Эпилог

Солнце заливало спальню Верховного Маршала плотным золотым светом. В воздухе пахло свежестью утреннего сада и едва уловимым ароматом кедра. Арт и Майя все еще нежились в кровати, совершенно не торопясь начинать этот день. Арт, подложив руки под голову, с легкой улыбкой наблюдал за тем, как солнечный зайчик прыгает по лицу Майи. Она лежала рядом, уютно запутавшись в простынях, и казалась совершенно счастливой.

Ее губы приятно ныли от бесконечных поцелуев, щеки светились естественным румянцем, а тело ощущалось тяжелым и наполненным от череды дней и ночей нескончаемой близости. Но видя Арта, его высеченные, грубоватые черты лица, касаясь его теплой кожи, Майя чувствовала, как низ живота безоговорочно наполняется тягучей тяжестью, каждый раз требуя продолжения.

Она ловким движением забралась на него сверху, оказавшись в одной лишь тонкой светлой рубашке. Ткань почти не скрывала её тела, разгоряченного сном и желанием. Майя устроилась на его бедрах, чувствуя под собой твердость мышц мужа, и уперлась ладонями в его грудь.

— Ты в курсе, что уже почти полдень? — негромко сказала она, водя пальцем по его груди. — Отец, вероятно, уже созвал три совета, а Томас наверняка составил список из десяти срочных дел.

Арт лишь плотнее зажмурился и растянулся на простынях.

— Да, но... — ответил он, и в его обычно суровом тоне сейчас сквозило непривычное лукавство, — Согласно уставу я теперь несу полную ответственность за безопасность каждого уголка в этом замке. Особенно этого.

Он попытался схватить Майю, но она ловко вывернулась и наклонилась, окутав его облаком каштановых прядей. В глазах Арта плясали искорки смеха, которые он позволял видеть только ей.

— Теперь я имею полное законное право на свою жену в любое время! Дня и ночи! Без докладов, прошений и одобрения Совета. И никакие доклады о поставках зерна не заставят меня покинуть этот дежурный пост.

— Какое бесстыдство, господин Маршал! Вы используете свою власть для личного удовольствия? А как же субординация? Как же пример для воинов?

Арт перевернул Майю на простыни и накрыл ее своим телом.

— Они будут только рады узнать, что их командир наконец-то занят чем-то более приятным, чем муштровка на плацу, — Он коснулся губами её кончика носа. — К тому же, это стратегически важно для поддержания... боевого духа.

Майя рассмеялась и, окончательно отбросив остатки сна, обвила руками его шею.

— Знаешь, — прошептала она, — когда мы бежали через заснеженные перевалы, я и представить не могла, что наступит день, когда ты будешь так много шутить и так мало хмуриться.

Арт на мгновение посерьезнел, глядя на неё с той безграничной нежностью, которую раньше прятал за стальным блеском глаз. Он мягко накрыл её губы своими, и в этот момент весь остальной мир перестал существовать. Он медленно опустил руку вниз, под светлую ткань рубашки, и его пальцы нашли заветный участок между её бедрами.

— А-а-арт... — протянула она, и её голос сорвался на тихий выдох.

— Молчи, — прошептал он.

Его пальцы двигались медленно, с той же уверенностью и точностью, с какой он владел мечом. Он медленно попеременно менял направление движения, томно лаская бугорок, заставляя Майю глубоко вздыхать. Её бедра непроизвольно начали качаться в ритм его пальцев, подстраиваясь под этот властный и нежный темп.

Он провел пальцами ниже, открывая для себя её влажную готовность. Его пальцы медленно, но уверенно вошли внутрь. Они не спеша прочерчивали себе путь, меняя глубину: заходили всё глубже, а затем снова оказывались на поверхности, лаская каждую складку. Майя чувствовала своим бедром его собственное напряженное, стальное желание оказаться там, где сейчас были его пальцы, но он продолжал эту сладкую пытку, изводя её неспешностью.

— Арт... — с мольбой прошипела она, не в силах больше терпеть это томительное ожидание.

Вместо ответа он перехватил её руки, прижимая их к простыням над головой. Его движения оставались неторопливыми, когда он наконец медленно вошел в неё, заполняя собой всё пространство. Одной рукой он продолжал ласкать её бугорок, не давая огню внутри утихнуть ни на секунду.

Спустя несколько мгновений этой мучительной, невыносимо прекрасной пытки Майя не выдержала и застонала, выгибаясь навстречу его движениям. Арт продолжал вести её к самому краю, пока мир вокруг них не взорвался ослепительной вспышкой. Он тяжело опустился рядом на подушки, громко дыша.

— Что ты делаешь с моим телом, Маршал? — Майя лениво провела рукой по его плечу, чувствуя под пальцами твердость его мышц.

В комнате снова воцарилась тишина, наполненная только звуком их общего дыхания и золотым светом утра. Арт притянул её к себе, укрывая остатками простыней и своим теплом. Теперь Грей-Рок действительно был в безопасности.