его звёздный час или стал для Усио препятствием.

"Я...что я должен сделать?"

Он ещё раз вздохнул. Глубоко уйдя в свои мысли, он пустым взглядом уперся в стену. Вдруг его внимание привлекла висящая на стене картина. Это был пейзаж с видом на Цуруги- хама. Он мгновенно вспомнил драгоценный фотоаппарат, который он привёз с собой. Где же он был? В суматохе последних дней он совершенно забыл о нем. Ему вдруг показалось, что это очень важно, поэтому он тут же вскочил и кинулся на склад.

Фотоаппарат лежал вместе с остальными его походными вещами.

Усио безмерно обрадовался, увидев свою драгоценную камеру, вещь столь же важную, как и его жизнь, лежавшую в полной безопасности среди остального багажа.

- Ох, мне так ужасно жаль. Я совершенно забыл о тебе...надеюсь ты хорошо себя вёл...

Будто укачивая ребёнка, Усио нежно прижимал фотоаппарат к груди. Ощущение веса камеры приводило его в восторг. Он был рад, что свёрнутые в трубочку негативы оказались целы.

"Да"

- Где же взять проявитель для негативов? Где он может быть?

В поисках проявителя Усио заглянул в комнату Накагавы. Здесь были пробирки, лупы и различное оборудование. От рассвета до заката Накагава просиживал в своей комнате, пытаясь найти способ нейтрализовать яд Кихачи.

- Я бы хотел проявить плёнку. Я очень привязан к своей камере. И все шаги я должен сделать сам, будь это фотографии или работа с негативами.

В руках Усио держал несколько свёрнутых в трубочку плёнок. Доброй души человек, Накагава согласился без колебаний. Очень скоро всё необходимое было готово. Специально для Усио Накагава даже превратил угол в своей ванной в "тёмную комнату".

"И что же вы там наснимали?" – поинтересовался он.

Усио начал колдовать над негативами. Накагава стоял рядом. Он внимательно наблюдал, как профессионально работает Усио.

- Ну, разные вещи и места. Есть Ия- но- яма1, и ущелья Обокэ2, и тому подобное.

В комнату на шум зашёл Эйкити. Накагава попросил простить их за беспокойство, и он присоединился к ним и внимательно наблюдал за разворачивающимся под руками Усио действом.

- О, понятно. Так вот как проявляют плёнку...Эй, а ты в этом совсем неплох!

Вскоре сонливость перевесила первоначальное воодушевление, и Эйкити ушёл к себе. Накагава же остался ещё на полчаса, прежде чем вернулся к своему эксперименту. Вся деревня погрузилась в тишину.

"Так...здесь кажется всё идёт хорошо..."

В свете красной лампы изображение начало проявляться, как только он достал негативы из ванночки с проявителем. Один за другим проверяя лежащие перед ним негативы, он вспоминал, как сделал эти кадры. Неожиданно он замер.

"Это..."

Что это он взял? Он отпечатал снимок на большом листе фотобумаги. Когда он почти высох, Усио отложил в сторону оставшиеся негативы и начал закреплять. Он сосредоточился на одной конкретной фотографии. Он бережно выполнил последнее действие. Вскоре Усио в изумлении стоял посреди превращённой из угла ванной "тёмной комнаты". Он просто не мог поверить, что этот снимок на самом деле сделал он.

"Такой красивый..."

Это была фотография Такаи, сделанная Усио в тот день, когда он путешествовал по горам Ии.

Всего одно мгновение, и прекрасный образ Такаи пойман и навсегда остался на негативе, а теперь он напечатан на листе бумаги и лежит перед ним. И это самое яркое и прекрасное из того, что он когда-либо видел.

"Так естественно, как только может быть"

Усио был полностью очарован увиденным.

Свет, отражённый от поверхности воды, капли влаги, скользящие вниз по гибкой, и всё же крепкой спине, и в меру мускулистые плечи - всё это идеально запечатлелось в переменчивых тонах негативов. Под кожей, демонстрируя напряжённую твёрдость, ясно проступала упругая мускулатура. Плавная, словно у антилопы, линия переходящей в бёдра талии. Можно почти почувствовать гладкость кожи на горле между грудью и поднятым к небу лицом. Аура опасного дикого животного и идеально сложенное тело - это было так захватывающе.

Выражение его лица, когда он смотрит в небо... Слегка приоткрытые губы...Это выражение...

Вскоре он заметил, что источник жизненной силы, исходящей от снимка - заслуга не

его таланта фотографа, а человека на фотографии. Он возник из уникальной энергетики запечатлённого на снимке человека. Жизненная сила рождалась из его тела.

В теле этого человека Усио чувствовал безгранично чистую жизненную форму дикого

животного. Принадлежал ли он к роду человеческому? Совсем беззащитный и целиком погружённый в природу Ии...

- Ааа...ааа?

На глаза Усио навернулись слёзы. Вскоре они свободно катились, стекая по его щекам.

Он больше не мог сдерживаться.

Давясь рыданиями, Усио тихо плакал, прикрыв рот рукой. После того, как он снова увидел Такаю таким, на него нахлынули глубоко похороненные в его сердце чувства. Обнажившись, его истинные чувства причинили ему невыносимую боль.

В нём откликнулось одиночество. Через фотографию Усио отчётливо чувствовал изолированность Такаи. Он разделил то же одиночество.

Один в темноте комнаты, Усио проплакал всю ночь.

***

- Только не говорите мне, что мы и дальше собираемся позволять клану Миёси бесчинствовать на нашей земле?

- Давайте немедленно пойдем на Хакути!

Ранним утром следующего дня в зале для совещаний слышались гневные голоса и спор. Собравшиеся там отряды подняли бурю негодования, гневно требуя отомстить за смерть Акутагавы.

- Как долго мы должны молчать и игнорировать убийство Акутагавы?

- Око за око. Мы, Красные Киты должны стоять на своём.

- Давайте обратимся к командованию. Атаковать Хакути немедленно, тотчас напасть на замок Хакути.

Услышав шум, Хикава Саманоске подошёл к окну, чтобы посмотреть, в чём там дело. Эйкити и Накагава, оба, уже были у окна, наблюдая за происходящим в зале волнением.

- Что происходит? Только рассвело.

- Они требуют нападения на Хакути и мести за Акутагаву.

Судя по всему, последнее время, волнение и требования захвата Хакути, росли день ото дня. Недовольство, наконец, прорвалось наружу.

- Атаковать Хакути! Мы хотим атаковать Хакути и отомстить за Акутагаву- сама!

- Миёси и Сого ответят за всё!

Толпа быстро росла. Если оставить всё как есть, это перерастёт в восстание. Саманоске как раз готовился разогнать толпу, когда на пороге появился Рэйдзиро.

- О, это Када- сан!

Толпа немедленно потекла к Рэйдзиро, продолжая скандировать и требовать наступления на Хакути и мести за Акутагаву.

- Все вы, прошу тишины.

Ранним утром грохочущий шум эхом отзывался в долине. Рейдзиро поспешно поднялся на трибуну и оказался лицом к лицу с толпой.

- Мне жаль, что заставил всех ждать. Я прекрасно понимаю ваш пыл. Злым деяниям клана Миёси и войск Сого нет прощения. В такое время, наше возрождение абсолютно бессмысленно, если мы не настоим на своём. Мы, Красные Киты, единственные в Тосе, кто может защитить нашу родину от грязных лап Оды.

"Када..."

Накагава и другие попытались остановить его , но было уже слишком поздно.

- Идём в наступление на Хакути, прямо сейчас!-

не колеблясь, крикнул Рэйдзиро.

- Атакуйте Хакути, захватите Сикоку!

Приветственный отклик прокатился по предгорьям, будто попытавшись сдвинуть за

собою скалы.

***

Наконец, день наступления на Хакути был назначен.

Могло показаться, что это решение явилось на свет из-за волнения в войсках. Но так ли это было на самом деле? Фактически, все подготовительные операции вращались вокруг Рэйдзиро. Разные это были решения. Дрожь предвкушения будущей битвы пронеслась по войскам.

Однако существование Хакути было жизненно важным для клана Того. За битву придётся заплатить огромную цену. В наступлении Рэйдзиро намеревался использовать недавно полученную Ретсюмёсэй. Но ему нужно было одобрение Кусамы. Поскольку наступление на Хакути больше не было его личным решением, но требованием всего войска, Рэйдзиро был уверен, что Кусама не сможет отказать. Но он ошибся. Кусама неожиданно отказал им. Он не разрешил использование Ретсюмёсэй. Он был непреклонен. У Рэйдзиро не осталось другого выбора, кроме как договариваться с Кусамой лично.

- Как ты не поймёшь...!? Кусама!

Солнце только что встало, а Рэйдзиро уже был в штабе командования. Он был вне себя, взывая к сидящему в противоположном конце стола Кусаме.

- Если мы лоб в лоб нападем на Хакути, битва несомненно будет жестокой. А если мы воспользуемся Ретсюмёсэй, больших потерь можно будет избежать. Если не сейчас, то когда?- умолял Кусаму Рэйдзиро. Но Кусама лишь уставился в стену. Никакого ответа.

Возмущённый Рэйдзиро воскликнул:

- Почему? Кусама!

- Почему...почему...?

Сидевший в молчании Кусама неожиданно обернулся и холодно посмотрел на Рэйдзиро.

- ...Это же очевидно. Рэтсюмёсэй принадлежит Нобутике- сама, а не нам. Нельзя использовать её в обыденных местных битвах.

- Обыденных? О чём ты? Тебя не беспокоит, что умирают наши товарищи? Разве Ретсюмёсэй существует не для того, чтобы избежать этих жертв?

- Разве мы не решили, что в первую очередь Ретсюмёсэй предназначена лишь для Нобутики- сама? Мы не можем ослабить или осквернить звезду своими руками.

- О чём ты говоришь? Ретсюмёсей предназначена для битв. Тёсокабэ она не принадлежит. Мы лишь забираем то, что и так принадлежит нам. Она- собственность Красных Китов.

Рэйдзиро так волновался не без причины. Сейчас Ретсюмёсэй находилась в храме Оцуруги3 на вершине Цуруги- хама. Её по очереди надёжно охраняли их товарищи. И ключ от замка на крепких дверях храма, где хранилась Ретсюмёсэй, Кусама держал при себе. Это был сложный замок, слитый с сильным заклинанием, сделанный собственным слесарем Красных Китов. Без ключа никто, включая Рэйдзиро, не мог забрать Ретсюмёсэй.

- Прошу, дай мне Ретсюмёсэй. Позволь использовать её в наступлении на Хакути.

- А если я не соглашусь, ты убьёшь меня, Рэйдзиро?

Рэйдзиро ошеломлённо поднял голову. Кусама смотрел на него холодным взглядом.

- И ты имеешь наглость приходить сюда, требуя Ретсюмёсэй, Рейдзиро?

- Кусама...

-Ты действительно думаешь, что я ничего не заметил?

-...

- Я глубоко возмущён твоими поступками.

Голос Кусамы был смертельно холоден, а взгляд полон тьмы.

- Ты отнял у меня самое важное. Нет, не у меня. Я должен сказать, что ты отнял самого важного человека у Красных Китов.

- Кусама...

- Я никогда не прощу тебя. Посмотри, что ты со мной сделал. Один только вид твоего лица заставляет мои руки трястись от ярости. Ты ещё не обнажил свою саблю по той лишь причине...что...ты ждёшь, что я сам отдам Ретсюмёсэй? Я прав?

Убийственная аура окутала этих двух- застывшее лицо Рэйдзиро и глумливая улыбка Кусамы.

- Я и правда зол, Рэйдзиро.

- Кусама.

- Я никак не ожидал, что ты окажешься таким человеком. И ведь правда, как остроумно. Убив Акутгаву и возложив вину за это на клан Сого, прямо сейчас ты разжигаешь пламя мести в наших товарищах. Ты умно провернул обман, под видом мести подавая свои эгоистичные мотивы. И это твой план? Какой блестящий человек. Какой презренный человек. Ты всё продумал. Будь ты проклят. Ты...что же ты наделал?

Кусама обеими руками с силой надавил на столешницу.

- Сейчас я всё дальше и дальше от Тёсокабэ- сама. Красные Киты утратили важную опору. И это всё твоя вина. Твоя вина, Рэйдзиро!

- Кусама...

- Акутагава- сама всем сердцем заботился о нас. Он одобрял меня. Он должен был стать одним из наших командующих...а ты...

- Послушай, Кусама. Всё не так. Под маской ты не увидел его истинного лица. Этот человек, Акутагава, был совсем не таким, каким ты его видел. Вообще- то, он нас даже за людей не держал. Пока мог, он лишь использовал нас. Как только он высосал бы из нас все соки, то сразу же бросил.

Отказываясь признать доводы Рэйдзиро, Кусама сам начал наступать на него и сердито выкрикнул:

- Мне всё равно каким человеком он был. В нашей ситуации он был необходим. Даже если это значило отказаться от наших прошлых сожалений, преодолеть трудности и двигаться вперед, этот человек был необходим.

- Неправда. И без этого человека, мы ещё можем сделать это. Сами, шаг за шагом. Без чьей- либо помощи. Если мы не сможем идти к нашей цели, мы будем ползти к ней.

- Я больше не хочу слушать твои проповеди.

- Нет уж, я хочу продолжить. Тебя использовали, Кусама. Тот человек использовал тебя, как используют кошку или собаку.

- Следи за словами, Рэйдзиро!

Лицо Кусамы было багровым от ярости.

- Независимо от того, кто еще есть...Акутагава- сама был тем, кого нам совсем нельзя потерять. Его жизнь имела первостепенное значение для возрождения Тёсокабэ! Слушай! Не стоит заблуждаться...он был намного важнее тебя!

Рэйдзиро не мог дышать. Его грудь будто разрывалась на части. Глаза Кусамы были влажными от слёз. Он не был в смятении, но сожалел. Он действительно это имел в виду?

Немного помолчав, Рэйдзиро сказал:

- Лучше, если бы умер я?

-...

- С самого начала мы были вместе, с тех пор, когда у нас ничего не было и до этого самого момента. Сравнивая с Акутагавой...он что, и правда важнее меня?

- Да. Акутагава был такой человек, которому можно доверять и на которого можно было положиться. Будь то знания или интеллект, он далеко обогнал всех нас. А ты, ты способен только ломать. Ничего, кроме убийства. Почему, Рэйдзиро? Почему ты убил Акутагаву- сама? Почему ты забрал его у меня? Как мне жить без него? Это конец Красных Китов. Это всему конец.

Кусама потерял контроль и заплакал. Он громко рыдал словно полностью подавленный воспоминаниями о своей потере. Рейдзиро стоял молча.

Когда слёзы высохли, он попытался выровнять своё дыхание. Нет смысла плакать. Акутагава не вернётся. Он наконец- то успокоился. Глубоким низким голосом он сказал Рэйдзиро:

-...я не позволю тебе использовать Рэтсюмёсэй. Если ты действительно хочешь завоевать Хакути, используй свою собственную силу, Рэйдзиро. Если понял- уходи.

Сказав это, Кусама повернулся к Рэйдзиро спиной. Больше он не обернулся. Рэйдзиро охватила нерешительность. Он должен сдаться? Перед тем как выйти из комнаты он протяжно вздохнул.

Кусама не обернулся даже тогда, когда за ним захлопнулась дверь.

Через открытое окно он смотрел на раскачивающиеся на ветру ветви деревьев. Утреннее солнце, словно яд, разъедало образовавшуюся между ними трещину.

Глава 2.Встречный ветер приходит с моря.

- Та-а-ак, посмотрим...как же там было...Вот, Мима-асэ, посмо-отри же. Урадо-о открывая. Словно лунный све-ет прекрасна-а. Кацураха-ама. Приходи, приходи же ночью,1- напевал молодой человек, с пристани разглядывая Большой мост Урадо2.

Повсюду, насколько хватало глаз, были пришвартованы многочисленные рыбацкие лодки. Большой мост Урадо перекинулся через всю бухту Урадо- настолько гигантский, что под ним может пройти даже корабль весом десять тысяч тонн. На противоположном берегу раскинулся знаменитый пляж Кацурахама. До того, как построили мост, чтобы объехать бухту по берегу нужно было больше часа ехать на машине. Несмотря на высокую пошлину за проезд, водители всё- равно были в восторге.

Он повернулся к стоящему рядом Яманаке Сиканоскэ.

- Вот он- ежедневный рабочий маршрут. Ради повседневного комфорта каждый готов выложить кругленькую сумму. Как жестоко.

Ясуда Нагахидэ усмехнулся, откусывая от своей обжигающе горячей поджаренной на гриле каракатицы.

- Эх...Должно быть жители Урадо имеют неплохой навар от платы за въезд.

- Какое же красивое место, чтобы построить город,- выйдя из машины, пробормотал Яманака Сиканоскэ и пристально посмотрел на выступающие с противоположного берега горы.

- Изначально, замок Урадо принадлежал клану Мотояма. Резеденцией же Тёсокабэ он стал после того, как его завоевал Тёсокабэ Мототика. Сейчас, без башни Тэнсю3, замок Урадо был лишь частью парка Кацурахама. В Эпоху же воюющих провинций, когда на этих землях господствовал Тёсокабэ Мототика, его цитадель находилась в самой их глубине. Примерно в девятнадцатом году эпохи Тэнсё (1592 г.), когда Мототика стал стар и слаб, Урадо полностью перешёл в распоряжение Хидэёси. Первоначально этот район был территорией врага Тёсокабэ клана Мотояма. Замок Канэзаки, построенный Мототикой для вторжения в замок Урадо, стоял на месте моста.

- Похоже, что замок Урадо - это развивающийся мощный стратегический пункт. Я вижу хорошо охраняемую границу.

Ясуда Нагахидэ презрительно фыркнул.

- Итак, это последние воины Тёсокабэ?- он всё ещё жевал свою каракатицу.

Позднее это место превратилось в парк с видом на море, такой ландшафт подходил ему намного больше.

- В таком случае, как нам следует возобновить наше наступление?

Тело Чиаки Сюхэя Ясуда Нагахидэ потерял в Асо. Прямо сейчас он вновь переродился в новое тело и выглядел иначе. Его изначальное тело было уничтожено и обратилось в пепел после мощных волн проклятия Нобунаги. Последствия прямого попадания разрушающей душу волны и изгоняющей силы были ужасны. Невероятная сила почти разорвала его душу на куски. Несмотря на то, что он призвал всю свою силу, Чиаки всё равно был в ужасе от того, как прямо на его глазах взорвалось его тело. Но это был не конец. По крайней мере ему удалось сохранить ядро своего сознания нетронутым.

"Повезло так повезло"

- Предатель! Я хочу убить тебя! Я должна убить тебя!

Харуиэ, вся в слезах и крови кричала на него. Она была в клетке. После того, как Ранмару и остальные ушли, они остались наедине. Из- за толстой стеклянной панели она прожигала его полным кипящей ненависти взглядом.

- Как ты мог переметнуться к Оде...? Никогда не видела никого отвратительнее тебя!

- Два года назад, увидев, что ты вернулся к Уэсуги и то, как тебя поддерживал Кагэтора, я на самом деле поверила в тебя. Какой же я была дурой. У тебя и правда нет ни принципов, ни самоуважения, ни чувства справедливости. Ты грязный и совершенно бесстыдный человек! С самого начала ты жил только для себя.

Аяко бросала в лицо Нагахидэ все оскорбления, какие только могла придумать. Она кричала срывающимся голосом и стучала в стекло пока не разбила руки в кровь.

- Я сама убью тебя, своими руками!

Нагахидэ лишь холодно смотрел, не выказывая эмоций. Толстый стеклянный барьер был не перед ним, а в его сердце.

- Шелудивая псина Оды!

"Давай. Выговори всё, что на сердце"

На лице Нагахидэ появилась слабая улыбка. Он и не ожидал, что кто- нибудь поймёт его... в этом не было необходимости.

- Город Коти тоже на вражеской территории. Просто здесь нужно быть осторожными.

Слова Сиканоскэ нарушили ход мыслей Нагахидэ. Он глубоко вздохнул и запихал остатки каракатицы целиком себе в рот.

- Вот, где "голова" Тёсокабэ. Вот откуда мы сможем отследить отношения между тем, кто засел в замке Урадо и тем, кто украл Рэтсюмёсэй.

- Будет сделано.

По приказу Ранмару, Нагахидэ и Сиканоскэ прибыли в Коти, чтобы проверить слух о возрождении Тёсокабэ. Сикоку- священная земля Кобо- дайси, великого мастера заклинаний, здесь даже Оде было не просто. Феномен расставленных повсюду духовных барьеров усложнял проникновение и манёвры Оды. Если Нобутика возродится, то у Оды останется два варианта- найти с ним общий язык или уничтожить. Не колеблясь, Ранмару дал приказ "уничтожить". Пока было неясно, соответствуют ли реальности слухи об источнике накапливающейся силы.

Нагахидэ, сидящий на водительском сидении арендованной им машины, повернулся к Сиканоскэ и сказал:

"В любом случае, наше главное задание- проникнуть на Сикоку. А что касается тех подселённых духов, мы можем не обращать на них внимания. Нам нечего их бояться."

- О, почти забыл. Ты ведь тоже подселённый дух,- прикинувшись дурачком, заметил Нагахидэ.

Но Сиканоскэ был прилежным учеником. Перед визитом на Сикоку он принял необходимые меры предосторожности. Он обладал относительно высокой духовной силой, владел способностью превращать лунные лучи в различные заклинания и мог сражаться с перерождённым на равных. Тем не менее, Нагахидэ казался не слишком заинтересованным, да и намерения понять его не имел.

Он вставил ключ в замок зажигания и завёл двигатель. Снова он чувствовал себя неуютно в собственном теле. У него всё ещё сохранились его старые привычки. Будто меняешь свою машину на новую.

«Ты несерьёзно у этому относишься»,- вспомнил вдруг он слова Такаи. Он не знал наверняка, чувствуют ли Кагетора и Наоэ при перерождении что-то подобное, с виду перерождение не доставляло им никакого дискомфорта. Он же чувствовал себя странно, будто что-то было не так.

"Во всяком случае, это не в первый раз"

Нагахидэ нажал на акселератор и повернул руль. Не эмоции, но что-то вроде того, когда куришь ту же марку сигарет, но на вкус они кажутся горькими. Возможно, у этого тела был другой набор вкусовых рецепторов.

Слева за окном проносился залив Урадо, они взяли курс в сторону города Коти. Сиканоскэ изучал карту.

- Кажется, произошедшее на этот раз серьёзнее, чем мы себе представляли.

Новости о Рэтсюмёсэй и нападении на Звёздный Грот они узнали от Ранмару.

- Ранмару- сама влип. Он получил жёсткий выговор. Но, ничего не поделаешь, Ретсюмёсэй нужна для большого проекта, что ждёт нас впереди. Возможно с плеч сторонников клана Сого скатится пара голов.

В этом была причина того, что нагрузка на Саманоскэ и Нагахидэ возросла. Им поручили убийство Тёсокабэ и захват Рэтсюмёсэй. Они подозревали, что ответственные за нападение на Звёздный Грот и были тем самым источником растущей силы, о котором ходило так много слухов.

- Снова у нас проблем выше крыши.

- Да уж. Но если мы выполним два задания, то скорее всего, получим повышение.

Сиканоскэ загорелся. Он был готов к работе. Нагахидэ с сигаретой во рту, крутил руль одной рукой и смотрел в центр дорожной разметки под колёсами автомобиля. Что касается Грота, Датэ Кодзиро уже ушёл вперёд и расследовал это дело. Расследование на месте происшествия всегда поручалось Кодзиро. Нагахидэ не знал как много он мог сделать на самом деле.

«Что же, посмотрим, насколько этот юный мастер искусен»

Что важнее, в присутствии Кодзиро его не покидало чувство, что за ним наблюдают.

- Опыт- это ключ,- пробормотал себе под нос Нагахидэ перед тем, как переключить мозг на следующий предмет, на слухи об источнике растущей силы. Основное внимание уделялось битвам местного значения, во время которых от окраины Коти захватывались территории кланов Аки и Итидзё. Очень быстро они стали мощнее. Сначала предполагалось, что подселённые духи лишь инсценируют местные бои сопротивления. Но неожиданно, они превратились в организованное движение. Так же было известно, что духи вовлечённые в эти битвы не ограничивались Усобицей Духов.

"Мстительные духи организовали своё движение сопротивления?"

Кланы Аки и Итидзё, с которыми они столкнулись, раньше представляли собой могучие силы разделившие с Тёсокабэ территории Южного Сикоку. Таким образом, восток принадлежал Аки Куниторе4, а запад Итидзё Канэсаде. Род Итидзё имел благородные императорские корни. После того, как Тёсокабэ изгнал Канэсаду, он укрылся у Отомо Сорина и в последствии крестился в католичество. Аки Кунитора же отступил на восток Тосы, туда, где сейчас базировался клан Аки и господствовал над Восточным Крылом Тосы. Когда Тёсокабэ начал интенсивное наступление на город, он отдал свою жизнь, чтобы спасти войска и подданных. Он был смелым воином. Многие из его войска охотно последовали за ним тропою смерти, чтобы стать его похоронной жертвой. Одно это свидетельствует о том, что для своих подданных он был уважаемым господином. Аки и Итидзё- фактически разгромленные Тёсокабэ были первыми двумя кланами, которые возродились в Усобице Духов. Они восстановили контроль над Тосой. И всё это сопровождалось восстанием движения сопротивления подселённых духов.

- Интересно. В целом, они должны были заручиться верностью с соседними онрэ.

Они оказались довольно независимыми. Как бы то ни было, если бы они были последними подданными Тёсокабэ, то головоломка бы сложилась. Видимо, сторона ответственная за создание в Урадо барьеров и была тем самым "элементом сопротивления".

- Ну, после того, как мы покончили с этой сушёной скумбрией, давай- ка соберём в кучку всю нашу галантность, и нанесём визит этому "элементу сопротивления". Мстительные духи, не прячьтесь, покажите мне кто вы такие на самом деле и что можете.

Автомобиль двигался в направлении Коти и въехал на центральные улицы города. На высокой платформе была отчётливо видна вторая резиденция Мототики. Замок Отакасака5.

***

- Кончай шутить, я не могу быть командиром отряда. Не решай за меня. Я отказываюсь!

- Не надо так сразу. Может у Красных Китов и есть не мало храбрых воинов, но никто из них не в состоянии командовать войсками и вести их за собой.

- Прости, но я тоже не в состоянии.

- Не пытайся меня обмануть. В Звёздном Гроте мы видели всё своими глазами. Именно ты тогда командовал. Несмотря на то, что там были я и Кусама.

Такая не мог опровергнуть его слова. В критической ситуации привычка командовать людьми невольно проявила себя. И Рэйдзиро увидел это.

- Ты быстро раздаёшь приказы- выполнимые, полезные и прямые. Это идеально. А что касается этой битвы, то нам нужен выдающийся командир. Это особенно касается партизанской войны, успех в которой сильно зависит от качеств командира отряда. От командира зависит жизнь и смерть войска.

-...Я не могу пользоваться своей духовной силой.

- Не обманывай меня. Ты намеренно прячешь её.

И снова его раскусили. Такая неохотно посмотрел на Рэйдзиро. Человек перед ним развил у себя пронзительный взгляд и отказался быть обманутым другими. В общении он был нелёгким человеком. Рэйдзиро уселся на стул и, поигрывая пистолетом, закинул обе ноги на стол.

- Если ты намерен настаивать, что не можешь пользоваться своей духовной силой, то просто прими командование на себя и отдавай приказы в битвах, - сказал Рэйдзиро.

- Так будет даже лучше, - улыбнулся он.

Приняв надменный вид, Такая взял свои эмоции под контроль.

- Даже если я соглашусь быть в команде, остальные всё так же не выносят меня. Никто не захочет выполнять приказы новобранца, да ещё и современного человека. Разве не вы, ребята, сделали меня, современного человека, целью для своей ненависти, а, мстительные духи?

- Красные Киты - это братство онрё. Но это не означает, что все они терпеть не могут современных людей.

Рэйдзиро прекратил играть с пистолетами.

- Я с радостью приму в команду любого, кто помнит, каково это - быть униженным. И не имеет значения, если человек уже умер. Для меня в этом вся суть Красных Китов. Я говорю это от всего сердца.

- Возможно, так видишь ситуацию ты, но не остальные.

- Даже если сейчас всё так, однажды, они разделят мои убеждения.

Рэйдзиро говорил со всей серьёзностью.

- Красные Киты принадлежат к тем, кто ненавидит диктатуру, власть и подчинение. Это братство людей, связь между которыми проходит через их сердце.

- Не шути так. Как могут мёртвые объединиться с живыми? Именно из-за ненависти и существуют мстительные духи. Они умерли против своей воли, ненавидя весь мир. И всё, чего они хотят- это мстить и разрушать.

- Говоришь так, будто ты и сам мстительный дух.

Такая застыл.

- В чём разница между живыми и мёртвыми? Только лишь в телах. С существованием это не имеет ничего общего. Разница в том, как мы существуем. Не думаю, что это представляет собой большую проблему или препятствие. Главное- сердце.

- Мне от твоих слов не по себе.

Такая твёрдо добавил.

- Вы разрушаете барьер, который нельзя разрушать изначально. Смерть- это последняя ступень в жизненной последовательности. Если пропустить эту ступень, воцарится хаос. Очень опасный исход. И нет в этом ничего общего с правосудием или правотой. Если мы утратим нашу точку опоры, мы больше не сможем судить. Жизнь и смерть это вещи, которые позволяют дать определение существованию. Этот барьер никогда не должен быть уничтожен. И вас никогда не должно быть...

- Небеса не позволят нам существовать, если не пожелают этого.

Слова Рэйдзиро поразили Такаю прямо в сердце. Когда это было? Нет, такими же точно словами он утешал себя и оправдывал собственное существование перерождённого.

- Отлично, по- рукам. Нужно сказать об этом Кусаме.

...его отношение - чертовски высокомерно. Он позволит это? Он позволит такое посягательство?

- Все вы и правда позарившиеся на чужие территории захватчики. Это грех. Думаешь, это позволено?

- Что ты пытаешься сказать?

- Тоже самое, что и вторжение в другую страну. Недопустимо. Ради своего собственного существования вы наносите вред другим. Это единственное, чего нельзя допустить.

- Пытаешься сказать, что ради всеобщего блага мы должны исчезнуть из этого мира?

- Для нас, мстительных духов, прервать существование, всё равно, что убить живое существо. Если у современных людей есть демократия, то у нас- свои духовные права.

- Вредить другим неправильно...!

- Ну, вот они мы, прямо сейчас живём в этом мире и будем жить.

Оба искоса посмотрели друг на друга.

- Оги, я не могу помешать тебе ссылаться на последовательность существования, но это доказательство для меня лишь неопределенные слова. Существование- вот, что главное. Быть или не быть, вот и всё.

- Ты на самом деле современный человек. И хотя все мы люди, между учениями различных эпох есть значительная разница. Нет ничего непростительного в том, чтобы забрать у другого то, что тебе необходимо, чтобы выжить самому. Миром правит естественный отбор. Я же буду жить, даже если Небеса не позволят.

Такая молчал и продолжал искоса смотреть на него.

- Подумай о кандидатах, пока будешь формировать отряд. Я уверен, что Ёсимура будет исполнять твои приказы.

- Ты хочешь, чтобы я командовал отрядом в партизанской армии?

Услышав слова Рэйдзиро, Такая наморщил лоб.

- Прошу, избавь меня от таких шуточек...Я не справлюсь с этим.

Это произошло, когда Красные Киты находились на базе в предгорьях Цуруги- хама. Такаю вызвали к Рэйдзиро в командный штаб. Лечение Накагавы возымело действие, он выздоравливал и теперь был способен передвигаться. За три дня до планируемого наступления на Хакути, посреди ночи, Рэйдзиро сообщил Такае одну новость.

- Хорошенько позаботься о своём здоровье и побыстрее восстанавливайся. Мы решили, что ты участвуешь в наступлении на Хакути.

Было известно,что в битве примут участие сто двадцать человек. Для Красных Китов это было генеральное сражение. Их должны были разделить на четыре отряда. Первый будет возглавлять Рэйдзиро, второй- Саманоскэ, третий- Эйкити и четвёртый, партизанский, Рэйдзиро хотел, чтобы возглавил Такая. Он сделал действительно большое исключение- доверить кому- то, одновременно и новобранцу и современному человеку, возглавлять генеральное сражение. Такое резкое продвижение по службе было просто невероятно, кроме того, это было единоличное решение Рэйдзиро. Такая отчаянно сопротивлялся.

- Ты переоценил меня. От этой просьбы могут быть одни неприятности.

- Даже не думай, что сможешь обмануть меня, Оги.

Пронизывающий взгляд Рэйдзиро был прикован к Такае и выражал исключительную искренность.

- Несмотря на то, что я понятия не имею кто ты есть на самом деле, но, неважно как ты пытаешься это скрыть, бессознательно ты показываешь это.

Такая протестующе уставился на Рэйдзиро.

- Не имею ничего против, и мне наплевать на твою реальную личность. В любом случае, партизанский отряд должен быть под твоим командованием. Это приказ.

"А если я не подчинюсь, ты собираешься убить Усио?"

Будь это Кусама, Такая бы ещё сомневался, но это был Рэйдзиро, и с ним было возможно всё.

- Рэйдзиро, ты действуешь упрямо и жёстко. Никто не будет тебя слушать.

- Неважно, если не будут. Несмотря на это, нам нужен кто-то, кто станет первым, чтобы открыть нам путь вперёд.

Рэйдзиро очень ясно видел свою миссию.

- Вперёд на Хакути. Всю ответственность беру на себя.

Информация о разделении войск на отряды просочилась за пределы командования ещё до собрания. Мгновенно среди воинов поднялись волны резкого протеста. Ёсимура даже организовал группу протеста и начал кружить вокруг Рэйдзиро , требуя отстранить Такаю. Тем не менее, Рэйдзиро не согласился. Он оказал им холодный приём, припугнул и выставил вон.

Ярость Ёсимуры переместилась в подполье. Он собрал банду в своей комнате , чтобы обсудить ответную стратегию.

- Давай не будем участвовать в битве, Ёсимура.

Это было мнение большинства.

- Если мы откажемся от битвы, командование запаникует. В этом случае они не смогут нас проигнорировать.

- Да, Ёсимура, давай не пойдём. Воспользуемся этим, чтобы выгнать Оги. Как бы это сказать...в сегодняшних условиях...бой...бой...

- Общий бойкот.

- Да, это оно. Без нас они не смогут вторгнуться в замок Хакути. Кто важнее, мы или Оги? Када- сан должен знать.

Но Ёсимура не пошёл на это. Он знал, что с Рэйдзиро этот номер, скорее всего, не пройдет.

- Этот человек не позволит нам Такаю и пальцем тронуть. Если поспешим, то избавятся...от нас.

- Тогда, что же нам делать?

- Слушайте меня,- сказал им Ёсимура. Под внешним спокойствием бушевало адское пламя.

- Сейчас, самое главное привести Рэйдзиро в чувство. Это наша главная задача. У меня есть план, с его помощью мы непременно выкинем Оги из Красных Китов.

- Вы ещё увидите,- тихо выругался Ёсимура, пока его пальцы перебирали цветки посконника6, прежде чем вырвать их с корнем.

***

Вечером на Цуруги- хама выпал снег.

Почти вся листва уже опала. Весь лес был окутан холодом. Из дома невозможно было выйти без верхней одежды. Время от времени, слышалось доносившееся издалека мычание оленя.

Такая сидел на сосновом корне. Куча опавшей листвы зимой превратилась в рассадник насекомых. Он слышал звук бегущей воды. Ощущая под собой древесный ствол, он мог чувствовать его нежное тепло. Оставаясь так близко к дереву он расслабился. Как- будто он общался с кем-то. Такая, кажется, полюбил это дерево.

Опустив взгляд, он обнаружил, не пойми откуда взявшегося, зелёного богомола. Он удивился, увидев его в это время года. Богомол был занят тем, что пожирал кого-то. Это была стрекоза, наверное последняя стрекоза в этом году.

Старый и слабый богомол молча поедал свою жертву. Будто это была его последняя трапеза. Такая тихо сидел и наблюдал за богомолом, пока тот полностью не закончил есть.

- Миром правит естественный отбор.

"Вредить кому-то, чтобы существовать дольше"

Но именно так в материальном мире проводится контроль и сохраняется баланс. Так называемая пищевая цепь. Чтобы выжить, они потребляют другие виды. Конкурируют, чтобы размножаться. Лишь сильный имеет право произвести на свет потомство. А затем, он очистится. Для него, для расы и для клана- всё продолжалось во имя жизни...и не важно была ли это обоюдная агрессия или вторжение. Неужели всё было зашифровано в жизненной последовательности?

- Если у современных людей есть демократия, тогда у нас- свои духовные права.

Права на жизнь...

"Если так, то рано или поздно мировой баланс будет нарушен "

Не важно, будь они подселёнными духами или перерождёнными. Они оба были захватчиками. И ничего в этом не было, кроме греха. Мстительные духи слишком ненормальны, чтобы рассуждать о первенстве, не говоря уже о совести. Именно потому, не объявленные вне закона, они должны исчезнуть. Несмотря на реальность, подселённые духи продолжали упорствовать, бессмысленно раз за разом повторяя цикл. Души мёртвых, которые должны были очиститься, продолжали жить. Остаточные эмоции и несбывшиеся желания задержались в них после смерти. Источник греха приходит из ядра сознания.

"Ядро сознания нарушило теорию жизни"

- Если хотите контролировать появление мстительных духов, вам придётся изменить мир.

"Когда же Наоэ произнёс эти слова?"

- Мстительные духи продолжат появляться, если только это не мир, где можно умереть без обиды, без боли и ненависти.

Когда мир станет таким, в тот же день их миссия завершится.

- Боюсь, этот день никогда не наступит.

"Ради его прихода мы и продолжаем бороться... "

- Если нас одолела усталость и мы жалуемся на бесконечную жизнь, значит нужно приложить больше усилий, предотвратить появление мстительных духов и работать ради появления такого мира.

Так однажды сказал Наоэ.

"Мы можем это сделать"

Это были всего лишь слова. Такой идеал был слишком далёк, намного дальше, чем конец света. Независимо от чудовищности своей силы, он просто не мог помочь иначе, как смириться с беспомощностью своего существования, будучи подхваченным течением в эпоху трагедий. Дорога к идеалу была всё дальше и дальше.

"В конце концов, искажённое сознание человека будет по- прежнему оставаться в этом мире"

Если обоюдная агрессия и вторжение были зашифрованы в жизненной последовательности, как же тогда остановить появление мстительных духов? Во имя предотвращения несчастий и потерь этой жизни, нужно было обладать колоссальной праведностью. И если эта праведность вступала в конфликт сама с собой, итог был один, на свет появлялись новые мстительные духи. Двадцатый век был эпохой столкновения различных идеалов, что привело к множеству смертей. был ли этот путь неизбежен? Был ли это удел нашей жизни...неизбежность?

- Я верю, что люди медленно, но верно найдут способ как достичь мира без споров.

"Потому что люди- это вид, способный сострадать"

Вспомнив слова Наоэ, Такая улыбнулся. Невозможный идеал. И он знал, что Наоэ тоже ясно это понимает...

Слова Рэйдзиро ранили его. Теми же самыми словами можно было оправдать и существование перерождённых. Ещё Рэйдзиро добавил, что это средство освободиться из рамок жизненной последовательности.

"Ты пугаешь меня Рэйдзиро"

Он боялся стать одним из них. Будто это месть своей собственной «жизни». Это было ужасно.

Рэйдзиро не сказал, что он мстил своему существованию. Не просто существованию, а самой жизни.

"На кого же он так обижен...? На кого?"

Такая обнял свои колени, столкнувшись лицом к лицу с собственным существованием.

- Вижу вы здесь, Оги- сан.

Темнота полностью окутала окрестности. Утаро охотился за Такаей от общежитий до этого самого места. Этого молодого человека Накагава подрядил присматривать за Такаей.

- Вы и правда здесь. Я вас повсюду искал. Уже вечер. Сегодня на 8 часов назначено собрание по поводу наступления на Хакути. Пожалуйста поторопитесь и поешьте.

Направившись к Такае, Утаро ступил на палую листву. Но Такая мягко покачал головой.

- У меня нет аппетита.

- Так не пойдёт. Если не будете есть- снова свалитесь. Мне от Накагавы попадёт.

Утаро был юношей лет пятнадцати- шестнадцати. Он умер совсем молодым, когда ему было четырнадцать. Он всё ещё был одержим юношеским максимализмом. В отличие от других, он, кажется, не боялся находиться рядом с Такаей.

- Я тут обдумываю кое- что. Побуду здесь ещё чуть- чуть.

Услышав слова Такаи, Утаро смущённо наклонил голову. Такая пожалел, стоящего с таким жалостливым видом, Утаро

- Почему бы тебе не принести мне ужин? Я здесь поем.

- Правда?

- Угу. На складе, наверное, есть факел или лампа. Принеси что- нибудь.

- Могу я поесть вместе с вами?

Утаро так искренне умолял. Такая согласился.

- Тащи сюда еду. Поедим вместе.

Утаро подпрыгнул от радости и побежал к общежитию за их ужином. С другими Такая всегда оставался холоден, но не с Утаро. Наверное, Утаро был ровесником Мии.

Такая понуро опустил голову.

Несколько раз, в доме на озере, ему снилась Мия. Даже после пробуждения, сон казался ему очень ярким и реальным.

"Как ты там, Мия?"

На самом деле это было видение. Из-за своей сильной любви он бессознательно создал призрак и появился перед Мией. Но Такая думал, что это всего лишь сон.

Пока он размышлял об этом, снова появился Утаро. Обеими руками он держал поднос с ужином на двоих, а на сгибе его локтя висела лампа. Сказав, простите, что заставил ждать, он уселся рядом с Такаей.

- Это так интересно, есть на улице.

Такая зажёг лампу. Их осветили нежные тёплые лучи. Кажется, Утаро отнёсся к Такае как к старшему брату. Он не обращал внимание на источаемый телом Такаи яд и относился к нему с уважением и восхищением.

Тело Утаро находилось в самом разгаре пубертата. Со счастливым выражением лица он съел весь свой ужин и даже обглодал косточки жаренной на гриле рыбы.

- Оги- сан, вы станете командиром партизанского отряда?- с полным ртом риса весело спросил он Такаю.

- Вы действительно невероятный, и достойны этого звания, Оги- сан. Послушав рассказ Ивата- сана о том, как вы проявили себя в Звёздном Гроте, я на самом деле захотел поговорить с вами.